Исступление

      Откровенно говоря, на втором часу обсуждения этого тупикового вопроса, Дазаю уже стало абсолютно плевать что будет с этим китайским мудаком. Пусть они его хоть в рабство продают! Он, конечно, знал, что торговаться с мафией это то ещё удовольствие, но только на то чтобы решить что будет с захваченным, в перспективе, лидером Красного дракона ушло добрых полтора часа взаимных угроз, киданий в лицо компроматов, и просто какого-то непонятного спектакля. Спорить это безусловно интересно, но не когда ты, в принципе, солидарен со спорящей стороной, но должен играть свою туманную роль доброзащитника и говорить пластиковые, заготовленные аргументы. При чем половина зрителей явно не верит ни единому слову.       Дазай уже сам сомневался в правильности смысла своих слов, но упорно продолжал играть выбранную роль. В итоге, все сошлись на том, что мафии будет разрешено допросить руководителя, но после они должны будут его передать в руки правительства. Причем целым и невредимым, как физически, так и морально. Вроде как, обе стороны были удовлетворены условием.       У Дазая ужасно пересохло и запершило в горле, так как столько говорить на публику даже для него задача не из простых, к тому же ему ещё предстояло объяснять детали захвата, а мысли уже путаются, словно паутина, и заплетаются одна за другой. Поэтому, немного рассудив и здраво оценив свои ораторские способности, Осаму решил что ему необходим перекур, перед, так сказать, основной частью. — Чтож, кхм, предлагаю небольшой перерыв, — оперевшись одной рукой на стол, а другой поднимая кружку, дабы набрать из кулера живительной влаги, вымотанно просипел шатен. Сидящие сотрудники переглянулись и слегка закивали, принимая идею. Ибо такие долгие переговоры, и вправду, муторная вещь. — Да, поддерживаю, мне как раз необходимо сделать звонок, — немного утомленным голосом, поднимаясь с насиженного места, согласился Чуя, технично выходя из кабинета.       Дазай в ответ кивнул. Он не знал либо Чу действительно будет звонить кому-то, скорее всего начальству, либо просто ему необходимо размяться и нужен был какой-то предлог покинуть помещение.       Директор, обведя взглядом замученных сотрудников, предложение также поддержал. Выпив немного воды и успокоив Ацуши, что Рюноске на всех смотрит так, будто хочет перерезать глотку и это нормально, Осаму подумывал спуститься за Накахарой, но внезапное покашливание и тяжёлая ладонь, в белой перчатке, немного изменили его планы. — Кхм, Дазай-сан, мы можем поговорить с глазу на глаз, — Хироцу, видно, специально обратился таким образом, видя, что Осаму стоит рядом с подопечным. Неплохо.       На них сразу покосилось два недоверчивых и настороженных взгляда, принадлежащих Йосано и Доппо. Мол, о чем это вам разговаривать. Сначала Осаму неспеша, натянув дежурную милую улыбкой, обвел взглядом коллег, со словами "Все нормально", тем самым намекая, что не стоит так остро реагировать, а затем, с таким же выражением лица повернулся к мафиози. В глаза моментально бросился яркий тонкий порез, украшающий сухую, потрепанную кожу. Судя по тому, что порез недавний, у кого-то была весёлая ночка. — Думаю да, вполне.       Старик кивнул и жестом попросил пройти за ним. Осаму пожав плечами и на ходу забирая с вешалки светлое пальто, пошёл за бывшим коллегой, не замечая, или делая вид напряженные взгляды. Рюноске же просто смотрел жалобными, загнанными глазами и не понимал, за что его оставили одного наедине с сотрудниками агенства!? Поэтому, слегка прокашлившись, он усердно начал пилить взглядом свою обувь, дабы лишний раз не привлекать внимание к своей скромной персоне.       Двое мужчин, очень внешне контрастирующих друг с другом, молча шли по, видавшим виды, неприметным коридорам съемного здания. Кое-где треснула белая плитка, кое-где краска облезла. Да уж, не главный офис мафии, конечно. Хироцу флегматично открывал портсигар, в то время как Дазай просто рассматривал очень интересные, немного пыльные, стены.       Не то чтобы у Осаму было огромное желание беседовать тет-а-тет со старым, во всех смыслах, знакомым, скорее ему просто захотелось немного пройтись, и чуть-чуть передохнуть на свежем воздухе. Ибо вряд ли Рюро стал бы курить в помещении. А в том, что старик закурит Осаму даже не сомневался. Да и в кабинете сейчас бы началось другое обсуждение, а у шатена уже не было былого запала что-либо активно обсасывать. Поэтому, открыв тяжёлую дверь черного входа, что выходила на пустой невзрачный задний двор, окружённый небольшими панельками, Осаму медленно потянулся, похрустывая аскетичными конечности, и глубоко вдохнул пыльный городской воздух.       Чуть поодаль от здания был моментально обнаружен активно жестикулирующий и что-то усердно объясняющий по телефону, рыжик, с тонкой сигаретой в руках. Ты смотри-ка и в правду позвонил кому-то! Лёгкая улыбка сама расцвела на губах детектива. Но заметив двух знакомых эспер лишь нахмурился и отошёл ещё чуть дальше. Ещё бы, он всегда ответственно относился к работе. Дазай раздраженно цокнул и хотел уже сам подойти к Чуе, но резко вспомнил, что у него сейчас другой собеседник, который, облокотившись двумя локтями на, не самые чистые, перила крыльца, делал первые медленные затяжки и чуть брезгливо стряхивал пепел на асфальт, завораживающе выпуская серый дым вверх. Словно дракон. К слову о драконах... — Не ожидал, что вы по мне так соскучились, что захотели побыть наедине Рюро-сан, — подходя также близко к перилам крыльца, но, при этом, не отрывая взгляда от бурчащего в стороне рыжего исполнителя, заигрывающим, приторным тоном начал Дазай.       Впрочем, на эту манерность ящер не обратил никакого внимания, лишь грубо хмыкнул, вальяжно закинув голову и прикрыв глаза. — Осаму, — начал он через короткую паузу, — мне просто интересно, а твои милые коллеги в курсе, на кого конкретно так обозлены наши китайские друзья? — слова старика так и сочились ядом, хоть выжимай. Дазай что стоял рядом, иддентично оперевшись о перила, неосознанно копируя позу собеседника, хищно улыбнулся, не подавая вида что он действительно переживал, что этот вопрос прозвучит не совсем вовремя. — Они могут точить когти на кого угодно Хироцу, тут уж никому не известно. И мои коллеги тоже не ясновидящие. Хотя дедуктивные способности некоторых меня порой, кхм, действительно, впечатляют, — вспоминая ночной инцидент, философским и деланным тоном начал Дазай, непринужденно развернувшись и облокотившись спиной на многострадальные перила. — Да? А по-моему, не обязательно иметь сверхспособности, чтобы догадаться, что они хотят прикончить того, кто сломал всю шанхайскую наркосистему за одну ночь.       Дазай неопределенно хмыкнул и прикрыл глаза, чтобы не видеть ехидный, победный взгляд серых глаз. Ну и чтобы не светить свои эмоции. Да уж. О некоторых событиях Дазай, с огромным удовольствием, предпочёл бы забыть. Но от того, что о его старых "подвигах" кто-то помнит внутри разыгрались очень противоречивые и щекотливые чувства. — Нуу, это тоже, как вариант, нельзя исключать. Но, мне кажется, если бы я действительно был их целью они бы меня уже давно прикончили, с такими возможностями им мало могло помешать.. — тон его голоса стал тише. Всё таки тема не для всех. Тем более, что из агентства, и вправду, никто не в курсе, что той злосчастной операцией руководил сам Дазай. Хотя и сам факт того, что одна из организаций просто хочет отомстить, в прошлом кровавому и жестокому, исполнителю является лишь догадкой. Хотя и вполне закономерной.        Старик издал хриплый смешок. — Что им мешает? То что ты до пизды везучий хрен Дазай! Это им и мешает!       Вот тут Дазай слегка напрягся. — В каком смысле?       Старик понизил тон до заговорчески низкого. — Осаму ты ведь далеко не глуп, но почему так часто выпускаешь из внимания простой человеческий фактор? — горькая ухмылка исказила лицо мужчины, — впрочем, яблоко от яблони не далеко падает.       Осаму немного насторожился, он уже сегодня слышал что-то на подобии. Открыв глаза, его взгляд автоматически зацепился за яркое пятно, стоящего поодаль от крыльца, все ещё курящему и нервно копающемуся в телефоне, Чую. — Не совсем понимаю к чему ты клонишь Хироцу. — Хах, ты хоть сам то веришь, что одна, полноценная, сильная организация, видимо, из чистого милосердия согласилась помочь своим конкурентам, даже, допустим, за какую-то мизерную оплату, при том так заморачиваясь? — Нууу... — Дазай, я конечно не обладаю сверх интеллектом, как тот парень с наглой самодовольной рожей из вашей жалкой конторки, но даже если у Джо-шу, действительно, стремление залезть в нашу систему, с помощью таких хитросплетений, то у этих чудиков, явно другая причина, причем, судя по тому, сколько кое-кто им подпортил крови, которая стоит рядом со мной.       Теперь слова Хироцу от чего-то не казались такими уж пустыми. В них, действительно, был какой-то здравый смысл. В голове, словно кадры из фильма, проносилась блеклая пленка воспоминаний. Половина из них стерлась под натиском времени, но это к лучшему. Ибо даже от того, что осталось комок отвращения к себе вставал поперёк горла. Это были не просто тёмные времена. Они были темнейшими.       Шатена внезапно осенило, что, действительно, в этом пазле не хватало какого-то важного кусочка, а теперь все прекрасно сходилось. Только общая картина выходила отвратительная и весьма тревожная, особенно для самого Осаму. Если учесть, что целью Нио-цзы являлся он сам, то какой же опасности он все это время беспечно подвергал всё свое небольшое окружение! Осаму стало тошно, а противные бабочки запорхали в животе.       Во-первых, его до ужаса бесило что он сам, как только увидел бывшее название организации не дошёл до этого и, усердно избегая своего прошлого, предпочёл закрыть глаза на такую огромную деталь. А во-вторых сам факт, что все это время на него велась охота. Не сказать что его слишком пугало или заботило, что на него наставлен прицел, очередная партия с высокими ставками, не более. Тогда он кого-то, сейчас кто-то его. Чем выше ставки, тем выше и азарт. Но само предположение о том, что тогда во время взрыва в порту, в теории, в роли главы исполкома должен был оказаться не Чуя, а сам Дазай, заставляло тело покрываться холодными мурашками, а конечности наливаться тяжёлым свинцом.       Старик, видя ступор и транс на лице собеседника, понял, что, и в правду, открыл сейчас если не вселенную, своему интересному знакомому, то глаза точно. Боковым зрением он увидел, что к ним приближается молодой руководитель. — Хэй, чего вы тут воркуете? — наглый, бесцеремонный, чуть хрипловатый голос рыжего исполнителя вывел Осаму из прострации. Он был уверен, что Хироцу уже примерно в курсе что между Осаму и Чуей, кхм, не все так просто. По тому, так как близко из агенства тут никого не было, не притворничать. — Чиби, дорогуша, можешь не переживать! Мне по вкусу больше симпатичные мандаринки, чем сухой изюм!       В один момент тон голоса шатена диаметрально изменился, из тихого и напряжённого в кокетливый и игривый. Магия! Рюро снова усмехнулся, но на этот раз без ядовитого ехидства, а скорее искренне и слегка удивлённо. — Придурок, — буркнул, чуть покрасневший, Чуя. Он же все таки начальство, к тому же на работе! — Ладно, не буду вам мешать, голубки. Но не задерживайтесь особо, а то твои уважаемые коллеги могут вас потерять, — и выбросив фильтр на асфальт, на последок сделав характерный жест рукой, старик удалился за поворот, набирая номер. Видно, тоже для звонка.       Чуя неспеша поднялся на крыльцо, ловко и грациозно запрыгнув на тонкие перила, спиной к улице. — Пхах, ну ты и клоун Осаму!       Дазай легко и тепло улыбнулся, хотя на душе у него были отнюдь не лёгкие мысли. Но пока ещё не время грузить этим рыжеволосого эспера. — Для тебя могу быть хоть обезьянкой. — Цц, — Чуя решил проигнорировать очередной недофлирт, — я про то, что ты хоть сам верил в ту чушь что нёс? Тебе не идёт роль добропорядочного человека, уж прости.       Дазай неспеша повернул голову в сторону любовника и показательно надул губы. — Чиби, люди меняются. Неужели ты это ещё не понял? — Ага, меняются. Только не ты.       Дазай не понимающие уставился на рыжего. Видимо, сегодня мафия задалась целью свести шатена с ума и хорошенько промыть ему мозги, своими странными речами.       Чуя театрально закатил глаза, со всей элегантностью закидывая одну ногу на другую. — Ой, да не придуряйся! Ты же сам понимаешь, что более разумным решением было выбить из этого шанхайского петуха всю инфу, а потом на его место технично впихнуть одну из пешек.       Дазай облегчённо вздохнул и немного нервно рассмеялся. — Ах, ты об этом! Ну, солнышко, разумно это одно, а согласно с законом это совсем другое, —Дазаю бы ещё хотелось уточнить что это не мафия, и тут даже за убийство врага при задержании можно хорошенько загреметь за решётку, но возмущенный до глубины души рыжик бессовестно не дал закончить мысль. — Прекрати называть меня так, будто мы сейчас на ебанном свидании, шпала! Мы вообще-то на собрании вражеских организаций, а через пару этажей сидят твои ненаглядные коллеги, так что какое нахер "солнышко"!? Мы на работе, не подставляй меня и себя, Осаму.       Видно было, что Чуя не на шутку взвинчен и напряжён, впрочем как и сам Осаму. Это он ещё не в курсе последних новостей! Но, в отличие от Накахары, Дазай пытался казаться максимально спокойным и собранным. Ему сейчас крайне нежелательно впадать в истерию. Для того чтобы грамотно донести план, необходимо сохранять холодность и расчетливость разума.       Сделав пару шагов в бок, Осаму поставил руки по бокам от рыжика, блокируя пути отступления сидящему на перилах. Тот в ответ озадаченно отстранился назад. — Так, Дазай, во-первых я уже сказал, что у нас работа, отвали! Давай ты не будешь тупым животным и мы не будем так тупо палиться, а во-вторых.. — А во-вторых, у нас катастрофически мало времени, Чу, давай по быстрому..       Возразить "Чу" не дали, так его рот в момент накрыли чужие тёплые губы, а от падения с тонкой перекладины его отделяла тонкая, но сильная рука, что заботливо, по собственнически, придерживала за талию. Накахара понимал, что сейчас максимально не время. Мало того, что они на улице, так ещё их ждут представители двух организаций, которым, по сути ничего не мешает спуститься вниз! Поэтому Чуя по началу усердно пытался отпихнуть Осаму и отстраниться, но тот крепко удерживал подбородок.       Поцелуй был действительно настойчивым и терпким. У Чуи на губах был привкус вишнёвого табака. Хотя со стороны это было вообще мало похоже на поцелуй, скорее на какое-то безумие. Ибо один пытался усиленно проникнуть как можно глубже языком в чужой рот, а другой старательно пытался прикусить, по возможности, больнее чужие губы и язык. Но на Осаму это не действовало. Точнее действовало, но не совсем так, как планировал Чуя. Шатена наоборот раззадоривали эти укусы, покалывания, лёгкая боль и слегка металлический привкус. В этом было капля некого мазохизма, но извините, вспомните с кем имеете дело!       Постепенно и Чуя проникся и влился в эту непонятную игру. И теперь уже не отпихивал руками нависшее тело, а обвил руками шею, слегка оттягивая волнистые волосы. К укусам подключился горячий, влажный язык, что тут же слизывал выступившие капельки крови из мелких трещин.       Осаму не удержался и издал томный, низкий полувздох-полустон, что подогрело Чую ещё больше. Чужой язык медленно и требовательно проникал глубже. Все мысли, в компании со здравым смыслом, начали постепенно уходить на второй план. Рыжик с остервенением впивался в чужой язык, а Осаму с нежностью и желанием посасывал верхнюю губу. В порыве  беспорядочных, влажных поцелуев (хотя с виду они скорее пытались скушать друг друга), Чуя даже не заметил как его ноги технично оказались скрещены за поясницей Осаму а тот недвусмысленно медленно оглаживал внутреннюю сторону бедра, обтянутого тёмной тканью. Внутри завязался горячий тугой узел, а то, что их могут в любой момент заметить, только ещё больше будоражило сознание.       Осаму уже почти добрался до ширинки рыжика, как за дверью, внезапно, так что оба мужчины одновременно вздрогнули, послышался грохот, будто кто-то уронил гирю. Любовники пару секунд, в ступоре, с неохотой отстранившись, смотрели друг на друга затуманенным взглядом. Спустя несколько секунд яркого осознания зрачки Чуи начали беспорядочно нервно бегать, а зацелованные пухлые губы испуганно поджались. Дазай медленно и максимально невозмутимо отстранился, параллельно анализируя, кто мог так беспардонно вторгнутся в столь интимный момент, разворачиваясь и на автомате прикрывая своим телом в край смущенного, эспера. Дазай попытался сделать голос максимально ровным. — Ацушиии, выходи! Или ты не знаешь что подсматривать нехорошо?       Как только блондинистый паренёк, усиленно поднимавший старый кулер, что с грохотом упал, когда не рассчитавший от шока силу,  обомлевший Накаджима пихнул его локтем, услышал свою фамилию, он был готов буквально провалиться сквозь землю! Да пусть лучше бы его искромсали клешни расёмона, чем такой позор!       Тигр не мог двинуться с места. Он будто прирос к полу. Ему итак снесло крышу после всего увиденного и услышанного, так теперь его ещё и заметили и подумают что он действительно специально подслушивал или, чего хуже, подглядывал! Наверное, настолько стыдно, неловко и страшно ему не было никогда. Накаджима стоял, забыв что такое дышать, все ещё не выпуская злосчастный кулер из рук. — Ацушииии, выходиии, не бойся, не укушу!       Охреневший от такого сюжетного поворота Ацуши, не то что боялся, он был в полнейшем ужасе! И даже не от того, что Дазай-сан только что так..кхм..чувственно целовал члена портовой мафии, а от того, что он бессовестно наблюдал и не мог уйти.       Изначально, парня отправил директор найти Дазай-сана, так как время не резиновое, а перерыв явно затянулся. И Накаджима, как слабое звено, естественно, пошёл на поиски, ибо даже это лучше, чем сидеть в одной комнате с Рюноске. После того, как эспер обошёл всё здание, так и не найдя детектива, оставалось только одно место. И Ацуши оказался прав. Едва он оказался у двери чёрного выхода он услышал знакомый голос. И Ацуши правда хотел сразу позвать Дазай-сана, но он неожиданно уловил второй тон. Голос исполнителя Накахары Чуи! Острый слух сыграл с ним по-настоящему злую шутку.        Накаджима слышал, что они с Дазай-саном состояли раньше в одном дуэте, но знает он об этом только по слухам, и так, в общих чертах. И, естественно, блондин и догадываться не мог, какие между этими двумя были отношения. Но почему-то, до этого ему казалось, что не очень. И, в принципе, это не его дело, но Ацуши выпал в конкретный осадок, когда Дазай-сан, тот самый Дазай-сан, которого не привлекают мужчины, тот самый, порой колкий и саркастичный, Дазай-сан, что превозносит и боготворит, женскую красоту, ласково назвал Накахару "солнышко".       Но ещё больше он выпал в осадок от продолжения, когда по ту сторону двери послышалось сдавленное мычание, вперемешку с весьма неоднозначными звуками. Он правда хотел лишь дождаться подходящего момента и позвать Дазай-сана, но момент так и не наступил.       Ацуши, словно нашкодивший котенок, до жути красный, медленно вышел из-за двери, усердно сверля пол янтарно-лавандовым взглядом. — Я..я ничего не видел ч-честно! Я просто хотел вам сказать что..директор..       Дазаю быстро надоело это мление, но ему надо было дождаться пока рыжик, которого, за спиной шатена, было даже особо и не видно, придёт в себя и перестанет так безбожно и очаровательно краснеть. — Успокойся, Ацуши. Скажи, давно ты здесь? — своим будничным тоном спросил Осаму, будто не он только что впивался в губы члену вражеской организации. — Н-нет, нет! Я только пришёл сказать, что надо продолжать совещание и всё! И я просто.. — Хорошо. Ты же понимаешь, то что ты тут видел не должно стать всеобщим достоянием?       Ацуши поднял голову. Его щёки были свекольного цвета. Чуя, наконец собравшись и успокоившись вышел чуть вперёд. От появления новой фигуры Ацуши опять судорожно опустил взгляд. — Да, да конечно! Это только ваше дело Дазай-сан и я не осуждаю..в смысле нет! Я не.. — Хорошо, Ацуши, пойдём.       Когда в кабинет одновременно вошли четверо мужчин (откуда материлизовался Хироцу до сих пор загадка) особого впечатления это ни на кого не произвело. Только подозрительные и раздраженные взгляды. Только Рюноске облегченно, даже с каплей радости, смотрел на пришедших коллег. Он тут правда как белая ворона.       Рампо сразу же обратил внимание на покусанные губы шатена и явно сконфуженного Ацуши и быстро сделал собственные выводы, сопровождая их многозначительной улыбочкой и прищуром. Куникида тоже заметил. Заметил то, как волшебно сегодня лежали огненные кудри, как вызывающе растегнута верхняя пуговица рубашки, как горят, будто подсвеченные адским пламенем васильковые глаза. Нет, он не заметил.       Дазай снова невозмутимо встал на свое место, в то время как Чуя менее невозмутимо прошёл на свое. Ему было до жути стремно, что этот паренёк из агентства видел его в таком..виде. Ладно Дазай тот его наставник, хотя тоже мне пример для подражания, ага, но Чуя! Он не должен видеть своего потенциального противника, проявляющего такие низменные слабости! И закидывающего ноги на Осаму. А вдруг он даже не в курсе прошлого Дазая? Чуе захотелось исчезнуть ещё больше, от чего он непроизвольно сжался, чем вызвал пару удивлённых взглядов со стороны Акутагавы и Куникиды. Но он был слишком погружен в собственные переживания чтобы заметить их.       Впрочем, самый не невозмутимый был Ацуши. Он вообще шёл так, будто уже не только разболтал всем, но и показал несуществующую запись. Ему было неловко. До невозможности неловко. — Кхм, кхм, продолжаем, — объявил очевидное Дазай, беря в руки заготовленные листы. Тон его был задумчивый, так как слова Хироцу не хотели вылазить из головы, — как я уже сказал ранее, мы подразделимся на небольшие группы, дабы распределить нагрузку. Три из которых будут только отвлекать внимание. У ещё двух команд будет, в самом деле, очень похожая функция. Они будут играть роль настоящих диверсионных команд, но, по сути, тоже будут отвлекать внимание врага на себя, в то время как одна, основная команда выполняет главную работу по захвату, заходя с незащищённой стороны. И один большой отряд, как вы понимаете "Чёрные ящеры", будет блокировать пути отступления, — Дазай взял в руки маркер и, развернувшись, продолжил чертить начатую схему, которая была упрощенной копией путей катакомбы. Карта с более подробными ответвлениями была развернута на столе. Она также была исчеркана маркерами разных цветов, схематично показывающих направление движений, — теперь чуть подробнее о составе команд. Что касается трех команд, то в составе каждой будет по два человека. Не обязательно эспера, так как у них есть нейтрализирующее вещество, но главное чтобы хоть один человек владел оружием, помимо способности. Они будут заходить с западной, — Дазай провел красную линию с левой стороны к центру, — центральной, и восточной стороны, — на доске появились ещё две линии. С запада заходят Тачихара Хироцу, восток Гин Йосано, Хигучи Кенджи, — Акико обречённо вздохнула, а Хироцу тут же нахмурился, — ничего личного, просто равномерное распределение нагрузки, — Рюро решил не спорить, главное что сам он не будет работать с шавкой из агентства, — в подставных командах немного сложнее. С огромной вероятностью самая большая нагрузка придётся на них, так как враг будет думать, что это и есть основная сила, и направит туда все средства. Поэтому там необходимо иметь два эспера, на всякий случай. Первая команда, в лице Куникиды и Танизаки зайдёт с юго-востоке, — ещё одна линия фиолетового цвета сошлась в центре в общем узле, с другими, — и попытается дойти до склада. Вторая команда, в лице меня и Чуи, должна будет дойти до глав штаба, с северо-западе, — пунктирная линию обогнула доску, — поясню. Наверняка наши китайские друзья наслышаны о нашем дуэте, именно поэтому заставить их убедиться в том, что это и есть основная атака будет проще, — ага, конечно, а ещё потрахаться вам будет проще, пронеслось в голове у Куникиды, но с виду он просто поправил очки, а вот Ацуши конкретно потряхивало, так как он знал какая часть следующая, — ну и конечно основная команда, непосредственно должна проникнуть с юга в самую сердцевину и произвести задержание предполагаемых лидеров, —самая толстая линия завершила общую схему, где все пути сходились в центре, — где, в итоге, и сойдутся остальные команды, — Дазай обвел взглядом всех задумчивых, сосредоточенных присутствующих, в том числе и напряжённого Акутагаву, — Ах да, состоять она будет из Рюноске и Ацуши!       Ацуши даже зажмурил глаза, ибо ожидал если не взрыв, то расёмон точно. Ему изначально было страшно только из-за этой части плана, точнее из-за того как её воспримет мафиози. Но какого было его удивление, когда угрюмый брюнет лишь злобно буркнул что-то вроде "Ладно". Ацуши снова почувствовал себя нелепо.       Распределение было сделано и в душном кабинете шёл ещё более досканальный разбор, того, каким образом будет производиться захват, как ящеры должны будут сдерживать членов группировки и прочие рабочие моменты. Решено было выступать завтра на рассвете, и каждый будет сразу, в одно время, заходить со своей позиции, дабы не привлекать внимание общим сбором. Поэтому необходимо было донести информацию в точнейшем виде до остальных участников. Дазай про себя надеялся, что Ацуши с Рюноске не поубивают друг друга. Также он почти все время не спускал взгляд с рыжего эспера, что пытался избегать зрительного контакта с Накаджимой. И, словно цербер, изредка кидал предупредительные взгляды Куникиде, который и без того держался поодаль от рыжего. Чуя же кидал на Дазая только недовольные острые взгляды, на что Осаму понял, что сегодня ему лучше не возвращаться без чего нибудь сладкого, у тому же им предстоит весьма интересный разговор. К слову о сладостях, Осаму отметил, что после ухода мафии, ему необходимо обговорить наедине с Эдогавой одну интересную деталь, что до этого не уточнялась. За то время, что он говорил в голове созрела весьма занятная схема.       Видимо, сегодня его репутация в агентстве, в который раз пошатнется.