Paradoxum

Ты запускаешь игру, о которой рассказал тебе друг, и откидываешься на скрипнувшем стуле, глядя на мягко замерцавший экран. С неудовольствием отмечаешь, что она на французском, в котором ты знаешь только "мерси" и "адью”, нажимаешь на первую строчку и, дождавшись окончания вступления, достаешь клавиатуру. Насколько ты понял по появившемуся окну ввода, ты должен представиться. Набираешь привычное "Джокер" и потягиваешься, ожидая, пока система схомячит это. Появившиеся следом окна с непонятным текстом ты просто пролистываешь, просматривая их по диагонали и звонко щелкая клавишей “Enter”. Насколько ты понял, тебе предлагается играть кем-то по имени Баттер, и ты тихо фыркаешь. Бейсболист Булка, ну надо же. Затем ты вновь нажимаешь Enter. Открыв глаза, мужчина понимает, что стоит на мостовой, вымощенной желтым камнем, а перед ним высится такое же лимонно-желтое здание. Он задирает голову, чтобы рассмотреть конструкцию получше, и замечает длинные пожарные лестницы, ведущие на крышу. В руке у него – бейсбольная бита, а на голове черная кепка. Мужчина покрепче сжимает лакированную гладкую рукоятку и хмурится, стараясь что-то вспомнить. Почему-то ему кажется, что это место смутно знакомо ему… словно бы он видел его фотографию или еще что-то, связанное с ним. Однако в голове возникает лишь имя. Баттер. Мужчина пожимает плечами. Видимо, его зовут именно так, хотя это довольно странно, на его взгляд. Впрочем, это неважно. Баттер трогается с места и идет вперед по узкому перешейку, слушая, как каблуки башмаков негромко стучат по желтым камням. С обеих сторон плещутся волны, облизывая гладкую желтую дорожку по бокам. Это остров? Когда мужчина подходит к зданию, из него неторопливо выходит крупных размеров кот. Баттер останавливается и ждет, настороженно глядя на него. Когда кот подходит ближе, бейсболист замечает, что на его шкуре нет шерсти и что из пасти торчат внушительных размеров клыки. – В нулевой зоне не может быть никаких других живых существ, поэтому я вынужден предположить, что ты - лишь плод моей фантазии. Тем не менее, я не представился. Я - Судья, и страстно жажду узнать твоё имя, мой дорогой иллюзорный собеседник, – кот садится на желтую плиту и лижет лапу, поглядывая на сжимающего биту Баттера. Он явно ждет ответа, и бейсболист неохотно размыкает губы: – Я - Баттер. Я был назначен на священную миссию. Произнеся это, мужчина понимает, что миссия и впрямь есть. Удивительно, если знать, что еще несколько минут назад он не мог вспомнить собственное имя. Судья ухмыляется, и Баттер смотрит на его выпирающие из пасти зубы, пытаясь отогнать мысль о том, как же он вообще может разговаривать с такими клыками. – Приятно. Однако я обращался не к тебе, а к тому, кто послал и контролирует тебя. Как твоё имя, пославший? – наконец произносит кот. Бейсболист хмурится, пытаясь понять, о чем речь, но почти сразу же вспоминает ответ. – Его имя – Джокер. Он не может с нами разговаривать. Однако он может видеть и слышать всё здесь. Ты ухмыляешься, замечая в ровных строчках неясных французских слов свое имя. Так-так, это интересно… Возможно, эта игрушка годится не только на то, чтобы убить время. Приятели говорили тебе, что игра крута, но ты собираешься убедиться в этом сам. Enter. – Что ж… Я готов приветствовать его так же, как и тебя, – Судья слегка склоняет голову, глядя куда-то за спину Баттеру, но почти сразу же вновь переводит взгляд на лицо бейсболиста. – Думаю, мы нуждаемся в твоих услугах, – бросает мужчина, покрепче перехватывая биту. Он не знает, где находится, а этот кот – явно местный житель, так что заручиться его поддержкой будет не лишним. Судья чуть заметно взмахивает хвостом. – Многие нуждаются в моих услугах, и ты это знаешь. Все любят кошек. Мы трёмся о их ноги и мурлычем так громко, как можем. Они обожают это. Баттеру кажется, что над ним смеются. Он еле слышно скрипит зубами, но все же произносит: – Я говорю не о такой помощи. – Догадываюсь… – нет, этот кот точно издевается. Это видно по его нахальной ухмылке. Баттер слегка морщится, поправляя бейсболку на голове. – Но как я могу помочь несуществующему пришельцу? – У меня есть священная миссия, которую я должен исполнить. Я должен очистить мир, – цедит он в ответ. Судья практически незаметно кивает и вновь облизывает лапу. – Нет ничего более похвального, чем твоя цель. Я согласен стать твоим проводником в этой зоне, если это тебе хоть как-то поможет. Слава богам, он ответил согласием. Баттер думает, что помощь этого кота ему еще пригодится, поэтому отвечает кивком и коротким «спасибо». Затем осматривает пыльный сундук в углу и лезет вверх по пожарной лестнице. Ему еще многое предстоит сделать. *********** Сейчас Баттер вновь стоит там, откуда он начал свой путь, и вспоминает тот день. Все зоны уже очищены, и осталось несколько рывков до его высшей цели. Камень под ногами такой же лимонно-желтый, хоть очищенные зоны и должны быть белого цвета. Наверное, это потому, что здесь никто не живет. Зона ноль безжизненна, как пустыня. И такая же желтая. Баттер спокойно идет вперед, опустив биту. Теперь с нее капает кровь, оставляя на желтых камнях темно-бурые кляксы. Шаги гулким эхом отдаются вокруг, и бейсболист немного морщится. Зачем он зашел в небольшую комнату, бывшую раньше тупиком, мужчина не знает, однако зашел не напрасно – в прежде ровном полу открылся проход, в который спускаются ровные гладкие ступеньки. Баттер спускается по ним и идет вперед по такому же желтому коридору, вглядываясь вперед. Пальцы крепко сжимаются на полированной рукояти биты. Коридор приводит его в небольшую комнату. На полу горками насыпан сахар, но первое, что замечает Баттер – отнюдь не сахар, а сидящая у стены девчушка лет тринадцати. Она тоже замечает бейсболиста и тихо смеется. – Мне наплевать, что ты такой страшный. Знаешь, я никогда не бываю голодной, – сообщает она доверительным шепотом, хитро поглядывая на мужчину. Затем добавляет: – Думать о чём-то красивом очень тяжело, хотя, быть может, завтра ты это увидишь. Баттер слегка хмурится под кепкой, пытаясь ее понять. Мотнув головой, он коротко спрашивает: – Ты кто? Девочка его не слушает – она продолжает негромко говорить, словно бы сама с собой: – Как красота дня, например. С большой уточкой. Пугающей… – Что ты тут делаешь? – бейсболист чуть морщится. Кажется, она не в себе. Только сумасшедших ему не хватало… – Не будем терять время на бесполезную болтовню. Потанцуем, дорогой друг? – девчушка поднимается со своего места и подходит к Баттеру. Тот пожимает плечами – отчего бы и не потанцевать? Девчушка удивлённо смотрит на него, явно не ожидая согласия на обычный танец – она-то имела в виду танец со смертью. Что-то для себя решив, она зачерпывает немного сахара и протягивает ему. В сознании вскользь мелькают обрывки рассказа одного из элсенов (знакомое название… где он мог его слышать раньше?): пятый элемент, самый важный… Потому что без сахара люди сошли бы с ума... Кажется, так. И что-то ещё про краски мира, хотя, наверное, это уже не так важно. Баттер недоверчиво смотрит на девочку, но сахар съедает. А потом они кружатся в вальсе, девчушка улыбается и тихо напевает какую-то мелодию. Черт подери, что вообще происходит? Он должен был сражаться с этой девчонкой! Ты нажимаешь на все клавиши подряд, пытаясь вернуть себе управление, но игра словно взбесилась, и ты можешь только наблюдать. Ты не сдаешься, колотя по клавиатуре и негромко матеря разработчиков, но на экране две пиксельные фигурки плавно двигаются в вальсе. Ты не понимаешь, что происходит. Баттер должен был убить ее и забрать предмет, а не танцевать! Однако тебе остается только смотреть. Или же нажать Enter. Когда танец окончен, Баттер слегка склоняет голову перед сияющей от счастья девочкой и разворачивается, чтобы уйти, однако что-то останавливает его, ухватив за рукав. Бейсболист оборачивается и смотрит на маленькую обитательницу подвала. – Возьми это и передавай привет Захари. Ты хороший, – девчушка хихикает, протягивая что-то мужчине. У нее в руках – тот самый предмет, за которым Баттер и спускался сюда, так что он кивает, берет предложенное и выходит из комнаты. Сахарок смотрит ему вслед, подобравшись к двери, пока спина бейсболиста не исчезает за поворотом. После она возвращается на прежнее место.