Твоими глазами

Бакуго валялся на кровати по диагонали. Почему же? Потому что рядом с ним уже никого не было. Девушка рано утром убежала, а блондину было далеко все равно, что она, кто она и где она. На то и шлюха, чтобы один-два раза перепихнуться. Парень крепко спал, обнимая подушку или подминая ее под себя, при этом сбросив одеяло на пол. Горячий парень, ему не нужно одеяло. Да и прикрыть срамоту не от кого, потому спокойно лежал голой задницей кверху. Телефон вибрировал где-то на полу, так как упал, а Бакуго этого не заметил. И, конечно же, Кацуки пришлось разлепить наконец-то свои глаза, вслепую выискивая телефон. Благо упал недалеко. Парень посмотрел в экран смартфона, на котором был входящий вызов с подписью «Старуха». Посверлив еще пару тройку секунд дисплей, пока вызов не прекратится, сразу же упал лицом в подушку, кладя телефон экраном вниз. Правда недолго продлилась тишина, как смартфон снова завибрировал. — Твою мать, и не отвяжется же… — Бакуго все же принял вызов, — алло. — Ты почему трубку не берешь, пиздюк мелкий?! — Сразу крикнули в трубку, от которого Кацуки чуть не оглох, сбавляя звук и снова прикладывая к уху телефон, — когда уже навестишь отца с матерью? Как уехал, ни слуху, ни духу. Бессовестная шпана! — Завались, старая карга! Когда хочу, тогда и приезжаю! — Кацуки глянул на время в телефоне, — чего звонишь так рано? — Кто рано встает, тому Бог подает. Поднимай свою задницу и езжай к родителям! — Ага, да, сейчас! Бегу и тапочки теряю. До свидания. — Не смей класть тру… Но Бакуго, естественно, отключился. И последующие пару звонков от мамы он решил сбрасывать. И когда Мицуки, так звали мать Кацуки, прекратила названивать своему сыну, тогда блондин решил все-таки встать и проверить сообщения в социальной сети. Читал сообщения из беседы, ловя иногда тихий ржач с мемов, которые присылал Киришима. Двое уже успели задаться вопросом, мол, а где же Бакуго? А парень живой и здоровый, только любит спать и отсыпаться в волю. Сообщения в чате у Бакуго: Дерьмоволосый: доброе утро, спящая красавица! :D Я: пошел нахрен, Дерьмоволосый! Двумордый: Как всегда, долго спишь. Уже час дня. Я: для меня это рано, свали в туман. Двумордый: Почему такой злой? Я: Да старуха позвонила, на мозги капала, когда я уже приеду к ним. Заебала, чес слово! Дерьмоволосый: так почему не поедешь? Мы же люди понимающие! Я: внатуре. Ты меня отправляешь на верную смерть прямо в лапы той самой карги. Я не хочу слушать каждый божий день ее крики и терпеть, как она меня лупасит. Я: а еще молиться, когда я приеду обратно! Я: когда я приезжаю и нахожусь около двух дней там, я становлюсь ебанным верующим, пиздец. Двумордый: Держись. Я: было бы за что. Дерьмоволосый: так подержи своего дружка в руке, легче станет! :D Я: смешно, обосраться просто. Бакуго заблокировал телефон и решил все же одеться. Нужно было все-таки домой идти к себе, а то в съемной квартире и мухи не слышно. Кацуки редко ночевал у себя дома, но зато там вечный порядок за исключением скопившейся пыли. Несмотря на это, блондин любил убираться так, чтобы все блестело. И по приходе домой Бакуго решил все же убраться, чтобы не дышать пылью. Открыл окна, набрал в ведро теплой воды, взял швабру с тряпкой, приготовил пылесос к действию. Так как вещей и побрякушек разных у него не было, а только все по делу (да и какой смысл, если дома почти не ночует), то прибрался в квартире очень даже быстро. Управился за полчаса. Подуставший Кацуки плюхнулся на мягкий диванчик с пультом от телевизора в руке и решил полистать каналы, дабы глянуть, что там вообще по зомбоящику показывают. С таким другом, как телевизор, Бакуго не знал счета времени, а все потому, что по каналу показывали футбол. В холодильнике как раз завалялось пиво, которое пил прям с горла, несмотря на то, что оно было ледяным. Телефон снова стал вибрировать. На этот раз ему звонил Киришима. Подняв трубку, он отпил пиво и только потом заговорил. — Чего надобно, старче? — Ты что, без нас пьешь? — У меня разгрузочный день за телевизором. Что надо? — Мы хотели позвать тебя гулять. — Дай немного отойти. Мне вообще лень уже куда-то выходить, может, вы ко мне придете? Пиццу закажем, алкоголь купим в алкомаркете, который у меня неподалеку, и погнали. Можем еще проституток заказать. — О-о! — Сразу одобрил Киришима, — тогда мы бежим к тебе с Тодороки. На тебе алкоголь, Бакуго! — Ладно уж, с вас тогда какие-нибудь вкусняхи. — Гоготнул блондин, вешая трубку. Вот что-что, а Бакуго был тем еще ценителем алкоголя, потому выбирал на свой вкус. Его друзья и не были против, потому что доверяли ему и его вкусу. По крайней мере, никто из них не жаловался на то, что привкус алкоголя какой-то противный. На горьком (или нет) опыте Кацуки испробовал все виды напитков, поэтому мог вслепую сказать, что дерьмо, а что нет. И накупив десяток бутылок (на первый раз), он уже выжидал своих друзей, все посматривая на время. Бакуго успел даже заказать проституток, осталось, чтобы друзья пришли вовремя, а иначе ему достанется больше. Звонок в дверь. Парень уже было подумал, что первее пришли проститутки, но нет, за порогом были Киришима и Тодороки, которые стояли с пакетами в руках. Быть точнее, Эйджиро нес два больших пакета с разными закусками и другими вкусняшками, а Шото держал в руках пять коробок пиццы. Кажется, сегодня будет снова праздник живота и бедная печень. Девушки легкого поведения себя ждать не заставили, посему пришли через десять минут после прихода друзей Кацуки. Когда они вступили за порог дома, то понеслась сразу же жара. Громко играла музыка, в зале было темно и только ночники придавали этой атмосфере нужную обстановку. А чтобы соседи не стучались, Бакуго сделал более толстые стены, дабы не было лишней мороки в виде полиции у двери квартиры. И после пяти бутылок алкоголя, девушки были просто готовы. Двоих Кацуки сразу же забрал к себе в комнату, оставляя остальных на Тодороки с Киришимой. По крайней мере, чтобы им скучно не было. Вот только наутро Бакуго еле поднял голову с подушки. Дома уже никого попросту не было, Тодороки с Киришимой изредка ночевали у блондина (но на этот раз остались, естественно). А так как парень любил много спать, то его друзья были жаворонками и быстро убегали. Да и Кацуки было до звезды, лишь бы его не трогали, пока он сладко спит и видит десятый сон Морфея. «Вот теперь сегодня точно разгрузочный день…» Подумал Бакуго, сидя за столом с банкой рассола. На пришедшее уведомление в телефоне он медленно поднял голову, разблокировал и зашел в беседу. Двумордый: Надеюсь, ты уже не спишь. Я: не сплю, потому что одолевает головная боль. Я: сегодня хера с два я куда-то пойду, понятно? Дерьмоволосый: а жаль, ведь сегодня снова бои без правил. Дерьмоволосый: ты же так любишь это! Неужели, ты решил в первый раз в жизни «прогулять»? Я: блять, да как вовремя. Во сколько она хоть? Двумордый: через три часа или около того. Я: бляяяять! Кацуки измученно глянул на настенные часы, а затем на банку с рассолом. Выбора не было, придется поднимать свою задницу и идти, потому что бить морды другим он любил. И по приходе в назначенное место, Бакуго ничего не брал с собой, даже руки не бинтовал, а вот Тодороки брал биту, потому что пачкать руки излишне не хотелось, Киришима брал кастеты, потому что «а почему бы и нет?» Мочилово было долгим, потому что бились до последнего. Те, кто был без сознания, лежали, а те, кто еще мог встать, продолжали, естественно, драку. Некоторые не встают специально, потому что не хотели уходить отсюда со сломанной челюстью. Троица ушла с этого боя удовлетворенной, прикарманив некоторые деньги, а остальные кое-как выдержали бой и доковыляли до дома восстанавливаться. И вот дома Бакуго принял душ и сразу же лег спать, потому что два дня подряд пить и заниматься сексом с девушками, так еще бои без правил, которые тоже требовали сил и энергии, было ужасно трудно, даже для такого парня, как Кацуки. Все-таки он человек, а не робот, который не знает понятия «усталость, утомление». К обеду следующего дня телефон просто разрывался от уведомлений. Ворчащий Бакуго еле нашарил рукой злосчастный смартфон и посмотрел в экран. Писали в беседе. Горько и тяжело вздыхая, парень все же зашел в чат. Я: да вы заебали. Двумордый: О, проснулся. С добрым тебя днем. Дерьмоволосый: Бакуго, а ты не забыл про Мидорию? Я: стоп… Я: какой Мидория? Дерьмоволосый: ЛОЛ! хд Двумордый: Мидория, который слепой. Ты с ним встретился и ты, вроде как, с ним мутишь. Должен, по крайней мере, потому что проспорил. Бакуго посмотрел в потолок, а затем провел ладонью по лицу. В голове пошел мыслительный процесс. Вспомнив, кто такой Мидория, снова уткнулся в экран смартфона. Я: ааа… Деку, что ли? Двумордый/Дерьмоволосый: ?? Я: я его назвал «Деку», потому что он бесполезный и беспомощный. Я: ну, ващета я про него забыл… Двумордый: Может, ты пойдешь к нему? Погуляешь хоть. Я: бля… он, вроде, говорил, что будет ждать меня там. Дерьмоволосый: «там» это где? Я: в секретном месте, Дерьмоволосый. Я: лады, отлежусь и пойду навещу ближе к вечеру. Покеда. Положив телефон на прикроватную тумбочку, снова решил завалиться на бок и прикрыть глаза. Не очень ему хотелось куда-то идти, даже на эту встречу. Но надо, потому что так-то сильно он не мутил с парнем, а по желанию нужно именно завести отношения, коих не одобрил пока сам Изуку. Прекрасно, еще и ждать одобрения. «Дождусь одобрения и свалю в закат сразу же.» Подумал было блондин, все же сползая с кровати и направляясь прямиком в ванную комнату. Сегодня нужно быть как всегда сногсшибательным, несмотря на то, что идет на встречу с парнем. А кто сказал, что в конце дня он закончит одной встречей на сегодня? Именно, что никто. До парка пришлось добираться пешком, потому что Кацуки посчитал, что лучше пройдется бесплатно на своих двоих, чем отдаст пятихатку за проезд. Причем к вечеру пробок тоже не мало, потому что все возвращались элементарно с работы. По приходе на то самое место, Бакуго уже надеялся, что никого там и не будет (потому что сидеть с парнем не хотелось, не гей же, да), и одновременно надеялся, что там будет сидеть Изуку (потому что зря пер, что ли, сюда или как?) И по закону всех жанров, блондин видит перед собой Мидорию, который спокойно сидел на скамейке и смотрел на закат. Пока Кацуки шел к нему, он успел нашуметь ботинками по траве, заставляя парня обернуться на звук. — Кто здесь? — Я, это я. — Каччан? Я думал, ты обо мне позабыл и больше не придешь. «Я б с радостью, если бы кое-какие дебилы не напомнили!» — «Каччан»? Это еще что за дурацкое прозвище? — Ты же назвал меня «Деку», так почему я не могу назвать тебя «Каччан»? Блондин присел рядом с Изуку. — Потому что есть причины называть тебя «Деку», чертов Деку! — Ну, вот, почти сам себе на вопрос ответил. Останемся каждый со своими причинами так называть. — Посмеялся Изуку, смотря прямо на Бакуго, — где ты был? — Я не должен перед тобой отчитываться. — Прорычал недовольно парень, откидываясь на спинку скамьи, — скажи «спасибо», что я вообще пришел. — Спасибо. — Тут же поблагодарил Мидория, мило улыбнувшись ему, — я ценю это, правда. Пусть даже мы и знакомы всего ничего. Кацуки осмотрел с ног до головы слепого юношу, промолчав на это, и перевел взгляд на закат, который действительно заворожил блондина. Хотя парень был не ценителем такой вот «романтичной обстановки», потому что романтика эта, во-первых, не его, а во-вторых, не любитель и не фанат пялиться на небо, пусть даже там звездопад начнется. И снова это дикое и утомляющее молчание. Если Мидория привык молчать и вслушиваться в тишину, то Бакуго – нет. Посмотрев вниз, он оглядел оживленный парк, где во всю резвились дети и веселилась вся молодежь. И дабы вечер не прошел зазря, Кацуки встал со скамейки и потянулся. — Уже уходишь? — Поднимай задницу, идем веселиться.