Когда закончилась война

+++ В его камеру принесли еду уже четвертый раз, а значит прошли вторые сутки. К сожалению, в камеру никто не входил, опускалось окно в металлической двери и поднос с едой опускался на пол. И его попытки поговорить с охраной, шаркающие шаги которой он слышал за дверью, и судя по их тяжести там стояли двое мужчин крупнее, чем он сам. Кто может бояться однорукого пленника, который даже не маг? Были это наемники или чьи-то люди? Раз у него не пытаются выведать какие-то тайны под пытками, значит он ценный заложник. Но для чего? Обмен? Или сделка? Эти и другие вопросы крутились у него в голове. Максвелл смотрел на черный камень, освещённый из небольшого окошка под потолком. Он едва дотягивался до него пальцами, вставая на цыпочки, но в прыжке удалось зацепиться за край и подтянуться, чтобы иметь хоть какое-то представление где он. Инквизитора держали в месте где-то на горе, верхушки деревьев удалялись вниз по склону, а понять по звёздам уже вторую ночь мешали облака. - Весьма неразумно держать меня здесь, - предпринял он ещё одну попытку хотя бы потому, что делать особо было нечего, - я уже не стою во главе Инквизиции, и никак не смогу повлиять на её действия. Ему оставалось надеяться, что хоть кто-то выжил из его сопровождения. Сколько отсюда до Скайхолда идёт почта? Участь пленника Максвелла не радовала. К этому моменту к Верховной Жрице и командору Каллену пришла одна и та же записка, что требуют, чтобы Верховная Жрица Виктория прекратила свою реформацию и вернула старую Церковь, иначе лорд Тревельян, герой Тедаса будет публично казнён на стенах Крепости Чернокамня. В этот же вечер командор Каллен и Хардинг с несколькими сопровождающими отправились к заранее условленному тайному месту на случай непредвиденных обстоятельств. В Халамширале и его окрестностях было множество мест, где трое путников могли укрыться от любопытных глаз. Обычный путник снял большую комнату, предупредив хозяина таверны, что должны подойти его компаньоны. Обычное дело, никто не путешествуем в одиночку. Кассандра уже ждала их, когда Каллен и Хардинг вошли в комнату. Также были сняты две соседние, чтобы тонкие стены случайно не выдали секретов. - Как добрались? - улыбнулась Кассандра и кивнула своей свите, которая поспешила убраться. - Ветер гнал нас в спину, - ответил мужчина и присел за стол к Кассандре. Верховная Жрица выложила на стол полученную записку, Хардинг сделала тоже самое. - Есть какие-нибудь мысли? - Только то, что такими завитушками у буквы "а" и "р" пишут лишь люди, относящиеся к церкви, - задумчиво произнесла девушка, - мои агенты уже направились к Чернокамню, но это на границе Неварры и Вольной марки. - Я знаю семью, которой принадлежит Крепость. И если мои опасения подтвердятся, то мы схватим эту змею за голову, - Кассандра крепко сжала кулак. - Те сообщения, которые нам удалось перехватить, видимо, заставило их действовать спонтанно и поставить на кон всё. - Когда план о предательстве и покушении на меня раскрывается, кто угодно запаникует, - фыркнула Кассандра, - хотя мы так и не нашли получателя того послания. - Могла ли это быть кандидатка на Золотой трон после Вас? - спросил Каллен. - Если меня убьют, Золотой трон скорее всего предложат Леллиане. Не думаю, что Леллиана хочет меня убить. - Тогда что это? Попытка запугать? - Не всем нравятся новые порядки, Хардинг. Говорят, что кто-то собрал оппозицию против моего правления, - устало вздохнула Верховная Жрица Виктория, - я лишь надеюсь, что схватившие Инквизитора оказались именно ими. - Потому что иначе врагов у нас больше, чем мы предполагаем, - нахмурился Каллен. В комнате повисла напряжённая тишина. - Кхм… - нарушила её Хардинг, - вряд ли нам поможет давящая обстановка, так что я пойду отправлю пару писем. - Погоди, - остановил её Каллен, - у меня есть безумный план. +++ Максвелл проснулся от жуткого грохота, после которых разрозились крики людей вперемешку с рёвом горна. На замок напали. Сидя в темноте, видя лишь столбики дыма в своём маленьком окошке и чувствуя дрожь замка Максвелл ощущал себя волком запертым в клетке. Он торчал в этом подземелье уже вторую неделю и, если бы не медитации, которым его научили Кассандра и Каллен, он бы уже начал сходить с ума. Он был уверен, что у Инквизиции не было таких ресурсов, чтобы взять штурмом крепость, но кто тогда? Глупая надежда не покидала его сердце, единственное что оставалось ему - молиться. С течением времени грохот, взрывы и крики стихли. Сколько длилось сражение? Он не знал, но читал молитвы и считал время по ним, в особенно громкий взрыв он прерывался, вслушиваясь: близко или далеко. Но продолжал, когда ничего вокруг не менялось. И вдруг он услышал звон мечей, громкие шаги, переходящие в бег. Кто-то бежал к нему. Максвелл притаился у входа. У него не было никакого оружия, и вряд ли хватило бы сил свернуть злодею шею всего лишь одной рукой, но он не был бесполезен в своей ущербности. Вооружившись заточенной об стены деревянной ложкой, которую он отказался возвращать на четвёртый день, он выжидал когда дверь откроется. Тусклый свет факелов не был болезненным для глаз, вошедший в камеру был напуган и решителен. Его клинок был слишком далеко, чтобы блокировать быстрый удар из темного угла прямо в шею. Ложка осталась в теле, когда он увидел торчавший из живота меч. - Инквизитор! - Каллен! Друзья тепло обнялись, когда Максвелл увидел стоявшего на изготовке убийцу, замахнувшегося клинком, мощным рывком тела он толкнул Каллена, доставая короткой солдатский нож, который храмовники всегда хранили под доспехом слева. Завалились они на жёсткий пол вместе с неудавшимся убийцей в конце тюремного коридора. Его клинок остался в стене над их головами. - Спасибо, - удивился командор, когда Инквизитор поднимался с него. - Это тебе спасибо, - подал он руку своему соратнику, - если бы не ты и армия, неизвестно сколько бы я тут ещё пробыл. - Я рад, что мы успели вовремя, - усмехнулся мужчина, в шутку закрывая нос, а может и не в шутку. - Ещё бы день, и одежда на мне просто рассыпалась, от трухлявости, - рассмеялся Инквизитор. - О, это было бы весьма неловко, - поддержал Каллен, и они двинулись на выход из тускло освещённого коридора. Свет впился в глаза красными мушками. И Максвелл был рад, что сражение в крепости уже закончилось. От него и так пользы было немного, а без руки, да ещё и без возможности видеть, он становился скорее обузой. - Как Ваше самочувствие, Инквизитор? - подошла улыбчивая Хардинг. - Отлично! Несмотря на мой внешний вид, - усмехнулся мужчина, - Хардинг, подскажи, где я могу принять душ? Девушка понимающе кивнула и подозвала служанку, из тех, кто согласился помогать Инквизиции. Молодая девушка, не поднимая головы, поклонилась ему и жестом пригласила следовать за собой. Она напрягалась каждый раз, когда по пути им встречались солдаты, это были люди Инквизиции, Церкви и личная армия рода Тревельян. - Мы скоро уйдем, и больше не будем поднимать мечи, - как можно мягче сказал Максвелл, когда они дошли до его комнаты. - Прошу, господин, - все также не смотря ему в глаза, она открыла комнату. - Если тебе страшно, то ты можешь остаться со мной, - хуже всего при осаде крепости приходилось слугам и рабам: безоружные, испуганные и подневольные. С ними не считались их господа, с ними не считаются и победители их господ, - я не причиню боли. Девушка напряглась ещё больше и, кажется, даже перестала дышать на какое-то время, потом её напряжённая спина расслабились, а плечи грузно опустились. Хрупкая девушка стала будто ещё меньше. - Да, Господин. Они вошли в комнату, где Инквизитор увидел таз с водой и полотенце, и поблагодарил Андрасте за такую заботливую Хардинг в своем окружении. Он уже умело управлялся одной рукой и быстро скинув просторную тюремную рубаху да штаны принялся активно отмывать свое вонючее тело. Запах тюрьмы надолго въестся в его нос: сырость, крысы и собственные испражнения. Какого же было его удивление, когда служанка начала снимать с себя одежду. Лицо её было бледным как лунный свет. - Я не для этого тебя позвал, - прикрываясь сказал Максвелл, чувствуя себя немного неловко, - и если ты прекратишь раздеваться, то я бы хотел, чтобы ты помогла мне помыться. С одной рукой это сделать непросто, - он махнул своей культей. - Да, господин, - девушка быстро натянула платье обратно, даже юбку не поправила и принялась осторожно его мыть. В дверь громко постучали и не дожидаясь ответа вошли. - Инквизитор, Вас требует Лорд Натан Тревельян, приходящийся… - прервался на половине фразы Каллен. - Троюродный дядя со стороны маминой тети, - тяжело вздохнул Максвелл. - Я не думал… - Каллен, - закатил глаза Инквизитор, останавливая служанку, - я просил её помочь мне. Одной рукой неудобно мыться. - Кхм, - кашлянул в кулак командор армии, и учтиво отвернулся, пока Инквизитор оденет хотя бы штаны. - К чему такая спешка? - Лорд Натан Тревельян желает уже отбыть обратно к фамильному поместью. - Не удивительно, что семья отправила его, - устало выдохнул Инквизитор, - очень преданный нашей семье человек, нетипичный для Вольной марки. Что-нибудь, о чем я должен знать? - Наши люди сейчас обыскивают крепость на предмет интересных документов. - Проследи, чтобы не обижали слуг и не воровали больше, чем будет заметно. Не хочу, чтобы после стольких лет стараний нашу репутацию уничтожили ненасытные наёмники Церкви. - Слушаюсь. - И ещё кое-что… - Каллен с готовностью слушал, - нашли мои вещи? - Нет, - удивился командор армии, он даже не спрашивал об этом, потому что какой похититель будет хранить вещи заключённого? - Амулет Дориана. Его забрали, вместе с остальными вещами… - Я спрошу у солдат… - Не стоит. Я понимаю, что вряд ли он уже найдется. Думаю, напишу ему письмо, - так странно было без его амулета, будто теплая частица его возлюбленного, что хранила его, где-то потерялась. - Может быть… - У солдат полно других забот. К тому же, это такая мелочь, - стоило это сказать, как в груди кольнуло от горечи. Это не было мелочью для него. - Как скажите, Инквизитор, - отдал честь вояка и пошел к солдатам, когда они уже дошли до комнаты, где ожидал его дядя.