Проныра едет в Хогвартс

      На дуэль с Поттером никто из слизеринцев так и не попал: декан Снейп умудрился подловить их у входа в общежитие и наложил столько взысканий, что первокурсники ходили на занятия с мокрыми руками до самого Хэллоуина. — Должен сказать, я почти проникся Гербологией, — ухмыльнулся Проныра, едва успевший сменить мантию перед Праздничным пиром. Теодор устало вздохнул: ему не доставало малфоевской скорости, поэтому он был вынужден появиться в Большом Зале в рабочей одежде, что не добавляло ему ни привлекательности, ни хорошего настроения. — Уверен, Алистер и Лонгботтом будут счастливы это услышать. — Алистер, в отличие от тебя, в курсе, что я позаимствовал из теплиц пару саженцев magicae hedera**, поэтому Поттера ждет незабываемое Рождество. И, ради Мерлина, приведи в порядок мантию, Теодор! Волшебник ты, или кто? Нотт усмехнулся и наколдовал так любимые Пронырой Очищающие чары. Драконий навоз, конечно, не слишком поддавался магическому воздействию, но, благодаря малфоевскй чистоплотности,  сам Теодор, да и весь первый курс Слизерина, могли бы дать фору хогвартским эльфам на ниве домашнего хозяйства. — Но почему ждать до Рождества, Дрейк? — поинтересовалась Трейси Дэвис, — вон он твой Поттер, сидит рядом с Уизли-младшим. — Я плохо на тебя влияю, о, прекрасная дева моего сердца! Но, несмотря на очевидную привлекательность твоей идеи, я вынужден отказаться. У Поттера-то сегодня вовсе не праздник, и даже я не настолько омерзителен, чтобы запугивать кого бы то ни было в день смерти родителей.  Трейси нахмурилась и переглянулась с однокурсниками: десять лет были немалым сроком, да и саму Войну в школе по-настоящему помнили разве что преподаватели, но… на Слизерине тоже были свои сироты.  — Тролль! В подземелье!.. Спешил вам сообщить…*** — крик профессора Квирелла прервал очередную лекцию Малфоя об использовании кухонных заклятий на людях. Теодор был почти разочарован: вряд ли профессор Флитвик предполагал, что так любимые им Чары нарезки можно применять столь… нетрадиционно. — Может, кто-то объяснит мне, наконец, почему все паникуют?  — Спешу напомнить тебе, Проныра, что никто, кроме тебя, не считает тролля подходящим развлечением для Праздничного пира, — огрызнулась Фэрфакс, продолжив, впрочем, судорожно пересчитывать первокурсников. — Очень зря, — Теодора передернуло. Конечно, он знал, что детство Малфоя нельзя было назвать веселым, но тролли в качестве развлечения? Это было слишком. Им почти удалось дойти до подземелий, и он успел обрадоваться, что Дрейк решил ограничиться ехидными комментариями, но не тут-то было. — Итак, мои дорогие однокурсники, кто хочет поучаствовать в древней английской забаве? Охота на тварей в ночь Самайна, что может быть лучше? Подумайте о наших славных предках, — предложение Малфоя звучало почти соблазнительно, если, конечно, не брать в расчет тот факт, что оно включало в себя прогулку в компании тролля. — Не городи ерунды, Дрейк, — скривилась Дэвис, — мы почти дошли до гостиной. — Не порть атмосферу, дорогая. Тем более, подобные прогулки вовсе не для дам. Блейз? Грег? Винс? Что, серьезно? Я, признаться, рассчитывал, что вы напишите книгу о моих подвигах. Можете не участвовать, меня вполне удовлетворят сторонние наблюдатели. — Думаю, я вынужден отказаться, — Забини явно побаивался Малфоя, и это было бы смешно, если бы Тео не ощущал в данный момент нечто похожее. — Не переживай, дорогой, вы с Дафной будете отвлекающим маневром. Мисс Гринграсс?.. — Будешь должен, Малфой, — нахмурилась ледяная принцесса всея Слизерина и, подхватив полы мантии, подбежала к Эдне Фэрфакс: — О, я так напугана, вы уверены, что тролль не добрался до гостиной? Блейз тоже очень, очень боится, не так ли, Забини? Можно, мы пойдем рядом с вами? — Дэвис, ты нужна мне, как женщина! — провозгласил Проныра, нырнув в боковой коридор. — Насколько плохи мои дела, если я заставил главную змеищу всего курса разговаривать со старостой таким тоном? — Ты труп, Малфой! А если серьезно, думаю, голова тролля спасет тебя от гнева Гринграсс, — рассмеялась Трейси и  достала палочку.  — Кстати, ты не подумал о том, как собираешься искать свое хэллоуинское чудовище? — Приключения всегда находят своего героя сами, Грег и Винс не дадут соврать. Кроме того, тролль уже атакует мое обоняние, так что приготовьтесь. Теодор почти взвыл: он до сих пор не понимал, что делает в компании Проныры. Одно дело, проказы и мелкие пакости, но тролль? И да, пах хэллоуинский сюрприз отвратительно. Старые носки, гниль и… Грейнджер? — Так, планы немного меняются, но в этом-то вся и прелесть, не так ли, о, мои храбрые друзья? — Проныра улыбался, ох, он действительно улыбался. — Кроме того, исключая Дэвис, кто из нас не мечтал побывать в женском туалете? Теодор не представлял, как они оказались в заполненной паром огромной комнате в компании Уизли, Поттера, Грейнджер, и, помоги Мерлин, тролля, но даже это не могло смутить Малфоя.  — Левиоса, серьезно? Я разочарован, — провозгласил он, помахивая палочкой. — Ну ладно Уизли, он маггловских сказок не читал, ладно Поттер, я готов поверить, что он и книгу-то впервые в Хогвартсе увидел, но Грейнджер? — Может, ты прекратишь красоваться и сделаешь что-нибудь? — прошипела Дэвис, вцепившись Нотту в плечо.  — Что-нибудь? Что угодно? Как пожелаете, леди… Но тем не менее, хочу напомнить, что любой маггловский пятилетка знает, есть лишь один способ победить горного тролля: Lumos solem! — Ну, конечно, солнце! — радостно улыбнулась Грейджер, когда Поттер, наконец, справился с изумлением и помог ей встать. — Не знала, что ты так любишь сказки, Малфой. — Я просто всесторонне образован. Грег, Винс, вы успели заметить, как прекрасно я применил Чары? Думаю, следующую пятничную историю вполне можно посвятить мне! —  Малфой явно издевался, но Теодор рассмеялся все равно и решил списать это на последствия стресса. Впрочем, ему было интересно, сможет ли Проныра отпилить застывшему камнем троллю голову и хватит ли ее, чтобы Гринграсс сменила гнев на милость. Профессор Снейп был явно не в настроении смеяться. Он проигнорировал жалкий лепет Поттера и явную ложь Грейнджер, оставив гриффиндорцев на милость их декана, и продолжал мерить шагами засыпанный щебенкой пол туалета.  — Итак, я жду объяснений. Я готов поверить, что мистер Малфой решил разнообразить свой досуг таким оригинальным способом, но вы, мисс Дэвис? Мистер Нотт? Господа Крэбб и Гойл? Прекрасно, я так и думал. Как вы уже догадались, драконий навоз станет вашим постоянным спутником вплоть до Рождества. Что касается вас, мистер Малфой… по всей видимости, школьные дисциплинарные взыскания малоэффективны в вашем случае, поэтому мне придется просить помощи у специалиста. Я напишу Мадам сегодня же, и буду очень разочарован, если моя сова опередит вашу. Все в Гостиную, живо! — Что вы будете делать с троллем, сэр? — поинтересовался Теодор, взяв под руку Дэвис. — К сожалению, я не могу подарить его семье Гринграсс, как предлагал ваш однокурсник, мистер Нотт. Солнечный свет, особенно магический, довольно качественно окаменяет этих созданий. Боюсь, этот конкретный тролль станет очередной достопримечательностью замка Хогвартс. — Мать расстроится, — заметил непривычно тихий Проныра, когда они, наконец, дошли до гостиной. — но я все равно доволен: отличное получилось приключение! Кроме того, наше Тайное Общество выходит на общешкольный уровень, дамы и господа!  Проныра явно собирался продолжить вдохновляющую речь, но осекся, заметив знакомую фигуру в кресле у камина. Оказалось, в гостиной их ждали не только слизеринцы:  — Наивно с твоей стороны полагать, что я нуждаюсь в письмах твоего декана, чтобы знать, как проводит время мой сын. — леди Малфой изящно склонила голову, приветствуя первокурсников, и продолжила, — Перепуганные девицы в лодке, игры с иллюзиями еще до распределения, смертельно обиженный древний артефакт, восемнадцать сорванных лекций, тридцать два проклятия из программы четвертого курса и выше, три неснимаемых сглаза — пока, к счастью, лишь на портретах — Многосложный эликсир в кубках всех преподавателей, включая Дамблдора, применение рунной магии второй ступени на двери библиотеки… — Я просто хотел прочитать о Заговоре Парацельса!.. — оправдываться Проныра явно не умел, хоть и очень старался. Но, видимо, Мадам его старания совсем не впечатлили. — Я не закончила, Драко, — если бы голосом можно было резать металл, леди Малфой заработала бы миллионы на золотых артефактах.  Скрестив руки на груди, но так и не встав со своего кресла, она, не обращая внимания на сгрудившихся вокруг слизеринцев, продолжала: — шестнадцать жалоб в Призрачный совет от лица всех привидений Хогвартса, включая Кровавого Барона, облитые Замедляющим бальзамом школьные метлы, освобождение всех учебных пособий по Трансфигурации для третьего курса и, наконец, превращение горного тролля в камень!.. О чем ты только думал, позволь узнать? — Дрейк, а когда ты успел испортить метлы? — Теодор всегда подозревал, что у Винсента Крэбба отсутствует чувство самосохранения, но так на его памяти, он еще ни разу не подставлялся. — Об этом вы узнали бы в следующую пятницу! Спасибо, мама! — смущался Проныра довольно забавно, но Теодору было не до смеха. Он определенно отдал бы половину семейного состояния, чтобы оказаться подальше от слизеринской гостиной. Пока леди Малфой говорила, он чувствовал, как сгущаются тени в углах комнаты, а воздух постепенно становится затхлым и тяжелым, будто в древнем склепе. Пламя свечей не поднималось вверх, но будто расходилось в стороны, растворяясь в стенах, а от камина несло сладковатым дымком тления. — Значит, у тебя еще и биографы появились, — усмехнулась леди Малфой, а Теодору на мгновение почудилось, будто под породистым, красивым лицом проступили кости чужих, нечеловеческих очертаний. — Я очень недовольна твоим поведением, Драко. Не забывай об этом.  — Рад видеть вас в добром здравии, госпожа. Думаю, мне нечего добавить касательно поведения вашего сына. Теодор не заметил, когда точно появился профессор Снейп, но с его приходом, дышать стало ощутимо легче, будто чуждая магия леди Малфой впечаталась в стены гостиной, почти мгновенно наполнившейся привычными звуками и запахами. — Драко, мы поговорим дома. Северус, проводи меня к директору. И, разумеется, я хотела бы увидеть тролля: не каждый день мой ребенок уничтожает тварь пятого класса опасности. — Эй, Малфой, а как она это сделала? Просто появилась здесь безо всякой аппарации? Ты чего такой хмурый? Прокляла, что ли? — поинтересовался шестикурсник Амос Белби сразу, как только взрослые покинули гостиную.  Проныра не отвечал: он устроился на том самом кресле у камина, что освободила его мать, и задумчиво смотрел в огонь, машинально выплетая палочкой иллюзии рыцарей из языков пламени. — Отстань от мальца, Белби, — поморщился Маркус Флинт, -даже если  и прокляла его по-тихому, тебе-то какое дело? Он сегодня тролля завалил, пусть охолонет. Кулаков квиддичного капитана в гостиной побаивались многие, поэтому охотников тревожить покой Проныры не нашлось. И только Теодор услышал, как, все еще смотря в огонь, его друг прошептал: — И все равно, отличное получилось приключение!