Семья.

— Не переживайте, сэр Арахнисс. Полагаю, Ваш отец погиб быстро и безболезненно. Процесс тления его тела занял не более трех секунд, — с характерной вежливостью и плавностью речи сказал доктор, проверяя пилу в своих ножнах. — Да, Роуч… Я знаю.       Гарольд шел по переулкам, сунув руки в карманы брюк и слегка опустив голову. Некая опустошенность в душе паука напоминала ему о нечестности и бесполезности ранее заключенной сделки. Тогда он не стал спорить с владыкой ада. Какой смысл? Силы Радио-демона во много сотен раз превосходят то, что имеется в запасе у сына дона мафиозной семьи. Оленю стоило лишь щелкнуть пальцами, как бедного Темного разорвала бы целая орава мелких тряпичных человечков.       Начался частный сектор. Тот, что был недалеко от района, в котором ранее проживал Арахнисс. Скрываясь в тени деревьев и быстрыми перебежками передвигаясь от забора к забору, Роуч и Гарольд оказались перед огромной виллой, своими размерами резко выделяющейся из общей массы домишек, что стояли подле нее. — Остается надеяться, что до сира Макоэлли не успели добраться участники событий, которые произошли несколькими часами ранее, сер Арахнисс, — защелкал жвалами Таракан, глядя на здание из подстриженных кустов. — Зайдем с парадного хода. Думаю, они не считают нас идиотами, что попытаются зайти в дом через главные ворота, зная о преследовании.       Дуэт тихими и мерными шагами вышел на тротуар, прошел несколько метров и оказался около немалых размеров ворот, что были прикреплены к шестиметровому забору из неизвестного материала, что цветом походил на кровавые брикеты. — Гм… Сир Макоэлли остается верен своим традициям. Интересно, это отходы продуктов или его жизнедеятельности? — заинтересованно рассматривая забор, вымолвил Роуч, не решаясь тронуть данное сооружение. — Вы с отцом нечасто бывали здесь? — сказал Арахнисс, нажимая на кнопку звонка. — Увы, нет. Данный господин появлялся на Совете. Я к нему допущен не был. Более того, дон Хенроин всегда добирался до Макоэлли в одиночку. Я его сопровождал лишь один раз.       Ворота распахнулись, а перед гостями оказался сутуловатый низенький пес в чистой черной жилетке и в белой рубашке с широкими рукавами. На его глаза наваливалась огромная кожаная складка с темной шерстью. — Д… Добрый вечер… В-в-вам… Чего изволите? — неуверенно начал он. — Мы к Дону Бладину. От Дона Хенроина, - вступил в диалог с ним Роуч, начиная осматриваться и водить усиками из стороны в сторону. — Ах… Слава всем великим. Ребятки, расслабляйтесь. Это господин Хенроин!.. Вернее, его сын. Повезло Вам, господа, что у меня прекрасная память. Я видел Вас, господин, — гавкнул пес в сторону Гарольда, чем вызвал у последнего недоразумение и некое удивление.       В темноте раздались облегченные вздохи и клацанье затворов. Фонари, стоящие вдоль тропы к двери дома, резко включились, демонстрирую пятиметровую аллею. Вооруженную охрану за деревьями видно не было, но Арахнисс, идя за псом, чувствовал на себе тяжелые взгляды амбалов, что состояли в данной семье.       Коридоры огромной виллы напоминали скорее замок, нежели дом, в котором осел член мафиозного совета: комнаты были освещены большими люстрами, по стенам длинных пролетов висели картины разного качества и паршивости (была и династическая стена), у дверей кабинета стояли два латных доспеха, держащих меч лезвием вниз. Цвета были, словно специально, подобраны весьма темные и мрачные.       Охраны в здании Арахнисс не наблюдал, лишь изредка ловил глазами ускользающие от его взора неестественные и острые тени. — Сир Бладин де Макоэлли ожидает вас в своем кабинете. Вероятно, Он уже знает о визите столь «почтенных» гостей, — пес улыбнулся, — Его величие, конечно, запретил впускать к нему гостей, однако членов Совета Он видеть всегда рад, — поклонившись, дворецкий проследовал в темноту коридоров. Его силуэт свернул за угол слабоосвещенного помещения и исчез.       Гарольд и Кок Роуч переглянулись. Несколько осторожными шагами пара приблизилась к двери. Таракан осторожно повернул ручку, точно чувствуя нечто неладное, положил руку на пилу под пальто. Темный обхватил рукоять револьвера, обведя языком свой особенный зуб. Дернув дверь на себя, Таракан вежливо вошел внутрь, улыбаясь и разводя руками, при этом одну из них он все еще держал под одеждой. Гарольд вошел более скромно, точно мышь проскользнув в щель между закрывающейся двери и стены.       Кабинет напоминал собой свалку. Разбросанные бумаги, перевернутые шкафы, опрокинутая софа с разбитыми в щепки стульями и порванным креслом-троном. Тело хозяина этих владений «целым» назвать точно нельзя было: тело было надето на шест так, что его острие выходило из трахеи комара, крылья — обломанные — лежали у подножия кола, длинноносая голова была воткнута острием в комариный живот, также внизу стояли барабаны, основой для которых послужили лапки феодала, что были обтянуты материалом, напоминающим покровы его разорванного живота. Вокруг этого бесчинства стояли зажженные свечи. — Какая до безобразия прекрасная работа маньяка-любителя артхауса. Подумать только… Забраться в столь охраняемое снаружи место, разрушить кабинет его владельца, а потом еще этого самого хозяина умертвить столь ужасающим образом! Правда, я не могу установить последовательность действия убийцы… — Роуч с любопытством подошел к мертвецу, осматривая каждый сантиметр его бренного тельца.       Арахнисс же лишь опустил глаза. Данная картина не вызывала у него отвращения или жалости. Скорее, просто была неприятна. По многим причинам, хотя бы по той, что теперь ему неоткуда запросить поддержки. Не смотря на уничтоженное кем-то тело Бладина, паук прошелся до его стола — на нем самом ничего не было, точно так же, как и в его ящиках. Поправив шляпу, Гарольд прошелся до измазанных выделениями москита бумаг, присел около них, начал изучать. Листов было много. Странным было и то, что они были еще теплыми, точно только что вышли из-под рабочего принтера, а краска… Вернее, ее запах все еще витали в воздухе. Взяв один из листов, Темный провел глазами по написанным там буквам: “ — Полагаю, что я уже могу получить определенную плату за свои заслуги? — Да-да, детка, конечно. Только мне интересен способ, с помощью которого ты решил их отыметь. — Все В Лучшем Виде Поверьте. — Сука, ты одним сообщением можешь написать? Жду результатов, Менструадин.» *”Электронная переписка? На бумаге?.. Но зачем она Макоэлли?..»* После паук взял другой лист: “ — Он идет! Ты! Ублюдок! — Че? Яснее выражайся, мастурбатор для пинцетодрочеров.»       Остальные бумаги были испорчены. Внутренности пропитали бумагу, из-за чего та буквально разваливалась в руках; отбросив этот мусор в сторону, Арахнисс поднялся на ноги, сжав пальцы в кулак. -… угу… Удары наносились оружием ангельского происхождения… одновременно… Невозможно, даже экспериментально данную затею повторить у меня не… — Идем, — сухо произнес Гарольд, выходя из комнаты.