Похищение белого дракона 2

Он сказал, что к нему летит сын. Скорпиус. Но тёмное небо было пусто. Розмари зажгла Люмосом свет на палочке, сходила за яйцом. Левитировала сердце дракона, завернутое в мантию Драко и села рядом с ним в ожидании. Она почистила его от крови и грязи и пыталась ещё раз привести в чувства, щипала и осторожно хлопала по щекам, но, кажется, мужчина совсем устал бороться с болью. Он лежал совершенно обессиленный. Она убрала с его лба светлую чёлку и вгляделась в уставшее лицо мужчины, тихое, бесстрастное, с бескровными губами и длинными ресницами на бледных щеках. Он был красив до невозможности. Словно сказочный принц из магловской сказки. Спящий красавец. Стоит только поцеловать его, и он откроет глаза и… Она усмехнулась. Мечты о принце —  это самое последнее, что могло прийти ей в голову. Этот принц давно принадлежит совершенно другой принцессе. Розмари грустно вздохнула и несмело коснулась пальцами его рта. Сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди, когда она медленно и невесомо провела по его верхней мягкой, капризно изогнутой губе. Нижняя его губа вызвала ещё большую бурю эмоций. Она судорожно выдохнула. — Отец! — вдруг услышала она звонкий голос из-за спины. Розмари поскорее одернула руку и обернулась. Поглощенная своими мыслями и ощущениями, она и не услышала, как у входа в пещеру приземлился чёрный дракон, а скорее дракониха, которую Малфой назвал Каритас, что в переводе с латинского обозначает Любовь. А рядом с драконихой стоял высокий худенький паренёк в чёрной мантии лет 14-15 с такими же светлыми волосами, как у Драко, но чуть длиннее, и большими голубыми глазами. Скорпиус. Он сердито переводил взгляд с отца на Розмари. Она вскочила на ноги. Дракониха за спиной паренька тут же приняла угрожающую позу и зарычала. — Скорпиус! Я работаю на твоего отца! — воскликнула женщина и отступила назад, в ужасе глядя на оскалившееся грозное животное. — Я зельевар… Паренёк обернулся к драконихе: — Тихо, Кари, это друг, успокойся! Та громко фыркнула, но опустила голову и с шумом уселась на камни. Скорпиус быстрым шагом подошёл к лежащему без сознания мужчине. Сел рядом на колени и дотронулся до его повреждённой груди. Сжал губы, нахмурился и провел по всему его телу ладонью. — Его органы в порядке. Папу нужно срочно перевезти в Малфорт. Вы поможете мне, мисс? — спросил он, оборачиваясь к шатенке. Она с готовностью покачала головой: — Мисс Стюарт. Розмари Стюарт. Конечно, что будем делать? — Мисс Стюарт, отлевитируйте его на дракона и помогите доставить домой, — он встал, отряхнул свои чёрные брюки и холодно добавил. — Я не силен в Магии. Она заморгала. Сын Малфоя сквиб? Но он сейчас диагностировал одним движением руки, что внутренние органы мужчины в порядке. Что это значит? Как спросить об этом у подростка? Они слишком чувствительны и обидчивы, она это знала не понаслышке. И она спрятала свое любопытство поглубже и молча взмахнула палочкой. Они загрузили сердце, яйцо и обессиленое тело Драко на нервную дракониху. Она рычала не переставая, но Розмари настолько устала, что уже не обращала на это внимания и не боялась. Младший Малфой стоял рядом с Каритас, что-то нашептывая ей, пока Розмари закрепила всё на спине дракона. Когда она села, удерживая Драко за пояс, мальчик запрыгнул вперёд, почти на шею зверю, и они взлетели в небо. Розмари вцепилась одной рукой в нарост, а другой крепко держала тело мужчины, чтобы он не свалился. Он почти лежал на ней, откинув голову ей на плечо, светлые волосы щекотали ей щеку, а она украдкой наслаждалась этой близостью. Ночное небо окутало холодом, но она не решилась кинуть согревающее заклинание — тогда бы мужчине в её руках стало гораздо хуже. — Вы не замёрзли? — спросил Скорпиус, оборачиваясь к ней. Он сидел немного дальше них, держась за чёрный зубец, уверенный и спокойный, очень похожий на отца своей прямой спиной и гордой посадкой головы. — Ничего, я потерплю, — проговорила Розмари, обнимая полуобнаженного Драко. Блондин был очень горячим и грел её жаром своего тела. — Только не заболейте… — заботливо кинул Скорпиус. — Кажется, у твоего папы жар… Когда мы будем на месте? — с беспокойством откликнулась женщина. — Мисс Стюарт, минут пятнадцать… Остров Драконов совсем рядом с нами. Скоро мы будем в Малфорте. Не беспокойтесь, папа выживет, он напичкан драконьей кровью и он анимаг, — говорил мальчишка с серьёзным выражением лица. — А это, как вы должны знать, усиливает жизненные показатели волшебника. Розмари тихонько улыбнулась в плечо аристократа. Анимаг, ну конечно… А ещё говорил, что она все выдумала. Обманщик. Она прикоснулась к его обнаженному плечу губами — его кожа была невероятно нежной, как шёлк, и она тут же пожалела о своём действии. Разве может кожа мужчины быть настолько нежной, её хотелось касаться и касаться, и не только губами, хотелось облизать его, как мороженое. Она еле сдержала свой порыв. Совсем сошла с ума, думать и желать такое сейчас. Хорошо, что Скорпиус отвернулся и не видел, как она покраснела и закусила губу, крепче прижимая к себе Малфоя. * Как выглядел замок на скале посреди моря на самом деле, Розмари не разглядела. Она могла лишь догадываться по его прямым и чётким очертаниям, что это было очень мрачное и старинное сооружение. Темнота поглотила его, тучами заволокло все небо и свет луны не мог пробиться через эту плотную завесу. Всё, что было доступно глазу — лишь большая площадка, освещенная огнями в чашах и башня, которая, видимо, являлась маяком, чтобы предупреждать плывущие корабли об опасности столкновения с островом. В башне у самой крыши горел яркий шар света. На площадке Розмари увидела три фигуры, одетые в темно-красные мантии, их лица были скрыты капюшонами. Как только чёрная дракониха коснулась каменной поверхности, Скорпиус быстро спрыгнул и подбежал к рычащей Каритас, прямо к её оскаленной морде, успокаивая её, а люди в красных мантиях осторожно подошли к животному, и двое из них молча приняли из рук Розмари пребывающего без сознания мужчину и положили его на висящие в воздухе носилки. Розмари с тревогой проследила, как они удалились в один из арочных проходов. Третий, самый крупный и высокий из них, остался на площадке. Пока Розмари аккуратно левитировала сердце и яйцо, он о чем-то тихо говорил со Скорпиусом. Мужчина оглянулся на шатенку пару раз, потом снял с головы капюшон, и они подошли к ней вместе с мальчиком. Дракониха, не медля ни секунды, сорвалась с площадки, выбивая мощным взмахом крыльев огонь в чашах, до взметнувшихся в небо искр. На прощание она громогласно рыкнула и слилась с чёрными тучами. — Рад приветствовать вас в Малфорте. — проговорил мужчина басом. Он был огромен, бородат и хмур. И Розмари засомневалась, услышав его недовольный тон, что он рад. — Меня зовут Грегори Гойл, — отчеканил он, хотя руки не протянул. Она открыла было рот представиться, но мужчина прервал её. — Я знаю вас. Розмари Стюарт, — он смотрел, чуть сузив глаза, оценивая и изучая её своими маленькими темно-карими глазами из-под густых бровей. Видимо, он тоже был из тех, кто знал Гермиону Грейнджер. Но он ещё и был из тех, кто тактично об этом не стал напоминать. Если слово «тактично», подходило к этому случаю. — Лорд Малфой и профессор Снейп говорили о вас. И предупреждали, что скоро вы будете работать с нами. Здесь находится отделение больницы Святого Мунго, отделение Смертельных проклятий. Мы будем работать вместе. Пойдёмте… Он, тяжело ступая, пошёл вперёд. Розмари бросила тревожный взгляд на яйцо и сердце, завернутые в тряпки и лежащие одиноко посреди площадки, и обернулась к мальчику, вопросительно подняв бровь. Тот покачал головой: — Не беспокойтесь, сейчас это все заберут. Пойдёмте за мистером Гойлом. Они поспешили за мужчиной. Какое-то время они шли по лестницам и коридорам замка, и ей казалось, что это никогда не кончится. Она чувствовала, что совершенно устала и слушала мистера Гойла в полуха. А уж красоту и убранство старинных помещений в таком состоянии она точно не могла оценить. Ей очень хотелось есть и спать и ещё, наконец, смыть с себя всю эту грязь, кровь Драко, запах водорослей, все, что не взяло заклинание очищения. Но одно её беспокоило больше всего, и когда Грегори закончил свой незамысловатый рассказ о замке и о том, чем они здесь занимаются, она сразу же спросила: — А что с мистером Малфоем? Он в порядке? Я бы хотела взглянуть на него… Бородач странно покосился на неё, как будто её вопрос был каким-то невероятным. — Мисс Стюарт, он в своей спальне, — пробубнил он в усы. — Все необходимые процедуры уже проводятся, а завтра он будет как новенький. Беспокоиться не о чем. — Да, это было бы здорово. — проговорил Скорпиус, который не подавал голос весь их путь от площадки. Розмари покачала головой, соглашаясь с ним. — Завтра у папы день рождения. — продолжил мальчик, а женщина удивленно вскинула брови. Ведь и у неё завтра, пятого июня, был день рождения. Удивительное совпадение! Грегори горько и шумно вздохнул. — Альбус сделала ему подарок. И умерла. Не думаю, что он будет отмечать, — произнёс мужчина, потрепав мальчика по плечу. — Я все равно его поздравлю. — проговорил Скорпиус уверенно. Мужчина хмыкнул и повернулся к Розмари: — Отдыхайте, мисс Стюарт. В этом замке давно не было женщины. Думаю, с вашим приходом многое здесь изменится, — проговорил он уже более добродушно. — Завтра, после завтрака, я покажу вам зельеварню. Профессор Снейп оставил там зелье, его нужно как можно скорее доделать. Скорпиус, проводишь мисс Стюарт в её комнату? Скорпиус качнул головой, а бородач коротко кивнул, прощаясь, и, резко развернувшись на каблуках, удалился из коридора. Его красный плащ качался в такт его тяжёлых шагов. С его уходом стало как будто больше места и воздуха. Розмари устало взглянула на младшего Малфоя. Он махнул головой в знак того, чтобы она следовала за ним. Они снова побрели по коридору. Мальчик не спешил, и она решила расспросить его: — Мистер Малфой, вы живёте здесь? — Просто Скорпиус… — ответил мальчик чинно и поправил волосы. — Да, это мой дом, вас это удивляет? — Я думала, вы учитесь и живете в частной школе… В Хогвартсе. Со своей сестрой, — предположила она. Они завернули за угол и вышли в просторный холл, в зеленовато-серебристых тонах. Его освещали светящиеся шары у потолка. — Это было бы замечательно. — проговорил мальчик ломающимся голосом, — Но я живу и учусь здесь. А моя сестра приезжает ко мне каждые выходные… Вот только на прошлых не приехала. Они остановились около одной из дверей. — Вы знакомы с Касси? — спросил он, оглядываясь на Розмари. — Да, она просто прелесть, — с готовностью ответила она. — Согласен с вами. Она лучшая, — он изучающе посмотрел на неё и потянул ладонь. — Позвольте вашу руку. Розмари осторожно подала ему ладонь, а он опустил глаза в пол и нахмурился, когда коснулся её руки. — Мы с вами заболтались… Вам нужно поесть. И отдохнуть. Вы… — он посмотрел на неё странным взглядом, но не стал продолжать. Убрал руку и, увидев её непонимающий взгляд, прокомментировал свои действия: — Я думаю, вы должны знать, я хорошо чувствую физическое состояние человека. Но я лишён Магии. Розмари широко открыла глаза, не зная, что и сказать. — Только не смейте жалеть меня, — гордо вздернув подбородок, проговорил Скорпиус, чем сильно напомнил ей Драко Малфоя, он открыл перед ней дверь в комнату. — Это ваша спальня. Ужин уже на столе. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — проговорила девушка. Обернулась, чтобы закрыть дверь, а Скорпиус, оказывается, все ещё стоял в коридоре и смотрел на неё большими голубыми глазами. Она подняла вопросительно бровь, а он тихо проговорил: — Спасибо вам. — За что, Скорпиус? — За папу. Вы были с ним и облегчили его боль. Если что, его спальня немного дальше по коридору. Он слабо улыбнулся и ушёл. Розмари закрыла за ним дверь. * После теплого расслабляющего душа в прекрасной ванной комнате и перекуса за маленьким столиком она просто утонула в мягкости перины своей кровати. Её комната была небольшой, но очень уютной. Стены и текстиль светло-зеленой успокаивающей расцветки. Мебель и камин цвета светлого дуба. У стены зеркало в золотой раме и несколько картин с пейзажами. Вся обстановка так и шептала —  спи, Розмари. Отдохни. Но случившееся сегодня днём просто обрушилось на неё, как сегодняшний ливень, хаотичными фрагментами воспоминаний. Она лежала, глядя на золоченые кисточки полога над кроватью и не могла успокоиться. Она вспоминала его лицо, когда он узнал о смерти дракона. Свет от его кожи… Его слезы… Его слова, произнесенные одними губами сквозь завесу дождя... Иди ко мне. Его объятия и то, как он склонился к ней… Он хотел коснуться её губ… Его взгляд, когда он увидел яйцо дракона. Его недоумение, злость, сожаление… Он защищал её. Он укрыл её, спас, он рисковал. Он улыбался ей, назвал её по имени… И снова его голос, говорящий: «Ты Розмари, и ты настоящая! » Его длинные пальцы переплетеные с её… И искрящиеся горячие волны от этих прикосновений по всему её телу… Его губы, красивые, мягкие, открытые… Его кожа на плече, нежная, шёлковая… Розмари мучительно выдохнула, стирая слезы из уголков глаз. Драко Малфой стал её наваждением. Так нельзя. Это не то, к чему она стремилась. Это нужно прекратить. Она посмотрела на позолоченные часы, стоящие на камине. Уже час ночи. Но ей не спалось, и она встала с кровати и подошла к двери. Она хотела хотя бы глазком посмотреть, как он там. Тем более, сегодня её день рождения. Она может себе позволить эту слабость. Только сегодня. А потом она просто забудет его. Ведь он, скорее всего, подлечится и завтра же уедет, помирится со своей женой, а в Малфорт будет приезжать не так уж часто. Вот и отлично. Пусть будет так. А сегодня она простится с ним. На ней была та же голубая пижама с розовыми котиками, она не стала накидывать халат. Надела свои белые пушистые тапочки в виде зайцев и потихоньку вышла в коридор. Ей даже не пришлось открывать все двери, чтобы найти его. Она услышала громкие вскрики, словно кого-то мучили кошмары, и в этих звуках явно слышался голос Драко. Розмари забежала в приоткрытую дверь и увидела его, лежащего на большой кровати в просторной комнате в светло-бежевых тонах. Он что-то бормотал и вертелся. Иногда вскрикивал. Розмари увидела, что его раны почти зажили. На месте уродливого ожога появилась ровная гладкая кожа. Тогда вдруг до неё дошло, что он не раз так обжигался и обновлял свое тело при помощи зелий и волшебных мазей, поэтому его кожа такая по младенчески нежная. Её передернуло от мысли об этом, о тех страданиях и мучениях, которые он перенёс. Розмари бросилась к нему. И ощутила даже так, встав рядом, что жар не спал. Он был весь горячий, мокрый и дрожащий. Розмари схватила со стола влажное холодное полотенце и скорее провела по его горящему лбу. Ему что-то снилось, он скрипел зубами, стонал и дёргался. Как же тебе помочь… Когда она вновь провела по его лбу, он вдруг открыл глаза и схватил её за руки. Его осоловелые глаза нашли её лицо и он прорычал: — Ты вернулась… Розмари испуганно замерла. Он, словно ещё пребывая во сне, разглядывал её диким взглядом. — Грейнджер, ты почти не изменилась… — бормотал он, словно пьяный. — Гермиона… Я скучал… Как ты могла… Почему?.. Она решила подыграть ему, успокоить, сделать что-нибудь чтобы он затих и продолжил спать. — Драко, все хорошо, я вернулась… Все хорошо, — проговорила успокаивающим голосом. Но он вдруг часто задышал, его дикие серые глаза замерцали в полумраке. — Зачем ты вернулась, Грейнджер? Чтобы снова растоптать меня? Чтобы мучить меня? — он крепко держал её за руки, вглядываясь в её лицо, пытаясь сфокусировать на ней свой взгляд. — Нет… Нет… Я не хочу мучить тебя… — замотала она головой. — Чего же ты хочешь? Гермиона… Я… — прошептал он, закрывая глаза, ему было тяжело смотреть. — Я хочу, чтобы ты был счастлив… И хочу быть с тобой… — так же шёпотом ответила Розмари, её сердце замерло от правильности этих слов. По телу пробежала холодная волна мурашек. Она задержала дыхание, боясь, что он поймёт, кто на самом деле перед ним. — А потом ты опять исчезнешь? — перебил он её, усмехаясь, и снова силясь разглядеть её. — Нет… Никогда, — убеждала его Розмари, слезы тихо капали из её глаз. Как же она попала в такую ужасную ситуацию? Как же тяжело находиться рядом с ним и знать, что он не видит её, настоящую! — Не верю тебе… Нет! Ты уже один раз уничтожила меня! — зло зашипел он, сжимая её сильнее. Розмари охнула — от его пальцев на запястьях точно останутся синяки. — Пусти, Драко. Пожалуйста! — пискнула она, пытаясь вырваться. — Нет… Я не отпущу тебя больше! Никогда! — он дёрнул её на себя, но она уперлась коленом в матрас рядом с его бедром, чтобы не свалится на него. Она попыталась вытащить руки из его хватки, отпрянула назад, но он перехватил её за талию, сгреб в охапку и уложил рядом с собой. Её испуганное лицо с огромными карими глазами было так близко, он не мог больше ждать и прижал её к себе, рукой смял её кудри на затылке, притянул так быстро, что она не успела и слова сказать, как его горячий рот оказался на её губах. Она только полузадушенно застонала от неожиданного жаркого поцелуя. Он судорожно выдохнул ей в рот и продолжил нападение. Его губы были мягкими и настойчивыми, язык горячий и умелый, она всхлипнула от саднящего ощущения покалывания на своих губах, которое хотелось унять, отвечая ему на поцелуй сильнее и яростнее. Она, не сдерживая свой порыв, подалась ему навстречу, запуская пальцы в его светлые волосы, захватывая его губы, посасывая и покусывая их, и разрешающе приоткрывая рот, чтобы попробовать на вкус его дерзкий язык. От каждого его хриплого полустона и движения губ и языка, её всю словно перекручивало, и мощное возбуждение распространялось по её телу волнами. Он давил на неё своим телом, а внизу её живота заворачивалась, скручивалась огненная пружина. До боли и спазмов, до сжатых до судороги бёдер! Розмари выгнулась, впечатываясь в его тело. Она никогда не чувствовала такого возбуждения. Это было дико, больно и сладко. Его губы, его руки, его дыхание, его вкус. Она задыхалась, слёзы текли по её горящим щекам. Она горела вместе с ним, под ним, от его напора и его желания. — Мерлин, как я скучал по тебе… — выдохнул он, отпуская её красные опухшие губы. — Гермиона! Девочка моя… Она всхлипнула, а он обхватил её лицо ладонью и снова жадно припал к ее рту, зацеловывая её губы и грубо овладевая своим языком, заставляя её стонать ещё и ещё. Но вдруг, он дёрнулся и как-будто очнулся, пелена спала с его глаз. Малфой остановился, изумленнно глядя в её лицо и часто дыша, как после быстрого бега. Он увидел её. Её, Розмари. Он отпрянул. Отпустил её. Открыл рот, набрать воздуха в лёгкие. Этих секунд хватило, чтобы она спрыгнула с кровати, пытаясь восстановить дыхание и утирая мокрые щеки. — Гермиона? — проговорил он, хмуря брови и ища ответа в её глазах. — Нет… Нет… — она сжала губы, чтобы не разрыдаться в голос. Он закрыл лицо ладонью, потом провел ею по волосам, громко выдыхая. На его щеках играл лихорадочный румянец, глаза возбужденно сверкали. — Я… Тебе было плохо… — еле выговорила она, между ног все ещё было жарко, и она, спотыкаясь и облизывая резко пересохшие губы, попятилась от него к выходу. — Прости… — Розмари, — повторил он, уже более спокойно, пытаясь сесть на кровати. Он хотел что-то сказать, его словно лихорадило от всего произошедшего. — Ты… Стой! Стюарт! Но она отвернулась и скорее побежала обратно. Слезы, не останавливаясь, текли по щекам. Этот поцелуй был самым невероятным в её жизни… Но она украла его. Сорвала с его губ, таких вкусных, желанных, чужой поцелуй. Ведь он целовал не её, а совсем другую девушку. А она хотела, чтобы это был только её поцелуй. Только её и ничей больше. И не один, а тысячи! Море поцелуев только для неё, Розмари! Она закрыла дверь и бросилась на свою кровать, уже не сдерживая рыдания.