Сближенные ненавистью

POV Тобирама. Знаете, со временем все, что происходило тогда, сохраняется как воспоминания. Это уже не вызывает тех эмоций, которых испытывал раньше. Сейчас, сидя на крыше дома и глядя на закат, вспоминается все то, что было когда-то. Остаётся только лёгкая грусть, о тех, кто ушел тогда. Прошло уже 9 лет с того момента. За это время многое изменилось. Хаширама с Мадарой осуществили свою давнюю мечту, построили свою деревню. Хаши стал Хокаге, после него этот пост займет Мадара. Хе, боюсь представить, что тогда будет. Мое отношение к нему не стало лучше. Так же, как и раньше хочется стереть его в порошок, превратить жизнь в ад, но я не могу. Я обещал Таджиме позаботиться о его сыновьях не смотря ни на что. Какую бы неприязнь я бы не испытывал к Мадаре, я не должен их убивать Но речи о том, что я могу их не калечить не было. В основном это относиться к Мадаре. Я стараюсь заботиться о Изуне, но только так, чтобы он не знал об этом. В любом это будет выглядеть со стороны странно. Солнце медленно уходит за горизонт, говоря о том, что вот-вот в свои права вступит ночь. Все же это очень красиво. Спина облокачивается о трубу. Глаза закрываются, я не замечаю как проваливаясь в сон. *** Первое, что я чувствую во время пробуждения это то, что кто-то настойчиво треплет меня за плечо. Глаза медленно открываются, я ещё не совсем осознанным взглядом смотрю на Мадару, как бы я о нем не думал, а глаза у него, красивые, такие глубокие, в них можно увидеть звезды. Встряхиваю плечами, не туда меня понесло. — Что? — пристально смотрю, Мадара выпрямляется убирая руку. Взгляд как всегда выражает надменность. На губах лёгкая усмешка. — Хаширама, — недоуменно смотрю в ответ. — Он слишком волнуется. Я не могу его успокоить. — Надо же, — я усмехаюсь. — Великий Учиха, не такой уж и великий. Мадара недовольно смотрит на меня. — Ладно-ладно, — поднимаю руки в примирительном жесте. Сегодня я не настроен ругаться. Он молчит, разворачивается и идёт к выходу. Немного подождав, иду следом. Завтра Хаширама жениться. В свои избранницы он выбрал девушку из деревни водоворота. Она происходит из уважаемого рода Узумаки. Я был немного удивлен его выбором. Мито девушка с характером, но возможно именно такая и нужна Хашираме, он слишком беспечен, как глава деревни он должен вести себя более ответственно. Я ни капельки не удивлен тем, что Хаши волнуется. Не каждый же день женишься. По большей части он накручивает себя. Чем быстрее его успокоишь, тем лучше. А иначе он начнет пить, там и до азартных игр не далеко. Это всегда было его слабостью. И если вовремя не остановить, кто знает чем все это закончится. Мы заходим в дом. Я оказался прав. Хаширама взялся за бутылку, вот он, сидит за столом. В чашке налито саке, лицо слегка покраснело от алкоголя. Полупустая бутылка стоит на столе, рядом с ней лежит хаори. Я доли секунды смотрю на все это. Нужно что-то делать. Медленно подхожу к Хашираме. Беру его за руку и пытаюсь поднять из-за стола. Это довольно трудно, если брать в расчет наши весовые категории. Куда мне омеге, тащить большого и сильного альфу. Быстрее себе конечности сломаю, чем его вытащу из-за стола. Пыхтя все же пытаюсь это сделать. Мадара со смешком, сложив руки на груди, смотрит на мои четные попытки. Я кидаю в его сторону сердитый взгляд. Он улыбается шире. Его взгляд так и говори «ну же, попроси меня», ну уж нет. Моя гордость ещё не пала так низко, чтобы просить у него помощи. Мы пристально смотрим друг на друга какое-то время. Ха, я победил. Первым не выдерживает Мадара, он закатывает глаза. Подходит ко мне, помогая поднять Хашираму на ноги. Хаширама, что-то неразборчиво говорит, еле передвигая ногами. Видимо, успел не одну бутылку выпить, пока некоторые личности искали меня. Мадара перекидывает руку Хаши через плече, придерживая за бок. Тоже самое делаю я. Дверь в комнату открывается с грохотом. Мадара заваливает Хашираму на футон. Укрываю его одеялом. Одновременно тяжко вздыхаем. Мы идём обратно на кухню. Я убираю все со стола. Мадара устало опускается за него. Сажусь напротив него. — Ну и? — я поднимаю глаза на Мадару. — Неужели он напился, только потому что переживает о завтрашнем, - это прозвучало скорее как утверждение, а не вопрос. Тяжёлый взгляд понимается на меня. Становиться как то не по себе. — Нет, — Мадара делает короткую паузу и только потом продолжает. — Мито должна стать джинчурики десятихвостого. — Вот как, — я хмыкаю. Вполне ожидаемо. Он не хочет этого, но вот совет решил, что так будет лучше. — И по этому он в таком состоянии. — Он пытается, что-то придумать… — я резко перебиваю — А что он сделает? Пойдет против совета? — мои руки упираются в стол. Я нависаю над Мадарой. Сам не до конца понимаю, как так получилось. — Не думаю. Медленно опускаюсь. — Мне ее немного жаль, — Мадара потирает виски. — Тебе? — складываю руки на груди, моя бровь резко взлетает вверх. — В жизни не поверю, что ты можешь кого-то жалеть. Взгляд Мадары становиться напряжённым. Он источает раздражение. — Да, Сенджу я знаю, что такое сожаление. Что не могу сказать, о тебе. Ты слишком холодный. Как ледышка. Даже не знаю, кто сможет тебя полюбить, — его слова меня задевают. Я снова вскакиваю. Вот уже который раз наш разговор перерастает в очередную ссору. — Не тебе меня судить, — в моем голосе звучит холод, иду к выходу из кухни. Довольно громко хлопаю дверью, говоря тем, что разговор между нами окончен. Настроение летит к черту и опять из-за чертового Мадары. Больше чем уверен, что он сейчас счастлив. Ну и ладно. Захожу к себе в комнату. Ложусь на футон. Нервы слишком напряжены чтобы уснуть. Переворачиваюсь на бок, смотрю в окно. Луна светит слишком ярко. Это тоже раздражает. С силой кидаю подушку в окно. Она попадает и падает рядом с ним. Аргх, шевелиться не хочеться, но спать без подушки не удобно ну и ладно. Усну как-нибудь. С такими, не совсем приятными, мыслями я начал проваливаться в сон. POV Мадара. Где-то в доме громко хлопает дверь. Я улыбаюсь. Каким бы холодным он не казался, но не может скрывать свои эмоции. Не знаю почему, но мне доставляет нереальное удовольствие когда на его лице мелькает хоть что-то помимо вечно безразличного выражения. Иногда складывается впечатление, что он статуя, которую оживили, живёт и действует по инерции. Это немного бесит. Довольный собой иду домой. Изуна вряд ли обрадуется когда узнает, что я пять довел Тобираму, но это того стоило. Встаю из-за стола. Нужно идти домой. Как никак, а на свадьбе своего вечного друга-соперника нужно выглядеть должным образом. *** Свадьба — это всегда весело. Всюду видятся радостные лица соклановцев и приглашенных представителей других деревень. Территория украшена множеством лент, цветов и оберегов. В центре этого балагана сидит Хаширама со своей новоиспечённой женой. Церемония венчания прошла довольно скудно. Я сижу среди почетных гостей. Напротив меня сидит Тобирама. Его взгляд, который он кидает на меня так и говорит: «только попробуй что-нибудь испортить и я тебя на кацудон пущу», это выглядит забавно. Поднимаю пиалу с сакэ, смотря прямо на него. И так же глядя прямо на него отпиваю. Он закатывает глаза, видимо не очень понравилось мое небольшие представление. Изуна толкает меня в бок. — Как долго ты собираешься бесить его? — в голосе играет Изуны недовольство. — Пока не надоест, — я подмигиваю ему. У меня сегодня прекрасное настроение, а может это алкоголь так действует на меня. Мой взгляд перемещается на кусты цветов расположенных недалеко от гостей и молодоженов. На мгновение промелькнул какой-то металлический блеск. Я сразу же насторожился. Праздник праздником, но врагов даже это не остановит. Они с лёгкостью могли воспользоваться этим, что бы напасть. Кто-то может назвать меня параноиком и сказать, что мне просто показалось. Но я привык быть начеку, привык ни кому не доверять. Буквально через мгновение из тех самых кустов вылетает несколько десятков кунаев, а следом за ними десятки шиноби окружили нас со всех сторон. Я мгновенно реагирую, активирую Шаринган. Через пару секунд уже большая половина их замертво лежит на земле. Мой взгляд скользит в сторону Тобирамы, как тот умело блокирует атаки, а после нападает сам. За спиной у него появляется ещё двое. В мгновение ока оказываюсь рядом, успеваю перехватить Тобираму. Те двое уже лежат без сознания. И вряд ли в него уже придут. Изуна с лёгкостью разбирается с остальными. Только сейчас понимаю, что до сих пор держу Тобираму. Отпускаю его. Он отходит на несколько шагов назад. Взгляд красных глаз устремляется на меня. И в первые в жизни, в них нет того раздражения по отношению ко мне. В них читается благодарность.