Печать

      Я сжимаю ворот его рубашки так крепко, что треск ткани смешивается с моими надрывными всхлипами, нарушая тишину. Прижимаюсь к любимому телу, впервые осознавая как сильно я за ним скучала. Как сильно мне нужны его руки, тепло и запах. Запах табака и кедра — свежий глоток воздуха, в летнюю засуху, и я отчаянно вдыхаю полной грудью, наслаждаясь дьявольскими объятиями.        Размытым взглядом смотрю в яркие красные глаза и в кровавом холодном море ледяные айсберги тают под воздействием чувств, впервые проявляющихся в его взгляде. В глазах Люцифера бьются о берег волны беспокойства, радости и одновременно боли. Демон прижимает меня к себе за талию, бережно стирает мои слёзы большим пальцем, тянется к моим губам своими.       — Люцифер, — шепчу я, чуть отстраняясь и прогибаясь в спине, перевожу взгляд в сторону.       Дино сидел всё это время молча по другую сторону кровати, изучал скрещенные в замок руки, совершенно не выдавая своего присутствия. И на мгновение задумалась, почему демон не увидел его сразу.        — Ну конечно. — раздражительно фыркает Люцифер, отрывает меня от пола и сажает на кровать, — Куда же мы теперь без родственников?!       Дино переводит на него недовольный усталый взгляд, брови смыкаются на переносице, а губы тянутся в язвительной ответной улыбке.        — Выйдем? — бросает ему демон, накрывая мои ноги одеялом.       Ангел в раздражении выдыхает, молча поднимается и идёт к выходу вслед за демоном.       — Вы поговорите здесь. — скорее приказом, чем просьбой проговариваю я, устраиваясь в кровати удобнее, не отрывая взгляда от двух самых любимых мужчин.       Они замирают в метре от двери и синхронно оборачиваются на меня. Люцифер в удивлении вскидывает брови, а Дино расплывается в довольной улыбке.       — Этому она у тебя научилась? — ангел проговаривает так тихо, но всё же чтобы я могла его услышать.       — Если вам необходимо выяснить отношения — вы сделаете это при мне! — скрещиваю руки на груди, прекрасно понимая, что если их оставить одних, полетят перья.       С губ Люцифера срывается усмешка, он запускает руку в волосы и оборачивается ко мне. В алом взгляде мелькают тонкие ниточки довольства, лёгкое непонимание и удовлетворение, а я хмурю брови и сильнее прижимаю руки к груди.        — Оставлю вас, — Дино поворачивается к двери, но замирает и кладет ладонь на плечо демона, вынуждая его обратить внимание на себя, — она очень истощена, Люций, ей необходимо время. — демон коротко кивает, и брат скрывается за дверью.       Люцифер медленно, размеренно, хищной походкой приближается ко мне, а я почему-то вжимаюсь в металлические прутья изголовья кровати под его пристальным, прожигающим взглядом.       — Люцифер, — неуверенно бормочу, натягивая одеяло повыше.       Он молча садится на кровать и тянется ко мне. Грубые пальцы касаются щёки, и он заправляет прядь волос за ухо. И от этого, лёгкого, непринужденного жеста во мне взрывается бомба, рассыпая по телу мурашки. Проводит пальцами к подбородку и притягивает к себе.       — Люцифер, — останавливаю его, когда расстояние между нашими губами остаётся в пару сантиметров.       — Чёрт бы тебя, Уокер! — раздражённо фыркает, но не отстраняется, — Ты можешь заткнуться и поцеловать меня?       Распахиваю глаза, подавляя желание выполнить заветное, такое нужно действие нам двоим. Нервно кусаю губу, задержав воздух в лёгких и опускаю взгляд, сминая пальцами одеяло.       — Нам надо поговорить, — на выдохе, почти шепотом, собирая все силы, совершенно неготовая принять его реакцию на моё заявление.       С тяжестью, озлобленно выдохнув, демон поднимается с кровати, и, недовольно бормоча себе что-то под нос, подходит к окну.       — Люцифер, я… — запинаюсь, а к горлу подступает ком, — Я… Прости меня.       — За что, Непризнанная? — со злобными нотками ворчит Люцифер, всматриваясь в горизонт за стеклом.       Я не могу это скрывать. Да и он никогда не простит мне этого поступка. Невзирая на то, что между нами толком ничего не было, что наши больные недо-отношения запутывались с первого дня, а чувства, что мы так тщательно скрывали за своей гордостью, лишь выглядывали из-за спины и прожигали нас двоих изнутри. Меня по крайней мере точно. Люцифер никогда не простит мне этой слабости.       — Я… Я спала с Кира…       — Я знаю, — перебивает меня, всё так же смотря в окно, только пальцами сжимает подоконник до побелевших костяшек и хруста дерева.       Толстой иголкой в моё сознание врезается непонимание. Я сильнее натягиваю на себя одеяло, вжимаюсь в подушку, ожидая взрывной перечной волны. Но её нет. Нет лайма, нет корицы и даже тяжёлого дыхания демона, что заставляло вжиматься в стену, с надеждой раствориться в воздухе и больше никогда не видеть его ярости. Он не смотрит на меня, всё так же изучает пейзаж за прозрачным стеклом и только его спина в напряжении, бордовые перья пробирает мелкий тремор, а под пальцами с новой силой хрустит подоконник.       Я прекрасно помню его реакцию на Дино, прекрасно помню, как лайм разъедал своей кислотой всё моё существо. Я помню его взрыв, помню пылающие адским заревом глаза. Помню эти арктические айсберги, что возвышались в кровавом море.       Ничего. Ничего из того, что я ожидала увидеть на моё признание — нет.       Я ждала крепкую хватку на шее, все оскорбления мира срывающиеся с его уст. Разгром в палате и окончательная жирная точка, что разорвет наши недоотношения, отправив мою любовь к демону в небытие. Ждала, что он уйдет, окатив волной своей ярости, а я буду лежать, прижимая колени к груди, ронять на подушку горькие слёзы, прожигаемая чёрным перцем, запоминать быстро ускользающие вкусы его энергии.        Я выпутываюсь из одеяла, медленно и аккуратно на носочках подхожу к демону и обнимаю его со спины, утыкаясь носом в основание крыльев.       До боли родной запах терпкого одеколона чуть щиплет нос, вызывая непрошенные слёзы. Я стискиваю напряжённого демона в своих объятьях, и лучше бы он сейчас разнёс всю палату к чертям, перевернул небеса, наорал, да всё что угодно, чем просто молча стоял.       Его молчание медленно убивает, подступая со спины. Касается холодом, пробираясь под кожу, замораживая всё на своём пути. Всегда взрывной, не контролирующий свои эмоции демон — молчит. Дыхание его ровное и спокойное, только мышцы напряжены до предела, крылья непроизвольно дёргаются, и температура в теле поднимается, обжигая мои прикосновения.       Он медленно, почти не касаясь проводит пальцами по моим рукам, вынуждая ослабить хватку, поворачивается лицом ко мне, заключая мои щёки в свои горячие ладони и поднимает мою голову вверх.       — Я знаю. — тихо шепчет, снова стирая мои слёзы и убирая со лба прядь волос, — Я знаю, Вики. И то, что ты призналась в этом…       — Но…       — Замолчи! — рявкает, но тяжело вздыхает и продолжает, — Пожалуйста, помолчи хоть немного. — закрывает глаза, жмурится и снова смотрит на меня, не выпуская моё лицо из своих ладоней. — Я почти переспал с Ости. — смотрю на него в непонимании, сводя брови на переносице, — Я увидел в глазах Кирана всё. Видел тебя, его чувства и… То, что ты призналась мне сейчас… Я не трахал Ости с того момента, как… — замолкает, тяжело дышит не открывая глаз, лишь пальцами проводит по моим скулам.       — Как я появилась в школе? — тихо бормочу я, словно подхожу к разъярённому псу с попыткой его успокоить.       — Да, Вики, с того момента, как ты появилась в школе. — глотаю ртом воздух, а демон всё так же не смотрит мне в глаза, — Я сорвался. Сорвался, когда Киран пришёл сюда. Много чего произошло, Непризнанная, пока ты спала крепким сном. Она полезла, и я потерял контроль. Если бы я не посмотрел в её глаза... Если бы не искал повсюду твоего изумрудного взгляда... — он закрывает глаза и глубоко вдыхает, — Я сломался, Уокер.       Я тяну к нему руки, касаюсь ладонями его щек, провожу пальцами по скулам и только сейчас вижу, насколько демон устал. Темные мешки и тонкие почти незаметные морщинки в уголках глаз, потресканные губы, щетина, что плавно перерастает в бороду. Я глажу его щёки, скольжу пальцами к скулам и притягивая демона к себе, поднимаясь на носочки накрываю его губы поцелуем.       Он перехватывает меня под талию и в развороте сажает на подоконник. Целует нежно, без привычного напора, скользит языком по моим губам, а у меня дыхание сбивается. Его теплые ладони аккуратно пробираются под майку, касаются нежной кожи призывая таких родных бабочек, что вскоре будут биться о рёбра, просясь наружу. Демон придвигает меня ближе к себе, я обхватываю его талию ногами и углубляю поцелуй.       — Ты истощена. — шепчет Люцифер в мои губы.       — Плевать. — огрызаюсь я, притягивая его к себе, не желая отвлекаться на слабость в теле.       Я хочу его. Хочу здесь и сейчас. Насладится им сполна, хоть это попросту невозможно.        Губами чувствую его улыбку, он резким движением стягивает с меня майку и я вскрикиваю от боли, когда ткань проходиться по открытым ранам где должны быть крылья.       Люцифер отстраняется и обеспокоенно смотрит на меня. Медленно, точно выполняет самое кропотливое задание, где нужна полная концентрация, распутывает бинты, что опоясывают моё тело.       Чувствую, как его энергия вливается в меня, на губах яркой вспышкой оседает кардамон и тут же меняет свой вкус на мускат. С распростёртыми объятиями впускаю в себя его энергию, наслаждаясь до боли в груди любимыми вкусами. Она стала такой родной, будто всегда и была моей, и я представить не могу, как проживу без неё. Демон спокоен и сосредоточен. Я сижу не двигаюсь, жду когда он закончит. В горле пересыхает, а по телу медленно расплывается дикий огонь от его мимолётных прикосновений, концентрируя и усиливая все чувства. Бинты падают на пол, принося собой тихий звук, и мы смотрим друг другу в глаза.       — Люцифер, — в страхе шепчу я, переводя взгляд за его спину.       Демон оборачиваясь в пол оборота, застывает, как и я, словно нас заточили в камень.       Лёгкая волна вибрации прокатывается по помещению. Ещё ни разу — ни при жизни на земле, ни в своей бессмертной жизни — я не видела ничего похожего. Я охаю в изумлении и прикрываю ладонью рот в страхе спугнуть то, что сейчас заполняет всё пространство.       Наши энергии акриловыми красками смешиваются на мокром холсте. Цветным дымом они сливаются и кутаются друг в друге волнами. Графитовая, почти черная энергия Люцифера с острыми запахами кардамона, корицы и муската сливается с бледными, кремовыми клубами дыма моей энергии. Топлёное молоко взрывается маленькими вкраплениями ярких цветов, будто на белую гладь кто-то разбрызгивает краски пурпурных оттенков. Мелкими волнами проходят вспышки от яркого малинового до глубокого фиолетового, разнося вкусы лесных ягод. Будто бы в помещение кто-то закинул несколько дымовых бомб и они с тихим шипением обволакивают нас, заполняя всё пространство вокруг.       — Люцифер, — почти беззвучно шепчу я, но сухость во рту и ком в горле выдает хрип, — что происходит?       Демон оборачивается ко мне. Его глаза горят изумлением, а губы растянуты в улыбке, и я понимаю, что он видит это явление в первые. Так же как и я.       Не обращая внимание на происходящее за своей спиной, он касается пальцами позвонков меж лопаток и бережно притягивает меня к себе, уволакивая в поцелуе.       Я упираюсь ладонями в крепкую грудь в попытке его оттолкнуть, но демон лишь ближе прижимает меня к себе и я сдаюсь, подчиняясь теплу, что новой волной разливается в теле.       Некогда нежный и лёгкий поцелуй переходит в прерывистый и страстный. Ненасытно ловим губами дыхание друг друга, наслаждаясь такой необходимой близостью. Он скользит руками от талии к моим бёдрам и с небольшим нажимом на кожу придвигает меня к себе. Ещё ближе, так, что я чувствую его затвердевший член через ткань брюк.       Трясущимися руками расстегиваю черную рубашку и скидываю её на пол. Обхватываю его шею, когда демон одной рукой отрывает меня от подоконника придерживая за талию, а другой стягивает шорты вместе с бельем. Не разрывая поцелуй опускает меня обратно на холодную деревянную поверхность. Я расстёгиваю его ремень, пока Люцифер по-свойски изучает пальцами моё тело, от чего толпы мурашек следуют за его движениями, как за маяком.       Он отрывается от моих губ, перехватывает крепко запястья и заводит руки за мою спину, плавными нежными поцелуями спускается по моему телу, притягивая за ягодицы на край подоконника. Проводит языком по затвердевшему соску, чуть всасывает его губами, чем срывает с моих губ громкий раскатистый стон.       Он оставляет отпечатки своих чувств на моём животе тонкой красноватой дорожкой, втягивая губами кожу. Бабочки, бьющиеся в попытке выбраться наружу, превратились в рой пчёл, разорвавший меня изнутри. Каждый его поцелуй отзывался во мне вспышками восторга и желания.       Демон опускается на колени, оставляя влажные следы на косточке бедра, спускается губами ниже, разводя мои ноги в стороны. Я упираюсь ладонями в подоконник и прогибаюсь в спине, испуская короткий стон, когда Люцифер целует внутреннюю сторону моих бёдер, время от времени покусывая нежную кожу.       Он проводит языком между половых губ, сжимая пальцами ягодицы. Взглядом провожает каждый мой вдох и выдох, закусывание губы, и я пристально смотрю в алые глаза, утопая в демонической нежности. Громкий стон прокатился по комнате, отразившись от стен, вернулся ко мне волной наслаждения.       Каждое движение его языка по моим губам, каждое касание клитора приводит меня в дикий восторг. Я запускаю пальцы в его волосы и в упоении прижимаюсь плечами к холодному стеклу. Жар его дыхания опаляет возбужденное лоно, собирает горячее блаженство внизу живота.       Мой резкий вдох привлёк его внимание, и демон посмотрел на меня полным нежности взглядом. Я инстинктивно свела ноги, но он остановил меня, обвив их руками, и развёл сильнее в стороны. Кажется моё возбуждение можно почуять, увидеть и даже потрогать, оно окутывает с головы до ног, концентрируясь на кончиках пальцев. Люцифер медленно двигал языком, проникая внутрь, от чего я начала таять, буквально плыть рассудком от приятных ощущений.       Рой пчёл превратился в накатывающую волну оргазма, жаля и разрывая меня на мелкие частички, оправляя сознание обратно в холодный космос. Тело пробила мелкая дрожь от расплывающегося жара и я судорожно глотаю ртом воздух, пытаясь прогнать онемение в ногах.       Люцифер поднялся и подхватил меня, вынуждая обнять его ногами и руками. Я вдыхала его терпкий аромат, пока он нес меня к кровати.       Все ещё прерывисто дыша я потянула его на себя, когда спина коснулась холодной простыни и уволокла демона в поцелуе, собирая свой вкус с его губ.       — Ты истощена, Непризнанная, — шепчет Люцифер с ехидной улыбкой на губах, когда я трясущимися пальцами расстёгиваю пуговицу на его штанах.       — Плевать, — не в силах скрыть улыбки, целую демона.       Он перехватывает мои руки и убирает их мне за голову, останавливается в паре сантиметров от моего лица. Алые глаза неотрывно изучают меня.       — Ты сломала меня, Уокер.