Ты — моя причина улыбаться сквозь слёзы.

Карен, Джим, Джонатан и Нэнси сидели в гостиной, пока Джейн бережно обрабатывала раны на лице Майка. Холли уже как полчаса спала у себя в спальне, крепко обнимая любимые игрушки. — Как ты так? — Джейн приложила лёд к щеке, из-за чего Майк ойкнул. — Саймон за школой подловил, —Уилер замолк. — Он знает про обыск их с Генри машин на предмет наркоты и про то, что я знаю, что они в курсе про моё прошлое. — И что мы будем делать? — Ничего. — Ничего? — Байерс непонимающе нахмурилась. — Но ведь он почти прямо сказал, что мы не нашли их существующую наркоту, — возмущённо закончила она. — Джейн, хоть слово, и все будут знать про мою жизнь в Дерри. Я этого не хочу. Пусть делают, что хотят, раз это нас не касается. — Ладно, как скажешь, — она опустила глаза. — Сильно лицо болит? — Относительно. — В школу прямо так пойдёшь или замажем? — В прошлый раз, по словам Уилла, Макс подобрала мне слишком жёлтый оттенок, — Майк усмехнулся. — Кстати, где он? — стараясь не показывать явный интерес, спросил он. — Уилл? — Уилер утвердительно кивнул. — Отказался ехать. Не знаю почему, — Джейн пожала плечами. Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Джонатан, любопытно начиная рассматривать предметы первой необходимости на постели. Подростки синхронно повернули головы в его сторону, взглядом спрашивая, что ему нужно. — Джейн, нам пора, — Джонатан сочувствующе скривил брови. — Тебя, смотрю, нехило так побили, — подметил Байерс, рассматривая лицо Майка. — Я уже заметил, — усмехнулся тот. Джонатан на прощанье кивнул и мигом исчез в коридоре. Джейн, обнявшись с Майком, тоже вышла из комнаты, напоследок пригрозив убить Уилера, если тот не покажет раны врачу или маме. Через пару минут в спальню зашла Нэнси. — Боец, ты как? — она прижалась к стене, скрестила руки на груди. Такой Майк ей был знаком, вызывал некое дежавю. Дерри, ссоры, раны. Поникший Майк, не понимающий, что ему делать, и Нэнси по видео звонку в сотнях километрах от брата, не имеющая возможности никак ему помочь. — Да в норме вроде. Правда, лицо чуть-чуть в синяках, а так всё хорошо. Нэнси закатила глаза от глупого, по её мнению, сарказма и села рядом с братом. — Что случилось? — с беспокойством поинтересовалась она, любопытно и с жалостью разглядывая раны на лице. — Ничего такого, просто неудачно упал. — Майк. — Что? — Скажи правду. — Я и сказал. Нэнси вновь оглядела лицо брата и, вздохнув, крепко обняла его. — Завтра заедем с Джимом к вам на обед. — сказала она, не отпуская Майка. — С Джимом? — Да, нужно будет поговорить. — О чём? — Завтра и узнаешь, спи спокойно, — Нэнси отстранилась, вздохнула. Майк явно что-то не договаривал, но, как обычно, было непонятно что. Она прекрасно знала, что никак не выпытает информацию, поэтому делала вид, что забивала на проблемы брата, на самом деле ожидая, когда он сам всё ей поведает. — Пока и сладких снов. Нэнси чмокнула Майка в лоб и, улыбнувшись, вышла, закрывая за собой дверь.

***

Карен устала и ушла рано спать, а Майк, воспользовавшись случаем, полез в ноутбук. Сегодня с ним явно было что-то не так. Непонятная паника, покалывание и дрожь в теле. После введения симптомов в поисковике Уилеру вылезли сайты. «Паническая атака. Симптомы и способы лечения» «Симптомы панической атаки» «ПА что это такое?» — В смысле?.. «Нет, не может быть, у меня панические атаки? Невозможно…» «Паническая атака — это приступ сильной тревоги, страха, паники, который сопровождается определёнными вегетативными или телесными реакциями. Например: учащенный пульс, потливость, чувство нехватки воздуха, затрудненное дыхание, внутренняя дрожь, тошнота, головокружение, страх сойти с ума или совершить неконтролируемый поступок, страх смерти, ощущение онемения или покалывания в конечностях, а также бессонница и спутанность мыслей. Длительность атак может варьироваться от нескольких минут до нескольких часов, составляя в среднем 15-30 мин. Панические атаки являются симптомом так называемого панического расстройства. Паническое расстройство — это расстройство психики, которое характеризуется спонтанным возникновением панических атак от нескольких проявлений в год до нескольких раз в день и беспокойным ожиданием их возникновения. Панические атаки возникают при крайне высоком уровне тревоги. Тревога просто выходит наружу и застает человека врасплох. Это может произойти в любом месте, будь то метро или магазин. Как правило, паническая атака происходит тогда, когда тревожность человека дополнительно «подстегнута». Головные боли, подъем давления, парестезии в виде покалывания в конечностях, а также изменение походки сбивают страдающего с толку. Человек очень пугается и порой даже вызывает себе скорую. Нереальный страх, который сопровождает больного с атакой, отрывает его от реальности. Человек теряется в пространстве, не воспринимает окружающее. Он опасается, что перестанет контролировать себя и совершит что-нибудь недопустимое. Ему кажется, что он сходит с ума». Майк захлопнул крышку ноутбука, закрывая глаза. Не может быть. У него панические атаки? Невозможно. Не может быть… Он в последние дни плохо спал, явно из-за этого ему и стало плохо. Да, он не болен, с ним всё хорошо. С ним всё нормально. Закутавшись в одеяло, Майк уставился на лампу. Он вспомнил вечер. Ему казалось, что он задыхался. Уилер весь дрожал, было ощущение, что его сейчас вырвет. Но это ведь не значило, что у него панические атаки, верно? Просто стресс. Просто. Стресс.

***

— Ты какой-то зажатый, — Лукас достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. — Ты куришь? — как только Синклер выдохнул дым, Майк сморщил нос. Он ненавидел запах сигарет из-за папы, поэтому его тошнило не то что от запаха, а даже от вида упаковки. Тем более в Дерри покуривал каждый второй, а этот город явно вызывал далеко не положительные эмоции, как и его жители, что служило ещё одним прекрасным поводом ненавидеть сигареты. — У Макс проблемы. Ей плохо. Родители своей руганью только добивают её, а я ничего не могу сделать, — Лукас поднял голову, смотря на потолок туалета. — Я обещал её увезти обратно в Калифорнию. — В Калифорнию? Это же пиздец как далеко. — Зато она будет счастлива. Она так обрадовалась, когда я ей об этом сказал, — Лукас приподнял уголки губ, вспоминая радостное лицо девушки. — Это единственное, что я могу сделать. Четыре месяца, и наступит лето. Быстрее бы… — И как лето поможет Макс? — Не знаю, но я что-нибудь придумаю. Если найду нормальную работу, будем снимать маленькую квартирку. — И жить вместе? — Ну да, — Лукас залез на подоконник. — Мы же собираемся съезжаться после школы, а это будет, скажем, тренировка. Майк отвёл взгляд. Не сказать, что он поддерживал Лукаса. Затея казалась крайне глупой и нелепой, учитывая, что ребятам было буквально по шестнадцать или семнадцать лет. Но если Макс от этого и правда будет лучше, то почему бы и нет? Вдруг у них всё получится? — Так, — прервал повисшее молчание Лукас. — Почему ты такой зажатый? Из-за ссоры с Уиллом? — Да не, голова просто болит. И Майк не наврал. С самого утра у него не переставая болела голова, а таблетки почти не помогали. Также ощущения после… НЕ панической атаки будто не полностью прошли, и Майк чувствовал тяжесть при дыхании и покалывание на кончиках пальцев. Он забыл принять успокоительные, о чём сильно жалел, боясь нового приступа страха.

***

Мистер Свитч, учитель истории, ходил вдоль доски вперёд и назад, рассказывая про Америку двадцатого века. Майк внимательно слушал преподавателя, делая заметки в тетради. Хоть раньше он и пренебрегал учёбой, то теперь старался учиться нормально, понимая, что через год он закончит школу и поступит в какой-нибудь университет. Или колледж. Особо не важно. Не сказать, что он окончательно выбрал направление и профессию, но варианты были, и это уже радовало. Вдруг на Майка накатила тревога. Горло сдавило, в груди начало покалывать. Опять, чёрт!... Подняв дрожащую руку вверх, Майк затуманенно посмотрел на мистера Свитча. — Что такое, Майкл? — раздражительным тоном спросил тот, прерывая, по его мнению, увлекательную лекцию. — Можно, пожалуйста, выйти? — Уилер взглотнул, ощущая неприятный ком в горле. Теперь все ученики смотрели на него, и это не прибавляло уверенности. — Что-то срочное? У нас важная тема, до перемены не дотерпеть? Ещё чуть-чуть, и Майк начал бы задыхаться. От этого не становилось легче, наоборот, страх и тревога стремительно возрастали. — Меня… Меня сейчас вырвет, — быстро выпалил он. От некоторых учеников послышалось хихиканье, другие же начали шептаться. Остальные ребята либо молча с интересом наблюдали за одноклассником, либо продолжали переписывать важные даты с доски. — Тогда можете выйти, — хладнокровно заключил учитель, не обращая внимания на выбегающего Майка, что, в отличие от него, сделал Уилл. Он обеспокоенно проводил друга взглядом, не осмелясь пойти за ним. Как-никак, а они не общались, причём по вине Байерса. Склонившись над унитазом, Майк закрыл глаза и начал медленно дышать. Он прочитал, что нужно вдыхать на пять секунд и выдыхать на три или что-то типа того, и повторять действия на протяжении пары минут. Только вот он не взял с собой успокоительные. Чёрт, их негде взять. Вчера они были под носом на полке, а сейчас их даже в классе в рюкзаке нет. У медсестры не возьмёшь. Майк сейчас и двух слов связать не мог, так что он просто физически не смог бы попросить нужного лекарства. Это ещё не учитывая то, что медсестра не всегда давала без справки то, что нужно, а у Уилера, ясное дело, никакой справки не было. Такие мысли не помогали, а ухудшали ситуацию. На лбу появилась испарина, руки дрожали, коленки подкашивались. Майку хотелось взять и свернуться на полу клубочком, стараясь защититься от несуществующей беды. Ему было страшно, безумно страшно, и он ничего не мог сделать. От жалости к самому себе даже слёзы наворачивались. Надо было подумать о чём-то хорошем. Дом, Холли, мама… и папа, что мог припереться неожиданно в дом. Фу, нет… Друзья. Джейн, Лукас, Макс, Дастин и Уилл. Уилл… Уилл, с его милой улыбкой, детским невинным смехом, задорными глазами. Он такой хороший, такой… Такой… Майк не знал, как его описать. Уилл словно перистые облака, словно молоко с печеньем или ваниль. Байерс самый прекрасный и добрый человек на свете, со своими, отчасти, невинными мировозрением и загонами. Но это не делало его хуже, наоборот. Майк, похоже, всё больше влюблялся, и даже обиженный или раздражённый Уилл казался самим очарованием. Не успел прозвенеть звонок с урока, как Майк понял, что приступ прошёл.

***

Уйдя с занятий пораньше, наврав медсестре, что его реально вытошнило, Майк двинулся в сторону дома. — Ты синяки замазал? — спросила первым делом Нэнси, когда Майк перешагнул порог дома. — Джейн помогла. Джим уже тут? — Да, и Джонатан с миссис Байерс. Они обсуждают на кухне адвоката. — Адвоката? Зачем нам адвокат? — спросил Майк, хмуря брови. — Тэд хочет лишить маму родительских прав и забрать себе Холли. Если Тэд лишит Карен родительских прав, то Майка отправят на год в детдом до совершеннолетия, если его кто-нибудь не усыновит, Холли увезут обратно в Дерри, а Нэнси останется здесь, не в силах что-либо сделать. — Мам, ты как? — стараясь не показывать собственный страх, Майк обнял маму, которая сидела на диване в гостиной. — Здравствуйте, — Джим молча кивнул, а Джонатан поднял руку, таким образом здороваясь. Джойс выглянула с кухни и по обыкновению добродушно улыбнулась. — Всё нормально. У Джима есть друг адвокат, он нам поможет, — тихо ответила Карен. Она старалась показывать спокойствие, но было видно, что она не в порядке. Бледная кожа и синяки под глазами свидетельствовали о бессоной ночи, а готовящая Джойс на кухне означала, что миссис Уилер даже не смогла сама приготовить обед, видимо, разыскивая всё утро информацию по поводу предстоящего суда. — Каким образом Тэд хочет отобрать у тебя права на нас? — Он наврал, что твоя мама психически и физически насилует вас, — ответил Джим. — А у тебя, как назло, всё лицо именно сейчас в синяках. — Это как-то повлияет? — обеспокоенно поинтересовался Майк, внимательно смотря на шерифа. — Не должно. Похоже, что Тэд вложил неплохие деньги в собственного адвоката. Но не волнуйтесь, — сразу же успокоил всех Джим, — Мюрей много не возьмёт, всё же мы с ним давние друзья. Он войдёт в положение и поможет вам. — Спасибо, — благодарно ответила Карен, улыбаясь. — А что будет с Холли и Майком во время суда? И… Когда вообще суд? — Скорее всего, к вам неожиданно заявятся с проверкой, но это не точно. На всякий случай советую убрать предметы, способные вызвать подозрения, — Джим задумался. — Также в ближайшие недели состоится суд. Вам придёт оповещение, куда и когда прийти. На суде учитывается мнение детей, которые старше десяти лет. Холли ещё маленькая, Нэнси уже совершеннолетняя, так что остаётся Майк. — И что от меня требуется? — спросил Уилер, скрещивая руки на груди, непонимающе смотря на шерифа. — Просто пойти с мамой. Вероятнее всего, спросят твоё мнение по поводу лишения Карен родительских прав. — И что мне отвечать? — Это я уже не знаю, поговоришь потом с Мюреем. Я сказал то, что знаю, в подробности вдаваться не буду, так как сам не особо разбираюсь. Все замолчали. С кухни быстрым шагом пришла Джойс, ставя на стол тарелки. — Лазанья — лучший способ успокоиться. Ешь, дорогая, — обратилась Джойс к Карен, — тебе полезно. Та благодарно кивнула и приступила к обеду. Её примеру последовали и остальные. Положив на тарелку приличную порцию, Майк ушёл к себе в комнату, запирая дверь на замок. Гости ещё с полчаса посидели у них дома, подробно обсуждая дальнейшие действия, пока Уилер в это время разговаривал с Джейн по телефону. — Как думаешь, насколько всё далеко зайдёт? — Не знаю… По сути, никаких доказательств у Тэда нет, — ответила Джейн. — Но и мы доказать не можем, что он врёт. Тэд в плюсе. Карен забрала детей и увезла в другой город, не сказала адрес мужу, то есть ему, — он вздохнул. — Быстрее бы всё закончилось, и мы окончательно вычеркнули семейку папы из нашей жизни, — он взглянул на настенный календарь, закатывая глаза. — Завтра же пробная защита проектов… — Уже? — Мистер Питер велел принести завтра на проверку. — Защита же только через месяц. — Видимо, он хочет заранее проверить и обосрать мою работу, — усмехнулся Майк. — Зачем я вообще выбрал биологию? — Я вот выбрала музыку и ни о чём не жалею, — весело сказала Джейн, явно довольная выбранным предметом для сдачи проектов. Сдача проектов — обязательный этап для учеников старшей школы, который проходил ежегодно для подростков, учащихся с девятого по двенадцатый класс. Школьник выбирал предмет и делал по нему проект, также изготавливая продукт и делая презентацию. Защита проекта проходила перед комиссией, состоящей из пары учителей, которые оценивали работу по определённым критериям. Сдача проектов проходила в промежуток между последней неделей февраля и второй неделей марта, почти перед самыми весенними каникулами. — Фу, я бы музыку в жизни не взял. Стоять и рассказывать про какого-нибудь композитора? Бе! — ответил Майк, кривя лицо, пока Джейн на другом конце трубки смеялась и пыталась доказать, что жизнь некоторых композиторов вполне интересна, из-за чего проект делать легко и познавательно. — Уилл всё ещё не хочет общаться? — тихо спросил Майк, прикусывая нижнюю губу в ожидании ответа. Он так соскучился. Казалось, что будь Байерс рядом, все проблемы бы исчезли. Но Уилла рядом не было. — Нет, не хочет… Вы сильно поссорились? — Я напортачил и… не знаю, как выпутаться из этого дерьма, а он меня избегает, и это всё усложняет, очень сильно усложняет, — пролепетал на выдохе Уилер. — Скажи ему, что мне жаль. Очень жаль, и что я готов любым способом исправить положение, пусть только скажет как. — Хорошо, обязательно передам, когда он будет рядом, — пообещала Джейн, получая в ответ тихий смешок. — Спасибо, Джейн, — Майк улыбнулся. — Что бы я без тебя делал. — Жил спокойной жизнью и не страдал бы от Саймона и Генри, очевидно. — Ахаха, не-ет, без тебя было бы ещё хуже. Ты как шпион, понимаешь? — Только вот Саймон и Генри знают, что я слежу за ними… Они не спустят это нам с рук. — Саймон сказал просто им не мешать. Думаю, если замолкнем, то всё обойдётся. — А если нет? Майк задумался. И правда, что могли сделать два подростка с другими подростками? Ничего серьёзного, по сути. Вряд ли эти двое хотели сесть за решётку за убийство или за что похуже, так что всё явно обойдётся. — Всё будет нормально, не переживай, — успокаивающе проговорил Майк, то ли поддерживая подругу, то ли внушая это себе. — Ладно, я пойду. Поговорим завтра в школе, ладно? Пока. — Пока. Джейн положила трубку и зло посмотрела на брата. — Ты гад. — Я… — Уилл попытался придумать нормальную отмазку, но ничего не получилось. — Слушай, там ситуация не лёгкая и… — Я ему вру, что тебя рядом нет, пока ты сидишь и слушаешь наш разговор, чтобы узнать, как у него дела, ведь сам спросить ты не можешь. Посмотри, какое у него говно в жизни. Его могут разлучить с Холли, и тогда он отправится в детдом или приёмную семью, а ты сцены закатываешь ради своего блага, — возмутительно выпалила на одном дыхании Джейн. — Ему твоя поддержка нужна, а ты избегаешь его по непонятным причинам. — Да там серьёзная причина! — Неужели? Да тебе просто сцену нужно закатить и не более! Что может быть серьёзного? — прокричала негодующе Байерс, недовольная поведением брата. Она любила Уилла, безусловно, но также она беспокоилась за друзей, тем более за Майка. Она помнила, что тот ходил к психологу и это не упрощало ситуации, даже наоборот. — Может быть, я влюбился и пытаюсь утихомирить чувства! — также громко прокричал Уилл, тут же замолкая и прикрывая глаза, отворачиваясь спиной к сестре. — Ты… влюблён в Майка? — с лёгкой улыбкой спросила Джейн. — Да, наверное, я не знаю… — Уилл вздохнул, густо краснея. — Я конкретно запутался. Я такого никогда не испытывал, понимаешь? — Что конкретно ты чувствуешь? — она села на стул и закинула одну ногу на другую, с научным интересом наблюдая за братом. Тот развернулся лицом к Джейн и задумался. — Ну, — начал он, — мне нравится его внешность, его голос, его стиль, манера общения... Я балдею от его запаха, его частой неугомонности, — Уилл улыбнулся. — Он всегда придумает, чем заняться. Там, почитать комиксы или посмотреть новый фильм... Майк о-очень заботливый. Мне комфортно с ним рядом, но в это же время я волнуюсь, что ему что-то во мне не понравится. Мне кажется, что он осудит меня за маленькую складку на одежде, хотя это не так, и я это прекрасно понимаю, но волноваться не перестаю. Не знаю, неаккуратно лежащие пряди волос, взлохмаченная чёлка, синяки от недосыпа… Кажется, будто я из-за этого становлюсь некрасивым, а мне важно, чтобы Уилер считал меня красивым, — он сложил руки на груди. — Я запутался. Это просто симпатия или влюблённость? — Ты определённо влюблён… — Джейн хихикнула. — А тебе нравятся его отрицательные черты? — А они у него есть? Джейн засмеялась. — Они у всех есть, поверь. И если тебя будут устраивать недостатки, тебе будет также нравится болеющий и плохо выглядящий Майк, значит, ты и правда влюбился. Сильно влюбился. Уилл кивнул и сел на край кровати. — Поговори с ним в ближайшие дни. Сейчас ему нужна твоя поддержка. — Майк ясно дал понять, что мы с ним просто друзья. Мне сложно с ним рядом находиться, понимая, что мы по-разному смотрим на наше общение. Я не хочу давать себе ложные надежды, — Байерс схватился за край домашней футболки, начиная его нервно мять. — Слушай, Майк сам сейчас запутан. Я не знаю, что у вас происходит, но если есть намёки на взаимность, то не падай окончательно духом. Просто вспомни, что он не общается с Лукасом и Дастином так, как с тобой. У него херовый период, поэтому не убегай. Сейчас вообще не время, ты делаешь только хуже. Как можно быстрее возобнови общение, а с чувствами оба разберётесь, когда проблемы улягутся. Уилл кивнул, пристально смотря на пол. — И если тебе интересно, — сказала Джейн, вставая и направляясь к выходу из комнаты. — Майк на тебя пялится, когда ты не видишь. И вовсе не дружески. Она улыбнулась краснеющему брату и вышла в коридор, оставив его наедине с собственными мыслями.

***

Майк резко открыл глаза, тяжело дыша. Он попытался встать, но у него ничего не получилось. Уилер не мог пошевелить ни одной конечностью и сказать хоть что-то. Его рот словно склеили, а тело парализовало. Он оглядел глазами спальню, насколько это было возможно при лежащей неподвижно голове. Комната была тёмной, за окном бушевала метель. Сколько сейчас времени, он не знал. Часы были сбоку, на тумбе, а головой, как и всем телом, он шевелить не мог. Лёжа на спине и смотря в потолок, Уилер попытался успокоить себя. Ничего страшного, это просто дурацкий кошмар. Скоро он проснётся, и всё закончится. Вдруг в коридоре послышался шум. Будто что-то большое и длинное, словно змея, ползло по полу. Дыхание сбилось, на Майка накатил страх. Он старался как можно тише дышать, вслушиваясь в шум в коридоре. Нечто всё ближе и ближе подползало к двери комнаты Майка, издавая странные звуки. Дверь была слегка приоткрыта, и Уилер старался разглядеть тень этого чего-то непонятного сквозь тонкую щёлку. Вдруг в проёме на полу появился хвостик, словно маленькая тонкая веточка. Она шевелилась, будто несуществующими глазами оглядывая комнату. Майк замер, как и веточка. Пару секунд, и в комнату начало заползать нечто непонятное. Это была словно длинная ветка, щупальца, сорняк. С неё стекала слизь, а само непонятное растение издавало звуки, похожие на рычание монстра. Странное рычание, которое Майк никогда не слышал. Сердцебиение участилось, Уилер чувствовал покалывание в пальцах на руках и ногах, но не мог ими пошевелить. В груди неприятно жгло, появилось ощущение удушья. Если бы он мог двигаться, то встал бы, убежал куда-нибудь, проглотил чёртовы успокоительные. Они стояли рядом, прямо на тумбочке, а Майк даже не мог их взять. От беспомощности хотелось плакать. Будь возможность, Уилер бы встал, закричал от страха, ударил непонятный сорняк чем-нибудь тяжёлым. Единственное, что ему поистине хотелось — это зажаться в угол и, прикрыв голову руками, съёжиться в комок, будто это помогло бы спастись. Растение, оставляя слизистый след на полу, заползло по ножке кровати на матрас, обхватывая одну из ног Майка. Тот хотел закричать, дёрнуть ногой, но ничего не получалось. Он мог только неподвижно лежать, тяжело дыша, практически задыхаясь. Стебель полз всё выше по ноге, оставляя на коже холодный неприятный след из слизи. От страха из одного глаза вниз по щеке потекла слеза, оставляя разгорячённый след на веснушчатом лице. Растение подползало всё ближе к шее, уже затрагивая кончиком стебля живот. Майк перевёл взгляд на окно и ужаснулся. На небе на фоне серых туч располагалась огромная тень. Она всё ближе и ближе подползала к дому, пока на фоне гремел гром, освещая тучи ярко-красным светом. Майк затрясся, он в ужасе переводил взгляд со стебля на небо в окне, и так раз за разом. Стебель лез всё ближе к лицу, тень — всё ближе к дому, а Майк даже не мог позвать на помощь. Зажмурив глаза, он попытался выровнять дыхание. Вдох на пять, выдох на три, вдох на пять секунд, выдох на три. Внезапно шум исчез, а стебель больше не касался тела. Открыв глаза, Майк увидел, что в комнате никого нет, а за окном были лишь серые тучи без каких-либо устрашающих теней. Пошевелив на пробу головой, Майк осознал, что снова может двигаться, а рот — открываться. Быстро вскочив ногами на кровать, он схватил с тумбы бутылку воды, беря её словно биту, оглядывая комнату. Стебля нигде не было. Ни под кроватью, ни под шкафом, ни на матрасе под одеялом. Аккуратно на ватных ногах спустившись на пол, Майк подкрался к двери. Сглотнув, он заторможенно выглянул в коридор. Убедившись, что и там пусто, он закрыл дверь и запер её на замок, включил свет и, открыв бутылку, выпил залпом половину. Нервно оглядывая комнату, всё ещё мелко дрожа, он медленно подошёл к кровати, садясь на матрас и закутываясь в сидячем положении в одеяло. Сон как рукой сняло, а вот страх пока не ушёл. Казалось, что в любую секунду в комнату могла ворваться тень или та слизистая хрень, схватить Уилера, задушить. Вытерев мокрые следы от слёз, Майк дрожащими руками взял в ладони телефон. Почти четыре утра. Это не сон, Майк был уверен, он всё настолько правдоподобно чувствовал. Тогда что это? Новый приступ? Но он не походил на остальные. Он не мог говорить, двигаться, ещё и эти глюки… Или это были не глюки… Достав из баночки пару таблеток и проглотив их, Уилер потянулся к ноутбуку, бегло вводя пароль и заходя в гугл.

***

Уснуть Майк так и не смог, проведя пару часов за сидением на разных информативных сайтах, отчаянно пытаясь понять, что же с ним происходит. Единственный полностью подходящий по пунктам вариант пугал и настораживал Уилера. «Сонный паралич» — вот, что ему вылезло после ввода симптомов. Осознание, чем, возможно, страдает Майк, никак того не успокоило, а наоборот, жутко напугало. Вспоминая происшествие ночью, когда не было возможности сбежать, а непонятные твари хотели его убить, как он на тот момент думал, по шее пробегал табун мурашек, а ладони потели, пока Уилер нервно потирал их друг о друга. Сонный паралич и ранее появившаяся проблема под названием «паническая атака» в сумме создавали адскую смесь. Теперь днём Майк в любой момент мог начать испытывать страх, а ночью появилась вероятность проснуться обездвиженным с кучей чертей и прочей непонятной живностью перед глазами.

***

— Майкл, — позвал мистер Питер сидящего у кабинета ученика, просунув лишь голову в проём двери. — Давайте сюда ваш проект, — он протянул руку к Майку. — А зайти и… — Не надо мне ещё одного ученика в классе, проверю содержание без тебя и отдам на следующем уроке биологии. Понял? — Понял, — он кивнул и, достав проект из рюкзака, протянул его учителю. — До свидания, Майкл, можете идти. Попрощавшись в ответ, Уилер пошёл вдоль по коридору. Он не думал о проекте или о Холли, даже о Уилле. Наверное. Сейчас его окутывала никуда не уходящая паника. Не такая сильная, как при атаках, но тоже паника. Симптомы, которые могли проявиться в любой момент, причём без предупреждения, не давали забыть о себе, из-за чего Майк не мог думать о том или ином предмете или о домашних заботах. Подойдя к кабинету Алексея, Уилер достал руку из кармана брюк, поднося ладонь к двери, дабы постучать. Поднеся кулак почти к деревянной поверхности, он остановился. Стучать или не стучать? Если постучаться, то разговора будет не миновать. Придётся рассказать о событиях последних дней, о страшных чудовищах и жутких ощущениях во время приступов. А если не постучаться, то он спокойно молча уйдёт. Но разве это хорошо? В любой момент его мог настичь приступ, будь Майк в своей комнате, в школе у доски или же в общественном транспорте. В этих ситуациях никто не сможет помочь, так как не будет знать, что с ним происходит. Плюс эти навязчивые мысли и воспоминания не давали покоя, блокируя способность сосредоточиться или же элементарно отдохнуть. — Майк? Уилер резко развернулся и увидел рядом с собой Алексея с какими-то папками в руках и чашкой кофе. — Здравствуйте, а вы сейчас не заняты? — Думаю, что нет. Что-то нужно? — Да, я хотел бы поговорить. Алексей дружелюбно улыбнулся и кивком головы пригласил мальчика в кабинет.

***

Карен сидела на кухне, прикрывая глаза ладонями, пока Майк напротив ковырял вилкой обед, не имея особого желания есть. — Сколько, говоришь, было атак? — после двухминутного молчания спросила Карен, поднимая глаза на сына. — Штуки три или четыре. Это всего длится пару дней, не пере… — Не переживать? — перебила Карен, усмехнувшись. — Майк, наоборот плохо, что их столько произошло за короткий срок. Почему ты сам не сказал? Майк молчал. — Почему я узнаю, что тебе уже как пару дней плохо, от Алексея? Почему я от Алексея узнаю, что ты не можешь спать, что ты задыхаешься и трясёшься от страха? — не унималась миссис Уилер. Майк опустил глаза в тарелку, натыкая на вилку кусок курицы, после кладя мясо в рот. — Майк, я… — Карен запнулась. — У меня есть проблемы с Холли, с твоим отцом, но это не значит, что ты должен молчать о своих. Это твоё здоровье, а оно важно, понимаешь? Майк кивнул. — Всё было именно так, как рассказал Алексей? — Да, — ответил тихо Уилер, продолжая медленно есть обед, боясь поднять взгляд на маму. Зайдя утром в кабинет к Алексею Смирнову, Майк, собравшись с духом, выложил всё школьному психологу. Про первую атаку, непонятный страх, покалывание в конечностях, ощущение удушья и тошноты, а также про резкое ночное пробуждение, закончившееся бессонницей. Поговорив начистоту с Майком насчёт отца, его ссоры с мамой в тот день и про их прошлую жизнь в Дерри — Майк не рассказал про ориентацию и издёвки, лишь про плохие отношения с Тэдом — Алексей сделал вывод, что это и правда панические атаки, и тут требуется помощь специалиста в этом деле, то есть психотерапевта. Назначив приём на завтрашнее утро, Смирнов отпустил клиента домой, дав, как обычно, шоколадный батончик и сказав на прощание пожелания о выздоровлении. Пока Уилер добирался до дома, Алексей, как и обещал Майку, позвонил Карен и в подробностях доложил ей ситуацию, а также сказал о местонахождении врача, которого Уилер должен завтра посетить. Придя домой, Майкл застал маму не в лучшем расположении духа. Подойдя со спины, Карен обняла сына, гладя одной ладонью его голову. — Мне жаль, что Тэд довёл тебя до такого состояния, — Майк сглотнул, медленно поднося руку за спину к маминому плечу. — Ты не заслужил этого. Ни семейку твоего папаши, ни жизнь в Дерри. Ты справишься с этим, а я тебе помогу. И Холли поможет, и твои новые друзья. Считай, что ты уже на финишной прямой. Пара полос препятствий, и мы окажемся у финишной ленточки, за которой идёт счастливая жизнь, — она чмокнула Майка в макушку. — Иди и поспи. — Нет, не хочу, — Майк задумался. — Можно сказать друзьям про панические атаки? — Да, конечно, если ты так хочешь. Завтра в школу не пойдёшь, психотерапевт — это не шутки. Тебе нужен отдых. Майк кивнул и слабо улыбнулся. Утром был приём у психиатра. Пробыв в кабинете в районе часа, врач попросил Майка выйти в коридор и пригласил в кабинет Карен. Двадцать минут ожидания, и вот результат: Уилера отправляли на лечение. В голове ничего не укладывалось. Как это лечение? Ещё и не дома? Врач сказал, что случай не из простых, и психика Майка достаточно пострадала, так что лучшим вариантом будет отправить его в специальную больницу, где лечат таких, как он. Днём Майк не ел. Валяясь в кровати, его не покидала одна мысль: «Я буду вдали от дома в непонятной лечебнице с такими же психами, как и я». Никакой школы, никаких концертов и… Никакого Уилла. А они ещё и в ссоре, а его в любой момент могли отправить на лечение. Вчера Майк написал в общий чат друзей, что он не придёт в школу, но причину не назвал. Пока никто не знал про панические атаки. Вообще. Взяв телефон в руки, Майк открыл переписку с Уиллом. Он так скучал по нему, по глупым и порой нелепым разговорам с ним. Нажав на икону с микрофоном, Уилер поднёс телефон ко рту и начал записывать голосовое сообщение. — Привет… — Майк замялся. — Я… Я знаю, что мы не общаемся, и я знаю, что напортачил, что много позволял себе, не спрашивал тебя, нравится это тебе или нет… — пролепетал на одном дыхании Уилер, после делая небольшую паузу. — В общем… Ты только никому не говори, я потом сам всем расскажу, но у меня, кажется, паническое расстройство, в общем панические атаки. И… — он вздохнул. — Я знаю, что я говнюк, но меня в любой момент могут увезти в загородную больницу, поэтому я был бы рад, если бы ты пришёл ко мне с ночёвкой. Знаю, сейчас поздно и завтра тебе в школу, но… В общем, я был бы счастлив, если бы мы сегодня побыли вместе, как раньше. Только вдвоём, без остальных ребят… Я не намекаю ни на что! — быстро уточнил Майк. — Прости, что тогда заговорил на ту тему. Я не должен был намекать на какие-то твои чувства, которых нет, и… Да. Если мы останемся лучшими друзьями, которыми всегда и были, я буду… Безумно счастлив. Он замолчал на пару секунд, после тихо произнося: — Не игнорируй меня, пожалуйста. И затем завершил запись голосового сообщения, отправляя его Уиллу.

***

На часах было в районе двенадцати ночи. Уилл прослушал голосовое, но ничего не ответил. Это было… Так больно. Больнее, чем когда Майк разбивал коленки в детстве, падая с велосипеда. Больнее, потому что боль была моральная, а не физическая, и устранить её было максимально сложно, если практически невозможно. Уилл его проигнорил... Да, их дружбе было буквально полгода, но за это время Майк так привязался к нему. Он не понимал, как Байерс так легко забивал на их ссоры, воспринимал их словно шутку, пока Уилер чуть ли не бился о стенку от переполняемых эмоций. Дверь в его комнату отворилась. Опять Карен, а может, и Холли. Майк лежал спиной к двери, смотря на стену напротив, так что не видел, кто зашёл. — Майк? Глаза расширились. Ему не послышалось? Быстро перевернувшись на другой бок, Майк увидел в проёме двери замершего Уилла. Брови удивлённо приподнялись, сам Уилер даже перестал дышать на пару секунд. Уилл был в свитере, который Майк подарил тому на Рождество, с рюкзаком для ночёвок, с привычно взъерошенными волосами. В его зелёных глазах читались сожаление и грусть, а сам он, не смея двигаться, неподвижно стоял на месте, словно ожидая некого сигнала. Встав с кровати, пройдясь руками по футболке, видимо надеясь сделать её так менее мятой и более презентабельной, Майк тоже замер. Они неподвижно стояли и молча смотрели друг на друга, будто боясь сделать что-то не то, снова напортачить и всё вновь испортить. — Иди к чёрту, Уилер, — прошептал Уилл, бросил рюкзак на пол и, сократив расстояние, крепко обнял Майка, утыкаясь носом в его грудь. Майкл запоздало обнял друга в ответ, глупо по-детски улыбаясь. — И… — Уилл поднял голову. — Прости меня. Ты не виноват. Я… Люблю твои касания и вообще всё, что между нами. — он взглотнул, быстро переводя дыхание. — Извини, что меня не было рядом. Я так боялся всё испортить, что решил, что лучшее решение — отдалиться, но это оказалось ужасным поступком по отношению к нам обоим. Извини, я не хотел, чтобы всё так получилось… — он повернул голову вбок, несколько раз часто моргая глазами. — Хей, ты плачешь? — Нет, нет, конечно… Майк поднёс одну ладонь к щеке Уилла и повернул его голову лицом к себе, усмехаясь. — Ты плачешь, — с нежной улыбкой произнёс он. — Нет… То есть да, но… Всё, отстань… — он вновь уткнулся Майку в грудь, несколько раз всхлипывая в растянутую домашнюю футболку. Уилер на пробу запустил пальцы левой руки в шелковистые русые волосы. Не получив отказа или каких-либо знаков для прекращения действия, Майк запустил пальцы и второй ладони в волосы, начиная поглаживать голову Уилла, пока тот слегка учащённо дышал тому в грудь.