Солёная карамель

— Привет, мышонок, как твои дела? — начинает разговор Мишель, как только выходит из номера. Её голос тихий, немного охрипший. Тело ломит от недостатка сна, так как вернулись они с Брэндоном в три часа ночи, и тренировка в семь утра казалась нереальной пыткой в данную минуту. Мишель напоминает себе, что после контрастного душа станет легче, ко всему прочему, Карлос обещал купить ей любимый кофе с солёной карамелью. — Скучаю, — жалобно отвечает Молли на другом конце телефонного звонка, — как у всех дела? Вы готовы к конкурсу? — О, малышка, ещё столько впереди, — выдыхает Мишель, вспоминая об уведомлении в рассылке конкурса. — Подожди пару минут, я сейчас. Девушка останавливается и открывает входящие сообщения. Находит нужный контакт и чувствует, как становится тяжелее дышать. «Уважаемая Мишель! Организаторами конкурса принято решение досрочно посмотреть ваш номер перед финалом. Это обычная процедура, никак не влияющая на ваше выступление в дальнейшем. Нам необходимо проверить выстроенный свет, аппаратуру с музыкальным сопровождением и состав команды, чтобы выступление на огромной сцене прошло безошибочно и целостно для съёмок данного конкурс. В связи с тем, что в последние дни перед финалом вы, конкурсанты, будете напряжены и взволнованы, просмотр вашей команды и прогон выступления запланирован сегодня на 18:00. Не опаздывайте, после вас будут выступать «Волки». С уважением, организатор О.У.» — О нет, — выдыхает Мишель, когда осознаёт уровень задачи на сегодня, — что ж такое… — Мишель! — доносится в трубке, и она вспоминает о звонке, — ты в порядке? — Организаторам хочется побыстрее увидеть наш номер, потому что мы потрясающие. Сегодня весь день будем репетировать, а вечером показывать — у сестрёнки много дел, — быстро спохватившись, жизнерадостным тоном сообщает Мишель, судорожно пытаясь составить в голове план как всё успеть в такие сроки. — Я верю в вас, очень сильно! Люблю! — И я тебя очень сильно люблю, — нежно говорит Мишель и грустно улыбается, — хорошего дня, мышонок. Девушка останавливается у лифта и прикрывает глаза. Усталость, моральная и физическая, сковывает всё тело. Этот груз ответственности, который сменил любимые танцы на череду изнурительных тренировок и подготовку всего к конкурсу, нисколько не доставлял удовольствия. Запутанные истории с интригами, куда заманивали соперники, и совершенно непонятная трезвому уму ситуация с Брэндоном. Всё это происходит так быстро, не давая ни одного момента для передышки. — Мам, как мне нужна твоя поддержка, — шепчет Мишель одними губами, пока на табло меняются цифры. — Ты не представляешь…

***

— Я не справлюсь, мам, — тоненьким голосом говорит девочка и прижимается подбородком к плечу, обвивая ладошками шею женщины, — у меня не получится. — Микуша, — она поворачивает малышку к себе и усаживает её на коленки, — ты ещё не пробовала. — Мам, — у девочки выступают слёзы, и она смотрит своими огромными зелёными глазами на женщину, начиная плакать, — мне нравилось танцевать. — Почему нравилось, малышка? — мама нежно поглаживает кудрявые волосы дочери, — я же вижу, ты просто боишься. Я видела, как ты танцуешь. — Мне нравится танцевать, но я боюсь выйти туда и ошибиться, — жалуется Мишель и прижимается к груди, оставляя крупные следы от слёз. — Если меня засмеют? Я не справлюсь? — Знаешь, какая мне приходит на ум цитата? — Какая? — с интересом спрашивает Мишель, всё ещё прячась в объятиях женщины. — Смысл жизни не в том, чтобы ждать, когда закончится гроза, а в том, чтобы учиться танцевать под дождём, — тёплый голос матери отпечатывался в сознании девочки, — так что, если ты хочешь, то можешь идти. Но, если тебе это не нужно, то наше с папой отношение к тебе не изменится. Ведь ты сама захотела стать знаменитой. Я люблю тебя, Мишель.

***

— Проваливай к чертям, придурок! — слышится в холле, как только открываются двери лифта. Разворачивающаяся сцена напоминает индийский сериал: кричащая неуравновешенная пассия одного из её танцоров, слишком мягкого для разрешения с ней конфликтов, а также третий в этом треугольнике страстей, которого мёдом не корми, дай только покритиковать и поругаться. Этими тремя являлись Ванесса, Джастин и Брэндон, умудрившиеся устроить «концерт» в такую рань. Мишель глубоко вдыхает и направляется к ним. — Что случилось? — не собираясь впутываться в очередные детские игры, отрешённо спрашивает девушка и осматривает с ног до головы каждого присутствующего. — Да, у одного придурка проблемы, — недовольно фыркает Ванесса и прижимается к Джастину, явно ожидая от него поддержку. — Он оскорбил меня! — Эм, Мишель, мы разберёмся сами, — как-то неуверенно бросает Джастин, но при этом сжимает кулак, что не ускользает от внимания Мишель, и она ещё больше начинает поддаваться эмоциям. — Брэндон? — хореограф устремляет на него вопрошающий взгляд, всё ещё не понимая, что могло произойти, но встречает лишь хмурую ухмылку. — Мы можем решить это позже. — Что за кипиш? — интересуется подошедший и, явно, отдохнувший Крис, за ним выглядывает улыбчивый Джозеф. Хоть у кого-то в этой жизни всё в порядке. — Никакого, — твёрдым голосом говорит Мишель, оглядывая команду, — у нас сегодня прогон перед организаторами, и, если вы засунете свои языки подальше и соберётесь, то мы прекрасно выступим. — Оу, у нашей лапули сегодня нет настроения, — едко отвечает Брэндон, и девушка поворачивается к нему с взглядом полным возмущения и усталости. — Понял, сегодня в моей персоне никто из присутствующих не нуждается. «Сучонок! — думает про себя Мишель. — Как так можно легко переключаться из заботливого и открытого человека в такого придурка, не умеющего держать свой язык за зубами? Как он это делает?». — Чего стоим, го на тренировку, — прерывает поток мыслей тот самый придурок, засевший в голове Мишель, — лапуля, давай уже.

***

Воздушное балетное платье аккуратно сидит на маленькой девочке, она взмахивает руками над головой и улыбается так, будто сошла с ковровой дорожки. Силуэты взрослых виднеются вдалеке, пока темноволосая кудрявая девчонка крутится в своей первой балетной пачке и уже высоко поднимает подбородок. — Малышка, ты прекрасна, — радостно кричит женщина, чтобы дочка её услышала, — беги к нам. — Балерины не бегут, они танцуют! — серьёзный детский голос раздаётся по комнате, и двое взрослых тепло смеются. — Ты добьёшься всего, малышка, — говорит отец, раскрывая объятия, — я хочу сфотографироваться с моей дочкой. — У которой прошёл первый отчётный концерт, — нежно добавляет женщина, — моя Мишель. — Наша Мишель…

***

Мишель стоит напротив огромного зеркала в студии и рассматривает себя. Как из очаровательных детских черт она преобразилась в статную молодую женщину. Её зелёные глаза немного потемнели, волосы отрасли и стали ещё объёмнее, на губах алела помада, а фигура для многих превратилась в эталон красоты — грациозная, вычурная, эстетичная. — Ты добьёшься всего, малышка, — повторяет про себя Мишель, поглаживая свои кудрявые волосы, пытаясь ощутить тот момент и прикосновения родителей. — Ты добьёшься всего. Комок в горле преграждает дальнейшие слова, и девушка молча пялится на своё отражение. Уставшие глаза выдают глубинную печаль, побледневшее лицо — нескончаемый стресс, а этот несносный спортивный костюм лишь прячет её фигуру. Так хочется вырваться из всего этого, почувствовать себя свободной, лёгкой, как пёрышко. — Ещё немного, ещё немного, — повторяет про себя хореограф, всё ища в отражении что-то новое. Мишель злится и топает ногой, как маленькая девочка, задевая ближайшую лавочку. Боль от удара распространяется по всему телу, а пустую студию оглушает приличный поток матерных слов. Злость сильнее окутывает душу, и этот костюм настолько раздражает её, что она снимает худи и отбрасывает в сторону. Грудь поднимается, девушка порывисто дышит, затем проводит руками по ключицам и шее, слегка массирующими движениями успокаивая себя. На ум приходит мысль надеть боди для выступлений, который пылился в малом отсеке спортивной сумки. Поэтому вслед летят спортивные штаны, откидываются кроссовки, и уже на ней переливается расшитый облегающий боди из лёгкой ткани. — Да уж, денёчки, что надо… — Не знал, что ты разговариваешь сама с собой, — его саркастичный голос сложно не узнать. Девушка смотрит немного вправо и замечает в отражении Брэндона, надкусывающего какой-то бургер. Мишель разворачивается к нему и смотрит пристальным взглядом, будто оценивая его по десятибалльной шкале. — Ты что ешь? — возмущается она, складывая руки на груди, — серьёзно, после такой насыщенной тренировки ты ешь фаст-фуд? — Хочешь? — иронично спрашивает парень, при этом аппетитно откусывая ещё один кусочек, отчего сырный соус капает на пол. — Ну, почему! — ругается хореограф и поднимает с лавочки брошенный худи. — Какого чёрта? Её голос звучит строго, но отрешённо, словно внутри нет бушующего огня, который сейчас вырвется наружу. Мишель ощущает безысходность. Все эти дни были наполнены бесконечным стрессом, хамским поведением, недосыпом и худшей подготовкой к конкурсу. И этот бургер приправленный иронией от человека, который будто бы играет с ней, стал последней каплей. Она подходит к нему, резко выхватывает бургер, встречая в ответ непонимающий взгляд танцора. Девушка хочет размазать этот бургер, высказать всё, что накопилось внутри, но лишь кидает его обратно парню, прямо на футболку, и уходит в раздевалку. Мишель уверенным шагом двигается вдоль коридора, доходит до женской раздевалки и душевой. Уже не изображая из себя железную леди, она падает на лавочку. Время близится к вечеру, приближая просмотр команды с примесью усталости от организаторских обязанностей и тяжёлой тренировки, а следом ещё прибавляется груз неразрешённых эмоциональных проблем. В душевой достаточно прохладно, девушка обхватывает себя руками, чтоб согреться, делает глубокий вдох и прикрывает глаза. «Так ты не знаешь, что за договор?» — Они исправились, — убеждает себя Мишель, пытаясь представить что-то более радостное и позитивное за последнее время. «Знаю, лапуля. Но тебе под силу». Этот жаркий пыл с нежностью будоражит сознание, вытаскивая из памяти моменты нескольких ночей и последней встречи, оставившей столько вопросов. «Просто секс, без обязательств». Неужели, что-то другое? «Ты обязательно выиграешь, да, Мишель?» Мишель закрывает лицо руками, не в силах совладать с эмоциями, окутывающими её продрогшее тело и душу. Слёзы, невольно текущие по щекам, смешиваются с внутренним ступором. Она не может остановиться, прекратить это, и на смену молчаливому плачу приходят громкие рыдания, со всхлипами, со скованной грудной клеткой и желанием выплюнуть что-то из своих лёгких. Тишина окутывает её, лишь в ушах слышится собственный плач. Плечи начинает ломить, горло устаёт от надрывов. — Эй, лапуля, мы почти собрались, — разносится радушно в коридоре, но в паре шагов от двери тон парня быстро меняется. — Мишель? Она слышит его голос и делает попытку вновь вернуть на лицо непробиваемую маску. Задерживает дыхание, пытаясь вернуть свою стойкость, но с выдохом вырывается новая порция слёз, которые она безуспешно смахивает руками. — Я сейчас приду, — бросает девушка в ответ, более уверенно, чем можно было представить, — разминайтесь. Хореограф слышит шаги на пороге, и дверь резко открывается. Брэндон застывает в дверях, молча наблюдая за ней, такой беззащитной, сжавшейся в себя, одиноко сидящей на лавочке в прохладной раздевалке. Мишель растерянно пытается спрятаться от осуждения, поправляет свои волосы и тыльной стороной ладони вытирает щёки. — С Молли всё в порядке? — холодным тоном спрашивает он. — Ты в порядке? Мишель лишь кивает в ответ, продолжая смахивать слёзы, бегущие по её раскрасневшимся щекам и дрожащим губам. Она не может найти слов, оправдаться или даже выгнать его. Она так обескуражена, что закрывает лицо руками, чтобы успокоиться, или в надежде, что Брэндон просто сам уйдёт. Но вдруг тёплые мужские руки прикасаются к её, замёрзшим, мокрым рукам, и берут их в свои. Парень сидит перед ней на корточках, сжимая ладони девушки и заглядывая ей в глаза. Мишель смотрит на это и невольно улыбается. Эта улыбка, как свет после дождя, на её измотанном лице. — Ты красивая, — нарушает тишину Брэндон. Мишель продолжает непонимающее смотреть на него, не говоря ни слова, впадая в ступор от этих слов, хотя, казалось, куда ещё больше, — ты очень красивая. Он улыбается искренне, будто добился своего. Эти острые черты лица, и среди них чистейшие голубые глаза, излучающие саму нежность. — С ума сошёл? — наконец произносит хореограф и хмыкает носом. — Я не особо... — Кто тебе это сказал? Надумала сама себе тут, — приглушённо выдыхает танцор, и сразу же включает свою защитную реакцию на её слова — дерзость. — Ну да, кто поверит в искренность Брэндона? Мишель замолкает, не понимая как именно ответить ему на такой выпад. Открыть душу или проявить сдержанность? Быть импульсивной и страстной, или вести себя как профессионал, не переступающий границы? Но этот чёртов танцор испытывал её личные границы на прочность, каждый раз оказываясь рядом. Парень всё молчит, но её руки не отпускает. Не задаёт лишних вопросов, не лезет с поддержкой, не шутит. Он просто находится рядом с ней, несмотря ни на что. Мелкая дрожь проходит по телу, Мишель вздрагивает. — Иди сюда, — Брэндон раскрывает руки для объятий и легонько тянет её на себя, — ну же! Мишель подаётся вперёд и обвивает его шею руками, при этом теряя равновесие, из-за чего они вместе заваливаются на пол. Брэндон смеётся над сложившейся ситуацией и ещё крепче обнимает девушку за талию. — Ты сверху, это что-то новое в наших отношениях, — комментирует он, поглаживая спину, — что скажешь? — Иди ты, — бросает она и невольно сама улыбается. — Чего ты улыбаешься? — Да так, хорошо лежим, — ёрничает танцор, — планы вот строю на вечер. — Прогон! — вспоминает Мишель и на эмоциях легонько целует Брэндона в щёчку. — Нам пора вставать. — Воу, — не успевая осознать происходящее, отвечает ей Брэндон, — как скажешь, лапуля.

***

— Это было хорошо! — отвечает председатель конкурса, когда Гладиаторы заканчивают выступление. Мишель недовольно фыркает, выходя из-за кулис вперёд, в надежде услышать конструктивную критику. — Месье, скажите, что не так? — уточняет она, придерживая в руках стопку бумаг для оформления. — Танец? Моя команда может чуток устала, это было неожиданно… — Сюзанна, возьмите документы у Мишель, — сухо бросает председатель и уходит, — поторопитесь, Сюзанна. — Месье! — окликает хореограф, но он не оборачивается, — Какого чёрта! Вдруг Мишель под руки берут Крис и Джо, придерживая от порыва пойти за председателем и устроить скандал. Они тепло улыбаются ей. — Что? — Мишель, — поглаживая её руку, начинает Крис, — сказанное месье «хорошо», означает хорошо. Идеально будет на финале. Пожалуйста, успокойся. — Мы допущены, мы прошли, всё замечательно. — Дорогая наша, мы благодарны тебе, — продолжает вслед за партнёром тираду Крис, приобнимая девушку за плечи, — выдохни. Она смотрит на переодевающуюся команду и понимает, что нужно просто отпустить сегодняшний день. Усталость настолько сильно пустила корни внутри неё, что поддержка парней сейчас была необходима. Мишель благодарно кивнула, отправив их тоже переодеваться. Развернувшись, девушка чуть не впечаталась в голый торс Брэндона. Закатив глаза на его двусмысленную гримасу на лице, она удалилась. Пока команда собиралась Мишель ожидала на улице такси, любезно вызванное Джастином. Тревога медленно уходила, пока редкие капли дождя оставляли следы на её голых плечах, и она подняла лицо к небу, встречаясь с этой прекрасной свежестью, тёплым моросящим дождём и ощущением внутренней свободы. Шумная компания вышла из здания, разрушая уединение Мишель, и вслед за этим Карлос накинул на плечи хореографа свою джинсовку. Ванесса прижималась к Джастину, будто кто-то его отбирает, и чуть ли не прилюдно занималась ласками. Мишель закатила глаза и услышала за спиной схожее фырканье. Она точно знала, кто не переваривает их также, как и она. — Первая машина приехала, кто поедет? — не успел Джастин сказать, как нашлись люди. — Я! — Я! Мишель переглянулась с Брэндоном, желающим покинуть это место также сильно, как и она. Он подмигнул ей и подошёл к машине. — Кто с нами? — У нас с Джозефом свои планы. Обещаем, быть в форме к следующей тренировке! — Мы подождём, — чуть ли не со змеиным ядом ответила Ванесса. Мишель с Брэндоном вдвоём сели на заднее сидение. Приятная приглушённая музыка в салоне автомобиля создавала ауру спокойствия, которое было сейчас так необходимо. Капли дождя стучали по стеклу, размывая вид и огни города. Сменялись пейзажи, вывески, дома. Мишель всматривалась в ночную красоту, довольствовалась теплом внутри такси и неосознанно радовалась присутствию этого саркастичного парня рядом. Это безумно расслабляло.

***

— Спящая красавица, ау. Мягкий шёпот бархатистого голоса ласкает ухо Мишель, но она не реагирует. Парень проводит рукой по её щеке, а хореограф лишь сонно бормочет и утыкается носом ему в грудь. Он невольно улыбается этой картине, умиляясь очарованию девушки, которая продолжает крепко спать на его груди, куда неожиданно скатилась во время поездки. — Устала девчонка, — развернувшись к ним, комментирует водитель, наблюдая за парочкой, — могу посигналить. — Не надо, — твёрдо отвечает Брэндон и убирает со своего лица прядь волос Мишель, которые мешают ему говорить, — она заслуживает отдых. Танцор выглядывает в окно: погода довольно испортилась, надвигалась настоящая гроза. Перспектива провести несколько часов в машине не казалась ему классной, и он осторожно коснулся плеча хореографа, массируя его лёгкими движениями, чтобы разбудить сонную красавицу. — Мы приехали, — чуть громче произносит парень, отчего та неохотно открывает глаза. — Эм? — издаёт она, медленно поднимая голову, и встречается взглядом с Брэндоном, — я уснула? — Немного, — он открывает дверцу машины и выходит первый, сталкиваясь с мерзкой погодой и прикрывая лицо от моросящего дождя. — Пойдём. Брэндон протягивает девушке руку, которую она крепко сжимает, и помогает выбраться из машины, а затем берёт её под руку и уверенным шагом ведёт внутрь. — Я могу дойти, спасибо, — нарушает тишину Мишель, когда они уже ожидают в холле лифт, а крепкая рука парня по-прежнему держит её за локоть, — мне приятна твоя забота... — С чего ты взяла? — он отдаляется, стараясь сохранять безразличное выражение лица. — Ты просто хреново чувствуешь себя. — Да? — уточняет она. — Мне это всё показалось? Они заходят в лифт, и Брэндон отпускает её руку. Этот жест становится возникшей между ними стеной. Мишель облокачивается на стенку, склоняя голову к парню. Она смотрит таким внимательным взглядом, изучает, сканирует его. Потому что Брэндон будто специально опять включает в себе гада, чтобы не понравиться ей, спрятать себя за этой маской. Сейчас он стоит рядом и что-то смотрит в телефоне, при этом делая вид, что её здесь нет. — Мне просто непонятно. Сначала твои издёвки, потом секс, потом наш уговор, что всё это значит? — смущённо начинает Мишель и поправляет серёжку, которая явно не запутывалась в волосах. — Брэндон? — Я не влюблён в тебя. Но ты особенная девушка для меня, — спокойным и ровным тоном сообщает он, отчего Мишель поджимает губы с некоторым сожалением, взявшимся из ниоткуда, — ты реально не выходишь из моей головы с того дня. — Какого именно дня? — уточняет Мишель, делая шаг вперёд, но тут лифт предательски открывает двери на этаже. — Пойдём? — С того самого, ты знаешь, — бросает парень это так холодно, что становится обидно. Мишель не понимает, почему его слова так сильно ранят, ведь он правда ничего не обещал ей, они просто спят иногда. И то, последние пару дней. Но знакомы они-то не пару дней. Что-то внутри задевает девушку так сильно, так мучительно. Головная боль усиливается от усталости и возникшего неприятного осадка. Что же хотелось услышать? Лифт снова напоминает звуком об остановке на пятнадцатом этаже. Брэндон кидает на неё равнодушный взгляд, что оскорбляет ещё больше. Она делает буквально пару шагов, как острая пульсирующая боль пронзает виски, от чего Мишель резко хватается за голову и чуть ли не оседает на пол. Крепкие руки парня подхватывают её за талию, заключая в объятия. Присутствие Брэндона рядом ощущается как-то иначе: не страстным желанием получить хороший оргазм на ночь, снять напряжение, а теплотой, идущей изнутри этого человека. Такое приятное обволакивающее чувство. — Эй, — он поднимает голову девушки за подбородок, с беспокойством заглядывая ей в глаза, — ты чего? Мишель прикрывает глаза, немного жульничая в этой игре. Она блестяще играет роль, ведь через минуту Брэндон подхватывает её на руки и знатно ругается матом, когда хореограф почти что падает в обморок. Но растерянность парня ей нравится, и она довольная обхватывает его шею руками. — Ты обманула меня, — говорит он с совершенно новой интонацией, как только притворщица открывает глаза, — ты совершенно подло поступаешь со мной. — Счёт 1:1, — шепчет девушка, — играю по твоим правилам. Она слышит и ощущает тяжёлый вздох сожаления вырвавшийся из груди танцора и улыбается про себя. Обыграть Брэндона его же путём — нужно уметь. На удивление, он несёт её прямо до номера и опускает уже у двери. Когда девушка смотрит в глубину его глаз, то на лице парня проскальзывают совершенно иные эмоции, будто она выиграла новый уровень, открывающий специальные возможности. — Прошу, останься, — шепчет Мишель, — пожалуйста. — Тогда мне нужно сходить за презервативами, — бросает он, — да и ты устала, я думаю, плохая идея. — Останься со мной, — боясь своих же слов, произносит хореограф и берет его за руку, — как в раздевалке. Без обязательств, секса и ещё чего-то в этом мире. Мишель уже ругает себя, прокручивая в голове оправдания своим поступкам, как он меняется в лице и ехидно улыбается в своей манере. — А что мы будем делать? — интересуется он. — Я бы поел. — Тогда закажи что-то, а я пока схожу в душ, — отвечает Мишель, прикладывая карточку и открывая дверь, — я хочу бургер с сырным соусом. — Мой хореограф не разрешает такое перед конкурсом! — театрально взмахивает руками Брэндон, продолжая улыбаться. — Она устроит мне такой скандал.

***

— Это что? — Мишель выходит из ванной комнаты, замечая разложенный на кровати почти весь ассортимент еды, явно не входящей в список одобряемой для людей, связанных со спортом. Брэндон, как собственник, обложившись подушками и в одних лишь штанах, поедает картошку фри, встречая удивлённый взгляд девушки. — Чего стоишь? Налетай, лапуля. — Я конечно об этом пожалею, — тихо шепчет Мишель и убирает полотенце с головы, забираясь на кровать. Брэндон протягивает салфетку и закрепляет её на груди хореографа. Они встречаются взглядами. — Испачкаешься, — на его губах усмешка, а в голубых глазах мелькают добрые искорки. — Пфф, — возмущается Мишель и берёт самый большой бургер, нахально надкусывая его, а соус, конечно, предательски капает на кровать, — фкусно. — Да, вижу я, — смеётся он и тянется за газировкой, — картошечку хочешь? Он подносит несколько долек картофеля фри, а девушка сопротивляется из-за набитого рта. В ответ она протягивает бургер, который парень знатно откусывает, а затем ещё и забрасывается картошкой. — У меня отличный метаболизм, — хвастается он, — кстати, там ещё мороженое в холодильнике. — Иди ты, — бросает она ему в ответ и хватается за креветки, — подай колу. — Тебе же нравится, — Брэндон даже не спрашивает, а утверждает это, как факт, — нельзя жить запретами, Мишель. — Да, ты прав, добился своего? Парень улыбается такой искренней улыбкой, манит своей теплотой и открытостью, побуждая тянуться к нему. Он замечает её взгляд на себе и, будто оправдываясь, говорит: — Днём я — брутальный самец, ночью я — воспитанный мужчина. Мишель лишь смущённо улыбается и продолжает поедать картошку, лишь бы не показывать, что ей безумно всё это нравится. Он нравится ей такой. Они продолжают свой вечер свободы, дурачась, шутя непристойные шутки и просто подкалывая друг друга. Где-то через полчаса силы их покидают, а время близится к полуночи. Мишель решает подвинуть репетицию на пару часов попозже и пишет об этом в чате, затем, отложив телефон на тумбочку, поворачивается к Брэндону. — Жарко, — прочитав её мысли, сообщает парень и снимает с себя штаны, — ты же не стесняешься? Мишель звонко смеётся. Чего им стесняться? Она толкает его в бок локтем, но Брэндон перехватывает руку и несильно заламывает за спину. Он нависает над ней, и в какой-то момент замирает и смотрит на неё таким внимательным взглядом. — Тебе тоже пора избавиться от пары вещей на себе, а ещё выключить свет. — Ты не обалдел? — возмущается Мишель, пытаясь сопротивляться ему. — Это мой номер. — Сделаю одолжение, — он возвращается на свою половину, встаёт и гасит свет, — о, наконец-то гроза. Мишель поворачивается и наблюдает как за окнами идёт стеной дождь. Свет в номере выключается, и лишь огни города, мерцающие сквозь размытые потоки воды на стёклах, да раскаты грома, озаряют комнату. Она натягивает своё любимое огромное одеяло до головы и закрывает глаза. — Спасибо, — чуть слышно шепчет девушка, когда чувствует подступающее чувство дремоты. — Не важно, что происходит с нами, мне всегда будет хорошо с тобой. Слышится очередной раскат грома, комната вновь на мгновение озаряется светом. Дождь сильнее стучит за окнами, даря долгожданный сон и чувство умиротворения. Брэндон утыкается в её спину, крепко обнимая, а Мишель делает вид, что не замечает этого жеста, пока засыпает в уже родных объятиях. В ощущении полной безопасности и комфорта.

***

Мишель просыпается около десяти. Вторая половина кровати оказывается пустой, что совершенно не удивляет её. Приятные воспоминания минувшей ночи и колоссальный заряд энергии поднимают настроение с утра. Она быстро собирается и спешит на тренировку, когда, проходя мимо номеров парней, замечает на комнате Брэндона значок чистоты, который горничная вешает в основном перед сдачей номера. — Простите, — обращается к горничной девушка, привлекая к себе внимание, — прошлого владельца номера куда-то переселили? — Так он съехал сегодня рано утром. А у нас ажиотаж перед финалом конкурса, номер сразу же забронировали. Мишель замирает, пытаясь осмыслить услышанную информацию, или чувства, которые одолевают её. Липкий комок стоит в горле, пробирающее неприятное чувство проходит в позвоночнику. Хореограф решительно достаёт телефон из заднего кармана джинсов и немного нервно набирает сообщение: «Ты где, Брэндон?»