Via mortis. Наука Смерти

— The world is closing in, Did you ever think that we could be so close, like brothers? The future's in the air I can feel it everywhere blowing with the wind of change.* Джинни сидела на низкой скамеечке рядом с огромной чугунной ванной мечтательно напевала песню Сириуса. После бала уже прошло три дня, а танец с Гарри всё никак не выходил из головы. Мысли о герое не перебивала даже разгадка тайны золотого яйца, хотя на прогулке профессор Грюм дал девушке хорошую подсказку.  — Гинни! Девушке в лицо прилетело что-то мокрое и склизкое. Она вздрогнула и вынырнула из собственных воспоминаний. Кузина, желая её внимания, запустила в сестру свой резиновый мячик.  — Касси! — воскликнула Джинни, плеская в лицо крестнице тёплую воду. — В людей кидаться нехорошо, даже резиновыми мячиками!  — Херри!  — Касси, перестань! Я уже жалею, что рассказала тебе про свой лучший танец! — еле выдавила Джинни, отчаянно краснея. — Давай лучше головку вымоем.  — Херри, Херри! Джинни возвела глаза к потолку. С тех пор, как она вместо сказки пересказала крестнице события своего первого бала и самого приятного танца, малышка постоянно повторяла имя Гарри. Толи ей нравилось, как оно звучит, толи девочке нравилось доводить сестру. Хотя слизеринка была уверена, что когда дошла до медленного танца, девочка спала! Значит ошиблась. Джинни тяжело вздохнула и принялась вспенивать детский шампунь, разнося по нежно-розовой ванне сладковатый аромат лаванды. Маленькая девочка в купели, хитро улыбаясь, склонила головку набок. За то время, что крёстная её не видела, малышка здорово подросла: уверенно бегала по собственной комнате и поместью, много лопотала на языке понятном только ей, а золотистые кудряшки отрасли почти до лопаток.  — Я вас когда-нибудь познакомлю, а теперь, солнышко, дай мне тебя вымыть. Намыливая золотые локоны крестницы, Джинни всё-таки вернулась к разгадке секрета яйца. В первый же вечер после приезда домой, дядя и крёстный завели её прямо в музыкальную гостиную. Северус Снейп, Люциус Малфой и Джинни Лестрейндж с трёх сторон окружили закрытый рояль, на котором стояло огромное золотое яйцо. Все трое внимательно на него смотрели и ломали головы над разгадкой. Перед этим они прослушали те ужасающие звуки раз пять подряд, но всё без толку.  — Может, откроем его ещё раз? — робко предложила девушка.  — Ну, нет! — хором взбунтовались мужчины. Джинни тут же отдёрнула руку, которую уже протянула для того, чтобы снова открыть подсказку.  — Прости, Джин, но мой неплохой слух больше этого не вынесет! — извинился дядя Люциус. — Моя голова просто раскалывается, если честно.  — Давайте лучше пораскинем мозгами, — протянул Снейп. — Это абсолютно точно членораздельная речь, потому что прекрасно слышно некоторые отдельные слова.  — Это явно не шифр, не анаграммы и не зеркальное отображение знакомых слов. Половина букв вообще не похожи ни на один знакомый звук, — сложив руки под грудью, начала перечислять Джинни. — Значит это незнакомый нам язык.  — Это не какой бы то ни было современный человеческий язык, — продолжил Люциус, — и не похож на какой-нибудь было мёртвый язык. Я проверял.  — И не парселтанг, — мечтательно улыбаясь, заметила Джинни. Мужчины переглянулись. Брови Люциуса взлетели вверх, а Северус ответил многозначительным измученным взглядом. Было совершенно ясно, что их девочка по уши влипла.  — Эй, Джин переставай мечтать о своём ненаглядном и давай думай, — Северус пощёлкал перед её лицом пальцами, но девушка отмахнулась — От этого может зависеть и его жизнь тоже.  — Крёстный, я думаю!  — Ну, да видим мы, — хмыкнул Люциус. Джинни встряхнула головой, выгоняя мысли о прошедшем бале и продолжила рассуждать.  — Это и не язык гоблинов и великанов, — задумчиво произнесла девушка. — Как-то связано с водой… язык кого-то, кто обитает в воде, но все водные обитатели молчат…  — В воде… Пропуская через пальцы тёплую мыльную воду, тихо проговорила Джинни. Совершенно неожиданно её окатило водой, а следом раздался звонкий плюх. Девушка интуитивно отскочила от купели и прижалась спиной к противоположной стене. На её тонком домашнем свитере разливалось большое мокрое пятно.  — Касси!  — Ицо!  — Что ты…? — девушку поразила страшная догадка. — Мерлин, только не говори мне, что ты его сломала! Дело в том, что тётя Нарцисса выловила Джинни как раз после собрания в музыкальной гостиной. Женщина вручила малышку крёстной и, ссылаясь на срочное дело, убежала в кабинет мужа. Яйцо чемпионка в комнату относить не стала, а сразу повела маленькую егозу в ванну. Забыв про мокрый свитер и лужу перед ванной, девушка кинулась к чугунной ёмкости. Маленькая Касси тем временем своими тоненькими пальчиками пыталась раскрыть яйцо. Тут Джинни осенило, вот на что мог намекать Грюм! «Вы умная девочка, может, с помощью воды вы раскроете секрет». Почему бы не открыть его под водой?  — Ну, ангел мой, давай вместе? Девушка нежно накрыла ручки крестницы, положила их на обе половинки приза и повернула. Яйцо легко поддалось и открылось. Ванную комнату, вопреки ожиданиям, наполнило великолепное пение.  — Ищи, где наши голоса звучать могли бы, Но не на суше — тут мы немы, словно рыбы, Ищи и знай, что мы сумели то забрать, О чём ты будешь очень сильно горевать. Ищи быстрей — лишь час тебе на розыск дали И возвращение того, что мы украли. Ищи и помни, отправляясь в этот путь, — Есть только час, потом пропажу не вернуть. Джинни вдруг разразилась смехом, как же всё было просто! А они ломали головы сначала с Гермионой, потом и с дядей и крёстным. А ларчик-то просто открывался!  — Ангел мой, ты гений! — заворачивая малышку в мягкое полотенце, Джинни достала крестницу из ванной.  — Дя.  — Ты мне очень помогла, — нежно целуя малышку в розовую щёчку, прошептала девушка.  — Херри.  — Ой, ну хватит!

***

— Как нет! — буквально проревел отпрыск благородного семейства Малфой. Всего пятнадцать минут назад, напевая себе под нос песенку герцога из оперы «Риголетто», в кабинет отца вошёл довольный своей жизнью Драко. Дело в том, что сразу после бала, Драко отловил Асторию в факультетской гостиной и сделал предложение руки и сердца. Надо сказать, что мелкая Гринграсс уже тогда его удивила. Вместо того, чтобы кинуться к нему на шею, она дрожащим голосом ответила, что подумает и стремительно скрылась в спальнях девушек. Когда его вызвал к себе отец, юный дворянин был уверен, что лорд Гринграсс ответил на его предложение. И в положительном ответе Драко не сомневался, однако его ждал неприятный сюрприз… В письме лорд Гринграсс ответил уверенным отказом, даже уточнил, что больше Драко с подобными предложениями к его дочерям обращаться не должен. Юноша смял пергамент в руках и медленно осел в гостевое кресло. Люциус выжидающе смотрел на сына, постукивая длинными пальцами по столу. Нарцисса успокаивающе сжимала правое плечо мужа.  — Сынок, будь так добр, поведай мне, пожалуйста, — мягко произнесла Нарцисса, — как дословно ты сделал Астории предложение.  — Как-как! Попросил её выйти за меня замуж, — ощетинился парень, всё ещё комкая в руках ответ лорда Гринграсса.  — Что тебе непонятно в слове дословно? Может тебе словарь дать? — прошипел Люциус. Нарцисса мягко провела ладонью по напряженному плечу, мужчина в ответ накрыл её руку своей и слегка сжал.  — Я сказал, что на Святочном балу Астория показала себя достойной девушкой и могла бы стать моей невестой, — раздраженно ответил младший Малфой. — Ещё, кажется, добавил, что учитывая её нежные чувства ко мне, она должна быть рада такой возможности. Люциус протяжно простонал и сокрушённо прикрыл глаза рукой. Беззвучно хмыкнув, Нарцисса положила и вторую руку на плечо мужа.  — О, Мерлин! Я должен радоваться, что Гринграсс после этого вообще ещё хочет иметь со мной дела…  — Думаю, тебе Драко, стоит пойти спать, — строго произнесла женщина, — а перед сном хорошо подумать, почему Тори тебе отказала. Драко понимал, что чем дольше он остаётся в отцовском кабинете, тем больше у него шансов нарваться на скандал. А у него и без того было плохое настроение, чтобы ещё выслушивать претензии в свой адрес. А во всём виновата эта Астория! Только за сыном закрылась дверь, Нарцисса присела на подлокотник кресла мужа и мягко повернула его голову к себе.  — Мне иногда страшно становится, до чего же он на тебя похож, — тихо проговорила женщина, заглядывая в глаза мужа. — Рада, что Тори хватило ума и выдержки ответить на такое оскорбление отказом.  — То есть ты жалеешь, что тогда согласилась? — грустно поинтересовался лорд Малфой.  — Честно? Да. До сих пор жалею, — твёрдо ответила женщина, — если бы моя гордость тогда победила, не было бы пяти лет горя и унижений.  — Прости… — прикрывая глаза и соприкасаясь лбами с женой, грустно попросил прощения Люциус. Наверно в миллионный раз в жизни.  — Прекрати, Люц, — улыбнулась женщина, — сейчас же всё прекрасно, даже лучше, чем я мечтала. У нас есть маленькая Касси и упрямец Драко. А ещё у нас есть племянница — умница и красавица Джинни. Чего я ещё могу желать? Мужчина уверенно пересадил жену с подлокотника на колени и крепко обнял. Так они просидели, казалось целую вечность, пока Люциус тихо не засмеялся.  — Что такое?  — Если Драко до абсурда похож на меня, то Джинни вылитая мать, — весело заметил мужчина, гладя жену по щеке. — Она сегодня упорно пыталась думать о несчастном яйце, а сама уносилась в воспоминания о Святочном бале.  — А что там было? — хитро поинтересовалась Нарцисса.  — Скажем так, страсть к «запретным плодам» она унаследовала от обоих родителей, — хмыкнул Люциус. — Она танцевала с Поттером медленный танец и, несмотря на то, что мальчишка оттоптал ей все ноги, она не перестаёт думать о нём.  — И что? — нетерпеливо поинтересовалась женщина.  — А то, что она по уши влюблена в юного героя, — улыбнулся лорд Малфой. — Северус ужасно зол, я бы даже сказал взбешен.  — Я не понимаю, что тут такого? — спокойно отозвалась леди Малфой. — Мне кажется, она к нему всегда была неравнодушна. А сейчас только осознала свои чувства.  — Если мои подозрения верны, Джинни эта связь может дорого стоить, — накручивая золотой локон жены на палец, как-то настороженно ответил муж. — И Поттеру тоже.  — Ты думаешь, он вернётся?  — Боюсь, что да. В конце весны — крайний срок.

***

 — Winter passed and spring flashes, And spring flashes; Fade all the flowers, snow they end up, Snow they end up… And you're back to me — my heart says, My heart says, You stay true, you are only going to live, You only will to live…** Джинни решила не дожидаться тётушку и уложить Касси самостоятельно. Сейчас девушка, совсем, как обычно тётя Цисси, уложила девочку на кровать, а сама пристроилась рядом и тихо пела колыбельную. Ну как колыбельную… Это была песня Сольвейг из сюиты Эрдварда Грига «Пер Гюнт». Почему именно она? Всё просто. Нарцисса именно так убаюкивала их с Драко. А вот почему именно этим произведением, тётя не признавалась.  — Джинни! — в комнату с громким возгласом ворвался взволнованный Драко.  — Тихо, — прошипела девушка, оглядываясь на спящего ребёнка. Слава Мерлину, Касси не проснулась. Девочка только что-то недовольно пробурчала и перевернулась на другой бок. Крёстная хмыкнула и поцеловала малышку в висок, после чего бесшумно выскользнула за дверь к брату.  — Назови мне хоть одну внятную причину, почему я должна оставить тебя в живых! Я её минут тридцать пыталась уложить!  — Она отказалась, — как-то совсем грустно произнёс Драко, соскальзывая по стене на пол. — Почему?!  — Ох, Драко, — усаживаясь рядом с братом и обнимая его за плечи, протянула Джинни. — А чего ты хотел после того, как ты её игнорировал, дразнил, поддевал?  — Но сейчас же я ей предложение сделал! Выделил её среди всех, а она…  — Даже не думай хоть кому-нибудь так сказать, — серьёзно заметила Джинни. — Ты понимаешь, как это больно слышать?  — А ты бы Поттеру отказала? — вдруг серьёзно спросил брат.  — Гарри? — чувствуя, что краснеет, переспросила девушка. — Ты вот сейчас издеваешься?  — Нет, — послышался твёрдый ответ. — Ты бы смогла ему отказать?  — Ну, если бы он сделал мне предложение примерно так же, как мистер Дарси, сделал предложение Элизабет или как ты сделал предложение Тори, то, конечно, отказала бы.  — Да что вам, девушкам надо?! — патетически воскликнул юноша. — Сделал предложение, чего вы ещё хотите?  — Я знаю, почему Тори тебе отказала, — хмыкнула Джинни.  — Почему?  — Ты, братец, до брака ещё совсем не дорос, — улыбнулась девушка, заставляя парня подняться с холодного мраморного пола. — Пойдём, наведаемся к эльфам. Тебе совершенно точно необходим горячий шоколад или тёплое молоко.  — С ванилином?  — Хочешь с ванилином, хочешь с корицей, — ухмыльнулась кузина. — И где моя женская солидарность? Я должна была тебя с лестницы спустить, за то, что ты Тори обидел, а я…  — Просто ты меня любишь.