Крысоловка для дракона

Домой им действительно пришлось лететь — никто из восточников не был в состоянии сесть за руль, да и западники, прыснувшие по кустам при появлении дракона, всё ещё полыхали горящими глазами в ярко-зелёной листве. Никто не мог гарантировать, что они не ринуться снова на врагов, когда те отойдут от монстра. Сам дракон, кстати, рвался отковырять голову кому-нибудь из западников — стоило только тем мелькнуть среди листвы, как тварь начинала мелко дрожать сильными лапами и гулко ворчать. Впрочем, вставать он даже не пытался, вероятно боясь потревожить Баюна, всё ещё опирающегося на широкую грудь монстра. Первым на складчатый загривок монстра, как раз между метровыми шипами, выступающими над зелёной встрёпанной гривой, определили Эхо, как самого пострадавшего. Попугай, успевший сбросить чужую личину, возмущённо кудахтал, отмахивался и пытался подсунуть вместо себя Повелителя Теней, дескать, тот пострадал сильнее. Следом забрался и восточный шеф, севший сразу за надувшимся Хамми. Джей же удостоился чести быть посаженным на затылок твари. - Я даже не буду спрашивать, как она так делает, - проворковал Эхо, который, даже несмотря на ополовиненную морду, не отказался от своих планов на драконицу, - мне в любом случае это нравится! Повелитель Теней смолчал. Ему вообще не нравилось, что происходило. И больше всего ему не нравилось то, что вокруг этой девчонки закручивалось слишком многое. Иногда его преследовало ощущение, что кто-то, кто стоит даже над свободолюбивыми одарёнными, играется судьбой Воробья, подсовывая её вымирающей резервации. И, наверное, только из-за этого ощущения Тень и противился так принятию девчонки к восточникам. Хорошо, если этот кто-то на их стороне. А если нет? Дракон поднялся на свои длинные задние лапы, чуть присел, распахнув огромные перепончатые крылья, и, оттолкнувшись от земли мощным взмахом, мгновенно взмыл вверх. Полёт на драконе вряд ли можно было назвать приятным или удобным. Хвататься за гладкие шипы, особенно когда при каждом твоём движении в грудной клетке взрывается алый фаербол боли, было несколько неудобно. А уж если учесть, что дракон летел не ровно, то проваливаясь вниз, то взмывая вверх, можно было представить насколько Повелителю Теней не понравилось летать. Джею, кстати, тоже было не особо удобно, но он терпел, хотя бы потому, что со спины Иши вряд ли бы услышала его приказ. Кот пришёл в себя спустя пару минут после взрыва, разрушившего фабрику. Привстал на локтях, почувствовал, как съеденное перед операцией яблоко просится обратно и, торопливо перевернувшись на живот, избавился от взбунтовавшегося фрукта. Потом с трудом сел, попытавшись отодвинуться как можно дальше от неаппетитной лужи, переждал приступ головной боли и только тогда задумался, почему же он ещё жив? А подняв голову, понял почему. Примерно за пару минут до взрыва Джей понял одну немаловажную деталь — есть огромная вероятность, что именно он Поводырь харьерши. Ведь кого как не его Иши ринулась защищать от Эхо. Именно в его руках девушка мгновенно успокаивалась. Помниться, когда Эхо попытался сунуться к утихающей харьерше, та его едва на двое не разорвала. А насколько Джей знал, в той самой книге, которую он недавно видел в руках Иши, было дано интересное замечание... И тогда кот, понимая, что хуже всё равно не будет, нанёс себе рану, здраво рассудив, что чем опаснее она для жизни, тем больше будет ярость сорвавшегося харьера. Не прогадал. Когда Джей оказался в состоянии воспринимать не только свою головную боль, он понял что его спасло от взрыва и последующего обвала потолка — вокруг него тугими кольцами была свёрнута огромная тварь, для надёжности прикрытая сверху тонкой плёнкой крыла. Именно на этой хрупкой преграде и задержались остатки потолка. Дракон тогда медленно открыл здоровенный жёлтый глаз и с животным обожанием уставился на Джея. - Иши? - на всякий случай уточнил Баюн. Дракон ласково заворчал, - при этом завибрировали даже внутренности кота, - и, высунув длинный, клейкий синий язык, лизнул одарённого по оставленному в ране ножу. Парень зашипел от неожиданности, а харьерша испуганно отпрянула, спрятав голову в петлях своей длинной шеи и насторожено сверкая из-под них жёлтыми глазёнками. А когда Джей рывком выдрал из бока нож, разрывая зазубринами края раны, дракон снова высунул язык и опять провёл клейкий след поверх кровоточащей дыры. Кот рявкнул, занёс кулак, что бы стукнуть по приставучему языку, но так и замер, прислушиваясь к себе. Рана определённо стала болеть меньше, да и кровоточить перестала. - Так и запишем, - буркнул Джей, осторожно отводя полу кожаной куртки и задумчиво разглядывая рану, - кровеостанавливающее и анестетическое действие слюны. Тигр задумчиво поднял голову, глядя на огромные куски камня, растягивающие обманчиво тонкие перепонки крыльев. Потом устало протянув руку, погладил по носу шустро подставившуюся Иши. - Пора выбираться отсюда, родная, - тихо сказал он, - откапывайся. И, будто бы ждав этого приказа, Ишиира с готовностью отшвырнула в сторону камни, лежащие на крыле, встала на длинные, мускулистые задние лапы, поджав совсем короткие передние и, распахнув крылья, потянулась. Джей не без удовлетворения заметил, что правое крыло, в нормальном виде украшенное тремя не до конца отросшими перьями, сейчас выглядело вполне здоровым и готовым к полётам. Правда, кот не был уверен, что драконица сможет тащить его на себе — под длинной, пушистой гривой отчётливо просматривались метровые шипы, на которые было бы очень неприятно садиться. - Сможешь лететь? Дракон возмущённо заклокотал, с размаха опустив на землю длинный тонкий хвост, из под которого во все стороны прыснули тонкие каменные осколки. - Нет, она ещё и обижается, - фыркнул кот, задирая голову в попытке посмотреть глаза в глаза монстру, - куда мне нужно сесть? Воробей торопливо опустилась на брюхо и положила голову на землю. Джей, обойдя моргающую преграду, заметил удобное углубление, в месте прикрепления головы к шее, - шипы там образовывали нечто вроде ромба, располагаясь по его вершинам, а самый нижний шип ещё и наклонялся к голове дракона, а не к хвосту, как все остальные. С такого насеста и захочешь не свалишься... Сейчас он сидел в этом самом насесте, обхватывая мускулистую шею дракона, опираясь на тот самый, криво росший шип и положив локти на два боковых. И всё равно ему было не особо удобно — его всё ещё мутило, да и голова взрывалась болью, стоило только драконице нырнуть вниз, что бы спустя секунду тут же вынырнуть обратно. - Создатель... Парить сможешь? Харьерша издала резкий, визгливый рёв и плавно заскользила в воздушных потоках, медленно взмахивая огромными крыльями и косясь на своего главного ездока «Нравится?» Да, так определённо было лучше.

***

Еве стало плохо. Сначала она, видимо почувствовав вибрацию от мягкого приземления огромной твари, выскочила на крыльцо и там и замерла, полными ужаса глазами глядя на огромную длинноногую рептилию, которая осторожно переступала, почему-то не наступая на небольшие клумбы, разбитые Евой для украшения мрачной территории резиденции. Но, стоило только огромному зелёному дракону уставиться своими огромными жёлтыми глазищами, как Ева всхлипнула и... сползла в обморок. - Не хорошо получилось, - грустно прокомментировал это Эхо, первым слетая со спины харьерши и кидаясь к соклановцу. Ишиира в его исполнении выглядела нормальной — пострадавшая у попугая половина лица была на месте, только совершенно не двигалась, будто бы под воздействием анестезии. Ну а когда Ева пришла в себя, открыла глазки и увидела над собой изуродованную мордашку попугая, вернувшегося в привычный вид, она пискнула и снова потеряла сознание. - Нервная какая... - Отойди, - мрачно приказал Тень, скатываясь по подставленному крылу, - иди в медпункт, я пришлю её, как только... как только приведу в сознание и смогу убедить, что ты не смертельно ранен. Джей осторожно спустился с загривка дракона и, погладив монстра по носу, тихо приказал: - Возвращайся. Драконица издала очередной леденящий душу вой и в одно мгновение сменила ипостась. Казалось, вот стоит огромный, двенадцатиметровый дракон, а в следующую секунду на холодном асфальте подъездной аллеи уже лежит бессознательная драконица, зябко кутаясь в тёплые оперённые крылья. Кстати, её одежда, которую, как считал Джей, порвало при трансформации, оказалась целой, - относительно. Кот осторожно наклонился, приподнял девушку, закинул её руку себе на плечо и, крепко сцепив зубы от прострелившей в разодранном боку боли, потащил её в сторону дома.

***

Руки у Евы не просто тряслись, они ходили ходуном, с трудом удерживая на весу нужные инструменты. Ей даже казалось, что она чуть не умерла, пока аккуратно, стерильным пинцетом, вытаскивала из раны Эхо щепки и иной мусор. А уж когда пришлось заливать весь фарш, в который превратилась милая физиономия попугая, перекисью водорода, бедная фенечка с трудом сдерживала себя от очередного обморока. А сейчас она сидела на больничной кровати рядом с попугаем и аккуратно заматывала ему голову смоченным в новокаине бинтом. И поражалась. Подумать только, Эхо даже и не думал выть, шипеть, хрипеть или иными способами показывать как ему больно. Наоборот, пока девушка обрабатывала его рану, он ни на мгновение не затыкался, в красках расписывая, какое было лицо у Стелса, когда тот увидел не только огромного дракона, но ещё и выжившего Джея, сидящего у того на шее. И только по едва заметному дрожанию голоса можно было понять, что самообладание попугаю даётся не так уж просто. Ева, снова глянув на одноглазого попугая, которому его увечность ни капли не мешала рассказывать какой-то свежий анекдот, который тот подцепил пока бегал с западниками, и неожиданно даже для себя всхлипнула. - Не плачь, Ева! - воинственно встопорщил остатки перьев храбрый попугай, - Мы ещё так набьем морды западникам, что они забудут дорогу на нашу территорию! - Я не плачу, Эхо, - тихо откликнулась девушка, смахивая с глаз непрошенные слёзы, - я просто... Я просто помню вас с Джеем такими маленькими. Милыми... А сегодня ночью вы вдвоём фактически разогнали западников... Вы выросли. - Не мы одни, - весело откликнулся парень, - скажи спасибо Иши, она нас с Тенью спасла, - и, после небольшой паузы, - И я совсем не милый!

***

Лучше бы я не приходила в себя! Стоило только дёрнуться, попытавшись сменить положение тела, как все мышцы разом отозвались тупой тяжёлой болью. Особенно пропоротое плечо старалось, видимо, боялось, что я забуду о нём. Создатель! По-моему, у меня даже кончики волос болят! - Доброе утро, соня, - весело проворковали мне. - Доброе... - я осеклась, рассмотрев кто надо мной навис, - Эхо... Что с тобой? - А ты что, ничего не помнишь? - захлопал единственным видным глазом попугай, голова которого была замотана до такой степени, что он походил на внебрачного сына Аррнийской мумии и их же священных куриц. Я наморщила лоб, честно пытаясь вспомнить, видела ли я Эхо в таком состоянии. Да нет, вроде. Последнее, что я помню это тихую песню Джея. Красивый голос. И на песне, вроде бы, я и заснула... А, нет, помню ещё сквозь сон почудился приторный запах крови морфа. Причём запах, и так витавший в крысоловке, - спасибо безымянному западнику, - мало того, что усилился, он вдруг показался необычно сладким, приторным до противного. И почему-то было физически больно его вдыхать. - У меня был срыв, да? - обеспокоенно спросила я, ещё внимательнее разглядывая физиономию парня. Тот, заметив мой взгляд, широко улыбнулся и покачал головой. - Без понятия, - фыркнул попугай, перебираясь со своей койки, на мою, - потом у Рыжего спросишь, он у нас в этом явно больше понимает. И не переживай ты так! В этот раз ты была очень милой. - Милой?! - вот оно, то чувство, когда ум заходит за разум. Я милая при срыве? Сразу видно, по голове его сильно приласкали. - Ага, - радостно закивал местный оптимист, поправляя свои бинты и закидывая распустившийся конец на плечо на манер шарфика, - большая такая, зубастая... А рычала так, что западники прямо на месте кирпичи откладывали! - Я рычала? - Да-а-а... А Джея даже на шею себе посадила! - Что?! - А вот меня на спину, - надулся Эхо, не замечая моего раздражения, - Я тебе друг или где? Почему этот рыжий гад катался у тебя на шее со всеми удобствами, а я на спине? Знаешь, как близко у тебя там шипы растут? Я думал, что без наследия останусь. В этот момент я выпростала тяжёлую руку вперёд и не без труда закрыла попугаю клюв. Честно говоря, всё, что он сейчас на меня вывалил, более всего походило на бред сумасшедшего. Потому, что у меня не растут на спине шипы, - если не считать едва заметный гребень на хвосте. Потому, что два парня, усевшиеся на меня, просто раздавят оное тщедушное тельце. Да и вряд ли от моего рычания западники так уж испугаются. Кто я для них? Зарвавшийся харьер, с которым не сразу, но справится можно. А уж если учесть, что их там два десятка было... Они бы должны были меня в пару тычков завалить, ведь я едва калечила после того, как мне прорезали плечо. Если только Джей там всех раскидал... После того, как он каким-то магическим способом вытащил меня из крысоловки, я готова поверить в его всесилие. Я внимательно посмотрела в честный-честный глаз Эхо и поняла, что у этого бесполезно что-либо спрашивать. Что поделать, если природа сильно поизголялась над попугаем, наделив его чисто женской логикой и от них же сообразительностью. - А с тобой что? - спросила я для перевода темы, отпуская клюв пыхтящего восточника. - Что? Это? - он коснулся своего бинта, а потом вальяжно, явно подражая Джею, развалился рядом со мной на моей же койке, - это боевое ранение, детка. Я крутой супер-герой, почти надравший задницу западникам!.. Дашь телефончик? - Зачем? - не выдержав, засмеялась я, забыв даже о болящих мышцах, - ты ко мне в гости, как к себе домой ходишь. А потом случилось неожиданное. Эхо, валявшийся рядом со мной на кровати, резко подскочил, сел, поджал колени к груди и уткнулся клювом в колени. Я опешила, глядя на его профиль снизу вверх. - Эхо, ты чего? - насторожилась я, с трудом приподнимаясь на локтях, не обращая внимания на тянущую боль в груди. - Это всё из-за того, что мне морду снесли, да? - тоскливо спросил восточник, шмыгая носом, - Я теперь недостаточно красивый? - Что? Эхо, о чём ты говоришь? - Он пытается подкатить к тебе. Я медленно, баюкая болящие мышцы, обернулась. В дверном проёме стоял Джей, с небольшим подносом в руках, на котором стояли три тарелки и кофейник с кружками. Он прошёл через всю комнату, опустил поднос на пустующую кровать попугая и сел туда же. - Он к тебе лыжи смазывал ещё до того, как в клюв получил, - как ни в чём не бывало продолжил Джей, будто бы здесь вообще не было вздрагивающего и всхлипывающего объекта обсуждений, - А теперь вбил себе в голову, что таким тебе не понравится. - Ой... - Точно, - хмыкнул тигр, наливая себе кофе, - «Ой»... - Эхо, я вовсе не считаю тебя некрасивым, - осторожно сказала я, с надеждой косясь на второго восточника. Джей попивал себе кофе и протягивать руку помощи в успокоении чересчур впечатлительного птица не собирался. Эхо встрепенулся. - Правда? - Правда, - торопливо заверила его я, растерянно пытаясь сообразить что делать. Вообще-то, мне впервые в жизни говорили, что я кому-то симпатична. До этого я наивно считала, что сама не блещу красотой, что бы парни обращали внимание на меня, а не родительский кошелёк. С другой стороны, насколько я помню, именно Эхо больше всего убивался, что Джей отказался взять деньги, предложенные папочкой. Теперь я смотрела на Хами с подозрением. - Тогда посиди, я сейчас! - птиц спрыгнул с койки и благополучно куда-то унёсся. Мне кажется, или он бегает слишком шустро для морфа, получившего по голове? - Джей, что... - Есть будешь? - не дав мне договорить предложил парень. Я поджала губы. - Потом. Что там... - Ну тогда кофе? - Слушай, если ты не хочешь что-то обсуждать, то просто скажи это, а не перебивай меня! Тигр замолчал, задумчиво разглядывая меня поверх кофейной чашки. Потом осторожно отставил кофе на поднос, пересел на мою койку, подвинув меня к стенке, и спокойно сказал: - Спрашивай. - Мне Эхо что-то наплёл на счёт того, что я вас на себе катала. Кот криво улыбнулся. - Было дело. - Как? - Посадила меня на шею, Эхо с Тенью... - Так я ещё и Тень на себе таскала?! - Да. - Вы психи?! Джей хмыкнул, окинул меня взглядом, а потом самым равнодушным тоном спросил: - А что тебя смущает? - Может быть, то, что я таскала на себе трёх одарённых и до сих пор жива и даже не расплющена? Тигр перестал улыбаться и придуриваться. Он скрестил ноги, откинулся на стену, положил руки на колени и совершенно спокойно пояснил: - Потому, что ты перевёртыш. Кто?! Я?! Я же харьер, а не перевёртыш! То есть, мне кажется, что два таких разных таланта не могут сожительствовать в одном теле? Так ведь? Ведь если я ещё и перевертыш, то это достаточно грустно... Почему? Потому, что Эхо перевёртыш. Так понятнее? - Перевёртыш, харьер, - Джей сёрьёзно прожигал меня взглядом, - Откуда ты такая всесильная взялась? - Я не всесильная, - слабо запротестовала я, поняв, наконец, почему же у меня так болит всё тело. - Ты — огромный летающий дракон, который, сорвавшись, в состоянии уничтожить половину нашего города, - если не весь, - а потом совершенно спокойно ничего не вспомнить. Если ты и не всесильна, то в любом случае сильнее многих местных одарённых. - Но я не хочу быть всесильной, - заскулила я, сжимая в когтях собственный хвост, - Я хочу быть средним одарённым, со средними способностями... Нет! Хочу быть нормалом и жить нормальной жизнью, в которой знакомые и враги не гибнут с такой частотой! - У вас, вроде, должен остаться ещё ящик тех таблеток? - мрачно спросил кот, - Вот и используй их по назначению. Вероятно, тебе нравится ходить встрёпанным зомби с даунскими замашками? Тогда давай! Вперёд! Прячься за папочку. - Не смей так говорить! - Я БУДУ так говорить. Потому, что я, в отличии от всех, никогда не лгу! - Я не вовремя? Мы одновременно обернулись к двери, в которой наблюдался явно расстроенный Эхо. Джей раздражённо фыркнул, забрал свою кружку и выскочил вон. - Вы из-за меня ссорились, да? - шмыгнул клювом попугай, растерянно сжимая в руках какую-то коробочку. - Нет, конечно, - с трудом улыбнулась я, опускаясь обратно на подушки, - Просто кое у кого больная фантазия, только и всего. Хамми ещё помялся, а потом осторожно приблизился и водрузил мне на кровать лёгкую коробочку. - Вот, сам сделал, - гордо сказал он, уже привычно задирая клюв. Правда, уже спустя секунду, он снова вернул себе вид побитой собаки, - Но если тебе понравится, ты же дашь мне телефончик? Я улыбнулась, диктуя по памяти цифры, которые когда-то были моим телефоном. До того, как я стала одарённым, до того, как стала харьером, до... до всего. Телефон, который принадлежал моей прошлой жизни.

***

Кабинет Повелителя Теней по праву считался самым тёмным, мрачным, неприветливым местом во всей резиденции. Клубящийся в углах сумрак, плотно задёрнутые шторы и вечно раздражённый утконос за потёртым тёмным столом. И, конечно же, давящее впечатление производят огромные залежи разнообразных документов, которые буквально прописались на его столе в последние месяцы. Тень уже несколько раз подавал апелляцию Спонсорам и буквально умолял возобновить дотации. Но те были неумолимы — отказы шли один за одним. И это тоже сказывалось на настроении и упрямстве восточного шефа. Сейчас Повелитель Теней сидел за своим столом, далеко отодвинувшись от столешницы и хмуро оглядывал стопки документов. Он уже раз пять прошерстил всё законодательство, касающееся содержания резерваций, но и это не помогало. Утконосу очень не хотелось сдаваться и предлагать харьерше вступить в их резервацию. - Что случилось, пока мы таскались по фабрике? Повелитель Теней оторвал пустой взгляд от стола и бездумно уставился на Джея, будто бы по мановению волшебной палочки, появившегося в дверном проёме. Кот всегда ходил неслышно, до икоты пугая впечатлительную Еву и сонного Эхо. - Какое тебе дело? - устало огрызнулся шеф. - Мне интересно, каким образом на фабрике оказалась девчонка, которая очень хочет жить? Утконос тяжело поднялся со стула и тут же скривился, хватаясь за грудь. Молодцы Стелса качественно отбили ему внутренности. Он никому не говорил, но до сих пор, не смотря на то, что уже прошло почти полдня и на поразительную регенерацию одарённых, он до сих пор кашлял кровью и слизью. Ничего, придёт ночь и он станет гипером... А гиперы всегда выздоравливают быстро. - Военные по вызову приехали, - равнодушно ответил утконос, всё равно гордо расправляя плечи. Не хотелось, чтобы враждебно настроенный кот видел его в таком плачевном состоянии, - Увидели нас со Стелсом и решили заехать попозже. - Значит, ты прятал Иши? - Можно и так сказать. Я отнёс её дальше в лес, чтобы военные не стали интересоваться с какой радости свободная тусуется с резидентами. - Тогда ясно почему она попёрлась на фабрику, - Джей осторожно провёл когтистой лапкой по документам, заваливающим стол, - Она действовала чётко по инструкции: «В случае непредвиденных обстоятельств переходить под защиту Эхо»... - Нормальная свободная бы просто дёрнула глубже в лес, - прошипел Тень. - А вот любой резидент на её месте поступил бы так же, - флегматично заметил тигр, разворачиваясь и направляясь к выходу, - Знаешь, твоё соперничество с памятью Локи когда-нибудь сведёт восточников в историю...

***

Провожать меня вышли только Ева и Эхо. Они вдвоём стояли у ворот, размахивая руками и крича, что бы она не забывала их навещать. И что они будут рады меня видеть. И что бы я заходила в «Уроборос», Росс недавно спрашивал как я себя чувствую и что Тим обижалась что я не забегаю. И что, если меня вдруг начнут обижать западники, что бы я передала через Роса им и они осадят гадов... Они много чего кричали, искренне улыбаясь мне. Но я старалась не смотреть в ту сторону. Потому, что Эхо, наплевав на возмущённые вопли Леви, все-таки стянул бинт с головы и теперь под ярким летним солнцем было прекрасно видно изуродованную часть лица. А ещё потому, что утром, оказалась свидетелем мрачной сцены, когда Ева перевязывала Джея и я видела вздувшиеся края раны, которую я почему-то не помнила. Тогда же, когда Леви заставила его стянуть с рук привычные чёрные перчатки, которые тот даже ночью не снимал, я увидела множество маленьких уродливых шрамов, покрывающих его руки примерно до локтя. Частично лысые кривые пальцы с почти сорванными когтями и полный ненависти взгляд. Ненависти, направленной на свои руки, на себя... А ещё потому, что у меня перед глазами стоял согнувшийся в три погибели Повелитель Теней, на которого я случайно наткнулась в мрачных коридорах резиденции, и который выкашливал сгустки крови. Чувство неприятия такой жестокости сворачивалось огненным ужом в районе лёгких и его усиливал яркий, точно сам попугай, ловец снов, который мне презентовал Эхо. Уже отъехав от коттеджа на приличное расстояние, я поняла, что забыла спросить о том, что же случилось в конце прошлой осени.