Скрытое небо

Тсуна крутил Кольцо Неба на пальце. Это его первая крупная акция в качестве Дона. Обычно, переезжая на новое место, они занимались уборкой дома, а в Железном форте была крысиная проблема. — Паразиты собраны, всеядное, — сказал Хибари. — Спасибо за помощь, Кея-сан, — Тсуна встал из-за стола Дона — своего стола, напомнил он себе — и взял стопку приготовленных конвертов, в то время как Хибари выпрыгнул в окно. Сегодня с ним его информационная команда; они прошли через холл в конференц-зал, где их ждали семь нервничающих мужчин и женщин. Они вскочили на ноги, когда вошел Тсуна; он занял место во главе стола, Киоко и Базиль — по бокам, а Реборн примостился на спинке стула. — Садись. Только один из этой группы был активным Пламенем, поэтому ему придется полагаться на слова и жесты, чтобы довести свою точку зрения до конца. — Я уверен, что вы все уже знаете, кто я, — если нет, кольцо должно сделать это очевидным. — И я знаю, кто вы, потому что вы все шпионы. Реакция была разной: одни застыли, другие побледнели, третьи неловко заерзали. — Я не могу позволить этому продолжаться, — продолжил Тсуна. — Это ваш единственный шанс признаться. Некоторые из вас сделали это из-за денег, некоторые из-за шантажа; мистер Карелли, я знаю, что ваша ситуация несколько иная. Вы можете подождать за соседней дверью, пожалуйста. — Это не просьба, и Карелли не воспринял ее как таковую. Киоко проводила его. Тсуна передал пачку конвертов Базилю, который дал каждому шпиону по одному с их именем. — В этих письмах содержатся условия, которые я вам предлагаю. Прими или уходи. Если к завтрашнему закату вы все еще будете в Железном форте, я буду считать, что вы приняли мои условия, — он надеялся, что так оно и будет; его люди приносили ему радость, даже когда у них было несколько неприятностей, но если они являются угрозой для Семьи, он должен избавиться от них. — И мы должны слушать тебя только потому, что ты носишь Кольцо? — сказал Фоджа, механик из моторного парка Форта; он уже достаточно оправился, чтобы перейти к обороне. — Кто умер и поставил тебя во главе? Температура в комнате упала. — Энрико, Массимо и Федерико Вонгола, — ответил Тсуна. Он ожидал, что его статус подвергнут сомнению, но вовлекать в это дело своих предшественников слишком. Даже другие шпионы смотрели на Фоджу так, будто он выплюнул жабу. — Уверен, вы не хотели проявить неуважение к моим кузенам, мистер Фоджа, так что вы будете счастливы спонсировать мессу от их имени в соборе Агридженто. — Фоджа сглотнул. — Да, сэр, — он открыл конверт, остальные сделали то же самое. Самое короткое письмо было адресовано Зоре, садовнику; оно гласило: «Твой куратор работает на меня. Дальнейшие инструкции придут по обычным каналам.» Она часть сети Вайпера. В идеале, другие могли быть использованы для передачи дезинформации. Двое, которых шантажировали (лесбиянка и незаконнорожденный ребенок, соответственно), обнаружили копии материалов шантажа в конверте и обещание, что все копии были уничтожены. Те, кто брал деньги, получали подробный список полученных платежей и счет за долю Тсуны. Его хранители иногда могли пугать. — Есть вопросы? Их не было.

***

Карелли задрожал. Его худший кошмар стал явью, и его семья заплатит за это вместе с ним. Дечимо, который выглядел таким нежным и пушистым, посмотрел ему в глаза и сказал, что знает. — Сюда, пожалуйста, — сказала женщина-хранитель Дечимо. Карелли сглотнул и шагнул в дверь, ожидая своей участи. — Энцо? — Джулия? — ему мерешится. Так и есть. Его жена и дочь Роза, здоровые и невредимые, сидели в приемной Вонголы. — Боже мой. — Папа! — Роза топнула ногами, и он рухнул в кресло. Его жена втиснулась рядом с ним, и они долго обнимали друг друга. — Как это возможно? — пробормотал он. Джулия положила голову ему на плечо. — Я не уверена. Все произошло так быстро прошлой ночью. Агент… он сказал только: «Меня послал Вонгола, и мы вас вытащим». Должно быть, он использовал Пламя Дождя — и вот мы здесь, — в Железном форте. Дон не стал бы тратить столько сил только на то, чтобы убить их. Его семья единственный рычаг семьи Гатопарди на него; одним ударом Вонгола лишил его оснований для шпионажа. — Папа, плохие люди вернутся? — Нет, милая. Они не могут прийти сюда, — теперь он в этом уверен. Раздался тихий стук в дверь, и в комнату проскользнул Дечимо. — Здесь все в порядке? Карелли бросился к ногам Дечимо и с благодарностью поцеловал ему руку. — Я никогда больше не собьюсь с пути, Дечимо, клянусь! — Рад это слышать, — молодой человек положил руку на плечо Карелли. — А твоя семья? Надеюсь, ваша поездка не была слишком напряженной. — У нас все хорошо, сэр, — сказала Джулия. — Примите нашу благодарность. — Роза, стараясь вести себя как взрослая, торжественно кивнула. — Я стараюсь заботиться о своих людях, — Дечимо почесал шею. — Я сказал Фьорино, что ты можешь взять выходной сегодня и завтра, а эти двое останутся в твоей комнате, пока ты не решишь, где хочешь жить. Он позволит им выбирать? Разве Джулия и Роза не станут заложниками его хорошего поведения? У Карелли защипало в глазах. — Полагаю, мы не можем вернуться на старое место. — Очевидно, там проблемы с безопасностью, и мистер Карелли, в том числе ты должен был рассказать, — Дечимо покачал головой. Карелли знал, что должен был сообщить о похищении. Даже если он Беспламенный ворчун, он не ожидал, что руководство Вонголы будет заботиться о нем. Но они заботятся. Он начал было бормотать извинения, но Дечимо жестом велел ему замолчать. — Это недостаток твоего Босса, а не твой. Я попросил Киоко подготовить для тебя несколько вариантов. Вот они, вместе с некоторыми другими инструкциями, — он протянул Карелли конверт. — Я повинуюсь букве закона, сэр! — Ради бога, прочти, прежде чем говорить, — Дечимо фыркнул. — Имей хоть немного здравого смысла. — Да, сэр, — это не имело бы никакого значения. Дечимо соизволил проявить к ним милосердие, и Карелли знал свой долг.

***

— Я думал, мы договорились, — крикнул Хаято. — Персонал будет использовать комбини больше всего, так что он должен быть рядом с кафетерием. — Но на северной стороне есть такая крутая каменная кладка, — возразила Хару. — Мы могли бы сделать пиратский мотив! — Это не долбаный тематический парк! — Хаято развел руками. — Но чувство приключения полезно для боевого духа. — И это не будет иметь значения, если никто не воспользуется этим местом! — они находились в подвале Железного Форта, у подножия парадной лестницы. Здесь несколько складских помещений, которые можно было бы переоборудовать в мини — маркет — если бы только они могли решить, какое именно. — Но как насчет атмосферы? — Хару хотела сделать фреску. Хаято закатил глаза. Весь подвал имел сводчатые потолки; разве она не могла работать с этим? Он уже собирался ответить, когда по лестнице спустился Койот Нуга. — Вот ты где. Гокудера, на пару слов, пожалуйста. — Тогда я пойду поговорю с Элизабетой-сан, — сказала Хару. — Повеселись! — Она помахала рукой и отскочила. Койот потащил Хаято в пустую кладовую. Его пламя заклубилось вокруг него, когда он захлопнул за ними дверь. — Ты безымянный ублюдок, уличная крыса. — Уже нет, — с тех пор, как Тсуна-сама привел его домой. — Твой отец — подражатель палермитани. Хаято пожалел, что не видит, как Койот говорит это в лицо его отцу. Дон Коломбо был одним из многих новых Боссов в Палермо, которые разжирели на торговле наркотиками, но их власть не могла сравниться с династиями Неба, которые правили провинциями Сицилии. — Ты ждешь, что я буду защищать своего донора спермы? — он много раз видел, как это разыгрывается: два урагана, набрасывающиеся друг на друга, пока крики не перерастают в насилие. Хаято, однако, не просто ураган. У него есть нити пламени Дождя и Грозы, и он призывал их сохранять спокойствие и сосредоточенность. Койот зарычал на него. — Ты считаешь, что заслуживаешь быть Правой Рукой Вонголы? — Черт возьми, нет. Впрочем, не важно, что я думаю, мое Небо хочет именно этого. — И он доверил тебе такую роль? — ухмыльнулся Койот. Глупо было задавать этот вопрос Хранителю Неба. Было тысяча способов, которыми Тсуна-сама проявлял к нему доверие. От сна в его объятиях до предоставления доступа к его банковским счетам. — У меня есть специальное разрешение не подчиняться ему, если я считаю это необходимым, — это неслыханно в мафии, и это заставило Койота остановиться. — Послушай, если ты хочешь драться, просто скажи, у меня есть работа.

***

Хана уже имела дело с обезьянами, наводнившими это место. В таком красивом поместье должны были бы жить цивилизованные жители, но нет, там весь день царили шум и тестостерон. Она шла по коридору, пытаясь найти тихое место, прежде чем сделает то, о чем все остальные пожалеют. — Женщина, — Хибари опустился рядом с ней. — Эй, плотоядное, что случилось? — Ты… Я… Снаружи. Хана усмехнулась и вытащила тессен. — Вот теперь ты заговорил. Хочешь, чтобы было четыре? Я позвоню Черепу, если ты возьмешь старый бисквит. — Хн, — Хибари отпрыгнул в сторону, Хана достала телефон.

***

Семейное кладбище Вонгола располагалось террасами на продуваемом ветром склоне холма сразу за садами поместья. Тсуна и Занзас шли бок о бок вдоль рядов могил; Небесные легко различимы по полированным медным дощечкам на каждой из них. Здесь покоились семь предыдущих Донов, и было странно думать, что Тсуна говорил с ними. Между могилами посажены агавы и алоэ, а перед каждой лежали не цветы, а груды раковин моллюсков. — Должно быть, здесь, — сказал Занзас. Это самый новый участок, где похоронены его братья. Занзас остановился перед надгробием Энрико и положил на него раковину моллюска. — Я не должен, черт возьми, представлять тебя вот так, Аники. — Мне жаль, что я никогда не встречался с ним, — сказал Тсуна. Даже самая сильная Воля не могла полностью обмануть смерть. — А что случилось с Хранителями? У него ведь был полный круг, верно? — Ураган вон там, — Занзас указал на могилу рядом с могилой Энрико, отмеченную диском из сердолика. — Не продержался и гребаной недели после похорон. Облако съебал в хижину в Финляндии. С грозой ты уже встречался; в наши дни он носит имя Ганауч. Остальные полегли, сражаясь вместе с ним. — А человек, который в него стрелял? — Казнен собственной Семьей, надеялись, что это даст им милость, — Занзас вдруг ухмыльнулся. — Этого не произошло. Тсуна покачал головой. Скорее всего, бандит действовал по приказу, и его Семья предала его, когда Вонгола пришли отомстить. Они более чем заслужили то, что получили. — Интересно, что подумает Энрико о том, что я пытаюсь сделать. Его интуиция пискнула и потянула к Небесному Кольцу. Энрико тоже недолго носил его; может быть… Он поднял руку и направил Пламя в Кольцо. Появилась призрачная фигура.  — Какого хрена? — воскликнул Занзас — Рад тебя видеть, братишка, — Энрико был широкоплечим мужчиной, одетым в галстук в горошек вместе с вездесущим костюмом мафиози. — Ты умер на мне, придурок! — Извини за это, — Энрико протянул прозрачную руку, чтобы взъерошить волосы Занзаса. — Тебе сейчас лучше, да? — Да, с тех пор, как мы познакомились. — Твое Небо. Я знаю, — Энрико подмигнул Тсуне. Должно быть, он все это время наблюдал вместе с другими духами Кольца. — И, черт возьми, я пинаю себя за то, что не заметил этого. Тсуна, тебе лучше обращаться с Занзасом правильно, или я буду преследовать твою задницу. — Моя задница занята, выбери что-нибудь другое, — сказал Тсуна, чем вызвал смех Энрико. — Я вижу, что у Зана есть Небо, которого он заслуживает. Как глава Девятого с половиной поколения Вонголы, я одобряю то, куда вы ведете Семью. — Ты можешь рассчитывать на то, что я сохраню Семью, — Тсуна расправил плечи. — Может быть, я и не буду там, как старшие доны, но я буду присматривать за вами обоими. Я знаю, что буду тобой гордиться. — Пошел ты. Просто… пошел ты, — Занзас быстро заморгал. — Я тоже тебя люблю, Зан.

***

Вечернее солнце освещало внутренний двор Железного Форта. Тимотео, в кои-то веки, просто наслаждался видом; вся бумажная волокита ушла из его рук, счета переведены на имя Тсуны. У его локтя стоял стакан лимончелло, а на плече дремал Койот. Браун Ни вышел на террасу, неся планшет с едва скрываемым ликованием. — Тимо, ты захочешь это увидеть. Это самая ужасная картина, которую я видел за всю неделю. — О? — Браун Ни протянул ему планшет, и Тимотео фыркнул. Это фотография Висконти, спящего на садовой скамейке, а Хибари, Хана и Череп Де Морт дремали вокруг него, очевидно, расслабившись в присутствии друг друга. — Это ужасно. — Облака, способные сосуществовать? Уму непостижимо. — Как Череп попал на территорию? — Его байк в гараже. Я не собирался беспокоить их, чтобы задавать вопросы; они уже сравняли с землей карьерный сад. — Для этого он и существует, — пробормотал Койот.