Твоими глазами

— Поднимай задницу, идем веселиться. — С этими словами блондин сразу же подхватил на руки ничего непонимающего Изуку и бегом стал спускаться по горке. Юноша рефлекторно ухватился за шею Кацуки и перестал (или забыл) как дышать. Бакуго не хотел полтора часа спускаться по ступенькам, поэтому решил сделать намного быстрее в считанные секунды. Оказавшись на территории парка, он опустил зеленоволосого юношу на ноги. — Я не думаю, что это хорошая идея. Но Бакуго его больше не слушал, осматривая аттракционы, которые попадали в его поле зрения. Наметив, по крайней мере, три самых подходящих, он схватил за запястье слепого Мидории и повел к кассе, дабы ненароком он не потерял блондина. Для Изуку громкая музыка, мельтешащие пятна и мигание разноцветных огней наводили на панику, посему сразу же обнял за руку Бакуго, таким образом, защищаясь. А блондин чувствовал бешеное сердцебиение юноши, но не придал этому значение. Дойдя еле-еле до кассы в связи с огромной очередью, Кацуки заказал себе и Мидории по билету на три аттракциона. Вручив ему три билета, а себе оставив остальные, блондин потащил слепого к американским горкам. Изуку только и успевал, чтобы не убить кого-то тростью по дороге, и чтобы не слетели его очки для слепых. Веснушчатому, услышав крики людей, стало не по себе. — Я.. я не могу… — Тихо произнес Изуку, попятившись назад. И странное поведение юноши осталось не без внимания Бакуго. — Ты куда это? Ты не любишь американские горки? — Я не могу, Каччан. — Сделал снова шаг назад слепой Изуку, хватаясь за грудки и учащенно дыша, словно задыхался. Вот что-что, а Бакуго не на шутку перепугался. Мидория упал на колени и сгорбился, пытаясь как-то дышать. Вся эта музыка, разноцветные огни и крики людей на фоне заставляли лишний раз паниковать. Слепой стал рыться в кармане своих шорт, доставая ингалятор и вдыхая сразу же. Приступы удушья его отпустили, а Кацуки, который упал на колени рядом с ним, облегченно выдохнул. — Твою мать, не пугай так! — Недовольно рявкнул Бакуго, — ух, тупой Деку! — П-прости… — Виновато опустил голову Мидория, но ему тут же помогли встать. — Боже, блять, не беси меня уже. Я понял, тебя стоит вводить на менее экстремальные аттракционы. — Сделал вывод Кацуки, пряча билеты в задний карман. Ему не хотелось лишних проблем по поводу того, что он убил нового знакомого из-за того, что насильно повел на такое «безбашенное веселье». Но помимо тех аттракционов, блондин знал, куда повести такого «бесполезного Деку», только не без помощи получится. И все же Бакуго не знал, почему, но ему очень хотелось, чтобы Мидории было хоть немного весело. Искренне не понимал, почему хотелось с ним повозиться. Может, все потому, что скоро убежит в закат, как только получит согласие? И это не исключено, но Кацуки решил вообще не заморачиваться. По крайней мере, сейчас. Он повел его к простым детским забавам, по типу: словить игрушечных рыб за какое-то время. Кстати именно здесь Бакуго помогал Изуку ловить, взяв его руки в свои руки, который держали маленькую удочку. Правда, конечно, для самого блондина это было скучно, но вот видеть счастливое лицо слепого – было как бальзам на душу, а почему – Кацуки не знал ответа на свой вопрос. Может, впервые почувствовал себя «хорошим» для кого-то? Блондин пошел в тир, беря в руки понравившийся автомат. Он знал, что в тирах всегда сбит прицел, но несмотря на это, его удача была просто на высоте. И фортуна его не обделила на этот раз. Кацуки успел выбить большую игрушку в виде зеленого зайчика и вручить Мидории. Последний пощупал в руках мягкую игрушку, а затем крепко обнял ее и что-то пищал себе под нос от смущения, на что Бакуго только усмехнулся. Далее Кацуки повел Изуку к фонтану. Его Мидория видел лишь в отблесках цветных огней и слышал шум воды. Потянувшись рукой, он как раз дотронулся до струи и сразу же отдернул руку, не ожидав. Бакуго прыснул от смеха, но карма его настигла в виде толчка каких-то пробежавших пацанов. Кацуки упал с головой в фонтан, сразу же выныривая и сверля недовольно взглядом людей вокруг. — Какие ушлепки это сделали?! — Зарычал злобно блондин, разгоняя сразу же людей от фонтана на три метра минимум. И только единственный человек стоял и смеялся, видимо понял, что сейчас произошло. — Каччан, мне нравится, как ты реагируешь. Это забавно. — Не мог остановиться Изуку, хватаясь за живот. Бакуго как-то неожиданно для себя успокоился, глядя на такого смеющегося юношу. Но Бакуго не был бы Бакуго, если бы не пришел в себя от «цыганских чар». — Что ты ржешь, как конь троянский? Аргх… — Блондин слез с фонтана и стал прямо на себе выжимать одежду, — и вообще, не называй меня так, чертов Деку! — Не злись, Каччан. Прости меня. — Успокоился тут же слепой юнец, — время, кажется, позднее, мне пора домой. Проведешь меня, пожалуйста? — Спросил Мидория, глядя куда-то не туда, потому что не знал, где в данный момент находится блондин. Но точно Бакуго знал, что, если бы не слепота, этот ушлепок (по его мнению) смотрел на него большими глазками, упрашивая провести его. Зуб мог бы дать за такое предположение. — Ты не туда смотришь. — Сделал замечание Бакуго, — ладно, пойдем проведу. Не хочу, чтобы ты потерялся и снился мне в страшных снах, что я тебя не провел, а ты потерялся, забрел куда-то и тебя изнасиловали. — Пересказал возможный сюжетный поворот Кацуки, беря под руку слепого Изуку. От такого пересказа пошли мурашки по телу, поэтому он сразу обнял мускулистую крепкую руку парня, успевая перебирать ногами. Кацуки знал улицы, как все свои пять пальцев, посему он без труда нашел ту самую улицу с номером дома Мидории, который просто сказал название. Шли они не то, что быстро, и не то, что медленно. Обычным шагом. Бакуго и сам был не против такой ночной прогулки, потому что не всегда выделял внимание такой мелочи. Он уже и позабыл, когда в последний раз гулял вот так на свежем воздухе, все вдыхая в свои легкие запах дыма табака, крепкого алкоголя и дешевых духов, исходящие от таких же дешевых проституток. Парень словно в первый раз испытал такое чувство, давно позабытое чувство. Максимум, что он делал, так это открывал окно настежь и вдыхал запах ночного города. Всю дорогу оба парня шли молча. Кацуки не хотел прерывать такую тишину, а Изуку просто любил молчать и вслушиваться в нее, изредка вздрагивая от внезапных гавканий собак с чужого двора. И уже подходя к нужному дому, Мидория встал перед блондином, поднимая голову, так как Бакуго был выше него, и улыбнулся. — Спасибо большое, Каччан. И это… помнишь, я сказал, что нужно общение хотя бы? Я вижу, что ты хороший человек. «Ошибаешься, Деку, ошибаешься…» — И мне было весело с тобой проводить время, пусть даже это было только сегодня. Я не должен обязывать тебя возиться со мной. — Небольшая пауза, — но я согласен встречаться с тобой. Бакуго не знал, как реагировать. Он просто смотрел на улыбающегося Изуку, который подрагивал от холода. Все же весенние вечера были еще прохладными. — Иди уже, не мерзни, Деку. И как раз вышла женщина, окликая своего сына, а затем подбегая к решетчатой калитке. Она посмотрела сначала на сына, который пытался успокоить маму, а затем на блондина. — Спасибо, что проводили моего Изуку. Будьте осторожны на улицах. Вам вызвать такси? — Залепетала сразу женщина, обнимая своего слепого ребенка, но Кацуки только покачал головой. — Нет, спасибо, мне недалеко здесь. — Соврал парень, сразу же уходя и оставляя двоих наедине. Мидория, перед тем, как зайти в дом, посмотрел примерно там, где калитка, и улыбнулся, пытаясь все же не заплакать. Он сдерживался, чтобы не распустить нюни прямо перед ним, дабы не показывать себя слабым вовсе. Да и по характеру Бакуго можно было понять, что он не выносит чужие сопли и слезы, посему и воздержался, просто мягко улыбаясь ему, пусть и не видя реакции Кацуки. «Спасибо, Каччан…» Даже несмотря на то, что для Бакуго время было самым подходящим, чтобы снять какую-нибудь девушку легкого поведения, но настроения как-то и не было на секс. Пока парень шел домой, он решил за весь вечер заглянуть в телефон. Беседа как всегда была богата мемами от Киришимы, а Тодороки только писал «хахаха». Эту картину он представлял так – Двумордый с каменным лицом и пишущий «хахаха». Кацуки и не спорит, потому что в их компании Шото единственный из них двоих, который поддерживает настроение Эйджиро. Если бы оба были друг у друга во вкусе, то, наверное, уже мутили бы. А все потому, что Бакуго их считал «гребанными фетишистами», потому что Тодороки любил типаж, как Мидория (если вкратце объяснить), а Киришима любил слишком брутальных, причем не быть под ними, а самих их иметь. «Со страшной командой я живу, блять…» Думал всегда Бакуго, смотря на этих «педиков». Еще бы чуть-чуть, и у блондина начался бы нервный тик. Вот что-что, а с ними в одной комнате он не хотел бы ночевать, боясь за свою задницу. Чат: Дерьмоволосый: о, я вижу Бакубро! Здорова-а-а!! Ну, чокак? Как Мидория? Я: да ничо такого в принципе… Я: он дал согласие со мной встречаться. Я: поэтому можно считать, что я замутил с первым встречным! Дерьмоволосый: так нельзя! Ты прям-прям должен мутить!! Я: а вот этого мы не обговаривали! Я: так что сосни хуйца. Дерьмоволосый: так я бы с радостью, только ты не даешь! Я: пошел нахрен. Дерьмоволосый: предпочитаю идти в жопу. ;) Двумордый: . . . Двумордый: Я просто отошел на две минуты. Я: иди дальше письку дергай. Двумордый: Кстати, я как понял, ты больше не хочешь быть с Мидорией? Двумордый: Я бы его к себе забрал. ;) Я: свали в туман, Половинчатый, он – мой. Я: то есть… Я: блЯяяЯЯЯяять! Дерьмоволосый: оп-па, кто-то уже втюрился? Двумордый: Действительно, я бы тоже влюбился, если не сейчас. Я: специально меня драконите, ушлепки конченные? Я: Я САМ РЕШУ, ЧТО С НИМ ДЕЛАТЬ! Двумордый: Я бы не советовал тебе играться на чувствах инвалида. Двумордый: Это мерзко. Я: а меня это ебать должно? Я: именно, что жирное НЕТ. Двумордый: Потом жалеть будешь. Я: не стану жалеть. Когда я вообще в последний раз жалел? Двумордый: Твоя правда. Бакуго вышел из социальной сети, пряча телефон в карман еще не высохших джинсов. Из переднего кармана достал ключи и вставил в замочную скважину двери своей квартиры. Блондин еле снял с себя ботинки, еле доковылял до ванной комнаты, дабы бросить в стирку мокрые вещи и самому искупаться под теплым душем, потому что ходить в мокрых вещах на холоде – такая себе затея, но ничего не поделать. Даже если бы ему женщина предложила остаться на ночь, чтобы высушить вещи, Кацуки из принципа бы отказался. Сам дойдет до дома и высушит, не маленький. Да и было бы неловко сидеть рядом со слепым Изуку. Под струями горячей воды из душа Бакуго размышлял об одном единственном человеке. Он не знал, как поступить: уйти по-английски или продолжать с ним «мутить»? Но если он уйдет, то что же? Дал ему ложную надежду? Хотя второй вариант тоже не устраивал Кацуки, но и выбор был скудным. На свой страх и риск выбрав второй вариант, Бакуго почувствовал неожиданно для себя какое-то тепло внутри грудной клетки. Он сразу вспомнил счастливую улыбку Изуку и его милый смех. «Хорошо быть хорошим для кого-то, наверное…» Подумал Бакуго, сразу же помотав головой и ударив кулаком каменную стену душевой. — Да что за цыганские фокусы на меня действуют? Ух, блять! — Кацуки сразу стал агрессивно мылиться, напенивая голову и подставляя под струи воды, лишь бы не думать о всякой фигне, вроде того, что было немного ранее. Но по итогу, когда блондин плюхнулся на кровать лицом в подушку, последние его мысли перед сном были такие: «Ладно, стану для него доброй феей, посмотрим, что из этого будет.»