Caring

Белое. Все вокруг было белым и холодным. На мгновение он задумался, не ошибся ли он в собственных убеждения и есть ли это Рай, в который ему удалось попасть. Однако он быстро отбросил эту мысль: его грехи были слишком велики и многочисленны, чтобы позволить ему попасть на Небеса. Скорее всего, Чистилище или Ад. И, несмотря на противоречие Данте, Ад обычно считался мучительно жаркой, полной огня, Преисподней и озером боли. Похоже, он не находился ни в том, ни в другом. Запах антисептика ударил ему в нос — резкий и едкий, — и разум подсказал, что он действительно в больнице. Если это не духовный Ад, то его личный. Все болело, и он знал, что это из-за того, что, как бывшему наркоману, ему не давали ничего достаточно сильного для облегчения боли. Ему просто придется это вынести. Его разум все еще был спутан, в мозгу творился полный хаос. Как он сюда попал? Кто же его нашел? Медленно моргая, он повернул голову в сторону, надеясь увидеть лицо своего спасителя. Джон. Джон, чьи глаза были красными, налитыми кровью и слишком яркими, чтобы сойти за сухие. Джон, чьи щеки пылали, а руки дрожали. Джон, все тело которого буквально излучало беспокойство и эмоции. Джон. Его Джон. Его Джон вернулся и пришел за ним; он положил теплую ладонь на его руку и извинялся дрожащим, сдавленным голосом. Губы Шерлока слегка дрогнули в полуулыбке, и он накрыл руку Джона своей собственной. Они оба были разбиты, травмированы и напуганы, но в то же время безумно любили друг друга, надеялись и были сильнее, чем прежде. Никаких слов не требовалось, так как нежные прикосновения и поцелуи выражали их чувства должным образом. Им обоим было не все равно, они оба страдали, и они оба были живы, вместе.