Via mortis. Наука Смерти

На дворе был день, а хозяйка золотистой комнаты крепко спала на своей софе. Где-то час назад взволнованная отсутствием племянницы за обеденным столом леди Малфой послала сына проведать кузину. Драко нашёл Джинни, свернувшейся на софе калачиком и крепко спящей. Мальчик решил не будить сестру: она в последнее время выглядела очень сонной. Призвав магией плед, он укрыл девочку и выгнал развалившегося на всё сиденье наглого кота. Гермиона Грейнджер на день рождение подарила Джинни бордовый бархатный диванчик для её питомца, хотя объяснить Мерлину, что это его новая пастель, оказалось невозможно. Однако, видя неудобство хозяйки, хаус изменил привычке и улёгся на своё законное, хоть и нелюбимое, место. На поместье опустились сумерки, когда волшебница проснулась от неприятного скрежета в окно. Девочка бросила взгляд на наручные часы, время было почти семь. Она проспала практически весь день… ох, хорошо, что тётушка уверена, будто её мучают ночные кошмары, вряд ли ей бы понравилось, что каждую ночь племянница тайком встречается с беглым преступником и гуляет чуть ли не до завтрака. Поэтому пусть уж лучше леди Малфой верит в версию с кошмарами. Как ни странно, сны её не мучили. Вообще. Это, кстати, было удивительно. Для лечения на Джинни накладывали очень сильное сонное заклятие, а одним из побочных эффектов такого обряда было именно появление ночных кошмаров. Хотя, может, видений на втором курсе с лихвой хватило на всю оставшуюся жизнь? Скрежет повторился. В окне девочка увидела Бладжера — сову Седрика, а за ним на дереве восседала недовольно нахохлившаяся Букля.  — Да, вежливостью ты не отличаешься? — ворча, Джинни впустила сову своего молодого человека. Та с невозмутимым видом уселась прямо на диван и протянула лапу с письмом. — Самодовольная облезшая курица. Отобрав у наглой совы пергамент, даже не напоив её, девочка выкинула этот самодовольный комок перьев в окно. Только убедившись, что светло-коричневая сипуха вылетела за территорию поместья, Букля влетела в комнату Джинни.  — Здравствуй, моя хорошая, — погладив полярную красавицу по голове, проговорила девочка. — Тебе тоже этот хам не угодил? Сова утвердительно ухнула и слегка ущипнула волшебницу за щёку. Джинни улыбнулась, налила Букле воду и забрала свой свёрток. Так, чьё послание читать первым? Гарри или Седрик? Седрик или Гарри? В конце концов, Седрик старше. Пусть будет первым. К тому же он, не смотря ни на что, всё ещё её парень. Джинни, Ты поедешь на Чемпионат Мира? Нам нужно поговорить. Надеюсь тебя там увидеть. Искренне твой, Седрик. Мда, краткость — сестра таланта. Хоть бы для приличия поинтересовался, как она себя чувствует. Нет, она от тётушки знает, что пуффендуец каждый день справлялся о её состоянии, пока она спала. Но почему не писал всё это время? Хотел обговорить все вопросы лично? Откровенно говоря, она бы с удовольствием всё решила через письма. Но так решать подобные дела невежливо, это даже с её крохотным опытом в отношениях с парнями понятно.  — Что ж… а что нам Гарри пишет? Развернув пергамент, Джинни мягко улыбнулась. Всё письмо было исписано тремя разными почерками, кое-где заляпано разноцветными кляксами. Судя по всему, все трое друзей писали письмо вместе, значит, они собрались у Рона. Вот им повезло! Дорогая Джинни! Как твои дела? Как ты себя чувствуешь? Кошмары не мучают? Да, я знаю, все мои письма начинаются именно так, но, может быть, я тебе надоем, и ты всё-таки напишешь честно? Я читала, что кошмары - обязательный побочный эффект от сонного заклятья. Правда, Джинни, я же твоя подруга, мне можно написать. А как спина? Зная тебя, ты не очень-то прислушиваешься к рекомендациям колдомедиков. Ты же не напрягаешься? Не таскаешь на себе своего здоровенного кота, не носишься верхом на вороном скакуне по поместью? Я волнуюсь! А упражнение? Ты их делаешь? Я читала, что… Дальше слизеринка решила пропустить, потому что слушала тоже самое от тётушки, наверно, каждый божий день. Джинни покачала головой. Гермиона как всегда. Правду говорят, почерк лучше всего передаёт характер. Пишет подруга очень аккуратно, все буковки идеальные, красивые, чёткие. Хотя иногда гриффиндорка мельчит. Продолжение алыми чернилами писал Рональд. Судя по совершенно корявым танцующим буквам, писал друг тайком, чтобы Гермиона не увидела. Наверное, собственное письмо писать было лень, поэтому решил, пока подруга не видела, внести свою лепту в послание. Привет, змейка! Мы сегодня едем за Гарри. Наконец, я увижу его мерзких маглов! Мы с близнецами тут такую шутку придумали! Ты ведь знаешь, что они придумывают всякие смешные сладости? «Ужастики Умников Уизли», так они их называют с легкой подачи мамы. Так вот, у них есть один неопробованный прикол — ириски «Гиперязычки». Они давно хотели проверить их на ком-нибудь, кого не жалко, думаю, ты согласишься, что жирный кузен Гарри подойдёт для этого как нельзя лучше. Только это совершенно секретно, тебе рассказываю, потому что знаю, ты нас в этом поддержишь. Как вернёмся, отпишусь о результатах. Джинни ухмыльнулась, наконец-то кто-то поставит кузена Гарри на место! Нет, никакой злобы по отношению к маглам вообще волшебница не испытывала, но опекуны Героя Магической Британии… это другая тема. К ним у неё накопился довольно длинный список претензий. Кроме тех крох информации, которыми друг делился, когда совсем всё плохо, девочка пару раз влезала в его воспоминания. Да, если большинство маглов ведёт себя подобным образом, она своих предков очень хорошо понимала. После танцующих каракулей Рона шёл острый, немного резкий почерк Гарри. От сердца отлегло, он у Уизли, а не у своих дурных маглов, слава Мерлину. Здравствуй, Джин. Пока Гермиона чихвостит Рона за то, что он без спроса дополнил её письмо, последую примеру друга-почти-трупа. Я до конца каникул буду жить в Норе, представляешь? Правда, мы все отправимся на Чемпионат Мира по квиддичу. Пожалуйста, скажи мне, что ты со своим бледнолицым семейством тоже там появишься! Рон мне все уши прожужжал, как по тебе соскучился и Гермиона тоже. Ага, а он меня, то есть видеть не хочет? То есть Рон с Гермионой соскучились, а этот шрамоголовый герой нет? Пальцы на пергаменте побелели от напряжения, а один уголок пергамента даже вспыхнул. Только когда огонь начал пожирать аккуратные письмена подруги, девочка очнулась и продолжила читать, стараясь не смотреть на абзац, исписанный резким угловатым почерком. Джинни, дорогая, ты не знаешь, как мы терпим этих обормотов?! Один выкрал моё письмо и приписал туда всякую ерунду! Будто перебил, честное слово! Теперь ходит с огромной шишкой на лбу (я со злости шарахнула ему учебником нумерологии по лбу) и со мной не разговаривает. А Гарри… не верь ему. Не знаю на счёт Рона, но я ему в уши не жужжала вообще, сама знаешь, предпочитаю добывать информацию из первоисточников. В отличии от него. Так что, кто из нас больше скучал, вопрос спорный. Не забудь мой прошлогодний подарок на чемпионат.

Искренне твоя Гермиона и двое надоедливых мальчишек.

P.S. Ириски сработали безотказно, видела бы ты лицо этих мерзких маглов! При встрече мы с близнецами тебе всё распишем в красках и картинках. P.P.S. Хоть я и не разговариваю с мисс Грейнджер, касательно героя она права. Если кто и жужжал все каникулы о тебе, то это он. Волшебница ухмыльнулась. И почему Рон и Гермиона так упорно сводят её с Гарри? Да, она скорее согласиться выйти за лорда Волан-Де-Морта, чем влюбится в этого надоедливого сумасбродного мальчишку с адреналиновой зависимостью! К тому же, он вообще на эту китаянку заглядывается! Пусть с ней и встречается. И Джинни это совершенно не волнует.  — Ты не спишь? — на пороге появился Драко. — Пойдёшь на ужин?  — Да, Драко, — бережно сложив письмо в карман, ответила девочка. — Спасибо, что укрыл.  — С чего ты взяла, что это я? Джинни таинственно улыбнулась и вышла из комнаты, а мальчик так и остался в спальне сестры, пытаясь понять, что же его выдало. В отличии от мага Мерлин чувствовал слишком сильный запах мужского одеколона, который Драко подарила мама на День Рождения. Пользоваться этим подарком правильно он пока не научился и регулярно перебарщивал, оставляя за собой по всему дому ароматный шлейф. Поэтому, собственно говоря, кот не поцарапал нахала, выгнавшего его с софы. После ужина Джинни и леди Малфой отправились укладывать маленькую Касси спать, а Драко и лорд Малфой держали путь в сокровищницу. Вдруг перед мужчиной материализовался старший домовой эльф и низким голосом объявил:  — В кабинете Вас ожидает лорд Паркинсон с дочерью.  — Скажи ему, пусть убираются из моего дома, — отрезал хозяин дома, обходя домовика и продолжая спускаться.  — Он велел передать, что дело касается возвращения, вы знаете кого. Люциус Малфой остановился посреди лестницы как вкопанный, правая рука непроизвольно дёрнулась к левой. Драко удивлённо смотрел на отца. С лица мужчины сбежали все краски, и легендарная Малфоевская бледность была тут не причём. Где-то глубоко в стальных глазах промелькнул настоящий ужас.  — Пап…?  — Иди в сокровищницу, Драко, — поднимаясь наверх, бросил отец. — Возьми два экстренных портала для себя и Джинни. Мальчик проводил лорда Малфоя удивлённым взглядом. Он никогда не видел, чтобы отец так мчался в свой кабинет. Но пока он не выполнит поручение, ничего не узнает, поэтому Драко направился прямо в подземелье.  — Драко! — на лестнице раздался звонкий девчачий голос.  — Панси? Что ты тут делаешь?  — Отец отослал, — нагнав мальчика, ответила слизеринка. — А лорд Малфой рассказал, куда ты пошёл, и я решила составить тебе компанию. Незаметно для собеседницы, младший Малфой возвёл глаза к потолку. Его безумно раздражало внимание со стороны этой девчонки. Мало того, что она пристала к нему, как рыба-прилипала ещё на первом курсе, так в конце прошлого года Панси чуть не убила её кузину. Была бы его воля, этого наглого мопса вместе с её толстокожим папашей взашей гнали бы из Малфой-менора. Но юная Паркинсон была человеком, с которым нельзя вступать в контры открыто. Джинни, из-за своей чрезмерной вспыльчивости и гордости, этого не понимала, или понимала, но самоуверенно не обращала внимание на это важное обстоятельство, за что чуть не поплатилась жизнью в прошлом году. Драко в этом смысле старался быть более лояльным, хитрым и уравновешенным. Такая завистливая змея, как Панси должна быть рядом, тогда её удар не будет неожиданным. Врага нужно держать близко — это его девиз. За своими мыслями Драко не замечал, что отчего-то у девочки резко заложило нос и заслезились глаза. Она даже почти чихнула пару-тройку раз.  — Вот мы и пришли. Длинная древняя лестница вела прямо в… тупик, увешанный паутиной. Однако никого из детей это не смутило. Драко уверенно достал из кармана палочку и, шепча какую-то длинную замысловатую фразу на латыни, начертил на каменной стене сложный рисунок. В местах, где кончик палочки касался древних камней, появлялись светящиеся серебряные линии. Они медленно стекались к середине, образовывая герб Малфоев. Мальчик уверенно выставил руку и положил раскрытую ладонь на светящийся рисунок. Повинуясь воле наследника, камни послушно расступились в стороны, являя детям вход в древнюю сокровищницу.  — Так зачем мы пришли, Драко? — шмыгая носом, поинтересовалась Панси.  — За порталами, — кратко ответил мальчик, подавляя волну раздражения. Драко взмахнул палочкой. С её кончика сорвался небольшой огненный шар, осветивший хранилище. Хоть и называлось помещение сокровищницей, здесь не было наваленных по углам золотых монет, гор изумрудов и рубинов, серебряных чаш и канделябров. Для подобного барахла существовал Гринготтс. То, что хранилось в сокровищнице было во стократ ценнее. Можно сказать в этой тёмной комнате была сосредоточена вся магия рода Малфоев. В стеллаже из красного дерева стройными рядами стояли древние фолианты, содержащие ценнейшие сведения: хроники рода, тайные разработки предков, фамильные заклятия. В застеклённом угловом шкафу высились склянки с редчайшими зельями и дорогими ингредиентами. Но Драко интересовала картина, висящая прямо напротив входа. На ней был изображён основатель рода Малфоев — Арманд Малфой, прибывший в Великобританию из Франции вместе с Вильгельмом Завоевателем во времена вторжения норманнской армии. Мальчик прошёл прямо к ней, коснулся парочкой рамы, и картина послушно съехала вниз, являя тёмную нишу. В нише лежали невзрачные на первый взгляд украшения, отличавшиеся друг от друга только гербами, выгравированными на изнаночных сторонах. Свой перстень мальчик нашёл быстро, а вот такой же, только принадлежавший роду Блэк никак не хотел появляться.  — Апчхи!  — Будь здорова, — вежливо отозвался мальчик. Хотя Панси тактично задержалась в дверях, лучше бы ему поскорее найти нужный портал. Представительница рода Паркинсон — последняя, кого Драко бы хотел видеть в святая святых своего поместья.  — Спасибо. Ни один портал Блэков так и не нашёлся, зато юный Малфой нащупал такой же, только принадлежавший бабушке Джинни. Ну и ладно, ей-то какая разница? Она же всё-таки Лестрейндж, к слову, его всегда интересовал вопрос, почему сестра путешествует именно с помощью порталов Блэков, а не Лестрейнджей. Но предаваться размышлениям некогда, Паркинсон надо срочно отсюда уводить. И почему отец проболтался ей, куда он отправил сына?  — Я всё, — отозвался Драко, закрывая сейф. А три перстня, украшенные гербом Блэков так и остались лежать на самом видном месте, прямо посреди сейфа. Если бы Драко не торопился увести Персефону из фамильной сокровищницы, он бы их точно нашёл.