Крысоловка для дракона

Первой прибыла бурая норка с весёлым внимательным взглядом и шрамом от макушки и до уголка губ, в окружении троих подружек, весело пересмеивавшихся. Только увидев встречающего Эхо, вытирающего кровь, продолжающую стекать по клюву, девушки одновременно запищали и, окружив опешившего попугая, принялись жалеть бедолагу, протягивать шёлковые платочки и гладить по голове. Попугай растаял почти мгновенно. Потом приехали представители свободной группировки Валета. Двое. Одарённые среднего класса. Этих девчонки тоже затискали. Чуть позже, уже практически в два часа ночи, пешком пришёл лохматый волк с разодранным надвое ухом и тяжёлым взглядом. За ним цепочкой топала его стая. Девочки, пришедшие с норкой ради такого даже с кроватей повскакивали. Ева носилась по коттеджу, разводя приезжих по пустым комнатам, готовя на всю ораву, убираясь за неловким стайником волка. Той сидела в комнате, мягко говоря, побаиваясь новопришедших. Повелитель Теней, собрав у себя представителей всех трёх групп, совещался с ними в кабинете. Там же они и представились — норка со шрамом назвалась Стальной Леди, волк с разодранным ухом — Брасом, а один из Валетовских свободных, гибкий трёхцветный кот — Монеткой. Эхо оказался оккупирован девочками Стальной и, устав от их внимания, прятался по всей резервации от чересчур настырных дамочек. Джей с Талом сидели на крыше. Тигр вообще за последние несколько часов не шевелился, позволяя параличу сковывать тело. Нервное явление, которое позволяет ему отрешиться от одеревеневшего тела и думать... думать... Думать о том, что Талисман снова пришёл, развалившись рядом, точно был живым. И уже даже не удивляться тому, как остальные восточники его не видят. Это они уже проходили, в прошлый раз «семья» тоже не желала замечать вернувшегося ирбиса, преследовавшего его, Джея, днём и ночью. Забавно, но пока рядом торчала харьерша, Тал держался подальше, приходя только во сне, когда рядом не было больше никого. А рано утром Джей, с трудом отмахнувшись от молчаливого предложения брата поваляться ещё на солнцепёке, спустился к восточникам и предложил свой план действий.

***

Прийти в себя после произошедшего оказалось не так уж просто. Наверное, прошло несколько часов, пока я, наконец, не смогла встряхнуться, сбрасывая с себя оцепенение. Впрочем, встряхивалась я лишь из-за того, что кто-то из сопровождающих, сидящий напротив, достал из сумки книгу с весьма знакомой обложкой. Заметив мой алчущий взгляд, направленный на книгу, парень фыркнул, передёрнул плечами и протянул мне бесценный фолиант. Я вцепилась в «Проклятия нашего мира», как в единственный осязаемый остаток прошлого. Того самого прошлого, где у меня было куда и к кому возвращаться, с кем шутить и грустить. Прошлого, в котором у меня были друзья. Я наугад открыла книгу ближе к середине. Конечно же, я прочитала её в тот день, когда нашла, но сейчас мне нужно было просто успокоиться и знакомый текст оказался для этого весьма подходящим. «...И всё же, самыми многочисленными остаются одарённые-элементали. По результатам переписи одарённых, элементали составляют более одной третьей всего количества мутировавших морфов. К элементалям можно отнести одарённых, которые могу управлять огнём, водой, воздухом, землёй, электричеством, растениями и временем. Так же, туда можно отнести тех, чьи таланты находятся как бы на границе различных элементов — к примеру, создание и управление льдом, магмой и иными проявлениями. Однако, среди элементалей так же не равное количество «чистых» талантов. Самое большое количество одарённых, управляющих водой и огнём, самые редкие — управляющие временем...» Среди восточников не было элементалей. А вот у западников было, даже несколько. Я помню их ещё с форсирования фабрики. Открыв книгу в самом начале, я снова выхватила взглядом абзац: «Однако, не все так называемые «одарённые» могут использовать свои таланты для защиты себя. Существует такая группа талантов, которые вообще не имеют практического использования, - к примеру, имеются доказательства жизни одарённого, чьим талантом было создание пятен произвольной формы на вертикальных поверхностях...» Да, наверное, ему было хорошо среди нормалов, этому одарённому со способностью к созданию пятнышек. А может быть, ему было так же тоскливо и одиноко, как и мне, - ведь он, строго говоря, и не одарённый, и не нормал. Книга, кстати, была свежей. Наша, называвшаяся так же, пылилась на полке лет десять, если верить году. А вот эта была свежая, ещё пахшая типографией и деревом. В наше время бумажные книги стали редкостью... «Самой не противно?» Я вскинула голову, поводя ушными перепонками. В голове опять вспыхнули не то слова, не то образы, которыми обычно общался со мной Телепат. Что ты имеешь в виду? «Посмотри на себя, о, всесильный харьер! Сидишь и жуёшь сопли, как нормалка какая-то!» Меня только что продали, между прочим! «С кем не бывает? И теперь ты собираешься кидануть Поводыря на заранее проигрышной войне? И тебе не противно?» Я почувствовала, как чешуя на загривке начинает вставать дыбом, приподнимая ворот тёмно-синего свитера. И кто бы понял от чего по спине побежали мурашки — от злости на непонятный Голос в голове, или от напоминании о бедственном положении друга. Кто ты? «Твоя совесть, - и издевательский смешок, - Должна же я грызть тебя за необдуманные решения?» Я тут ничего не решаю! Меня окружают тринадцать тренированных одарённых, которые тащат меня в неизвестном направлении! «Ты харьер или плаксивая соплюшка-нормал? - и снова килограмм издёвки в Голосе, - Для тебя раскидать эту компанию, как два пальца об асфальт... При должном настрое, конечно же. Так что именно ты решила не сопротивляться и плыть по течению» Сгинь. Как я могу «должно настроится», если рядом ни Поводыря, ни крови? «Скажи «пожалуйста», - пропел Голос. В следующее мгновение сознание заволокла алая пелена ярости. Я медленно подняла голову, переводя затуманенный взор на парня, сидевшего напротив и давшего мне книгу. Он спокойно раскинулся на сидении, закинув ногу на ногу, и перебрасываясь отрывистыми фразами с другими, на которых раньше я даже не смотрела. Этот одарённый вспыхивал в моём алом тумане жарким огнём жизни, горевшим напротив сердца и мозга. В следующую секунду пламя жизни в нём начало гаснуть — я прямо с места взвилась, всаживая ему когти в глотку. Остальные наёмники уже вскакивали с мест и поднимали руки, в тщетной попытке защитить себя. Я же радостно завыла, приветствуя тусклую Утту и зарождающийся рассвет, под первыми лучами которого и стояла в микроавтобусе — с окровавленной рукой, безумным взглядом и ликующей душой. Как же давно я не отпускала себя с поводка... А потом бок кольнуло болью, лишь разъярившей меня сильнее — наёмники смогли добраться до пистолетов. Глупые, разве они не знают, что от боли харьеры становятся лишь злее и живучее. Но воевать лучше на открытом пространстве. Я ринулась вперёд, оттолкнув со своего пути мешавшегося одарённого и в один тычок высадила дверь, даже не подивившись взявшимся откуда-то силам. Микроавтобус резко затормозил, визжа тормозами и уходя юзом. Я неловко взмахнула крыльями, вываливаясь в дверной проём. Дальнейший путь уже прошёл кувырком. Я, скатившись за обочину, под какие-то кусты, лежала на спине и просто дышала. Каким же это оказалось наслаждением — просто дышать и не чувствовать, как твоя чешуя стёсывается об асфальт. И даже дырка в боку особенно не беспокоила — харьерский срыв, видимо, просто не давал остро ощущать боль. А в голове билась единственная мысль: «Искать Джея...»

***

Они стояли на улице, под защитой высокого забора, бездумно глядя на голубое небо, на котором Це уже приближалось к полудню. Надо признать, что никто из них не строил иллюзий — выжить в такой бойне вряд ли удастся. Именно по этому одарённые Валета сразу предупредили, что они сбегут с поля боя сразу же, как только погибнет Повелитель Теней. Стальная презрительно фыркнула на это их заявление и, сделав в их сторону неприличный жест, сказала, что сдохнет вместе с восточниками. Брас же вообще ничего не сказал. Он просто зло оскалился, внимательно глядя на Монетку. Той и Ева не желали покидать восточный коттедж, как бы их не уговаривали. Они просто вцеплялись в говорившего и начинали навзрыд рыдать. Обе. Одновременно. Эхо, пытавшийся их вразумить, махнул рукой и ушёл, не в силах выдержать такого психологического натиска. Джею же вообще было равнофигственно кто сегодня помрёт. Он просто улыбался, глядя на небо. А рядом грустно качал головой призрак из прошлого. Телепат, пришёдший рано утром, тоже присутствовал здесь, хмурясь и, видимо, копаясь в головах спутников, пытаясь выяснить что же задумали восточники и как они смогут выпутаться из сложившихся обстоятельств. Повелитель Теней злился на девчонок. Он ведь сразу сказал им, что не позволит участвовать в драке, но разве они дали себе труд просто выслушать шефа? Нет, они просто отмахнулись от него, как от надоедливой мухи, витающей над супом. Пора бы уже привыкнуть, что никто из окружающих не видит в нём шефа. Но оставлять слабых одарённых в опасности тоже не дело. Тень аккуратно потянул Еву назад в дом, в котором царила благословленная прохлада и полутьма. Здесь он хотя бы мог различать лицо девушки. Дом послушно распахнул двери, в последний раз давая приют бунтующим одарённым. Он сам, казалось, готовился к смерти — становясь ещё более тёмным и неприветливым. Холодным. Повелитель Теней остановился в гостинной, недалеко от мягкого дивана, на котором обычно обретался Эхо, как всегда смотрящий кучу мыльных сериалов за раз. Ева, приготовившись к очередным уговорам, вырвала рукав из когтей утконоса и застыла посреди комнаты, скрестив руки на груди. Она была готова отстаивать свой выбор. Но Тень не стал уговаривать её. Он просто подошёл и прижал к себе, положив подбородок на макушку невысокой девушке. Та растерянно замерла. - Ева, ты ведь умная девочка, правда? - совсем тихо промурлыкал Тень, физически ощущая, как она вздрогнула всем телом. - Правда, - всхлипнула фенечка. Это была их старая игра, оставшаяся ещё с того времени, когда они вдвоём работали под заказ. Когда Ева была совсем крошкой, а он чувствовал себя ужасно взрослым и ужасно умным. И серьёзным. Ему тогда нравилось смотреть в доверчивые глазки детёныша, свято верившего, что её напарник непобедим. Вот только сейчас она видела его побеждённым, уставшим бороться за себя и за других. И, пожалуй, она только сейчас действительно поняла насколько тяжело приходилось ему, обычно держащемуся особняком, пытаться заработать уважение собственных резидентов. Особенно, если учесть, что последние в этом ему старательно мешали. - Ты ведь будешь слушаться взрослого дядю? - Что?! - и фенечка ощутимо ткнула напарника под рёбра, - Да ты старше меня всего лишь на семь лет! - На целых семь лет, - тяжело вздохнул он. Ева упрямо поджала губы, глядя снизу вверх на своего напарника. Бывшего напарника. А потом не выдержала и всхлипнула, вытирая непонятно откуда взявшиеся слёзы. - Я не уйду, Тень, - и она уже сама обхватила рёбра шефа, сжимая из всех своих девчачьих сил, - Я не смогу ждать, гадая, живы вы или нет. - Тебе нужно уйти, Ева, - снова зашептал Тень, - подумай о Той. Эта гордячка трясётся, как заячий хвост, но ни за что первая не признается, что боится... Забери её. Насколько я помню, твои родители живут особняком, не особо общаясь с соседями? Навести их. А потом я вас заберу. - Тень... - Ева уткнулась мокрой мордашкой ему в плечо, - Я же не переживу, если ты не вернёшься. Уйду за тобой следом. Так что даже не думай умереть, слышишь?! Повелитель Теней улыбнулся и, на мгновение прижав к себе сильнее, отпустил, подтолкнув в сторону улицы, на которой осталась Той. - Давай, Ева, спасай ребёнка, - и, уже глядя во след уныло плетущейся девушке, он кое-что для себя решил и крикнул ей в спину, - Я тоже тебя люблю, милая! И запомнил её такую — испуганную, усталую, с заплаканными глазами и полным растерянного удивления взглядом, брошенным через плечо...

***

Шиза веселился. Конечно же, сложно было быть в этом уверенным, если учесть, что вся его физиономия скрыта затемнённым стеклом шлема. Однако, ощущение оставалось именно таким. Шиза веселился, когда, попытавшись проехать по единственной дороге, самоходка застряла в раскисшей глине. Веселился, когда два десятка нормалов, понукаемые Вожаками, пытались протолкнуть машину дальше, лишь заставив ту увязнуть ещё глубже. А уж когда самоходку прицепили к трёх джипам и попытались вытянуть на твёрдую почву, не учтя вес самой военной машины и джипов, веселиться начал не только Шиза, но уже и все одарённые. Особенно старались представители западной резервации. Руд поморщился и отвернулся от западников. Эти ребята его здорово раздражали со своим издевательским смехом и зашкаливающим ЧСВ. Причем, даже его девочки-одарённые Хозяйка и Фрости, и те зло косились на резидентов, не понимая, почему бы не избавиться от показушничающих западников, а не от затаившихся восточников. Его новичок пёс Голбит, тоже очень мрачно косился на резидентов, примерно с тем же накалом ненависти, что и на одарённых волчиц. - Почему мне кажется, что эта атака уже превращается в цирковое представление? - недовольно пробормотал Багет, со скуки поигрываясь ножом-бабочкой, которым обзавёлся после неудачного убийства Вожака. - Это же восточники, - фыркнула Хозяйка, - Они любят отмачивать шутки, вспарывая брюхо военному. Руд молчал. Ему идея атаки на резервацию не нравилась ещё на моменте планирования. Потому, что восточники принимают бой на своей территории, которую знают едва ли не до последнего камушка на тропе. А уж в том, что эта атака не станет неожиданностью, были уверены уже абсолютно все в его стае.

***

Когда военные наконец, бросив самоходку на дороге, добрались до восточного коттеджа, их ожидал сюрприз. Он сидел на заборе, опустив голову и лениво обмахиваясь пушистым хвостом. В своей привычной кожаной куртке, с множеством различных карманов, в своих излюбленных узких штанах, подпоясанный светло-серым брезентовым поясом... Он сидел на заборе так, будто бы не находилась в пятистах метрах от него сборная военных и западников, и тихо мурлыкал себе под нос. Один из Вожаков дал отмашку своему подчинённому и тот вскинул снайперскую винтовку, выцеливая висок рыжего одарённого. Пуля свистнула в десятке сантиметров от головы Баюна, а снайпер удивлённо выругался. Западники снова издевательски заржали. Уж им-то было известно, что звуковика можно убить, только в рукопашной. Баюн легко поднялся на ноги, запросто балансируя на тонкой высоте забора, и просто вскинул руки. Военные, успевшие окружить дом, отшатнулись, когда с противоположной стороны дома, на забор выскочил второй Баюн, так же поднявший руки. А в следующее мгновение на агрессоров обрушилась удушливая пелена паники. Военные хрипели, сипели, сгибались пополам, в тщетной попытке удержать оружие и, одновременно, вдохнуть. Паника сдавливала им лёгкие, стискивала сердца, пробегала судорогой по ногам... О, да. Это была одна из самых страшных атак. Руд дышал. Это единственная радость, которую он мог позволить себе сейчас — вцепиться когтями в автомат, привалиться спиной к дереву и дышать, чувствуя, как подламываются непослушные ноги. Это был тот совет, который ему успела дать Фрости, прежде чем и её скрутила слабость. «Дыши, - сказала она, - Просто дыши» Западники переносили эту атаку легче — они не падали на землю, скрючиваясь и пытаясь защитить живот от теоретической атаки. Они просто стояли, чуть опустив плечи и с горящей ненавистью в глазах, глядя на звуковика. Но не двигались. Видимо, малейшее движение в их положении могло стать толчком к развитию паники. Первой побежала военная. Она просто неожиданно вскочила на ноги с колен и, отшвырнув от себя автомат, торопливо понеслась в сторону леса, противоположную той, откуда они пришли. Она бежала быстро, перепрыгивая ямы и поваленные ветки елей. Бежала, испуганно выпучив глаза и раскрыв рот в беззвучном крике. Точно так же молча она и упала — пуля снайпера попала ей в основание черепа. - Не... отступать! - с трудом прохрипел Руд, вторя едва различимым в окутывающем ужасе голосам других военных вожаков. Да, побежавшая девчонка была застрелена своими же. А потом паника достигла своего пика — резкий, вибрирующий звук взлетел вверх, точно ставя точку в этой какофонии чувств и ощущений. А потом он упал и автоматы, которые военные всё ещё продолжали сжимать в сведённых судорогами руках, просто развалились на составные части, не выдержав звуковой вибрации. Баюн, всё это время стоящий на заборе, неожиданно покачнулся, опуская руки и на какое-то мгновение на его лице отразилась усталость. Этого хватило, что бы какой-то из западных одарённых, метнул в него острый стальной шип. Рыжий тигр свалился с той стороны забора, а второй, находящийся с другой стороны дома, уже нырнул за забор самостоятельно, не дожидаясь атаки. Руд попытался оттолкнуться от дерева, что бы выпрямиться на слабых ногах, но спустя долю секунды он уже лежал на земле, упираясь щекой в тёплую хвойную подстилку, а на нём распласталась Фрости. - Не вставай, - торопливо и горячо, точно в бреду, шептала волчица, - Это был отвлекающий манёвр. Не вставай, пожалуйста! И Руд не вставал, оглушено думая, что раз уж красивая девушка просит, то можно и послушаться её ради исключения... Хозяйка, попавшая в поле его зрения, удерживала на земле злющего Багета и раздражённого Голбита. А потом раздался слаженный залп огнестрельного оружия. И вокруг оглушённого пантера и девушки, прикрывающей его, пули рвали так и не успевших отойти от оглушения паникой, морфов. Руд же смотрел на это, понимая, что стреляют сверху, похоже, с веток сосен, окружавших агрессоров плотным кольцом. Почему же никто не смотрел вверх? Наверное, потому, что никто не думал, что можно запрыгнуть на огромное дерево, практически лишённое веток. А потом обстрел прекратился так же неожиданно, как и начался, а в головах выживших морфов зазвучал равнодушный ледяной голос: «Это было предупреждение. У вас есть ровно час на то, что бы оттащить дорогие вам трупы в машины и, в идеале, передумать нападать на нас. Если по истечению часа мы найдём вас на нашей территории, мы вас убьём»

***

- Джей? Давай, подъём, гадёныш! Ты не можешь сдохнуть от такой мелочи! Кто-то довольно ощутимо похлопал его по щекам и тигр с неудовольствием открыл мутные глаза. Ему на мгновение показалось, что он сейчас увидит огромные пушистые снежинки, молчаливо опускающиеся на укутанную снежным саваном землю, но нет... Вокруг всё так же агонизировала осень, щедро выплёскивая остатки летнего тепла на пыльную землю. Ещё пару дней и почти наверняка зарядят дожди. - О! Есть, контакт! - Эхо пощёлкал пальцами у него перед носом и довольно кивнул, - Жить будешь, но такими темпами не долго. Джей оттолкнул руку попугая и, перевернувшись на живот, замер — он случайно задел хвостик железки, торчащей из его бока. - Тебя подбили, пока звуковой фон после панической атаки восстанавливался, - грустно пояснил Эхо. - Другие раненные? - с трудом спросил Джей, садясь и аккуратно ощупывая место вокруг штырька. Вроде ничего особенно страшного, резкого воспаления не пошло, кровь не хлещет, пустяковая, но досадная ранка. Хотя выглядит, конечно, страшно. - Шутишь? - Попугай довольно прищёлкнул языком, - Да они даже не успели сообразить в чём дело, когда парни Браса изрешетили их в фарш! Джей, наконец собрался с силами и, качнувшись, поднялся на ноги. Сейчас ему некогда возиться с дыркой в боку. Потом, может быть, он её заштопает, но пока не до неё. - Что с потерями гадов? - Джей глубоко вздохнул и широким шагом направился в сторону дома, в котором должен был оставаться Повелитель Теней, стараясь не показывать, что каждое движение причиняет ему мучительную боль. Всё, и боль в том числе, будет только после сражения. Эхо радостным козликом прыгал следом, ничуть, казалось бы, не раздавленный происходящим. - Я всего не видел — лупили-то по твоему сектору. Но, если верить мальчикам Браса, они уложили не меньше десятка морфов. Вот и всё, весь численный перевес, на которой так уповали западники и военные, сведён к минимуму. Немного прорежены резиденты-противники, у военных разбито огнестрельное оружие... Что ж, теперь шансы выживания повысились с нуля до пяти процентов... В доме его встретил Телепат, бледный, точно сам Бампер, которому кенгурёнок и возносил свои хвалы. Детёныш протянул дрожащие руки и коснулся пропоротого бока тигра. - Неужели не больно? - спросил он дрожащим голосом, в котором, почему-то чувствовался отголосок вины. Было больно. Каждое движение причиняло ему неописуемую по накалу боль, которая винтом вгрызалась в его мозг... Но он был Вожаком, гипером. И ему нельзя было чувствовать боль. Нет, - равнодушно сказал кот, протягивая руку и встрёпывая Телепату шерсть на голове, - Не вини себя, это ведь моя голова никого внутрь не пускает.

***

Стелс ждал «героев» у брошенной самоходки. Он сидел на её жёстком боку, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. И лицо при этом имел такое, что всем сразу стало же понятно, он знал, что первая атака провалится. - Ну, что, лузеры, - с издёвкой спросил он, зло глядя на своих резидентов, тащащих два тела бывших западников, - Забыли, что не на кроликов охотиться идём? - Их там пятеро всего было! - заорал Голем, скидывая с себя свой талант — алмазную кожу, - Кто же знал, что у них зубы остались? - Я знал, - вкрадчиво сказала полярная сова. Стелс спрыгнул с самоходки и, подхватив с земли небольшой рюкзак, протянул союзникам. В рюкзачке лежали бируши. Много бируш, - Командовать будет не удобно, за то личный состав дольше проживёт. Союзники расположились на отдых, раскинувшись остатками своих отрядов вокруг злосчастной самоходки, памятником глупости торчащей посреди раскисшей дороги. Кто-то ел, кто-то мрачно шарился по багажникам машин, в тщетной попытке найти оружие. Западники, пришедшие со Стелсом, воссоединившись с сородичами, точно грачи облепили западные машины и о чём-то негромко переговаривались, то и дело принимаясь эмоционально размахивать руками. - Почему они нас отпустили? - боров, вёдший атаку с уцелевшего фланга, грузно опустился рядом с неподвижным Стелсом. Полярная сова насмешливо глянула на военного: - Мне казалось, что вы должны знать правила тех, на кого собираетесь нападать. - Наши одарённые их не знают. - В этом и есть ваша главная проблема, - Стелс фыркнул и, подложив под голову руки, откинулся на жёсткий бок самоходки, - Восточники дали нам право отступить. Этот час обговорён в правилах, более того, его обязывают предоставлять тем врагам, чьё количество резко сократилось. Другими словами, это правило позволяет проигрывающим уйти с минимумом возможных потерь. - Чёрта с два мы уйдём! - рявкнул свин, вскакивая на ноги, - Я самолично сверну шею этому чёрному ублюдку! - Повелителя Теней вы не тронете, - холодно осадил Стелс развоевавшегося поросёнка, - Он мне должен. А вот Рыжего можете превратить в месиво, вместе с их горлодранцем-попугаем. Нам они не нужны, - помолчав, он добавил, - И, если вдруг здесь появится зелёная драконица-харьер, её вы тоже не тронете. Я лично выдеру ей внутренности и повешу на ель подыхать. Военный ничего не сказал. Он, вскинув голову, вслушивался в далёкий рокот вертолёта, везущего на своём борту подкрепление и смерть восточникам...

***

- Вот. Так ведь гораздо лучше, чем бегать с дыркой в брюхе, - и одна из подружек Стальной отодвинулась, довольно разглядывая кривой шов, наложенный на живую плоть. Джей не стал спорить. Ему вообще казалось глупым спорить, когда сил едва хватало, что бы ровно сидеть, не заваливаясь на здоровый бок. - Спасибо, - сквозь зубы прошипел он, пытаясь встать на ноги, но девчонка упрямо повисла на его руке. - Даже и не думай! Шов разойдётся, ещё хуже станет! Джей послушно остался на месте, закрыв глаза и откинувшись на спинку дивана. - Ну что там? - Эхо выглянул из кухни, пережёвывая на ходу бутерброд из тех, которые оставила заботливая Ева. - Вроде не страшно, но если откроется, кровищи будет много, - грустно сказала девушка, собирая швейные принадлежности и тоже заглядывая в кухню. - Ну и пусть хлещет, - равнодушно сказал попугай, отправляя в рот остатки бутербродика, - Может хоть нашего харьера приманит. - Нельзя приманивать Воробья, - подал сиплый голос тигр, - Ребята Стелса её на кол посадят. - Это она их на кол посадит, - фыркнул Эхо, кидая на колени Баюну целлофановый пакет с бутербродами, - На, поешь. Может хоть мозги прояснятся. Джей ничего на это не ответил, просто оскалившись в пустоту. Да, его преследовал один серый призрак прошлого. Да, его решения не всегда можно было понять и принять... Но это не значило, что его разум затуманен. Нет, сознание было ясным, точно высокое голубое небо, которое сегодня возвышалось над головами и кровавыми иглами, выстлавшими траву вокруг резиденции. - Хватит смотреть на меня, как на умалишённого, - буркнул тигр, открывая глаза и находя взглядом ирбиса, порицающим монументом возвышаясь прямо перед ним, - Я не сумасшедший, понял? Брат ничего не ответил, лишь тоскливо покачав головой.