Ведьмин час

      «Кресент Роуз» вихрем кружилась вокруг Руби, пока та мчалась по коридору. «Рыцари» падали вокруг нее под дождем из стали и искрящихся схем. Позади раздавался топот солдатских сапог — отряд шёл по её следу. На конце коридора она резко затормозила и коснулась свитка электронного замка.       Ничего не произошло.       Неудивительно — Айронвуд предполагал, что нападавшие могли сменить все коды замков, — но всё равно раздражало. Она обернулась и крикнула вниз по коридору:       — План Б!       Передний ряд солдат прижался к стене. Руби тоже отступила, стремительно отпрыгнув на несколько шагов от двери. Мимо неё прошёл офицер в броне с яркой красной полосой, уже доставая из поясной сумки странный прямоугольный предмет. Роуз наблюдала, как он снял тонкую защитную плёнку с одной стороны и приклеил липкую поверхность к двери. Он дёрнул рычаг — и прямоугольник, с шумом разложился, увеличившись в площади и закрыв собой дверь. Наконец, сапёр нажал тумблер.       — Внимание! — крикнул он и, развернувшись, стремглав отбежал по коридору на несколько шагов. Он как раз пробежал мимо, мимо нее, когда с приглушенным звуком взорвался разрывной заряд.       Руби вновь заняла место во главе колонны, пока остальные солдаты перестраивались с чёткой военной слаженностью.       Несколько секунд из вентиляционных прорезей на задней панели взрывного щита валил дым. Руби подождала. Затем щит сложился обратно, обнажив дверь, отброшенную взрывом на несколько футов. Руби активировала своё Проявление — и вихрем пронеслась сквозь задымлённый проём, вылетев на балкон, откуда открывался вид на столовую корабля.       Она вышла из своего Проявление, зацепилась «Кресент Роуз» за перила и спрыгнула вниз, приземлившись прямо на плечи робота. Она согнула колени, чтобы смягчить удар, а вот «Рыцарю» не повезло, и он рухнул под тяжестью ее импульса.       Дёргаными, неестественными движениями два отряда «Рыцарей» повернулись к ней, но к этому моменту солдаты уже начали выстраивать огневую линию на балконе сверху. Выстрелы загремели, отражаясь эхом по всему залу. Рыцари переключили внимание на солдат, ведущих огонь, и повернули вверх, прицелившись в балкон: их алгоритмы распознавания угроз посчитали стрельбу сверху более значительной опасностью, чем одинокую девушку посреди них.       Ошибка. Руби улыбнулась и ловким движением рычага раскрыла «Кресент Роуз» в развернутую форму жнеца.       Менее чем через пять секунд бой был окончен. Механические детали с грохотом рассыпались по полу.       Руби перевела дух и поморщилась, касаясь бедра. Её киберпротез снова натирал. Совсем немного — не настолько, чтобы отвлекать во время боя, — но тревожно напоминал о грядущем дискомфорте.       К счастью, оставалась всего одна битва, прежде чем корабль будет полностью зачищен. Она старалась не думать о том, сколько ещё работы ждёт после этого. Повернувшись к балкону, она крикнула капитану, командовавшему её отрядом:       — Я иду на соединение со своей командой!       — Иди! — ответил он. — Мы вскроем казармы и догоним тебя через несколько минут!       Руби кивнула, развернулась и помчалась сквозь открытую арку в конце столовой. Коридор плавно поднимался вверх. Она бросилась по нему, и лепестки роз осыпались позади нее. Точка сбора находилась наверху — небольшой перекрёсток, где сходились пути к палубе экипажа, машинному отделению и грузовому отсеку. Руби прибыла первой и с трудом поборола искушение залезть под юбку и отсоединить протез. Остальные могли появиться в любую секунду, и она хотела быть готова выступить сразу же, как только они придут.       Её ожидания вскоре оправдались. Спустя примерно минуту дверь справа — обычная, с блестящими смазанными петлями и без замка — распахнулась настежь. Из неё выбежала Блейк, чуть запыхавшаяся после подъёма по служебной лестнице из машинного отделения.       — Привет, Руби, — сказала Белладонна с лёгкой улыбкой. — От Вайсс пока нет вестей?       Руби покачала головой, доставая из кармана свиток. Аура Вайсс держалась стабильно.       — С ней всё в порядке, — ответила она, показывая экран Блейк.       Та кивнула.       — Хорошо, — её брови чуть нахмурились, когда она оглядела Руби с ног до головы.       — Как ты сама? Это куда тяжелее, чем вся твоя физиотерапия до сих пор.       — Немного натирает, — призналась Руби. — Пока держусь, но после того, как зачистим корабль, мне, возможно, придётся остаться позади и вести обстрел.       Блейк кивнула.       — Понятно, — её улыбка стала чуть усталой, — ну и денёк.       Руби кивнула и тяжело выдохнула.       — Они, должно быть, знали, что делала мама, — тихо предположила она. — Надеюсь, с ней всё в порядке.       — О боги, я даже не подумала об этом, — бант Блейк дрогнул, когда её глаза расширились.       — Если они напали на Вейл, зная, что твоя мама и Геральт будут далеко, что тогда ждёт их в Гриммленде?       Руби покачала головой.       — Не знаю, — она прикусила нижнюю губу.       — Наверное, с ними всё будет в порядке, — сказала она. — Они ведь ждали Цири, потому что она может быстро перемещать их, верно? Значит, если станет плохо, она сможет вытащить их оттуда.       — Да, будем надеяться, — сказала Блейк. — Они ведь… почти должны были закончить к этому времени, верно? Прошло уже пару часов.       — Понятия не имею, сколько времени уходит на то, чтобы разобраться с желаниями бессмертной женщины-Гримм, загаданных тысячи лет назад, — Руби беспомощно пожала плечами. — Может, мисс Йеннифэр стоит открыть урок по волшебству.       — Вот это было бы интересно, — усмехнулась Блейк.       — Что именно — интересно?       Руби обернулась на голос. Вайсс изящно сошла с сияющего глифа, поднявшись по техническому шахтному колодцу из грузового отсека.       — Урок по волшебству, — пояснила Руби. Она достала «Кресент Роуз» и раскрыла её в форму косы. — Готова?       Вайс решительно кивнула.       — Сделаем всё быстро, — сказала она.       Руби и её две подруги вместе развернулись и побежали по коридору, ведущему к носу корабля — и к мостику.

***

      Янг жевала безвкусный питательный батончик, не отрывая глаз от свитка. Ее аура восстанавливалась мучительно медленно. Она уже не была в красной зоне, но только на чуть-чуть. Ауры её товарищей держались примерно посередине зелёного диапазона — кроме Руби, у которой показатели стабильно держались около девяноста процентов. С момента ранения запасы ауры младшей сестры Янг увеличились в разы. Блейк утверждала, что это задокументированное явление — посттравматическое расширение ауры, или как-то так.       Позже она также призналась Янг наедине, тихим голосом, что это часто сопровождается посттравматическим стрессовым расстройством. Руби, похоже, держалась молодцом, но если Янг и узнала что-то новое о своей младшей сестре за последнее время, так это то, что она гораздо лучше умеет скрывать свои потаенные глубины, чем Янг считала. Она надеялась, что Руби не чувствует необходимости прятать такую боль от команды или семьи… но уверенности у неё не было.       Янг лишь тогда заметила, что сжимает кулак, когда край батончика выскользнул из руки и осыпался крошками прямо из обёртки. Она вздохнула, подняла упавший кусочек и отправила его в рот.       И вдруг над ангаром разнёсся тянущийся, гулкий вой сирены. Янг подняла голову и увидела, как у выхода, ведущего наружу, закружились красные сигнальные огни.       Из-под корабля медленно поднялся «Быкоглав» и осторожно вошёл в ангар. Он опустился с предельной точностью, и одновременно с этим стихли его двигатели и сирена.       Янг поднялась с ящика, который служил ей сиденьем. Лёгким движением запястья она привела в боевую готовность «Эмбер Селику». Вокруг, оставшиеся вместе с генералом солдаты арьергарда тоже вскинули оружие, готовясь к бою.       Двери «Быкоглава» раскрылись, и наружу вышла знакомая женщина. Янг встречала Винтер Шни всего однажды, несколько месяцев назад, когда вместе с командой помогала Геральту искать его дочь, но та произвела сильное впечатление. Она сильно напоминала Вайсс — только была выше, стройнее и куда более женственна… во всех смыслах.       В нескольких шагах от неё Янг услышала, как Айронвуд выдохнул.       — Убрать оружие, — сказал он, убирая тяжёлый револьвер. — Специалист Шни, рады вашему возвращению.       Винтер резко кивнула, её каблуки отчётливо звенели по металлическому полу, пока она приближалась. За ней шёл отряд атласских Охотников — нет, скорее Специалистов, если судить по форме военных.       — Генерал, — произнесла она, отдавая честь.       Айронвуд нахмурился, глядя мимо сестры Вайс:       — Ваша миссия не увенчалась успехом?       Винтер сжала губы:       — Мы нашли Рейвен Бранвен. Она и её брат сражались с… чем-то. Существо было отдалённо похоже на человека или фавна, но у него было слишком много звериных черт, а некоторые черты совершенно не похожи ни на одно животное, которое я видела.       — Опишите, — потребовал Айронвуд.       — Крылья, как у летучей мыши, — начала Винтер. — Удлинённые ногти, скорее когти — длиной не меньше шести дюймов. Морда вместо носа. Красные глаза…       — Вампир, — мрачно произнёс Айронвуд. — Что произошло?       Винтер моргнула и это было единственное, что выдало её удивление. А вот Янг побледнела.       «Послушай моего совета: если ты когда-нибудь увидишь человека с когтями длиной с ладонь и лицом, похожим на лицо летучей мыши, то не вытаскивай оружие, не пытайся драться. Просто беги и надейся, что тот будет милосерден»*      .       — Мы вмешались, чтобы помочь Бранвенам в бою с… вампиром, — продолжила Винтер. — Существо отступило, а затем появился директор Озпин. Он поручился за Рейвен — сказал, что знает, почему вы считали её предательницей, и что у него есть информация, оправдывающая её.       Айронвуд на мгновение замолчал. Янг заметила, как его глаза потемнели — так бывало не раз за то недолгое время, что она находилась здесь. Затем взгляд прояснился, и он кивнул:       — Придётся довериться тому, что Озпин знает, что делает.       — Вы в этом уверены? — спросила Янг. — Я буду первой, кто скажет: Рейвен Бранвен — та ещё стерва.       Винтер зыркнула на неё — вероятно, за то, что та влезла не в своё дело, или за «неподобающее поведение». Но Айронвуд лишь слабо усмехнулся:       — Если бы быть плохим человеком автоматически значило быть врагом королевств — всё было бы куда проще.       Он вновь повернулся к Винтер:       — Сейчас, как вы наверняка уже заметили, наши механизированные войска обратились против нас, — он кивнул в сторону Янг. — Кроме мисс Сяо Лонг, которая оказалась выведена из строя после столкновения с Титаном Нануком, остальная часть команды вашей сестры ведёт несколько отрядов, чтобы захватить мостик. К этому моменту мисс Роуз, вероятно, уже расчистила путь через столовую. Вы сможете к ним присоединиться?       Винтер резко кивнула:       — Есть, сэр. Специалисты, вперёд!

***

      Дверь на мостик была заперта электронным замком. К счастью, хотя на этот раз у Руби не было сапёра, вместо него у неё была Вайсс. Без малейшей задержки, Вайсс раскрутила камеру «Миртенастера» и нанесла тонкую пленку огненного Праха на стык между дверью и стеной. Затем она отступила, жестом приказав Руби и Блейк сделать то же самое, переключила камеру «Миртенастера» на новый баллон и выпустила молнию в красную полосу.       Дверь не взорвалась, но металл внезапно раскалился добела. Вайсс взмахнула рукой — и между ними и дверью вспыхнул чёрный глиф. Металл заскрипел и начал гнуться, когда дверь отогнулась назад, словно на импровизированной петле из расплавленного участка. Проём получился лишь наполовину ширины двери, но этого было достаточно.       — Ну, здравствуйте, — насмешливо произнёс Роман Торчвик, махнув рукой. Он вальяжно сидел на пульте управления, прислонившись спиной к лобовому стеклу и закинув ноги на подлокотник кресла перед собой.       — Должен признать, атласская армия переживает не лучшие времена, если теперь поручает грязную работу детям.       Руби скользнула в комнату, вспыхнув на миг своим Проявлением. Пока её тело ещё не обрело форму, она воспользовалась моментом нематериальности, чтобы незаметно оглядеть комнату. Неополитан нигде не было видно. Но, как подозревала Руби, это вовсе не значило, что её здесь нет.       Она приземлилась на пол, и её кибер-нога глухо лязгнула о металл.       — Торчвик, — сказала она. — Сделай всем одолжение и сдайся. Мне нужно сражаться с ордой Гримм.       Торчвик расхохотался.       — Драться? Правда? Ты сейчас серьёзно? — он махнул рукой в сторону окна за своей спиной. — Ты вообще видела, что там творится?       Губы Руби сжались. С этого ракурса она видела Ганешу — его гигантский, усеянный шипами хобот крушил северные стены Вейла.       — Да, — ответила она с сарказмом. — Мы заметили.       — И ты всё ещё думаешь, что можешь с этим сражаться? — фыркнул Торчвик. — Серьёзно, девочка, Вейл пал. На очереди — остальные Королевства. Что ты можешь с этим сделать? Что кто-либо из нас может? Отвечу: ничего.       — Ты, мягко говоря, не помогаешь, — холодно прокомментировала Блейк, входя в комнату вслед за Руби и Вайсс.       — Пфф, — фыркнул он презрительно, — да какое мне дело до Вейла? Или до любых других королевств? Никто из них никогда не сделал для меня ни черта. Сколько себя помню — я сам о себе заботился и сейчас делаю то же самое. Как там говорится? Не можешь победить — присоединяйся, — он спрыгнул с пульта, крутя трость между пальцами. — В любом случае. Мы будем драться или как?       — Конечно, — произнесла Руби, прислушиваясь… да! Щелчок каблуков по металлу, слева…       Руби резко замахнулась. Раздался звук разбитого стекла, и перед ней возникли разноцветные глаза Нео — прямо в тот миг, когда лезвие косы врезалось ей в живот. Ту отшвырнуло через всю комнату; её аура рассыпалась, не выдержав удара, усиленного гравитационным Прахом.       — Нео! — крикнул Торчвик, вскидывая трость. Он выстрелил пылающим зарядом огненного Праха, но Блейк сбила его в воздухе очередью из «Гэмбол Шрауда», пока Вайсс уже бросалась вперёд. Они обменялись несколькими ударами, прежде чем Руби оказалась с другой стороны, а Блейк, перепрыгнув их обоих, ринулась на Нео.       Через полторы минуты всё было кончено. Руби глубоко вдохнула, отпустив связанного Торчвика, и повернулась к центральному пульту, стоявшему прямо перед огромным обзорным стеклом.       Она моргнула. Перед ней, паря в воздухе, ветер трепал рыжие пряди вокруг лица… Пенни? В её руках находилась девочка в синем, которая в ужасе прижималась к её шее. Брови Пенни были чуть нахмурены, но, встретив взгляд Руби, она улыбнулась. Ей показалось или в зелёных глазах Пенни на был проблеск красного?       За спиной андроида из воздуха всплыли мечи. Она сделала знак рукой, отгоняя Руби назад. Руби всё поняла, схватила Торчвика и крикнула команде:       — Назад! — и сразу же активировала своё Проявление. По пути она подхватила Нео, и с глухим стуком приземлилась в кучу вместе с двумя связанными преступниками.       Как только Руби отошла, Пенни метнулась вперёд. Лобовое стекло разлетелось вдребезги. Шум ветра снаружи почти заглушил всё остальное, когда Пенни шагнула внутрь, грациозное приземлившись на ноги.       Она бережно опустила девочку в синем и вновь улыбнулась Руби — хоть складка тревоги всё ещё не исчезла с её безупречного лба.       — Привет, подруга Руби! — воскликнула она. — Ты тоже здесь, чтобы отключить управляющую сеть серии АК?       — Эм… да, — озадаченно ответила Руби.       — Замечательно! — радостно сказала Пенни. — Я здесь с той же целью. В моей голове звучит голос, который приказывает атаковать жителей Вейла, и я бы предпочла, чтобы он замолчал.       — Оу, — протянула Руби, — это… звучит не слишком весело?       — Совсем нет, — спокойно ответила Пенни, перекрикивая свист ветра. Руби же приходилось почти кричать. Пенни повернулась к пультам с задумчивым выражением.       — У тебя есть план, как отключить сеть?       — Да, — вмешалась Вайсс, выходя вперёд и поднимая «Миртенастер».       Вспыхнуло ярко-голубым, когда она пропустила через пульт электрический разряд, и все светящиеся экраны одновременно погасли. Руби надеялась, что это не означало отключение ядра гравитационного Праха корабля. Айронвуд уверял, что такого не случится, объясняя, что недавно сеть была перенастроена таким образом, чтобы при потере питания она просто переходила в безопасный режим. Но это не мешало ей тревожиться.       Пенни с облегчением вздохнула.       — Так гораздо лучше, — её голос звучал радостно. Она посмотрела на девушку, которую всё ещё придерживала. — Рекрут Солей, прошу смягчить мой статус пленницы.       — Эм… — замялась та. — Да, хорошо.       — Замечательно, — повторила Пенни и улыбнулась Руби. — Нам стоит встретиться с генералом. Тогда мы сможем…       Громоподобный рёв разнёсся над небом Вейла, пробежав по позвоночнику Руби ледяным разрядом страха. Улыбка Пенни застыла.       — Что это было? — нервно спросила Блейк.       — Не знаю, — ответила Руби. — Пенни, как быстрее всего добраться до крыши корабля?       — Со мной, — Пенни, аккуратно поставила рекрута Солей на пол и протянула руки к Руби.       — Только не одна… — начала резко Вайсс, но Руби подняла руку.       — Какой второй по скорости вариант? — уточнила она.       Пенни указала на люк в потолке мостика.       — Но я, скорее всего, смогу поднять всех троих, — сказала она.       Руби нахмурилась.       — Уверена?       — Почти!       Руби скорчила гримасу.       — Ладно, меня устраивает.       Через несколько секунд они приземлились на борт воздушного корабля и Руби сразу же поняла, что это был за рёв.       Нидхёгг завис в небе, неподвижный, лишь его крылья медленно били воздух. Он смотрел на север. Как и все остальные Титаны.

***

      Салем моргнула, опуская взгляд на меч, вонзившийся в её живот. Геральт заметил, как бледная плоть вокруг раны начала разъедаться под действием масла Гримм.       Она дрожащей рукой дотронулась до клинка, подняла глаза и встретилась взглядом с Геральтом. Её лицо исказилось, когда она обнажила зубы.       — Я отказываюсь, — прошипела она.       Геральт едва успел выдернуть меч и перекатиться в сторону, когда она метнула во вспышке разноцветного света заряд прямо в то место, где он стоял секунду назад. Он услышал, как Йеннифэр вскрикнула, когда вспышка пронеслась мимо неё. Ведьмак вскочил на ноги и успел обернуться как раз вовремя, чтобы увидеть, как Цири, появившись за спиной Салем в зеленоватом свете, с занесенным клинком.       Удар не рассёк Салем пополам, как ожидал Геральт, но брызги чёрной крови разлетелись во все стороны, и её бросило вперёд на руки и колени. Она закашлялась, и новые тёмные капли забрызгали каменные плиты. Потом её голова резко поднялась, и она протянула руку в сторону Геральта. Он увернулся от вспышки магии, поставил Квен на ходу и ринулся вперёд. Барьер принял на себя основной удар, и он воспользовался открывшейся возможностью, чтобы вонзить свой меч ей в грудь.       Из её горла вырвался хрип, будто медленно выходящий из воздушного шара воздух. Потом руки обмякли, и она осела вперёд, сползая по лезвию вниз. Ведьмак выдернул меч, затем перевернул её на спину.       Она еще не умерла. Ее глаза смотрели вверх. Было что-то пугающе человечное в том, чтобы видеть красно-черные глаза, остекленевшие от боли и ужаса. В зале царила тишина, нарушаемая лишь её сиплым дыханием. Даже Гримм за стенами, казалось, притихли, будто в молчаливом почтении к смерти своей королевы.       — Нет… — прошептала она, — она не заживает… не… заживает…       — Ну, разумеется, нет, Салем.       Геральт почувствовал, как напрягся каждый мускул его тела. Он резко обернулся.       Не обращая внимания ни на меч в руках ведьмака, ни на оружие, наведённое на него со всех сторон, Гюнтер О’Дим спокойно прошёл мимо Геральта.       — Я ведь предупреждал, — произнёс он, глядя на Салем с той же снисходительной ухмылкой, в которой, однако, сквозила тень чего-то зловещего.       — Я всегда, всегда прихожу за платой, друг мой. И я никогда не проигрываю.       — Ты проиграл ему, — прохрипела Салем.       — Возможно, — небрежно ответил Гюнтер, бросив через плечо взгляд на Геральта. Он моргнул, и его карие глаза стали жёлтыми, с вертикальными зрачками и чёрными, как у Салем, склерами.       — Пусть это станет уроком и тебе, Геральт, — произнёс он голосом мягким, как бархат, — даже когда я проигрываю…       — …ты всё равно побеждаешь, — мрачно закончил ведьмак.       — Именно, — усмехнулся Гюнтер, поворачиваясь к Салем. — Итак, наш контракт завершён. Осталось лишь получить оплату.       — Нет, — прошипела Салем, глядя на него снизу вверх, — я отказываюсь. Ты обманул меня.       — Я никогда не обманываю**, — холодно ответил Господин Зеркало. — В этом, моя дорогая, и заключается замысел. И, боюсь, я не спрашивал разрешения.       Он протянул руку, тело Салем выгнулось дугой и из неё стал подниматься чёрный дым, а из груди вырвался крик. Но вскоре её конвульсии стали осмысленными. Она заставила себя взглянуть на Геральта, хотя глаза её уже вылезали из орбит, а кожа стремительно старела, покрываясь глубокими морщинами.       — Титаны… — выдавила она, — мои исследования… спасите… мои…       А потом она вспыхнула и сгорела, как бумага в костре, оставив после себя лишь дымящийся скелет. Снаружи раздался глухой топот лап и когтей по бесплодной земле — рой Гримм рассеивался.       Гюнтер О’Дим глубоко вздохнул. На его лице расплылась улыбка. Он нагнулся и резким движением оторвал череп от остальных костей, после чего обернулся к Геральту.       — Что ж, — сказал он, — с этим покончено.

***

      Рейвен парировала один из ударов Девы Осени своим мечом, а затем метнула копьё молнии. Её противница подняла огненный щит, пламя вырвалось из трещины, раскрывшейся у её ног. и молния затерялась среди огня. Они обменялись еще несколькими ударами, а затем остановились. Одежда Рейвен развевалась, пока она парила в нескольких футах над землёй рядом с Кроу.       Дева Осени — как же её звали? — метнула взгляд между Рейвен и Озпином, полностью игнорируя Кроу.       — Где Реликвия? — спросила она низким, хриплым голосом.       По другую сторону от Кроу Озпин сцепил руки на рукояти своей трости.       — Из этого хранилища есть только один выход, — тихо произнёс он. — Ты загнана в угол. Прошу, сдайся.       Губы Девы Осени презрительно дёрнулись.       — Да, конечно, — с сарказмом отреагировала она, — конечно, я сделаю это. Как только ты ответишь на мой вопрос.       — И что тебе даст эта информация? — спросил директор. — Даже если бы ты знала, как получить к ней доступ, ты не смогла бы сделать это, отбиваясь от нас. Неужели ты настолько самонадеянна, что считаешь себя равной другой Деве, более опытной, одному из моих лучших полевых агентов — и мне самому? Я повторяю: сдавайся.       Синдер скривилась.       — В твоих словах есть смысл, — признала она, — но… нет, я так не думаю.       И после этого ринулась вперёд — не на них, а прямо над головами, к лифту за их спинами.       Рейвен метнулась наперерез, но, прежде чем их клинки столкнулись, Дева Осени вскрикнула от внезапной боли. Её сила исчезла, и она рухнула на землю, извиваясь, вцепившись в правую руку. Рейвен моргнула, глядя на неё, — на тыльной стороне белой перчатки Синдер вспыхнул сияющий символ. Из центра ладони начала расползаться чёрная слизь, словно грибковая плесень.       Тогда Озпин опустился рядом с ней на колено, уронив трость. Он схватил девушку за запястье, вырвав правую руку из судорожного захвата левой. Несколько секунд он изучал распространяющуюся черноту, затем поднял потемневший взгляд на Рейвен.       — Прижигай, — произнёс он.       Рейвен ухмыльнулась. Она выхватила Знамение, его клинок алел, как кровь.       Дева Осени закричала.

***

      Янг стояла у входа в ангар, глядя на дракона, который, в свою очередь, смотрел на что-то на севере, чего она не могла разглядеть. Она наблюдала, как рой Гримм, окружавший чудовище, постепенно начал рассеиваться. Внизу, в городе, часть Гримм всё ещё преследовала группы солдат и мирных жителей… но куда большее число существ, казалось, спасалось бегством от недоумевающих Охотников, сражавшихся с ними минуту назад.       — Не может быть… — пробормотал рядом Айронвуд. — Я думал… если она знала, что они идут, я предполагал, что… это должна была быть лишь разведка!       — Похоже, всё зашло куда дальше, чем просто разведка, генерал, — усмехнулась Янг.       Айронвуд моргнул и нахмурился, посмотрев на неё сверху вниз.       — Ты… знаешь?       — Мама не хотела оставлять нас без объяснений во второй раз.       Его лицо чуть скривилось.       — Я... полагаю, я могу это понять.       Он снова посмотрел на дракона.       — И да… всё действительно указывает на это, не так ли?       Прежде чем Янг успела ответить, Нидхёгг изогнулся, словно волна, и, двигаясь подобно гигантской змее, поплыл по небу на север, покидая город.

***

Геральт медленно отступил на несколько шагов. — Значит, есть причина, по которой ты все ещё здесь? Стеклянный Человек выглядел слегка удивлённым. — Нет необходимости в такой враждебности, — ответил он, — в конце концов, если подумать, именно я создал ту возможность, которой ты воспользовался, чтобы её убить. И это после того, как позволил тебе спасти фон Эверека. Немного благодарности, знаешь ли, не помешало бы.       Геральт не ответил. Рядом с ним встала Цири.       — Боюсь, тебе придётся смириться с разочарованием, — её голос был твёрд.       Гюнтер О’Дим улыбнулся.       — Ах, Цирилла! Какая ярость! И представить только — ведь для тебя это наша первая встреча! — он покачал головой с мягкой усмешкой, в то время как Геральт сжал кулаки и встал между ним и Цири.       — Полагаю, я просто в хорошем настроении, — продолжил Господин Зеркало. — Немногие сумели держаться от меня подальше так долго, как она. Разумеется, я знал, на что иду, заключая тот договор, но… ах, как же оно жжёт. Как заноза, застрявшая в месте, куда не дотянуться. Ты ведь понимаешь, я уверен.       — Не особенно, — возразил ведьмак.       Гюнтер О’Дим приподнял бровь.       — Нет? И тебя ни разу не терзало чувство, когда тебе не заплатили после трудной охоты? — он пожал плечами. — Как бы то ни было, мне пора. Возможно, ты не знаешь, как меня найти, но, если понадобится — уверен, ты найдешь способ.       — Не рассчитывай на это, — хмуро отреагировал Геральт.       — Никогда не говори «никогда», — усмехнулся Гюнтер. — Каждый, с кем я когда-либо заключал договор, был уверен, что однажды я приду за платой. Лишь одному удалось избежать этой участи. Отчаяние действительно удивительная вещь.       Он подбросил череп Салем в воздух и снова поймал. Его пальцы сжались. Кость разлетелась с громовым треском, и Гюнтер О’Дим исчез, словно его никогда не было.       Повисла тишина.       — Что ж… — тихо произнесла Йеннифэр. — Полагаю, стоит попытаться найти её исследования?       — Да, —Цири кивнула, её лицо было спокойным, губы сжались в тонкую линию, — у неё наверняка есть лаборатория. Соберём всё, что сможем, и отправимся в Вейл. Мы всегда можем вернуться, — она посмотрела на распростёртое тело Хейзела. — Регис, не мог бы ты…       — Конечно, — ответил Регис, уже полностью вернувшийся в человеческий облик. Он наклонился и без труда поднял громадного мужчину, закинув его на плечо.       Цири и Йеннифэр первыми поднялись по лестнице. Лабораторию Салем оказалось нетрудно обнаружить, как и её научные записи. На целой полке стояли тома, переплетённые в чёрную кожу и снабжённые аккуратными ярлыками с красными буквами. За «Непрерывным сознанием. Журнал экспериментов. Том I» следовало больше дюжины книг с тем же названием и нумерацией. Почти столько же томов носили название «Социология. Эксперименты в разделении». И это были лишь две серии из множества записей, которые вела бессмертная женщина.       Йеннифэр тихо выдохнула, поражённо шепнув:       — Почти начинаю жалеть, что она мертва.       — А я — нет, — ответила Цири. — И мы всё равно не сможем унести это всё. Выбирай одну серию, мама, и заберём только её.       — «Непрерывное сознание», — без колебаний сказала Йеннифэр. — Подозреваю, о чём в них речь.       Геральт, похоже, тоже догадывался. Он прижал несколько томов под мышкой так же, как Саммер и Йеннифэр.       — Готовы? — спросила Цири. — Отлично. Беритесь за руки и уходим.       — О боги… — пробормотала Саммер.       — Уж лучше так, чем через порталы, — проворчал Геральт. — Поверь на слово.       Они взялись за руки Цири и через мгновение исчезли.

***

      Озпин вышел из парадной двери Бикона как раз вовремя, чтобы увидеть, как Нидхёгг уменьшается до крошечной точки на горизонте. Он посмотрел вслед Титану, затем оглянулся и увидел, что остальные следуют за ним. Может ли это быть?..       Похоже, да. Во дворе вспыхнул зелёный свет, и из него вышли пятеро. Когда голос предателя разносился из каждого динамика в его кабинете, он был абсолютно уверен, что больше никогда их не увидит, .       Саммер Роуз устало улыбнулась ему. Он отметил с отстранённым равнодушием, что под другой рукой, не державшей запястье Цири, у неё было четыре толстых тома.       — Здравствуй, Озпин, — сказала она, — знаю, мы вроде как просто должны были провести разведку…       — Что, холера возьми, здесь произошло? — перебил её Геральт. Он смотрел на клубы дыма от сотен пожаров, поднимавшихся над Вейлом, на стаи Гримм в небе и на Титанов, которые всё ещё медленно удалялись.       — Саммер! — Рейвен стремглав пробежала мимо него и, вопреки своей обычно сдержанной натуре, бросилась обнимать бывшую напарницу. Саммер моргнула своими серебристыми глазами, глядя через плечо Рейвен, а затем мягко улыбнулась и обняла её в ответ, и лёгкий румянец коснулся её щёк.       Озпин заметил, как Геральт смотрит на разрушения, и он тоже видел это. Но почему-то ни разрушения, ни дым не могли заглушить изумление и облегчение, переполнявшие его грудь.       — Её больше нет, да? — прошептал он едва слышно, будто боялся, что стоит сказать громче, и Салем вынырнет из-за угла, чтобы посмеяться над ним.       — Её нет, — ответила Цири, хотя глаза её оставались мрачными и усталыми, — а теперь, действительно, почему весь город в огне?       — Думаю, они знали, что вы уходите, — объяснил Кроу, подходя к Озпину. — Атаковали почти сразу после вашего отбытия.       — Я полагал, что они перехватят вас, — произнёс Озпин. — Я думал, вы мертвы.       — Мы знали, что вы уходите, — раздался приглушённый болью голос Девы Осени; она сжимала обрубок там, где раньше была правая рука. Её янтарные глаза были устремлены на Саммер, — Эмеральд подслушала ваш разговор. Но мы… мы даже не думали, что вы решитесь пойти к ней.       — Это многое объясняет, — пробормотал Озпин, — благодарю за уточнение.       Синдер Фолл пожала плечами. Её взгляд был пуст, лицо — безжизненно.       — Она мертва, — сказала она. — Я не понимаю, как… ведь это должно было быть невозможно… но факт остаётся фактом. И все мои планы пошли прахом. Бессмысленно продолжать борьбу.       — Синдер! — донёсся сверху девичий голос, немного хрипловатый, с хищными нотками. Озпин поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как фигура с крыльями летучей мыши спикировала вниз и встала между Девой Осени и остальными, оскалив острые зубы.       — Ах, — только и произнёс Регис, передернув плечами и осторожно опуская тяжёлое тело — кажется, это был Хейзел Рейнарт, — я ведь предупреждал вас, мисс Сустрей, — тихо сказал он.       Вампирша метнула в него гневный взгляд, но прежде, чем успела ответить, Синдер перебила её.       — Эмеральд, — сказала она, — всё кончено. Мы проиграли.       Взгляд Эмеральд метался между ними, наблюдая, как вся группа поднимает оружие.       — Моя мать когда-то сказала, — произнесла она низким, надтреснутым голосом, — что история нашего народа — это череда бесконечных поражений. Но это не повод позволять победителям во всем добиваться своего.       Она развернулась, схватила раненую Деву и взмыла в небо. Регис тяжело вздохнул.       — Прошу прощения, — сказал он и, резко изогнувшись, бросился следом.       Озпин проводил их взглядом, моргнул и покачал головой, обернувшись к остальным — своим друзьям.       — Думаю, стоит заняться зачисткой и прогнать оставшихся Гримм из города.       — Да, пожалуй, — кивнул Геральт.       И до конца этой долгой, бесконечной ночи Озпин едва мог удержать улыбку.       Всё кончено. Её больше нет. Я свободен.