Золотое сердце

Саске сидел за столом в кабинете студенческого совета и наблюдал, как Сакура раздраженно захлопывает за собой дверь. Девушка устало прошла к своему столу и резким движением сдвинула папки на край, чудом не уронив их на пол. Сакура вздохнула и вдруг встретилась взглядом с Саске. - Я правильно понимаю, что миссия провалена? – осторожно уточнил Учиха, подперев рукой подбородок. Он и не собирался смеяться над ней сейчас, потому что Сакура явно была не в порядке и не смогла бы оценить всю глубину его иронии. Да и это просто было не в его принципах: доводить кого-то до ручки. - Цунаде была непреклонна, - с нескрываемым разочарованием признала Харуно, поджимая губы. Саске пытался понять: она недовольна сложившейся ситуацией или собственным бессилием? Хотя, зная Сакуру, можно смело ставить на второе. - Что ты ей сказала? – поинтересовался Саске, наблюдая, как Сакура нервно прикусывает губу в тщетной попытке вернуть растерянное хладнокровие и спокойный профессионализм. - Я упирала на то, что вся ситуация произошла из-за нервного напряжения от неожиданной смены привычных условий, - Сакура развела руками, всматриваясь в лицо Саске и находя неожиданное понимание. Он не пытался принизить ее за неудачу, а внимательно выслушивал, и это было настолько непривычно, что невольно подкупало. Сакура сделала глубокий вдох и опустила плечи. – И просила как-то смягчить наказание, потому что Карин и Суйгецу искренне раскаиваются в содеянном. - И что она ответила? – Саске невольно понизил тон, пытаясь как-то аккуратно подтолкнуть Сакуру к продолжению рассказа. - Сказала, что я слишком предвзято отношусь к ситуации, - скривилась Харуно, скрупулезно рассматривая поверхность стола. Девушка не могла понять, почему вдруг такие обыденные фразы Цунаде начали так сильно ее уязвлять и цеплять за живое. В каждом взгляде, в каждом жесте она видела намеки, будто бы недостойна своего высокого места в студенческом совете, и это буквально опустошало, даже если она сама себе это придумала. – И это непрофессионально – выгораживать своих друзей. Она сказала, что Карин и Суйгецу должны усвоить урок дисциплины. - Дружба дружбой, а служба службой? – усмехнулся Саске, выпрямляя спину. Он заметил перемену в настроении Харуно, и выводы, к которым он пришел, совсем не нравились. Сакура выглядела надломанной, хоть и пыталась это скрыть под пеленой раздражения. - Что-то вроде того, - Харуно кивнула и выдавила улыбку. - Ну, смотри, - Саске откинулся на спинку стула и уставился в идеально выбеленный угнетающий потолок. Ветер из распахнутого окна приятно шевелил волосы на затылке и, казалось, задувал голову в умные мысли. – Формулировка Цунаде была не очень-то строгой… - Снова будешь цепляться к словам? – усмехнулась Сакура, уронив голову на руки. – Серьезно? - Абсолютно, - кивнул Учиха, улыбаясь. – Хочешь жить – умей вертеться. Так вот, Цунаде сказала, что Карин и Суйгецу должны усвоить урок дисциплины. При этом про урок настоящей дружбы ничего не говорилось. - Что ты имеешь в виду? – Сакура приподнялась, внимательно разглядывая довольное лицо Саске. Ей показалось, что мысль вот-вот озарит ее голову, но момент тянулся до невозможности медленно и все никак не наступал. - Ну, вот смотри, - Саске подался вперед, разводя руками. Ему польстило ее искреннее удивление, а еще заинтересованность в идее, которую пару дней назад она назвала совершенно бессовестной. – Ты не смогла освободить их от наказания или как-то его смягчить… Сакура поморщилась, потому что он очередной раз ткнул ее носом в собственные промахи. Было обидно признавать – не справилась. В который раз. Саске уловил перемену ее настроения и поспешил пояснить свою мысль, пока момент хрупкого взаимопонимания не перерос в очередную ссору. - Нет, я имею в виду, ты не смогла сделать этого общепринятыми методами. Но Цунаде же не упомянула, что мы не можем просто прийти и помочь им. Искра восхищения во взгляде Сакуры была для него достойной наградой. Саске выпрямил спину и торжествующе усмехнулся, наблюдая за переменами в ее лице: растерянность и удивление смешались с недоверием и внезапным одобрением. - Подожди, а так можно? – Сакура наконец определилась, как сформулировать хотя бы один вопрос из того беспорядочного множества, что вдруг родились в ее голове. Эта его идея казалась такой странной, но в то же время такой правильной, что Харуно удивлялась, почему она не пришла в голову ей самой. - А почему нет? – Саске заметил, как Сакура повела плечами при очередном порыве ветра и поднялся, чтобы закрыть окно. – Невозможно составить какую-то универсальную формулировку, так что при желании всегда есть шанс найти лазейку. - Я смотрю ты в этом мастер, - усмехнулась Сакура, скрестив руки на груди. - Неужели ты соизволила заметить мои достоинства? – Саске театрально приложил ладонь ко лбу. – Я польщен, правда. Мы плавно движемся к признанию того, что я тебе все-таки нужен. Сакура только закатила глаза на этот выпад, но губы сами собой растянулись в понимающую усмешку. Саске вдруг захотелось продлить этот момент, поговорить с ней еще, пока Харуно не вернулась в состояние безжизненного робота. - Теперь, когда мы с тобой примерно на одной волне, - Сакура насмешливо приподняла брови на это высказывание, но Саске невозмутимо продолжил: - Хочешь узнать, почему я все-таки так упорствовал, чтобы попасть в студенческий совет? - Если судить по твоему воодушевленному тону, есть более существенный повод, нежели просто свести меня с ума, - улыбнулась Харуно, откинувшись на спинку стула. - Не льсти себе, Сакура, - Саске расслабленно прикрыл глаза. – Я смог бы свести тебя с ума, даже не становясь твоим непосредственным напарником. - Саске, - Сакура иронично улыбнулась. – Твое самомнение подпирает потолки в этом кабинете. - Хочешь сказать, я не способен доставить тебе неприятности? – недоверчиво уточнил Саске, рассматривая ее лицо, будто бы видел в первый раз. Сакура хотела было ответить, что он доставляет ей неприятности с самой первой встречи, но резко осеклась и прикусила себе язык. Вспомнилось то отвратительное утро, его мрачное лицо и сухое: «Не такая уж я ходячая проблема, правда?». Она не смогла бы разрушить этот удивительный момент понимания собственными руками. Находиться в комнате с ним по меньшей мере минут двадцать и ни разу не поругаться – это звучало как жизненное достижение. - Хочу наконец узнать, почему вынуждена созерцать твое лицо с утра до вечера в этом кабинете, - Харуно ловко соскользнула с опасной темы и прищурилась, внимательно наблюдая за Учихой. - Все очень просто – чтобы вовремя выгораживать своих друзей, - усмехнулся Саске, откинувшись на спинку стула. – Эта идеология была бы для тебя слишком революционной, правда? Но теперь, думаю, ты сможешь лучше понять мои мотивы. - Не мог бы ты все равно разъяснить поподробнее? – Сакура нахмурилась и подалась вперед. Что-то в его словах и действиях было не так гладко, как он хотел бы показать. - Мои одногруппники могут быть чертовски невыносимыми, и я знаю это как никто другой, - улыбнулся Учиха. – Если бы до дедушки Хирузена доходили все наши выходки, он поседел бы на несколько лет раньше. Так что я берег его хрупкое сердце и наши места в университете. - Но прикрыть все ты, конечно, не смог, - улыбнулась Сакура, прикрыв губы ладонью. – Иначе вы бы не оказались здесь, я права? - Права, - легко согласился Саске. – Ты когда-нибудь пробовала закрыть солнце руками? - Слишком уж возвышенное сравнение для ваших проделок, - хмыкнула Сакура, пожав плечами. - Ты еще не видела их в живом исполнении, - хмыкнул Саске. – Так что здесь нечего оценивать. - Надеюсь, мне и не придется, - парировала Сакура, отворачиваясь от него. – Терпеть не могу нарушителей спокойствия, так что здесь не о чем говорить. - Серьезно? – Саске внимательно смотрел, как она машинально заправляет прядь за ухо и хмурится. Казалось, он нащупал значительную ниточку к пониманию Харуно и сейчас никак нельзя ее упустить. – Все что тебе нужно – это всего лишь пресловутое спокойствие? - Именно, - Сакура развернулась и встретила его серьезный взгляд. – Каждый человек в душе хочет спокойствия, разве это не так? - Не так, - Саске покачал головой. – Понятия не имею, откуда такая мысль взялась в твоей голове. Ты же не старушка, Харуно, какое к черту спокойствие? Ты бы сказала еще упокоение. - Да почему ты всегда все перекручиваешь? – возмутилась Харуно. – Я говорю не о смерти, а о стабильном спокойствии, когда все благополучно и ты просто живешь и наслаждаешься тем, что у тебя нет проблем. Саске нахмурился. И это Сакура, которая лучше всего умеет решать чужие проблемы и нести на себе кучу работы? Что-то похожее он слышал от своей маленькой кузины. Наивный, детский взгляд на мир мешается с чем-то болезненным – сейчас нужно перетерпеть, а дальше будет лучше. Дурацкий принцип. Саске допускал, что может ошибаться, но отстраненное выражение лица Харуно все дальше и дальше отгоняло эту мысль. Сакура поймала его задумчивый взгляд и нахмурилась. Учиха слишком близко подобрался к ней, и даже такая фраза может в дальнейшем вылиться проблемами. Надо было прикусить себе язык и промолчать, не отвечать на его наводящие вопросы с двойным дном. Сейчас Саске пытается быть милым, но что будет, если он продвинется чуть дальше и получит больше влияния и на студсовет, и на нее саму? Сакура поняла, что не собирается это проверять. - Харуно, тебе ли не знать, что такая жизнь только в детских книжках бывает, - Саске покачал головой и изогнул уголок губ. – Я думал, ты уже выросла. - О взрослости мне говоришь? – усмехнулась Сакура. Лучшая защита – это нападение, так что сейчас ей казалось, что уязвить его в ответ будет прекрасным решением. – Так что же ты и твоя компания никак не переросли детские выходки? - Это называется яркая, непосредственная жизнь, Сакура, - снисходительно пояснил Саске, подавшись вперед. – Хотя не уверен, что тебе вообще это знакомо. Спокойствие и размеренность – так скучно… - Пожалуй, избавлю тебя от своего посредственного общества, - Сакура попыталась скрыть смятение за язвительной улыбкой. Она наспех сгребла папки в одно место и, ловко выудив парочку определенных, быстро вышла из студсовета. Хлопнула дверь. Саске страдальчески простонал и уткнулся в собственные ладони. Как же так вышло, что они снова разругались вдрызг? Нужно было следить за языком. Он не понимал ее. При всех Харуно выглядела так, словно готова щелчком пальцев решить любую проблему – энергичная и очень способная, было бы глупостью не признавать очевидное. Но стоит только тронуть, хоть немного задеть ее хрупкое самолюбие и чувство правильности, как она превращается в колючий напряженный комок – жуткая язва. При этом Саске замечал ее странную растерянность и готовность защищаться до конца, как у загнанной в угол жертвы. И это было непонятно. Почему Сакура так болезненно реагирует на любой упрек и так старательно маскирует это за едкими фразами? Саске задумчиво посмотрел на дверь, за которой так стремительно скрылась Харуно. Что же с ней не так?

***

Когда Сакура вошла на общую кухню, там находились практически все, кого она желала найти. Холодный ветер утихомирил ее раздражение. Пусть Саске лез совершенно не в свое дело, назвал всю ее жизнь пустышкой, его мысль все еще оставалась чертовски рациональной и правильной, что немного напрягало. Сакуру бесило, что эта мысль пришла не ей в голову, и теперь, следуя его совету, она вынуждена будет лицезреть его самодовольство как минимум на протяжении недели. Ино и Хината сидели за столом и вместе писали конспекты, Наруто сидел возле них и постоянно заглядывал через плечо Хинаты ей в тетрадь, то и дело тыча пальцем в аккуратные строчки. Впрочем, насколько Сакура успела заметить, ответы ему были не слишком-то интересны. Сай расположился у окна и что-то штриховал в блокноте, лишь изредка отрывая глаза от бумаги. Темари и Тен-Тен готовили ужин, пока Неджи заваривал себе кофе. - У меня есть к вам дело, - Сакура выдала это без предисловий и сразу же почувствовала, как все взгляды скрестились на ней. – Нужна ваша помощь. - А кто сказал, что мы собираемся помогать? – Неджи стукнул ложкой о край чашки, размешивая сахар. - Для начала можно выслушать, не перебивая, - отрезала Харуно. – Дело касается наших друзей – Карин и Суйгецу. Им назначили наказание – прибрать в закрытом крыле библиотеки. Мы… - тут Сакура запнулась, но совесть не позволила присвоить эту мысль себе. Идея принадлежит Учихе и он достоин, чтобы это узнали все, - с Саске хотели предложить помочь им и сделать эту уборку вместе. - А мы здесь причем? – уточнил Хьюга. – Они нарушили правила, они получили наказание. Или ты еще не усвоила эту схему, Харуно? - Объем работ слишком большой, они вдвоем потратят на эту уборку не меньше недели, - парировала Сакура, чуть подавшись вперед. Кажется, она нашла человека, который займет почетное второе место в ее личном списке раздражителей. – Вы пока еще не видели это закрытое крыло, а вот мы там были. Это слишком жестоко. - Вау, Харуно говорит о жестокости наказания? – усмехнулся Неджи. – Что в этом мире должно было сдохнуть? - Пусть я и выступаю за поддержание дисциплины, но я не садистка, - тихо, но твердо ответила Сакура. – К тому же, Карин – моя подруга, и раз не получилось поговорить с Цунаде, то я хочу помочь ей другим способом. В ваших интересах будет помочь Суйгецу. - А может ты и не особенно старалась? – Неджи был явно раздражен. – Это же такой хороший повод привлечь нас к массовой уборке в вашем женском отделении. Прикрываешь желание выделиться перед Цунаде деланным благородством? Сакура сглотнула. Не то чтобы это был первый раз, когда кто-то был недоволен ее работой, но приходя сюда, она не была готова столкнуться с таким напором. Харуно невольно сделала шаг назад и почувствовала, как уперлась во что-то. Она могла поклясться, что здесь никогда не было стены. - Сбавь тон, Неджи, - Саске вроде бы был расслаблен, но его интонация не сулила ничего хорошего для Хьюги, если он не заткнется в ту же секунду. Неджи пронзил его раздраженным взглядом, но замолчал. – Это была моя идея, так что нет смысла в чем-то обвинять Сакуру. Харуно сделала маленький шаг вперед, отходя от Учихи, но сильно отдаляться не стремилась. Пусть он тоже был бесцеремонным самодовольным наглецом, но сейчас он поддерживал ее и был всецело на ее стороне. Рядом спокойнее. Взгляд Неджи больше не пронзает ее такой яростью. - Неджи, в самом деле, - встрял Наруто. – Мы же все друзья, чего нам стоит помочь Суйгецу и Карин? Это даже чем-то похоже на дружеские посиделки. - Если тебя легко развести на всякую добродетельную ерунду, Узумаки, не стоит обобщать, - огрызнулся Неджи, желая сорвать свою злость хоть на ком-то. С Саске он собирался ругаться в последнюю очередь. – Не все такие дураки. - Конечно, - фыркнула Тен-Тен, переворачивая скворчащую яичницу. – Потому что в нашей компании, к сожалению, есть такие белоручки как ты, которые не способны не только помочь друзьям, но и приходят в ужас от одной только мысли сделать что-либо своими изнеженными ручками. Неджи почувствовал, как внутри закипает ярость. Эта бесклановая выскочка вновь напомнила о той совершенно позорной ситуации, когда он проиграл ей в армрестлинге, в самый первый день. - Ну, тебе легко говорить, - он говорил, намеренно растягивая гласные. Высокомерно. Пусть знает свое место. – Ты-то, наверное, уже смирилась с мыслью, что будешь убирать туалеты до конца жизни, когда тебя выпрут из элитного университета? Да даже если и доучишься, то верх твоей служебной карьеры – быть служкой у какого-нибудь кланового. Щеку обожгло пощечиной. Тен-Тен била наотмашь, явно не контролируя силу. Ее взгляд стал абсолютно стеклянным. Неджи разглядел в ее сузившихся зрачках, что смог задеть ее за живое, причем так, чтобы порвать эти тонкие струны в клочья, но почему-то осознание этого не принесло ему удовлетворения. Только разочарование. В самом себе. Эта мысль настолько не сочеталась со всем произошедшим, что Неджи покачал головой и замолчал. - Если ты еще хоть раз посмеешь что-то сказать в мою сторону, - прошипела Тен-Тен, почти шепотом, потому что иначе голос будет дрожать. Отвратительно. – То очень об этом пожалеешь. Слабак. Последнее слово Такахаши буквально выплюнула, после чего поспешила отстраниться и уйти. Неджи вспомнил, что глава клана раньше тоже называл его «слабаком». Вот только если голос Тен-Тен звучал как накаленные нервы, но глава хладнокровно и высокомерно цедил слова, как будто ему было жаль времени на разговор с таким ничтожеством. Но с таким обжигающим разочарованием на него еще никто не смотрел. Взгляд главы был равнодушным – от него и не ждали большего. А здесь… Другая ситуация. Неджи ненавидел это ощущение, но воспоминания хлынули в голову потоком. Слабак. В прошлый раз он сделал все, чтобы заставить главу забрать эти слова. Хьюга вспомнил, как хотелось затолкать это унизительное «слабак» ему прямо в глотку и растоптать все его чертово самодовольство, разбить высокомерие в хлам. Его с детства учили покорности, но что если он сильнее и достоин большего, чем быть сопровождающим Хинаты?... Сейчас Неджи чувствовал похожий всполох чувств, в груди неприятно жгло немое раздражение. Но ситуация была другая. Да и Тен-Тен - не глава клана Хьюга. Пусть поначалу у него возникли схожие мысли, но действовать в разных ситуациях одинаково и ждать одного результата – стратегия настоящих идиотов. А Хьюга себя таковым не считал. Особым удовольствием будет наблюдать, как эта бесклановая заберет свои слова назад: не силой – не нужно много ума, чтобы прижать ее к ногтю, задействовав связи клана, а добровольно. Увидеть как рушатся ее убеждения в его отношении и как она понимает, насколько же сильно ошиблась, посмев задеть его. Это же надо – он намеренно задел ее за живое, чтобы уязвить, а она так естественно ударила в его слабое место. Нужно подумать об этом. Неджи двинулся в направлении своей комнаты, игнорируя всех, кто к нему обращался. После его ухода на кухне возникла тишина. Сакура неловко прочистила горло. - Хотела добавить, что все это сугубо добровольно, - произнесла она, чувствуя, что взгляды вновь скрестились на ней. – Никто никого не заставляет. Но больше никто не захотел оспаривать ее задумку. И пусть Сакура чувствовала, что теперь можно нормально объяснить всю идею, она никак не могла расслабиться. Напряжение жгучим комком застыло в груди, и никуда не собиралось исчезать.