Крысоловка для дракона

Обещанный Баюном «специалист» вполне заслужил ёмкое определение «хм…», которым его наградил тот же тигр. Для начала он ворвался ярким громким вихрем в здание кафе, сбив по дороге стул, опрокинув кому-то на голову стакан с чаем и едва увернувшись от столкновения с внушающим бюстом одарённой. Ради последнего он, кстати, вернулся, сунул номер телефончика девушке в лапку и удивительно ловко ушёл от пощёчины. Потом «специалист» помчался дальше, смахивая со столов хвостом тарелки. Это был яркий, как весь маскарад на Начало, попугай с огромными красными глазами, которыми я была смерена и оценена как «ничего, на безрыбье…». Он не мог устоять на месте, то и дело принимаясь подпрыгивать и ерошить свой хохолок. Его руки тараканами бегали по барной стойке, то и дело опасно приближаясь к недоеденной яичнице Баюна. А ещё он был просто незатыкаемым… - Привет, Джей! Новая подружка? Ощипанная, какая-то, - я надулась, а тигр криво усмехнулся, - Слушай, я чуть не помер пока доехал! За рулём же уже месяца три не сидел, а всякие пешеходы только так бросаются под колёса! О, Росс! – Птиц мгновенно переключился на новую жертву, развернувшись так, что короткие синие перья хищно блеснули в ярком утреннем свете, - Как дела, старикан? Тебя ещё не убили? Жалко, – Бармен миролюбиво пожал плечами, даже не попытавшись обидеться на говорливого попугая. Он постоянно говорил. Когда ему протянули кружку с чаем, когда к нам подсела уже знакомая ехидночка, когда Баюн, повернувшись ко мне мордой, покрутил пальцем у виска. Что ж, я уже начинаю привыкать к странностям восточников. Кроме редкой говорливости попугай, представившийся Хамелеоном или Хамми, отличался ещё и отчаянной жаждой любви. В смысле, пока мы сидели за стойкой, он успел познакомиться с парочкой симпатичных девчонок, с одной тут же поссориться, со второй быстро сорвать поцелуй, и едва унёс ноги от компашки парней, которым не понравилось, что их девчонок отвлекают… В общем, когда мы вышли из «Уробороса» нас уже хором благословляли в спину. - Слушай сюда, сладкая, - меня передёрнуло от такого ласкательного. Всегда не любила, когда начинали сюсюкать со мной: «Ящерка, деточка, малышечка»… Тигр чуть сощурился, будто бы прекрасно понял моё недовольство и повторил для закрепления материала, - Сладкая, у тебя есть сейчас небольшой выбор. Мы можем поехать на нашу Арену, которая находится на территории резиденции. Она более всего приспособлена для смягчения драк. Или, если ты нам совсем не доверяешь, мы можем зарулить на заброшенный стадион тут неподалёку. Но там осколки, обломки, штыри… В общем, там не особо приятно падать. - Выбор вы даёте… Действительно, что может быть страшнее – ехать неизвестно куда в компании двух предполагаемых психов, или недалеко, но в безморфное место. Что так, что так – выбор опасный. - Если у тебя есть иные предложения, мы слушаем, - Баюн нахмурился и за недоразвитое крыло на лопатке поймал рванувшегося к проходящей мимо девушке Хамми,- Нужно безлюдное место с большим пространством, минимумом вещей и опасных предметов. И, да, желательно подальше от города. - А от города-то почему подальше? – уныло спросила я, внутренне уже смиряясь с тем, что придётся съездить в гости к восточникам. - Потому, что я не хочу снести половину города в попытке защитить себя, - фыркнул тигр. Как оказалось, Хамми обладал ещё одним качеством – умением задалбывать оппонента. Через полчаса в его компании, я уже была готова пойти на жестокое убийство посредством выталкивания попугая под колёса встречной машине. Удерживало от опрометчивого шага меня лишь то, что, в отличие от птица или тигра, я абсолютно не умела водить, отчего покушение на Хамми мгновенно трансформировалось в изысканное самоубийство. Ещё и рыжий Баюн кинул меня, посадив в машину к Хамми, а сам гнал рядом на мотоцикле с серебристым уроборосом на баке. Вот уж кто не страдал от речевых оборотов распалившегося попугая. В связи с синим клювастым бедствием, я решила, что ехать в обнимку с Баюном – меньшее из бед. Кстати. - Хамми? Попугай с готовностью заткнулся, ожидая продолжения. Похоже, он был давно привычен к тому, что его никогда не дослушивали. - Как ты назвал Баюна, когда мы только встретились? Хамми весело покосился на меня, даже не пытаясь скрыть широкую улыбку. - Давай начнём издалека. Ты ведь знаешь, что у каждого официального одарённого имеется кличка? Конечно же знаю. Это сделано специально для того, что бы имена, оригинальные для каждого морфа, не слишком светились и не наводили врагов на семью одарённого. Так что использовались ники исключительно на улице, или когда не было уверенности в безопасности. По закону, клички давались с намёком или прямым указанием на талант. Во избежание, так сказать. - Так вот, Рыжего назвали Баюном, - попугай содрогнулся, - И, знаешь, более подходящей клички для этого не найти. От меня не скрылось, с каким презрением и страхом он сказал «этого». Не всё так мирно в восточной резервации, как кажется с первого взгляда. - А сам он себя предпочитает называть Джеем, - уже более добродушно продолжил Хамми, - Это не имя, это его огрызок. А ты знаешь, что за информацию о тебе дают полмиллиона? Я опешила. Восточник слишком уж шустро менял темы разговора, сбивая с толка и заставляя меня теряться. А уж темп его разговора вообще превращал большую часть монолога в неразборчивую муть. - Что? - Говорю, твой папаша за малейшую информацию о твоём местоположении полмиллиона предлагает, - нетерпеливо повторил он, - Ты знала? Нет, не знала, но подозревала. Папочка привыкли всегда держать меня в поле зрения – своём или телохранителей. А я сбежала ещё вчера, оставив с носом квадратных трупохоронителей (потому, как если бы я ушла не по доброй воли, то…), до сих пор пропадала неизвестно где, неизвестно с кем. Вполне логично, что родители начали разыскивать меня всеми доступными способами. Спорю на почку - если не вернусь, сумма вознаграждения через пару дней вырастет втрое. - Вот перестанет Джей с тобою нянчится и можно сдать с рук на руки, что бы получить приятный бонус, - Хамми даже прищёлкнул клювом, витая мыслями в половинке миллиончика. Правда, потом он снова встрепенулся и, остановив машину на светофоре, грустно положил подбородок на руль, - А я даже позывного твоего не знаю. Джей сказал только, что ты свободная и тебе нужно помочь, - Попугай снова вздохнул, трогаясь с места, - Как будто у нас других проблем нет. *** Проблем было чересчур много… Повелитель Теней отодвинул пачку документов, в которых он закопался ещё дня два назад, и устало растёр глаза. Он рыл клювом землю, пытаясь найти выход. Просматривал законодательство, архивы, искал хотя бы намёки на бескровный исход финансовой диеты, на которую их, добродушно улыбаясь, посадили спонсоры. Ева по просьбе Тени перевернула библиотеку вверх дном. Джей, с языком через плечо, носился по городу, выискивая подходящего одарённого. Эхо, повздыхав для вида, взял на себя хозяйственную часть, тщательно высчитывая сэкономленные копейки. Той целыми днями ползала по дому, вылизывая его – от крыши и до подвалов. Тень тяжело поднялся из кресла, выгнулся, разминая затёкшую - а по ощущениям вообще окостеневшую, - спину, и остановился у окна, задёрнутого плотной, не пропускающей свет шторой. Мрак, клубившейся на расстоянии вытянутой руки от любого восточного резидента, снова приблизился, давя на разум. Он заслонял собой ясное будущее, запутывал, пугал, мешал связано думать и просчитывать ходы противников. Да что там… Тьма сама стала самым злейшим врагом, ибо обладала самым отвратительным качеством – терпением. Повелитель Теней, самый молодой шеф в истории Восточной Резервации, с рыком встряхнулся, пытаясь избавиться от тоски и уныния, опутавших его мозг точно серебристая паутина с бисером росы на ней. Он отдёрнул толстую штору в сторону и распахнул окно, полной грудью вдыхая пряный, немного подкопчённый запах поздней весны. Из глаз, никогда не привыкающих к яркому свету, брызнули слёзы, а утконос лишь придвинул солнцезащитные очки ближе к глазам. Он увидел, как на территорию резервации вползает серебристо-зелёный легковой автомобиль. И почувствовал, что Тьма шарахается назад. *** - Добро пожаловать на территорию Восточной резервации. Я ошарашенно оглядывала огромный коттедж, в который упиралась вертлявая подъездная дорога. В высоту он был всего с два с половиной этажа, однако, казался очень длинным. Большие сводчатые окна сверкали в лучах полуденного солнца, массивные двустворчатые входные двери темнели провалом под широким козырьком. Самый обычный большой дом, подобие которых можно найти в любом городе за Высшей линией. Однако пахло от него совсем не обычно – чуть-чуть затхлым унынием, самую малость страданием и огромной чёрной дырой – безразличием. Король умер? Впрочем, дом выглядел впечатляюще - огромным, тёмными, с чуть резковатыми чертами, будто старый, выбившийся из сил хищник. Он нависал громадиной над головой, смотрел из слепых, сверкающих на солнце бельмами, окон, предостерегающе скрипел огромными двустворчатыми дверьми. Даже извилистые побеги дикого винограда, оплетая резные столбы, выполненные в форме мощных стволов деревьев, больше походили на густую бороду мрачного старца. Мне дом не понравился. Впрочем, в сам коттедж меня не провели - мы забрали чуть левее, выйдя на утоптанную песчаную дорожку, которая легкомысленно вилась через заросли плакучих ив, опустивших свои длинные ветви до самой земли. Я удивлялась - Разве ивы растут не над водой? Оказало да, над водой. Здесь тоже - шаг в право или лево, - простирается довольно глубокое, хотя и не такое большое болото, в которое и запустили корни плакучие ивы. Красота какая... А потом красота закончилась и началась проза жизни - мы вышли из-под сени плакучих ив и уткнулись в ту самую, обещанную Арену. Это было огромное поле, огороженное толстенными брёвнами, которые когда-то, по видимому, были стволами многовековых елей. Всё поле покрывал чистый снежно-белый песок, мелкий, точно мука после двойного перемола. И…и всё, больше на Арене ничего не было. Меня посадили на отполированное сотнями штанов бревно, посоветовав, в случае чего, не влезать. Во избежание, так сказать. А сами, вдвоём, направились на середину Арены. Почему-то, восточники забыли предупредить меня, в чём же заключается их задумка, так что когда Хамми одним махом, сверкнув на ярком солнце синими перьями, превратился в мою точную копию, я, подавшаяся слишком сильно вперёд, хрюкнулась носом в песок. - Ну? – Джей склонил голову на бок, сощуривая глаза и окидывая взглядом фальшивого Воробья напротив. Эта «Ишиира» от оригинала не отличалась практически ничем – были те же волнистые волосы, та же странная фигура, та же миловидная мордашка… Вот только эта выглядела более здоровой. Огромные узкие крылья с прекрасными блестящими перьями, гордая осанка и кристально-чистый взгляд. Забавно, особенно если учесть, что попугай не мог преобразовывать свои личины. Об этом надо было подумать... Но позже, когда он сможет посидеть в тишине и одиночестве. - Пока не знаю, - честно вздохнул полиморф, - Ударь меня? А я со своего места видела, как Баюн медленно поднимает руку и делает лёгкую отмашку, от которой вторую «меня» скручивает. «Воробей», сжавшийся на песке в трёх шагах от тигра, громко завыл, вспахивая когтями мягкий белый песок. Сверкнули ярко-алые, не мои – чужие, глаза и «Воробей» оттолкнувшись от земли, прыгнул на мгновенно напрягшегося Баюна. А я вспомнила, что точно такой же прыжок закончился на груди западника…