Скрытое небо

Когда его лимузин подъехал к Железному Форту, Дино в предвкушении ухмыльнулся; если когда-либо и был повод для хаоса в стиле Вонголы, то это, несомненно, двадцать пятый день рождения Тсуны. В приглашении указано: «Пожалуйста, принесите цветок», поэтому Дино держал растение розмарина в горшке. Он вышел из лимузина в сопровождении пятерых своих хранителей; Череп схватил свой скейтборд и умчался в сады. Когда они приблизились к дверям, Туман закружился в фигуры; бронированные, рогатые — Как это называется. — Мы-Рыцари, Которые говорят «Ни»! — центральный рыцарь взмахнул мечом. — Все, кто хочет пройти, должны принести нам… цветок! — Вот! — Дино поднял розмарин. — Проходи, друг. Ни! — рыцари осмотрели его, затем отступили в стороны, салютуя мечами. Ромарио хихикнул. Фойе в изобилии украшено оранжевыми цветами, от пирамид мандаринов до развевающихся шелковых бантиков. Двери в бальный зал распахнулись, и гости уже болтали внутри. — Дино-нии! — Тсуна помахал рукой и бросился к ним, чтобы поприветствовать. — С днем рождения, брат. Мне понравился твой приветственный комитет; кто из твоих Туманов придумал их? — Это командая работа, — хихикнул Тсуна. — Ты можешь оставит цветок вон там. — Он указал на стол, уставленный еще несколькими розмариновыми растениями, парой бонсай и портретом Джорджа Буша-младшего. Был, конечно, еще один способ попасть на вечеринку. Дино как раз заказал напитки, когда двери бального зала с грохотом распахнулись; Занзас ввалился внутрь, сражаясь с группой рыцарей. — Аники, ты устраиваешь лучшие — ебаные — вечеринки. — Ни! Ни! Ни! Ни! — Рад, что тебе понравилось. Возвращайтесь на свои посты, ребята, — Тсуна замахал руками на рыцарей. — Давай, кыш. — Ни! Ни! Ни! Ни!

***

— Уже почти время, И-пин! — Ламбо поставил свою тарелку с тортом. — Я готова, Брокколи голова, — сказала И-пин. Группа младше двадцати лет собралась в одном углу бального зала, частично скрытая цветком в горшке. Сегодня вечером у них важная работа, и Ламбо главный! — По крайней мере, на этот раз я не на работе. — Или в школе, — это забавно скрывать от его учителей; научная команда регистрировала каждое использование десятилетней базуки, и время в будущем могло быть неудобным. Однако это путешествие важно. — Я завидую, что ты можешь уйти, — телефон Ламбо выдал минутное предупреждение. — Тебе следовало подумать об этом десять лет назад, — ПУФ. И-пин заменила ее шестилетняя версия. — Ты стал высоким, Брокколи-голова! — И я забыл, какой маленькой ты была раньше, — характерный звук привлек внимание Тсуна-нии, и он подошел к ним. Хару прямо за ним. — Мило~! — Привет, Тсуна-нии! — И тебе доброго вечера, И-пин, — Тсуна поднял ее, чтобы обнять, и надел ей на голову бумажный колпак. Она оглядела бальный зал. — Вау, ты богат в будущем. — Ага. Это сюрприз, так что никому не говори, хорошо? Можешь поздравить меня-младшего с днем рождения? — Хорошо! — это один из последних случаев, когда Ламбо мог увидеть маленькую И-пин. Почему? Потому что осталось не так много патронов для базуки. Он будет скучать по этому, хотя все время видел ее взрослой, точно так же, как он скучал по старшим версиям своей семьи, пока ждал, когда вырастет. ПУФ. Снова появился взрослая И-пин. — Ты просил поздравить тебя с днем рождения, Тсуна-нии! — Значит, никаких странных параллельных измерений? — спросил Ламбо. — Не то чтобы я заметила, капустная-голова. — Подожди минутку… — Попался! — расмеялась И-пин.

***

За годы учебы в средней школе Тсуна привык таскать с собой маленькие тела; и дети, и Аркобалено выросли из этого, и он иногда скучал по этому. Из его возрастной группы только у Ханы (из всех людей) есть ребенок, и он уже маленький ад из Грозовых Туч. — У меня есть для тебя подарок, — сказала Хром. Она переплела свои пальцы с его и повела его мимо стола с подарками к уединенной нише. Тусне было любопытно; Хром редко бывала такой прямолинейной. Она протянула ему конверт. Настоящий, не туманный; он разорвал его и достал карточку. На лицевой стороне просто поздравления; однако вместо поздравления с днем рождения внутри написано: «Ты будешь папой!» И прикреплен снимок УЗИ, показывающее изгиб головы, крошечную руку… Широко раскрыв глаза, Тсуна посмотрел на Хрома. — Когда? — Январь, — она застенчиво улыбнулась и положила руку на живот. Тсуна обнял ее. Хару посмотрела через плечо Тсуны и едва сдержала визг. — Обнимашки! — она тоже обняла Хром и прошептала достаточно громко, чтобы Тсуна услышал. — Интересно, чувствую ли я разницу? — Хром покраснела ярко-красным; она посмотрела на Тсуну. — Это зависит от тебя, — сказал он ей. Если не сегодня вечером, то скоро настанет его очередь выразить свою признательность. Этот момент не мог длиться долго; гости требовали его внимания. Тсуна засунул снимок за пояс жилета и вернулся к своему обходу. Снаружи доносился шум; зал звуконепроницаемый, но он улавливал вибрации своим Пламенем. Он задумался над вопросом, адресованным Мукуро. — Просто не те, кто устраивает вечеринки, куфуфуфу. Я пришлю тебе видео, дорогой Тсуна, они очень занимательные. — Ни! Ни! Ни!

***

Не было никакого смысла следить за поместьем Вонголы. Отчеты уже написаны, в них говорилось, что ничего не произошло, но Лео все равно пришлось всю ночь сидеть под камуфляжной сеткой, потягивая теплый кофе и глядя в очки ночного видения. Это то, что он получил за то, что взял последнее пирожное, прежде чем Шеф смог его съесть. Единственной причиной для этого — ублажить какого-то крутого инспектора из Рима. Что он ожидал найти, Лео не знал; за последнее десятилетие число насильственных преступлений резко сократилось, а в Агридженто их почти не было. Лео проводил свои рабочие дни, продавая билеты пьяным туристам, и ему это нравилось. Три машины свернули на подъездную дорожку поместья, и он лениво сфотографировал их номерные знаки. Даже если кто-то из гостей связан с организованной преступностью, удачи в том, чтобы повесить что-нибудь на Вонголу. Они веками были столпом общества Агридженто; черт возьми, «Вонгола Энтерпрайзис» построила половину города, включая новый музей древностей. Они меценаты, жертвующие на социальные программы и имели безупречный послужной список. Кроме того, они часто были просто глупыми. Лео наблюдал, как машины встречала охрана в маскарадных костюмах. Был спор — может быть, из-за приглашений? — а потом три машины развернулись и уехали обратно. В классическом случае дорожной ярости они двигались слишком быстро для проселочной дороги. Когда они свернули за угол на главную дорогу, один водитель не справился с управлением и наехал прямо на Лео. У него было долгое мгновение, чтобы подумать о том, как сильно он не хотел умирать, а затем пожелать найти способ свести на нет предстоящее воздействие. Затем машина оказалась над ним, и его зрение наполнилось алым, а затем черным.

***

Вечеринка продолжалась почти до полуночи. В то время как Тсуна все еще предпочитал более тихие, более частные торжества, его работа вращалась вокруг публичных мероприятий — и они становились более интересными, как только гости выпивали в них. — Поздравляю с успехами, дон Вонгола. — Спасибо, дон Эрмеллино. Как хорошо, что ты пришел. — Не стал бы — ик — бы-пропускать это, — Эрмеллино моргнул, глядя на Хром, была зажата под рукой у Тсуны. — Переключился на свой Туман, да? Люди начнут распускать слухи об измене, если ты будешь продолжать в том же духе. — Не прелюбодеяние, двоеженство. Если они собираются обвинить меня в чем-то, они могли бы, по крайней мере, сделать это правильно. — Также содомия, — сказал Хаято, подходя к ним. Он предложил Тсуне стакан содовой. — Правильно! Ты не можешь ошибиться с доброй старомодной содомией. Ты когда-нибудь пробовал это, дон Эрмеллино? — Э — э, эм — ик-что? Тсуна усмехнулся про себя, когда Эрмеллино в замешательстве отступил. Он был далеко не худшим из подчиненных Тсуны, просто его легко шокировать. — Я слышал, кто-то сказал «содомия»? — Занзас подкрался к ним. — Могу я поучаствовать в этом? Хром сделала приглашающий жест рукой. Хаято сделал вид, что проверяет свой телефон. — Хм, думаю, мы могли бы записать тебя на сегодняшний вечер. Дечимо? Тсуна задумчиво наклонил голову. Он все равно был почти готов уйти на ночь. Занзас все еще намного выше его, так что было бы непрактично перекинуть его через плечо и утащить прочь… — Занзас, я требую, чтобы ты схватил меня и унес прочь. — Понял, Аники, — одним движением он перекинул Тсуну через плечо. Тсуна помахал оставшимся гостям на день рождения. — Всем спокойной ночи! А затем, когда они проходили через двери в фойе. — Если ты не начнешь лапать меня за задницу, я рассержусь на тебя.

***

На террасе кафе в северной Италии группа стариков наслаждалась утренним солнцем. На их столе разбросаны остатки позднего завтрака: кофе, выпечка, блюдо с холодной нарезкой и сырная доска. Тимотео отхлебнул кофе. Кафе идеальное место для него и его хранителей, чтобы провести утро в праздных развлечениях. Погода ясная, и туристы слонялись вокруг, фотографируя часовню эпохи возрождения напротив них. Декоративная железная ограда отделяла террасу от улицы, увенчанная ящиками с цветами. Шниттен, сидевший у забора, небрежно протянул руку и вытащил бумажник из заднего кармана. Он достал банкноту в пять евро, вернул бумажник на место и спрятал деньги под тарелку с канноли. 8 Койот жестом указал на него. Ганауч достал 7, а Брау Ни, 5. Шниттен пристально посмотрел на него над низким баллом. Висконти, как обычно, проигнорировал весь этот обмен репликами, а Буш Крокан решал кроссворд. Тимотео усмехнулся. Они не нуждались в деньгах — Тсуна был щедр с их пенсионным пособием — и, принимая только мелкие купюры, их цели просто думали, что они просчитались. Даже если бы кто-то заметил кражу, он бы никогда не заподозрил стол пожилых пенсионеров.

***

Артуро и Белла выбрали новое и модное агентство для планирования своей свадьбы. У этого бизнеса росла репутация; в то время как его невесте нравились экзотические штрихи, на которых они специализировались, Артуро ценил их серьезное отношение. — Просто зови меня Хана, так будет проще. Итак, у вас было время просмотреть варианты еды? — Лучший друг Артуро на днях попал в автомобильную аварию, так что мы были заняты… — Белла выглядела смущенной. — Зная Лео, опыт, близкий к смерти, не помешает ему быть Шафером, — добавил Артуро. — Даже если половина его конечностей в гипсе. — Мне знаком этот тип, — Хана закатила глаза. — Вот параметры меню для вашего масштаба событий. Давайте разберемся с этим. — Некоторые из наших гостей не будут в восторге от сырой рыбы, — Артуро бегло просмотрел список. — Может быть, если бы мы назвали это глобальным фьюжн севиче, — предложила Белла. Хана фыркнула-засмеялась. В меню был широкий выбор традиционных и иностранных блюд, поэтому они принялись обсуждать, какое сочетание подойдет для этого мероприятия. Несколько минут спустя входная дверь агентства открылась; Артуро повернулся, чтобы посмотреть, и побледнел. У мужчины в дверном проеме малиновые глаза и перья, заплетенные в темные волосы; к каждому бедру пристегнут пистолет. Артуро знал его только по описанию, но в нем нельзя ошибиться. Капо де Вария — самый смертоносный человек на Сицилии. Убийца проигнорировал его, все его внимание было приковано к Хане. — Мы обедаем, или как? — Да, я как раз заканчиваю здесь, — Хана изучала лицо Артуро. — И на следующей встрече ты расскажешь мне, откуда именно ты знаешь, мою обезьяну, и нужно ли мне организовывать специальную охрану. — Я — я могу объяснить… — Артуро пробормотал. — Следующая. Встреча. Хана и Белла закончили выбирать меню, в то время как Артуро сидел в оцепенении, а Занзас развалился на диване, ухмыляясь ему. В конце концов молодая пара снова оказалась на тротуаре. — Что это было? — спросила Белла. — Мы случайно наняли Мафию, чтобы устроить нашу свадьбу.