Via mortis. Наука Смерти

Экскурсия по «Петру Великому» очень затянулась, и Джинни даже не удивилась, что Гарри, Рон и Гермиона отправились к Хагриду без неё. Хотя это обстоятельство нисколько не расстраивало слизеринку, сегодня её ничего не может расстроить, ведь в её сумке лежала целая мини библиотека по некромантии. Несмотря на всю тяжесть ноши, девушка чуть ли не вприпрыжку направилась к лесничему. — Привет Хагрид! — почти пропела девушка, будто на крыльях влетая в хижину. — Мерлин мой, что у тебя на голове?! На голове у великана и в правду было что-то странное. Он будто пытался с помощью дёгтя приручить свою непокорную густую гриву, даже пытался её разделить на прямой пробор. Но что-то явно пошло не по плану. — Дык, я же не пахермахер… — даже через густую бороду было видно, как он покраснел. — Так, Хагрид, пойдём, займёмся твоей причёской! — буквально выталкивая Хагрида в соседнюю комнатёнку, безапелляционно заявила слизеринка. — Как думаете, мы Хагрида ещё увидим? — хмыкнул Рон и, смачно сёрбая, отглотнул чая. — Мы сейчас увидим обновлённого Хагрида, — весело отозвался Гарри, — а ты на нас шикала, Гермиона. Гермиона? Оказывается, что пока парни хихикали над другом-великаном, Гермиона сунула нос в набитую битком книгами сумку Джинни. — Как я и думала… — грустно протянула девушка. — О чём? — живо поинтересовался Поттер, отвлекаясь от чая. — Она брала у того дурмстрангца труды по некромантии. — И что тут такого? — лениво отозвался Рон. — Это тёмная магия, Рон! — возмутилась девушка. — Это незаконно! Джинни за это может загреметь в Азкабан. — Гермиона, Джинни наполовину Блэк, — терпеливо начал объяснять Рон. — А они веками занимались некромантией. Мы, Уизли, например, всегда так сказать, специализировались на заклятьях левитации. Вспомни папин фордик. Это всё фамильные секреты. — Но при этом ты не мог на первом занятии по заклинаниям вразумительное Вингардиум Левиоса сообразить, — подколол друга Гарри, за что схлопотал тяжёлый подзатыльник. — Рон, одно дело левитация и совсем другое — некромантия! — настаивала гриффиндорка. — Да прекрати ты! — начал выходить из себя Уизли. — По сути, некромантия — одушевление неодушевленных объектов. Все доспехи, картины и статуи в Хогвартсе оживлены не чем-нибудь, а именно некромантией. — Не думаю, что Джинни интересует именно этот раздел… — отодвигая от себя сумку, будто она кусалась, тихо пробормотала девушка. — В любом случае, я надеюсь, что ты не повторишь историю с моей Молнией, — заметил Гарри. — Боюсь, что Джинни тебя из Азкабана не простит и правильно сделает. Гермиона холодным взглядом смерила обоих парней. Почему они никогда не пытаются её понять?! — Ну, как вам? — вдохновлено поинтересовалась слизеринка, выводя великана на всеобщее обозрение. — Мы немного тут поколдовали. — Класс… — отсалютовав подруге чашкой-ведром чая, одобрительно отозвался Рон. — Змейка — ты гений! — Да ты ведьма, Джинни, — так самодовольно, будто он сам, а не подруга, преобразил Хагрида, отозвался Гарри. — А ты только узнал, герой? — ласково поддела его подруга. — Четвёртый год у меня списываешь. Хагрид и в правду преобразился. Его вечно лохматые волосы стали гладкими и блестящими. От пробора Джинни избавилась и собрала волосы великана в низкий хвост. Бороду тоже аккуратно подстригли и уложили. В общем, выглядел Хагрид как никогда опрятно и аккуратно. — С-с-спасибо, Джинни… — оглядывая себя в маленькое круглое зеркало, чуть не плача отозвался Хагрид. — Да не за что, — усаживаясь рядом с Гарри и забирая у него чай, отозвалась девушка. — Хотя я бы тебя ещё подстригла, но это как-нибудь в другой раз. Хагрид пригласил друзей отобедать с ним, он даже зажарил огромный кусок говядины. Правда, Гермиона в своей порции обнаружила здоровенный коготь, из чего сам собой напрашивался вывод, что там ни разу не говядина. Разговор за обедом продолжился, ребята всё пытались выведать, у великана задания, гадали, кого выберет кубок, и рассуждали, избавились ли близнецы Уизли от бород. После полудня зарядил мелкий противный дождик. Всю ночь варившая с близнецами зелье старение, Джинни задремала у Гарри на плече. А герой даже дышал через раз, чтобы не дай Мерлин не разбудить спящую подругу. Рон от скуки втыкал тупой нож в толстую деревянную столешницу. Хагрида, штопавшего перед камином носки, Гермиона вовлекла в разговор о домовых эльфах. — Неладное ты задумала, Гермиона, — не отрываясь от шитья, заметил Хагрид. — Прислуживать людям у домовиков…э-э… от природы. Отними у них работу, знаешь, какое страдание будет? А если денег предложить — хуже обиды не будет. — Но есть же и свободные эльфы и они счастливы! — горячо возразила Гермиона. — В семье не без чудика, сама знаешь, — кидая многозначительный взгляд на спящую Джинни, заметил лесничий. — Я не говорю тебе…э-э… что все домовики против свободы, но многих тебе уговорить не удастся. Рассерженная Гермиона затолкала обратно в карман коробку со злополучными значками. В полпятого стало темнеть. Пора возвращаться в замок на пир в честь Хэллоуина, но главное, узнать, кого Кубок выберет в чемпионы. — Эй, соня, — шёпотом позвал герой подругу. — Просыпайся, давай! В замок пора. Или всех чемпионов выберут без тебя. Джинни что-то невразумительно пробормотала и, забыв, что сидит на самом краю, собралась перевернуться на другой бок. Гарри уже в полёте успел схватить её за талию и притянуть к себе. — Спасибо, — благодаря розоватому свету заходящего солнца её розоватых щёк не видно, чему Джинни была несказанно рада. — Всегда, пожалуйста, — спешно отодвигаясь и неуклюже почёсывая затылок, отозвался смущённый Гарри. — Давай аккуратней, в следующий раз. — Ну, ты же герой. Ты всегда успеваешь меня спасти, — сладко потягиваясь, заметила девушка. Настала очередь Поттера заливаться краской. — И я пойду с вами, — сказал Хагрид, убирая штопку, — подождите секундочку. Разминая затёкшую спину, Джинни краем глаза увидела, как великан подошёл к комоду и зарылся в один из ящиков, вытаскивая на божий свет какой-то флакон с неизвестной жидкостью. Комнату наполнил просто омерзительный запах. — Хагрид, — что это? — прохрипел Рон, прикрывая нос рукавом. — Жидкость для бритья? — осипшим голосом поинтересовалась Гермиона, распахивая окна. — О-де-колонь, — покраснев, пояснил великан, — Может я этово… перелил? Одну минутку… С этими словами великан выскочил из дома, бросаясь к дождевой бочке. — Одеколон? — изумлённо протянула Гермиона. — А его костюм? — воскликнул Рон. — Будь я проклят, если это не парадная мантия, во всяком случае, по цвету она очень похожа на мою собственную. — А волосы? Весь этот дёготь… — поморщилась Джинни. — Сами посмотрите! — воскликнул Гарри, подзывая друзей к окну. Хагрид только выпрямился, до этого он отчаянно отмывался в дождевой бочке, как из башни-кареты вышла мадам Максим вместе со своими очаровательными студентками. Слов великана не было слышно, но его взгляд был красноречивее любых слов, Хагрид по уши втрескался в директрису Шармбатона…

***

— Ты не знаешь, кому может принадлежать этот рыжий бандит? — над ухом раздался бархатный голос некроманта. — Мерлин! Что ты тут делаешь? — забирая у Грегора своего рыжего негодяя, воскликнула Джинни. — Только не говори мне, что он влез на ваш корабль… — Не говорю, — солнечно улыбнулся парень, почёсывая кота за ушком. — Вот ведь гад! — возмутилась девушка, щёлкая своего хауса по розовому мокрому носу. — А, по-моему, он славный, — растягивая губы в очаровательной улыбке, заметил славянин. — Я присяду с тобой? — Конечно, зачем спрашиваешь? — удивилась девушка, укладывая своего нерадивого питомца на колени. — Просто сразу как ты ушла с корабля, я имел очень неприятный разговор с одним очень экспрессивным молодым человеком… — В красной мантии? — оживилась Джинни, но тут же поняла, что у этого субъекта есть алиби. И почему чуть что в голову лезет этот лохматый мальчишка? — В жёлтой, — поправил её парень. — Твой молодой человек? — Бывший, — хмыкнула Джинни, передавая Мерлину кусочек яблока, завёрнутый в тонкую полосочку красной рыбы, который кот слопал с превеликим удовольствием. Конечно, с чего бы это должен был быть… неважно. — Понятно, — отозвался Грегор, нагружая свою тарелку бордовым супом. — Что это? — поинтересовалась слизеринка. — Это борщ — свекольный суп, — объяснил парень. — Хочешь попробовать? Да, и эту булочку возьми. Так будет вкуснее. Праздничный ужин тянулся как никогда долго. Все хотели знать, кого же всё-таки изберёт Кубок. Ещё бы, праздничных пиров школьники на своём веку повидали, а вот открытие Турнира Трёх Волшебников… тем более именно после пира должны были объявить имена чемпионов. Наконец, золотые тарелки засияли первозданной чистотой. Большой зал смолк. Профессор Дамблдор поднялся со своего места. — Кубок огня вот-вот примет решение. Думаю, через минуту мы узнаем имена трёх избранных, — начал Дамблдор. — Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую к Большому залу, — директор указал на дверь, расположенную за преподавательским столом. Закончив речь, он широко взмахнул волшебной палочкой, все свечи в зале погасли, кроме тех, что горели в резных тыквах. Кубок огня засеял ярким голубым светом, слепящим глаза. Вдруг пламя налилось красным и, взметнув столп алых искр, из Кубка выскочил обгорелый по краям кусок пергамента. Зал замер. — «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам» — чётко и ясно прочитал Дамблдор. — Так и должно быть! — перекрикивая всех, кричал Рон. Зал взорвался грохотом аплодисментов и восторженных криков. Конечно, звезда квиддича — кто лучше него представит родную школу? — Ну, ещё бы, — тихо проворчал Грегор, обращаясь к Джинни, — остальным Каркаров строго-настрого запретил к Кубку приближаться под угрозой отчисления. Виктор Крам поднялся с места и, ссутулив плечи, вразвалку двинулся к Дамблдору, повернул направо и, миновав профессорский стол, исчез в соседней комнате. — Браво! Браво, Виктор! — разорялся со своего места счастливый Каркаров. Постепенно шум в зале стих, внимание всех было снова приковано к Кубку Огня. Пламя вновь окрасилось в багрянец, и Кубок выстрелил следующим кусочком пергамента. — «Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур». Девушка до жути похожая на вейлу, легко поднялась со стула, откинула назад волну белокурых волос и летящей походкой прошла мимо столов Когтеврана и Пуффиндуя в комнату, отведённую для чемпионов. Когда огонь покраснел в третий раз, Джинни охватило ужасное предчувствие. Но этого же просто не может быть! Он не мог… Он не приближался к кубку, это абсолютно точно! Директор Хогвартса тем временем судорожно вертел в руках обгорелый пергамент. — Джинни… — глухой шёпот Дамблдора эхом разнёсся по залу, — Чемпион Хогвартса — Джиневра Лестрейндж. Зал заполнили возмущённый злобный шёпот. Дамблдор явно эмоций не показывал, но глаза его были встревожены. Мадам Максим и профессор Каркаров подобно стервятникам выглядывали в большом зале будущего соперника своих студентов. Преподаватели Хогвартса тоже не остались равнодушными. Профессор Снейп побелел как полотно и явно хотел прямо сейчас тет-а-тет переговорить с крестницей. Профессор МакГонагалл одной рукой прикрывала дрожащие губы, второй судорожно нащупывала стакан воды или чего-нибудь покрепче. Хагрид едва не воткнул вилку в ручку миниатюрного профессора Флитвика. — Этого быть не может! — вскочив на ноги, воскликнула Джинни. — Я на пушечный выстрел не подходила к Кубку Огня, профессор Дамблдор! — Она же… petite fille*, — шёпотом заметила мадам Максим. — Джинни, иди к остальным, — твёрдо проговорил Дамблдор. — Она не будет участвовать! — шипяще отозвался Снейп со своего места. — Но директор, — буквально взмолилась Джинни. — Иди к остальным! — уже более грубо повелел директор. Прижимая к груди взволнованного таким повышенным вниманием Мерлина, на дрожащих ногах Джинни последовала в комнату. Как сквозь толщу воды доносились оскорбительные и издевательские крики одноклассников и не только. С когтевранского стола о её мошенничестве вдохновлено вещала Чжоу Чанг, постоянно оглядываясь на Седрика. К слову, пуффиндуец выглядел подавленным. Он запустил обе ладони в пшеничные волосы и понуро опустил голову. В голове раздался глумливый хохот Паркинсон. Да, жалко, наверно она сейчас выглядит. Но сил строить из себя непоколебимую скалу, нет. Флёр Делакур и Виктор Крам стояли у камина. На фоне яркого пламени их силуэты выглядели устрашающе внушительно. Крам, ссутулившись и о чём-то сосредоточенно думая, притулился к каминной полке. Флёр Делакур длинными тоненькими пальчиками перебирала свои золотистые волосы. — Bonjour**, — устало пробормотала Джинни, скидывая взволнованного Мерлина с рук. — Est-ce quo cest une blaque? *** — улыбаясь своей жемчужной улыбкой, поинтересовалась француженка. — Malheureusement pas …**** — Да что тут происходит, — от возмущения у Крама будто распушились брови. Джинни даже не знала что ему сказать на это… самое плохое, что, несмотря на то, что самое отвратительное, что могло случиться, уже случилось, тревожное предчувствие всё ещё сковывало грудь. — Джинни! Этого только не хватало… девушка кинулась на Поттера и крепко его обняла, будто он её последняя опора в этом мире. — Только, ради Мерлина, не говори, что ты тоже… — отчаянно прошептала Джинни, уткнувшись в его рубашку. — Я — четвёртый чемпион, — севшим голосом ответил Гарри. — Поттер! Лестрейндж! — что ж, теперь им двоим придётся отбиваться от озлобленных директоров школ-соперниц и взбешённых преподавателей их родной школы. Вдвоём. Против всех.