Мы не готовы к этому (Пастила не для чужих)

— Куда мы едем? — Хочу показать тебе одно место. Арсений снова вернул взгляд полупустой дороге и нажал педаль газа. Серебристый опель летел по трассе, четко попадая на зеленый цвет всех светофоров. Мирослава по привычке скинула кроссовки и забралась с ногами на сидение. Парень всеми клетками тела ощущал на себе пристальное внимание девчонки. В машине приятно пахло чем-то сладким. Лаванда? Возможно. Дурманящий аромат, тишина и девушка — все это было для него чем-то внеземным. Попов даже не стал включать музыку. Он просто наслаждался такой обстановкой. Его все устраивало. Ну, почти все. Хотелось быстрее добраться до нужного места, что бы ненароком не передумать. — Что тебе сказали? — Ее голос громом раздался по салону — Где? — В больнице, Арсений. — Сделали рентген, МРТ и сказали, что я здоров как бык. Все со мной хорошо, просто небольшой ушиб и швы на лбу. Девушка с сомнением глянула на приклеенный пластырь и снова уставилась в окно. Спустя минут 15 парень кое-как припарковал машину на обочине. Он был уверен на сто процентов — оштрафуют, но было все равно. Девчонка все еще продолжала буравить его взглядом. Ему казалось, что рядом со швами на лбу появилась еще одна дыра, которую ни один врач не зашьет. — И где мы? — Привычный громкий голос донесся до парня, пока он отчаянно пытался достать рюкзак. — Сейчас увидишь. Потерпи немного. Со стороны девчонки послышался недовольный выдох. Он был уверен, она надула губы и сложила руки на груди. Взглянув на нее, Арс убедился, что прав. Он слишком хорошо изучил ее повадки, некоторые даже перебрались в него самого. — Так, надень вот это. В больших ладонях уместилась теплая черно-зеленая рубашка в клетку, которую Арсений достал из рюкзака. Мирослава вскинула бровь в недоумении, и брать ее явно не торопилась. — Арс, зачем мы тут? Ты, может, объяснишь мне хоть что-то? — Сейчас все увидишь. Просто надень под ветровку рубашку, а то мы с места не сдвинемся. Там холодно. Несмотря на тепло в салоне, парень прекрасно оценивал ситуацию за его пределами. Ноябрь — это явно не время для футболок и огромных ветровок, а ночной ноябрь над самим Доном — тем более. Темные глаза напротив буквально горели сомнением, но Мирослава все же медленно взяла рубашку, стараясь совсем не касаться горячих рук мужчины. И Арс заметил это. Внутри все начало сжиматься: она раньше не упускала возможности дотронуться до кого-то. Девчонка — кинестетик до мозга костей. Сомнения, о правильности его решения, медленно подбирались все ближе. Может он зря все это задумал? В голове всплыли слова, которые он часто говорил сам себе. «Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и потом жалеть всю жизнь». Парней всегда смешило лицо актера в момент, когда он произносил это. Конечно, они понимали, что он серьезно, но каждый из них считал, что лучше обдумывать по сотне раз даже самые выигрышные варианты. А Арс просто делал: шел и шутил, танцевал на столе, говорил полный бред, но в этом весь он. Именно поэтому актер сейчас и дождался, когда Захарова нацепит на себя вещи, и вышел из машины. Девушка последовала его примеру и начала выбираться из салона. Арс быстрыми шагами обошел машину и успел хотя бы придержать дверь. Внутренний интеллигент, который всегда открывал девушкам двери, был готов лопнуть от своеволия девчонки.

***

Мирослава нервно семенила за мужчиной, всматриваясь в его крепкую спину. Арс так и не объяснил, какого черта они забыли на широкой улице, которая ярко освещалась фонарями-почти прожекторами. Как поняла девушка, они находятся не слишком далеко от центра. Оглядеть местность было слишком проблемно: высокое темно-коричневое здание перекрывало весь вид. А Арс уверенно направлялся вдоль него. Даже в такой темноте девушка смогла разглядеть свое отражение в огромных, можно сказать панорамных стеклах: растрепавшиеся волосы и лицо, полностью обделенное косметикой, должны были испугать парня еще у отеля. Резкий удар обо что-то мягкое заставил девушку встрепенуться и наконец-то отвлечься от гнобления своего отражения. Мира подняла взгляд и уставилась на спину остановившегося мужчины. Арсений оглянулся через плечо с милой присущей только ему одному ухмылкой и кивнул в сторону небольшого подъема. Прочная чуть поржавевшая от дождя и старости лестница вела наверх, на дорогу. — Ты серьезно? — Давай. — Оживленно произнес парень и слегка отошел, пропуская актрису вперед. — Неужели ты боишься? — Попов, слишком четкая манипуляция. — Мирослава схватилась одной рукой за холодный металл. — Да, но ты же повелась на нее. Мира еще раз бросила убийственный взгляд в парня в надежде, что тот испугается. Брюнет лишь приподнял брови и явно наслаждался своей небольшой победой. Ржавчина оставляла грязные следы на ладонях, но девушку это пугало не больше высоты, на которую она начала взбираться. Мира залезла почти до середины и нашла взглядом парня снизу. Арсений пристально наблюдал за каждым действием, чтобы в случае чего успеть поймать эту проблемную особу. — Эй! А ты не хочешь тоже подняться. — Только обещай не падать. — Очень смешно. — Мужчина с полуулыбкой смотрел на нее, но стало ясно, что он совсем не шутит. — Да, лаааадно. Обещаю. Голубые глаза ярко выражались на бледном лице, несмотря на весь холод — в них горел огонь. Мире резко захотелось спуститься обратно и рассмотреть все в них, каждую крапинку синих оттенков. Ну, или ударить его за самоуверенность. Но Арс медленно подошел к лестнице, перекрывая единственный путь отступления, и начал аккуратно подниматься вслед за девчонкой.

***

Миллионы огней в кромешной темноте виднелись на берегу Дона. С Ворошиловского моста, на который Арс и притащил девушку, открывался шикарный вид на огромную часть города. Казалось, даже ночью жизнь там кипит: свет в окнах то тух, то загорался снова, откуда-то доносились отдаленные сигналы машин и посторонние звуки. Здесь же, на самой середине моста, почти все замерло. За все время их пребывания ни одна машина не пересекала дорогу. Лишь звуки завывающего осеннего ветра и волн под ними говорили о том, что жизнь идет своим чередом, остановились лишь они. Остановились в самом эпицентре жизни, вдвоем. Холод стремительно преодолел плотную ткань одежды и начал вовсю атаковать тело девушки. Мирослава понимала, их молчание ничем не поможет ни одному, ни другому, но заговорить первая так и не решалась. Задача, держаться от него как можно дальше, уже не казалась такой выполнимой. Особенно, когда их локти, упирающиеся в холодный метал перил, почти соприкасались. Даже на таком расстоянии она могла ощущать тепло его горячего тела. Это кружило голову. Девушка перевела взгляд с мерцающих огней Ростова на лицо актера. Слишком нейтральное. Как бы она не старалась, было невозможно распознать хотя бы намек на какую либо эмоцию. Он словно робот смотрел в сторону города и… И непонятно что. Думал он или нет? Не ясно. Внимание парня переключилось на брюнетку, но казалось его взгляд проходит сквозь нее. Словно ее здесь и нет. Это все немного пугало. Обычно веселый парень был слишком сосредоточен на своих мыслях, которые для Миры были секретом. Ей хотелось узнать слишком много, но отвлекать его она не хотела. Несмотря на холод и легкую дрожь в теле, нужно было дать Арсу время подумать. Легко подхватив рюкзак, Попов достал оттуда пачку сигарет. Казалось, черно-оранжевая коробочка с надписью «Kent» волновала его сейчас куда больше. Поддев сигарету пальцем и подхватив ее губами, Арсений профессионально подкурил и сделал первую затяжку. Спустя несколько секунд неплотный дым вырвался из приоткрытых губ. Девушка пристально отслеживала каждое микродвижение его мышц, но он был словно камень. — Можно? — Мирослава кивком указала на полупустую пачку сигарет. — Ты куришь? — Курила. — Лицо парня вытянулось от удивления, а брюнетка искренне радовалась хоть какой-то его реакции. Девушка не стала дожидаться ответа, а аккуратно выхватила сигарету из пачки и зажигалку и подкурила. Теперь настала очередь Попова пристально следить за ее движениями. — И как так вышло? — Плохая компания. Это была одна из тех историй, которые не то что рассказывать, вспоминать не хотелось, но Арсений молчал, ожидая продолжения истории. Мирослава сделала первую затяжку. Крепкий дым проник в легкие, перекрывая доступ к кислороду. Небольшая доза никотина приятно прошлась по телу. Как давно она этого не ощущала. Только вот сигареты не были для нее чем-то успокаивающим, как для большинства курильщиков. Наоборот, они заставляли девушку переживать, вспоминать большое количество плохого в ее жизни. Мужчина напротив выжидал. Сделав еще пару коротких затяжек, девушка решила продолжить. — Я тогда только переехала в Воронеж и познакомилась с Алиской. Я уже не помню как, но мы с ней попали на тусовку к крутому парню, мажорчик короче. Начали с ним общаться, потом и встречаться. А дальше пошло: тусовки, бухло, сигареты. Как-то так. Девушка улыбнулась, пытаясь скрыть грусть, но вышло как-то не очень. Все моменты начали волной всплывать в голове: Как они пили вместе, как он начал при ней глотать таблетки, как он кололся чем-то, как уговаривал ее попробовать, как ударил после отказа, как силой заставил заняться сексом, почти изнасиловал, и как все это переросло в замкнутый круг длиною в полгода. Жилистая ладонь резко перехватила ее руку с сигаретой, и парень забрал тлеющую трубочку из ее пальцев. Актер потушил отобранную сигарету о перила, а за тем и со своей проделал тоже самое. — Это будет глупо. — Невозмутимо проговорил мужчина. — Но обещай мне, что больше не притронешься к сигаретам. — Хорошо. — Так просто и бесспорно. — Честно, я не просто так привез тебя сюда. Мужчина снова обратил внимание на рюкзак, куда небрежно закинул сигареты и зажигалку, и начал что-то искать в нем. Серьезное лицо в таком освящении казалось слишком бледным. Мире показалось, что парень перед ней ненастоящий. Хотелось потрогать его, убедиться, что он на самом деле тут, живой, теплый. — Вот! — Арс протянул небольшой прямоугольник. Конфета в красной обертке. — Что это? — Пастилушка. — С энтузиазмом проговорил парень и улыбнулся, как мальчик, показывающий любимую вещь. — Что? — Сквозь смех протянула Мира. — Попробуй. Мирослава медленно сорвала обертку. Повертев в руках тонкую полоску пастилы, девчонка откусила небольшой кусочек. На языке сразу появился кисло-сладкий вкус вишни. — Ммм. Вкусно. — Мирослава с удовольствием начала жевать приятную конфету. — А я о чем. Приятный вкус на языке заставил девушку съесть ломтик пастилы. Арсений пристально изучал профиль девушки напротив. Внутри него происходил такой водоворот эмоций, что засосало бы любого. Для него это значило слишком много, а девчонка и не догадывалась. — Почему ты так смотришь? — Хочу. Парень подошел к ней быстрее тихого шёпота, слетевшего с его губ. Сильная ладонь опустилась на ее талию так резко, что Мира была готова закричать, но голос просто пропал. Подняв голову, она перевела взгляд на красивый подбородок с трехдневной щетиной, а затем и на голубые, почти синие глаза. Парень изучал ее с явной нежностью во взгляде. Секунда и горячие, сухие губы накрыли ее, еще сладкие от пастилы. Невинное касание, длившееся секунду, разбило все барьеры. Запах мужского тела ударил не в нос, сразу в голову. Контрольный. Мира поддалась вперед, но поймала лишь воздух. Арсений отстранился так же стремительно, как и появился. На талии, под расстегнутой ветровкой, ощущалась сильная хватка, приживающая ее к крепкой груди. Зрительный контакт между ними буквально искрился. Ярче всех этих фонарей. На секунду Мира подумала, что ей просто показалось, что это лишь игра ее больного воображения или сон. — Да, пошло все! Мужчина налетел на нее со всем сдерживаемым ранее желанием. Короткие прикосновения губ быстро переросли в нечто большее, страстное. Мирослава полностью забыла о конфете в руках и запустила ладони в темные волосы. Она не понимала, что творит, но требовательные поцелуи откинули все запреты. Попов уверенно проник языком в рот, изучая. Все происходило слишком быстро, сумбурно. Его ладонь пробиралась выше, оглаживая спину сквозь ткань рубашки. Но хотелось еще. Ближе. Больше. Сильнее. Его руки уверенно держали ее за талию, наклоняя. Между ними не было ни миллиметра. Девушка невольно выпустила стон в приоткрытые губы напротив. Арсений улыбнулся сквозь поцелуй, заставляя бабочек в животе отплясывать брейк данс. Секунда, и горячее дыхание исчезло с губ. Парень слегка отдалился, но по прежнему держал Миру вплотную к себе. Тонкие пальцы девушки зарылись в густые волосы, стараясь не дать парню отдалиться совсем. — Ты замерзла. — Не вопрос, констатация факта. — Есть немного. — Тебя всю трясет. — Это не из-за холода. Мира была уверена, что она сейчас похожа на дурочку. Глупая улыбка так и лезла наружу. Лицо буквально горело. — Думаю, нам стоит ехать. Я не буду с тобой возиться, если ты заболеешь. — Будешь. Девушка поднялась на носочки и бережно уткнулась носом в воротник куртки, касаясь разгоряченной шеи. Кадык парня нервно дрогнул от холодной кожи, а руки еще сильнее вжали в себя Мирославу. — Ладно, буду.

***

— Арс, а разве нам не в другую сторону? У меня, конечно, топографический кретинизм, но не настолько. — Не-а. Я все правильно еду, не переживай. Мужчина с теплой улыбкой посмотрел на Захарову, которая уже почти закрывала глаза. В этот момент у них все было хорошо, как будто, так и должно быть, так правильно. Правильно, что его рука мирно покоилась на ее колене, изредка поглаживая сквозь ткань джинс. Правильно, что она уже в сотый раз прокручивала кольцо на его пальце. Правильно, что они не боятся этих прикосновений. Арсений совсем не хотел думать о том, что все это спокойствие будет только здесь, в салоне чужого автомобиля. Он хотел продлить этот момент, как только мог. Именно поэтому парень и решил, что они поедут в другой отель. Проблем с выбором не было: в городе их достаточно. Мире он об этом не сказал, но был уверен — возражать не станет. И ведь оказался прав. Девушка в полусонном состоянии поняла, что едут они совсем в другое место и… Просто доверилась? Когда они остановились у бежевой постройки, часы показывали почти час ночи. Девушка на соседнем сидении смешно морщила нос во сне, крепко сжимая ладонь Попова. Видимо, слишком сильно умоталась за день, полный выступлений, больниц и его идей. Арс невольно залюбовался ею: расслабленная, свернувшаяся в комочек, держится за него так, как будто он действительно важен. Важен ей. Было сложно это признать, ведь все их табу все еще были. Никуда не исчез контракт, который держит его каждый раз, когда они на людях. Было еще одно, что Арс вспомнил только что. «Ты нужен нам» и образ Алены с дочерью, а парень обещал подумать. Он ведь и думает. Да? Он не обещал, что вернется в семью, но груз ответственности давил с такой силой, что ломало кости. Семья или девчонка, с которой им не дадут жизни? Слишком сложный выбор, и каждый вариант — ужасный риск. Выбирать между двумя девушками — ублюдский поступок. Только вот он не понимал, выбирает между Кьярой и Мирославой. Вдруг бывшая жена опять начнет качать права и запретит видеться с дочкой? Это «вдруг сопровождало его уже не первый месяц, и непонятно, что с ним делать. Вздохнув, казалось, первый раз за последние минут 5, Арсений высвободил свою руку из хватки брюнетки и вышел из машины.

***

Полная темнота за окном номера гостиницы была слишком гнетущей. Мирослава всматривалась в нее уже несколько минут и кроме ярких пятен в виде фонарей не разглядела ничего. Зато с 10 этаже было прекрасно видно небо. чистое, без единой тучи с россыпью звезд. Раньше она любила рассматривать их, искать существующие созвездия и искать что-то новое, но потом это прошло. Виной этому был город, от света которого было почти невозможно найти что-то на небе. В деревнях небо совсем другое, каждая звезда там — яркое пятно, а здесь нет. Мира не помнила, как они приехали сюда, как Арс снял номер, потому что девушка спала. Мужчина разбудил ее, когда уже было все готово. В номер они поднимались в полной тишине, ощущение, что они сейчас рядом, давала его ладонь, которая крепко сжимала ее руку, его запах. Арсений ушел в ванну, умыться, звук воды был все еще слышен, поэтому у нее было время переварить то, что вообще происходит. Только вот мысли отказывались лезть в голову. Там был вакуум, перекати-поле, обезьянка с тарелками, как угодно можно было назвать. Мира поняла, что сейчас она хочет, только чтобы Арсений поскорее вышел из ванной. Ей снова хотелось коснуться его, понять, что это все реально. И когда они так проебались? Шум воды прекратился, а через минуту показался актер. Мирослава все еще продолжала смотреть в стекло, но теперь на отражающегося в нем парня. Мокрые от умывания волосы прилипли ко лбу, а на одежде виднелись брызги воды. — А как же лоб? Все мокрое. — Будем считать, что я промыл рану. Мужские ладони обхватили ее талию и прижали спиной к горячей груди. Она чувствовала, как грудь Арса вздымается от спокойного дыхания. Мужчина опустил голову на хрупкое плечо, глядя с Мирой в одном направление, а конкретно — на их отражение. Такие… непредсказуемые что-ли. Сейчас затишье, но, что будет потом, не ясно никому. Мирослава откинула голову немного назад, рассматривая профиль парня. — Арсений? — Что? — Его шепот вибрацией прошелся по телу. — Что мы будем делать? — Спать пойдем. Из девушки вырвался смешок. Это все нервы, которые были натянуты до предела. Мира признавала, вопрос глупый, но ей хотелось услышать, что Попов знает, что им делать. Ведь она не знала. Совсем. Арсений плавно развернул хрупкое тело к себе, находя ее ладони. Без слов он повел сонную девчонку к кровати. Парень еще раз отметил, что его вещи идеально смотрятся на ней, будь то огромная розовая толстовка, то футболка, которая прямо сейчас мешком висела на ней и доставала почти до колена. Как только голова опустилась на подушку, девушка поняла, как она хочет спать. Поудобнее устроившись на подушке, она принялась наблюдать за мужчиной, который принялся ходить по номеру, складывая разбросанные им вещи. — Порядок в комнате — порядок в голове? — Игриво спросила девчонка. — Не тот случай, Арс. Одновременно грозный и нежный взгляд полетел в ее сторону. А ведь она права, это глупо. Мужчина кинул куртку на кресло и щелкнул выключателем, погружая комнату в темноту. Зеленые глаза маяком проложили ему путь до кровати. Уже по-хозяйски, его руки обвили тонкую талию, притягивая Захарову к себе. Вечно холодные ладно схватили его горячие, крепко сжимая, боясь отпустить. Да, она боялась отпускать его. — Арсений, и… Что спросить? Что мы будем делать? Что между нами? Кто мы теперь друг другу? Сотни вопросов в голове и ни одного вслух. — Я не отпущу тебя больше.- Ответил сразу на все несказанные вопросы мужчина. — Я с тобой. Спи, маленькая.