Эй, Праздник!

— Итак, кто за то, чтобы Анаис стала капитаном нашей команды по квиддичу?       Четыре руки поднялись в воздух. Я в отчаянии спрятала лицо в ладонях и украдкой взглянула сквозь пальцы. Ну да, как я и думала. Оливия держала руку выше всех. Тайлер мягко улыбался, наблюдая за мной, и тоже голосовал «за». Два других охотника, помимо меня, переглянулись и согласились со всеми. Ожидаемый результат, если вспомнить, что это я занималась их обучением. — А мнение соперников учитывается? — весело крикнул Поттер, проходя в раздевалку. Гриффиндор освобождал поле для нас, но это не мешало им лезть в наши дела. — Холидей в капитаны! — поддержал Сириус, и я застонала, пытаясь сдержать смех. — Кыш отсюда, не подслушивайте! Вы вообще заинтересованные лица! — замахала руками Оливия. — Анаис, как капитан капитану говорю — не видать тебе теперь спокойной жизни! — снова воскликнул Поттер и быстро спрятался, пока Серебрянка не нашла чем в него бросить. Или, например, биту.       Я слабо улыбнулась гриффиндорцам и обратилась к своей команде: — Спасибо, ребята. Я постараюсь не подвести ваше доверие, хотя, честно говоря, боюсь до трясучки… Да, Оливия, не надо на меня так свирепо смотреть, мне ещё хуже станет! Первым делом нам надо провести тест для новых загонщиков и для тех, кто был в запасе. Сегодня же вечером напишу объявление в гостиной, ну, а пока… Тренируемся без них. Отрабатываем броски и финты, но старайтесь не переусердствовать — это наша первая тренировка. — Ну, вот, а ты говорила, что не сможешь быть капитаном! — Оливия хлопнула меня по спине и оседлала метлу.       Конечно, а куда мне ещё деваться… Ответственность, свалившаяся на меня, как на капитана команды, заставляла нервничать. С одной стороны — нужно подготовить команду, найти новых загонщиков, устроить для них испытание, разработать стратегии… А с другой стороны сидел наш староста, Лоран, и зудел про соревнование факультетов. Как обычно. Без остановки. Как будто я сама не имела мотивации.       Год только начался, а я уже была вся на нервах. — Мне кажется, я уже поседела от всего этого, — всплеснула руками я, меряя шагами Внутренний двор. Сидящий на бортике колоннады Сириус хрипло рассмеялся. — А как метаморфы понимают, что они состарились? — Они начинают ворчать на молодёжь и налоги, — фыркнула я и засмеялась вместе с ним. Но наше веселье прервали торопливые шаги остальной банды Мародёров. — Прости, Анаис, но нам позарез нужен Бродяга! — осчастливил Поттер. — У нас с ним крайне важное дело!       О нет, они снова что-то задумали. Я заткнула уши. — Не знаю и знать не хочу. Не впутывайте меня в свои неприятные пакости. — Обещаю впутывать только в приятные пакости, — шепнул Сириус и прижался к моим губам в долгом поцелуе. Джеймс наблюдал за нами со счастливой улыбкой. Блэк, наверное, был счастлив иметь такого друга, но мне вот лишние зрители не очень нравились!       Я осталась смотреть, как четверо парней убегали бедокурить куда-то в сторону грядок и полей для Ухода за магическими существами. Чуть позже я вспомнила, что после обеда у кого-то из Слизерина пройдут там занятия… Мерлин, помоги нам всем.       Пора было возвращаться в гостиную, так как у нас никаких занятий после обеда не было. Но вдруг на другом конце коридора замаячила фигура Слизнорта, и я резко сменила курс, чтобы не столкнуться с ним и его разговорами о Клубе Слизней. Упыря ему в котёл, я и обычных-то слизней не любила! И совсем не хочу входить в какой-то душный круг странной элиты…       Окольный путь вывел меня каким-то непостижимым образом ко Двору Трансфигурации. И там крутились слизеринцы. Некоторых я знала, но предпочла бы забыть. Проклятье, похоже, Сириус унёс с собой всю мою удачу.       В спину раздался свист. Я сжала палочку, но затем заставила себя расслабиться и нервно поправила синий галстук. — Эй, Холидей! — Чего, Нэйтан?       Я раздражённо обернулась, чтобы увидеть, как из группы зелёных мантий выходит студент. Высокий шатен, к которому я на четвёртом курсе неровно дышала и с которым наши отношения продлились ровно неделю. Тот самый первый опыт, о котором принято не вспоминать. — Помнишь, как мы с тобой встречались на четвёртом курсе?       Я закатила глаза. Ну, кто бы сомневался, что он начнёт про это вспоминать. Сейчас наверняка пройдётся по моим отношениям с Сириусом, ведь тот буквально плюнул в родовую честь и послал Слизерин куда подальше. Как такое оставить без внимания. — Ага, но надеюсь забыть как страшный сон, — съязвила я. К Нэйтану подошли его друзья, создавая численный и психологический перевес. Я вдруг вспомнила наш первый почти нормальный разговор с Сириусом после Чар. Тогда я тоже почувствовала себя загнанной в угол. — Настолько сильно хочешь забыть, что кинулась на шею предателю крови? Тогда я даже рад, что бросил тебя. Меньше грязи вокруг.       Ну, это уже край. Я глубоко вдохнула, подавляя желание высказать всё, что у меня кипело внутри. Нет, иначе я не буду ничем не лучше них. — Всё высказал? Свободен.       Я круто развернулась на каблуках и направилась прочь. Ещё не хватало мне выслушивать всякие глупости… Погодите, я действительно сдержалась и не нагрубила? Это прогресс!       Но не стоило обманываться. Нэйтан не единственный, кому наши отношения с Сириусом жить мешают. Будут и другие. И «бывшие», которых на счету Блэка куда больше, чем на моём, самые опасные.       Как будто мне других проблем не хватало… Я вздохнула, дописывая очередной свиток по маггловедению. Свободного времени вроде стало больше, чем на прошлых курсах, но домашние задания заставляли проводить часы за писаниной. Может, если отец увидит, как я хорошо учусь, он поймёт, что я способна на большее, чем просто перекладывать бумажки…       Рядом вздохнула Сесиль. Она уже сделала домашнюю работу по древним рунам и пыталась постичь что-то в рисовании. Но вскоре Силь досадливо отбросила уголёк и вытерла пальцы салфеткой. — Попрошу родителей подарить мне на день рождения фотоаппарат, — решила она. — Я не могу никак постичь пластику позы, это просто проклятие какое-то! — Может, тебе просто нужна модель для позирования? — изогнула бровь я. — Ты всё время пытаешься взять изображение из ума, попробуй взять что-то из жизни. — Да я бы хотела, но портреты не желают, чтобы с них писали другие портреты, а студентов я даже просить не хочу… — Мы найдём тебе модель, не беспокойся!       Силь слабо улыбнулась и ушла в спальню. Время было уже поздним. В гостиной оставалось всё меньше студентов, но я и не думала уходить, пока не сделаю всю накопившуюся домашку. Всё равно завтра выходные, я ещё успею выспаться…       Поэтому я продолжала скрипеть пером при тусклом свете. Статуя Кандиды Когтевран смотрела на меня с неким сожалением… Ну да, ведь это не ей нужно дописать ещё три свитка…       Я неслышно легла в свою кровать, когда за окном уже начало светлеть небо. Мне снилось что-то беспокойное, отчего я постоянно ворочалась с боку на бок. — Анаис? Анаис! Холидей, вставай!       С меня бесцеремонно содрали одеяло, и я тут же вскочила, суматошно оглядываясь. Что происходит?! Война?! Куда бежать?!       Передо мной стояла суровая Оливия, одетая в форму для квиддича… Квиддич! — Отбор в команду! — осенило меня, и я тут же начала одеваться. — Проклятье, куда делись носки?! — Да вот же они лежат на стуле, — заметила Серебрянка. Её взгляд был тревожным. — Анаис, с тобой всё в порядке? — Да-да, всё хорошо. Я просто допоздна делала домашку. — Снова? Но ведь у нас два выходных! Ты себя так в могилу загонишь. — Чепуха, Лив, не беспокойся, — я отмахнулась и снова попыталась натянуть левый сапог на правую ногу. Оливия недоверчиво хмыкнула, и я осознала свою ошибку. — Для заметки, чтобы ты поняла, насколько всё серьёзно: я впервые вижу у тебя круги под глазами. А ты, напоминаю, метаморф! — Да ну, — я взяла в руки зеркальце и сосредоточилась. Кожа порозовела, и круги под глазами ушли. — Подумаешь, не выспалась. — Уже какой раз? Год только начался.       Я поморщилась. Конечно, подобная забота трогала, но… иначе я не смогу убедить отца в том, что моя мечта реализуема. В том, что я сама могу выбирать своё будущее. — Спасибо, мамочка! А теперь побежали!       Конечно, завтрак я уже проспала. Ну, да ладно. Я наверняка не замечу, как пролетит время во время отбора.       На поле для квиддича мы прибежали последними. Игроки уже нервничали, но я пошутила о том, что это была первая проверка на стойкость. Непохоже, чтобы мне поверили.       Испытания заняли не один час — на позицию загонщиков пришёл почти десяток студентов со второго по седьмой курсы. И их всех надо было познакомить с правилами, с битой, посмотреть на их реакцию, на навыки полёта, взглянуть на их координацию в команде…       В животе постоянно урчало, но я притворялась, что ничего не слышу.       Наконец мы отобрали двух игроков: девочку с пятого и парня с четвёртого курса. Как выяснилось, они вообще оказались родственниками-погодками, из-за чего им было проще друг друга слушать. Если как следует их потренировать, то открывались хорошие перспективы.       Я хлопнула в ладоши, возвещая об окончании испытаний. Но стоило мне встать с лавочки, как вдруг мир немного поплыл перед глазами. Меня повело в сторону, однако я всё же удержалась на ногах. Оливия кинула ещё один встревоженный взгляд. — Всем спасибо за участие, ребята! Ребекка, Шон, добро пожаловать в команду. Остальные — возможно, вам ещё повезёт. Ещё раз спасибо, тренировка окончена! — Анаис, мы срочно идём в Большой зал. Я больше не могу смотреть на то, как ты себя загоняешь, — решительно заявила Серебрянка. Я поняла, что меня припёрли к стенке, и капитулировала. К тому же, желудок был согласен. — Хорошо-хорошо, я иду! Только не тыкай в меня палочкой, — отшутилась я. Но Оливия была предельно серьёзна. — Если понадобится, я тебя свяжу и буду тащить за собой.       Мы не стали даже снимать униформу — так уж Оливии не терпелось меня поскорее накормить. Хорошо ещё, что на мётлах не полетели.       По правде говоря, я опасалась подниматься в воздух, когда перед глазами всё кружилось. Кажется, я действительно немного переборщила с учёбой накануне. Ну, ничего, после обеда станет лучше, я немного отдохну. Главное, чтобы Сириус не узнал о том, что я не сплю ночами, иначе у меня станет ещё одной «мамочкой» больше. И как бы он не выкинул мои учебники в озеро.       Я занимала себя такими мыслями, пока отчего-то не врезалась в спину Серебрянки. Проклятье, из-за усталости я растеряла быстроту реакции. Что такое вообще происходит? — Какой позор — мы обязаны учиться в одних и тех же классах с предателями крови и есть из одних тарелок…       Только не говорите… Я выглянула из-за плеча Серебрянки и вздохнула. Да, это опять слизеринцы во главе с Нэйтаном. Да чего ему неймётся-то? За его спиной, но при этом будто немного в стороне, стоял ещё и Снейп. Отлично. Просто замечательно. — А знаете, что ещё хуже? То, что находятся волшебницы, которые готовы повиснуть на шее этих предателей. — Не хочешь есть из тарелки — можешь поесть из миски. Уверена, Хагрид тебе одолжит, если попросишь, — съязвила Оливия. Я заметила, как она потянулась к палочке, и положила руку на её локоть. Не хватало только устроить дуэль прямо перед Большим залом. Если кто-то увидит, с нас снимут баллы в лучшем случае, а Лоран, чуть позже, снимет нам головы. — Оливия, идём. Не трать на них время.       Краем глаза я увидела, как рядом крутится знакомый гриффиндорец… Питер! Значит, остальные Мародёры где-то неподалёку. Хвост обычно не отставал от них, оправдывая своё странное прозвище. Нэйтан тоже заметил его и презрительно усмехнулся. — Правда, лучше пойдём. Скоро здесь будет трудно дышать от любителей магглов и грязнокровок.       Слизеринцы скривили рожицы и гордо покинули нас. Вот и славно, пусть идут куда подальше… Иногда мне хотелось, чтобы кто-нибудь запер дверь их гостиной и избавил Хогвартс от них хотя бы на день. — Главное, парню своему об этом не говори, а то с него станется, — хмыкнула вдруг Серебрянка. Я вздрогнула. — Ой, я это вслух? — Такое бывает, если почти не спать три ночи подряд.       От запахов еды мой желудок заворчал ещё громче. Мы наконец сели за стол, по соседству с Сесиль, и девочки тут же принялись наполнять мою тарелку. — Вы что, я же лопну! Нет, пожалуйста, только не курица…       Но они были неумолимы. Я всерьёз начала опасаться, что после такого обеда метла меня просто не поднимет. Но еда всё ещё не заканчивалась… Полагаю, это моя расплата. — Не против, если я сяду рядом? — раздался тихий голос. Мы все трое замолкли и подняли взгляд, чтобы увидеть Питера Петтигрю. Почему-то без Мародёров вокруг он казался совсем другим человеком…       Я спохватилась и кивнула. Парень сел справа от меня. Силь и Оливия перекинулись взглядами, но затем пожали плечами и вернулись к обсуждению курса трансгрессии, который должен был начаться через месяц.       Наверное, трансгрессия была единственным предметом, по которому у нас с отцом не возникло разногласий. Он был уверен, что она нам пригодится в жизни, и к учебному плану у него вопросов не возникало… в отличие от маггловедения и ЗОТИ. — Тебе повезло, что нашла, кто за тебя заступится, — Хвост снова заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Я вопросительно на него покосилась. — Сириус сильный, он может тебя защитить.       «Ты же девушка, а девушка не должна быть сильной! Она должна быть хранительницей очага! Война и сражения — это удел мужчин. Зачем вам изучать атакующие чары в таком объёме? Лучше бы сосредоточились на целительстве…» — Говоришь прямо как мой отец, — скривилась я. — Я могу и сама себя защитить, Сириус тут не нужен.       Питер посмотрел на меня почти с восхищением, отчего возникло ощущение чего-то липкого… Я не любила, когда мне льстили или превозносили. Тебя оценивают по достоинству? Это приятно. Тебя начинают беспричинно нахваливать? Это настораживает.       Тем более, Питер был мне наименее знаком, чем остальные Мародёры. Он всё время оставался в тени. Может, это шанс узнать его лучше? — А ты сам? Ты же в Гриффиндоре, как-никак. — О, — нервно хихикнул парень. — Я тоже могу себя защитить, да. Все это знают, поэтому со мной никто не хочет связываться!       Его глаза забегали по Большому залу. Я подавила в себе недоверчивость. Я почти его не знала, зачем сейчас портить с ним отношения? Тем более, что он действительно обретался в компании Мародёров, а они, несмотря на своё раздолбайство, всё же хорошо учились.       Я пожала плечами, откладывая вопросы, связанные с Хвостом, куда-то совсем на задворки сознания.       В Большой зал с грохотом и хохотом ввалились Джеймс и Сириус. Следом за ними вошёл гораздо более спокойно и тихо Римус. Бродяга и Сохатый выглядели донельзя довольными — значит, где-то кого-то поджидал «сюрприз». — Хвост, вот ты где! — хлопнул его по плечу Джеймс. — Уже обедаешь без нас? Шустро! — Джеймс, а я хотел… — Дамы, ведите себя сегодня как паиньки и не попадайтесь на глаза Филчу! — Сириус самым наглым образом боком втиснулся между мной и Оливией и положил нам обеим руки на плечи. Серебрянка немедленно отползла от него подальше, но Блэк, похоже, этого и добивался. — Он с чего-то сегодня особенно злой… Не знаю даже почему.       В его серых глазах плясали бесята. Я постаралась улыбнуться как можно безмятежнее, чтобы ничем не выдать своей разбитости. Может, сварить какое-нибудь зелье, чтобы не хотелось спать? В горло кусок не лез, и я отпихнула от себя тарелки. — Возможно, потому, что кто-то заколдовал дверь в его кабинет, и теперь она шлёт любого, кто её касается, в далёкое путешествие, — предположил Джеймс. Взглядом он выискал Лили, обедавшую на другом конце стола, и тут же принял более выигрышную позу. — Или потому, что кто-то привязал колотушки ко хвосту его любимой миссис Норрис, — уголком губ улыбнулся Римус. — Эта бестия мохнатая мне все руки расцарапала, смотри, Праздник! — Сириус гордо продемонстрировал мне свои «боевые» ранения. Царапины были довольно глубокими, а некоторые ещё кровоточили. Видно, честь держать кошку выпала именно ему. — Неудивительно, что Хвосту так не нравится миссис Норрис, что он скрывался от неё в Большом зале, как мышь от кошки, — вдруг как-то странно подмигнул Поттер. Питер неуверенно хихикнул над его шуткой. — Сиди и не дёргайся, — сказала я Сириусу и достала свою палочку. — Ого, осторожнее! Не хотелось бы вдруг облысеть, — хохотнул Бродяга, с опаской наблюдая за моими движениями. — Сомневаюсь, что даже это уменьшило бы твоё непомерное эго. Не бойся, больно не будет. Моя мама была целительницей, она научила меня паре трюков.       Я взмахнула палочкой и произнесла заклинание. Царапины на руках Сириуса мгновенно перестали кровоточить и уменьшились в размерах. Довольная собой, я убрала палочку. — Можешь зайти к мадам Помфри, она продезинфицирует. — Да на мне всё как на собаке заживает, — отмахнулся Сириус. От его слов все Мародёры почему-то заржали.       Я снова почувствовала, как меня повело в сторону после использованного заклинания. По счастью, рядом оказалось плечо Блэка, на которое я и навалилась. Мгновенно смех смолк, и Сириус встревоженно подхватил меня. — Эй-эй, Анаис, что с тобой? — Да всё в порядке, просто… — Просто кто-то уже третью ночь почти не спит, — с намёком произнесла Сесиль. — Да ерунда это всё. — А недавно она чуть не свалилась в обморок на отборе в команду по квиддичу, — припечатала Оливия. Я промычала что-то неубедительное, понимая, что подруги теперь объединились с гриффиндорцами и у меня просто нет выхода. — Я делаю это ради своей мечты… — Ни одна мечта не стоит того, чтобы ты себя хоронила, — максимально серьёзно произнёс Сириус. — Так, всё. Девочки, проследите, чтобы она сейчас пошла и нормально поспала. Заколдуйте или напоите зельем, если не захочет. Хорошо?       К моему возмущению обе подруги кивнули. — А ещё друзья, называется… — Друзья на то и нужны, чтобы пинать навстречу правильным решениям!

***

      Под заботливым присмотром девушек мой режим сна более-менее пришёл в норму, правда, с Сириусом я стала проводить гораздо меньше времени. Квиддич и подготовка новых загонщиков забирали много сил, да и домашка никуда не исчезала.       Я даже почти не заметила, как пролетел Хэллоуин. Как так вышло, сама не понимаю, потому что Мародёры считали этот праздник своим профессиональным и обычно устраивали такое празднование, что весь Хогвартс содрогался.       Наверное, я просто снова с головой ушла в учёбу и даже не слышала, как по коридорам летал Филч верхом на стремянке. Сириус позже похвастался, что каждый Хэллоуин Мародёры заключают союз с Пивзом и масштаб их «шалостей» становился поистине пугающим.       А затем пришло время первого матча по квиддичу. Как назло, нас ждал Слизерин.       Я снова не спала ночами. Сначала потому, что пыталась продумать тактику матча, придумать, как ещё натаскать наших загонщиков, прикрыть слабые места… А потом не спалось уже просто из-за нервов. Но на этот раз я поступала умнее и не давала Оливии и Сесиль заподозрить что-то неладное. Метаморф я или кто, наконец?! — Ребята… Нет, команда! — взгляды моих товарищей по команде приковались ко мне. Так вот как, значит, Шейн чувствовал себя перед всеми… Я быстро собрала свои мысли в кучку. — Вы не хуже меня знаете, что матчи со Слизерином лёгкими не бывают… Но я верю, что у нас всё получится. Мы хорошо тренировались и мы все не обделены талантом. Оставайтесь собранными и сфокусированными на своих задачах — и мы победим.       Мы выполнили наш традиционный ритуал и, дружно выдохнув, направились ко входу на стадион, где уже шумели зрители. Вот и настал мой час испытания, как капитана… С некоторым удивлением я отметила, что у меня дрожат руки. Наверное, от нервов. Незадолго перед матчем я выпила животворящий эликсир, чтобы хоть как-то компенсировать почти бессонную ночь. — Пс-с, Праздник! — послышался громкий шёпот по ту сторону палатки. Я откинула полог, чтобы увидеть… Конечно же, Сириуса. — Что ты…       Бродяга не дал мне даже договорить и сразу поцеловал. Я закрыла глаза, отдаваясь во власть мягких губ. Уж что-что, а целоваться Блэк умел. Я почувствовала, как у меня закружилась голова, и отстранилась от него. — На удачу, — подмигнул Сириус. — Будь осторожна. Мы с Сохатым краем уха слышали, что Слизерин хочет сосредоточить свои усилия на тебе. — Слышали, вот как?       Бродяга крайне довольно ухмыльнулся. — Мы случайно оказались рядом, когда заколдовывали сектор их факультета. — Снова? — Эй, Анаис, ты идёшь?! — Оливия прервала нашу беседу. Ей хватило одного взгляда, чтобы понять, кто меня отвлекал. — Блэк, сгинь отсюда, Мерлином клянусь!.. — Спокойно, Серебрянка, уже ухожу! — фыркнул Бродяга и поцеловал в щёку на прощание. — Удачи. — Если он ещё и в нашу спальню заберётся, я точно его зачарую, — покачала головой Оливия. Я неловко улыбнулась, не став говорить, что именно это он и планировал когда-то.       Мы взлетели над стадионом. Ветер, бьющий в лицо, помог мне прийти в себя и сосредоточиться на матче. Зрители шумели так, что я едва слышала свои мысли…       Зелёный сектор трибун вдруг возмущённо загудел, в то время как остальной стадион покатился со смеху. Я обернулась, чтобы выяснить в чём дело, и увидела, как традиционная слизеринская змея вдруг окрасилась в ядовито-розовый цвет. Издали она вовсе напоминала сосиску.       Мадам Трюк не стала дожидаться, пока на трибунах наведут порядок, и свистнула, давая старт. Ну, понеслась. — Первый матч кубка Хогвартса начинается! Новый капитан Когтеврана, Анаис Холидей, быстро подбирает квоффл и устремляется в атаку… Успела ли она выстроить для своей команды нужную тактику, чтобы обыграть Слизерин?       Да уж, сама бы хотела узнать ответ на этот вопрос! Сначала голос комментатора раздражал меня, но затем я почти перестала обращать на него внимание, когда передала мяч другим охотникам.       Борьба складывалась напряжённой. Мы не смогли развить атаку, и Слизерин открыл счёт. Но я сказала себе, что сдаваться ещё рано, и вскоре нам удалось отыграться и даже выйти вперёд.       Слизерин играл не в пример подло. Как и говорил Блэк, они сосредоточили свои усилия на мне. Наши загонщики отгоняли от меня бладжеры практически беспрерывно. — Отдавай мяч по-хорошему, Холидей! — рядом оказался Нэйтан, такой же охотник, как и я. Снова он!       Я не стала обращать на него внимание и прижалась к метле, наращивая скорость. Но вдруг я почувствовала какой-то странный рывок, и меня чуть не сбросило вниз. Раздался гневный свист мадам Трюк!       Этот гад схватился за хвост моей метлы!       И хотя ему не удалось меня скинуть, опасная атака прервалась. Момент был упущен.       Счёт уже достиг ста очков, когда я решила сменить тактику. Они так сосредоточили на мне внимание? Хорошо! Я воспользовалась этим, чтобы облегчить дорогу остальным охотникам. Стоило только квоффлу оказаться в моих руках, как я делала вид, что буду прорываться к кольцам, а в самый последний момент резко ныряла вниз и кидала мяч в сторону, передавая его своим товарищам.       Слизеринцы тоже перестроили тактику и лишили меня возможности перекидывать на других охотников. Кольца были уже близко, и я понимала, что это хороший шанс забить гол. Но вокруг было слишком много игроков, чтобы уклониться от них обычным способом.       Оставалось только одно.       Я встала ногами на метлу. В таком положении я могла непредсказуемо маневрировать. Лишь бы загонщики защитили меня от бладжеров, а остальное — дело техники. Перед глазами на секунду всё помутилось, но я строго запретила себе давать слабину.       Бросок!       Я с удовлетворением наблюдала будто в замедленной съёмке, как вратарь, купившись на мою уловку, летит в одну сторону, а мяч — в свободное кольцо.       И тут я почувствовала сильный толчок.       Моя нога соскользнула с древка метлы, но я успела схватиться за него руками. Спокойно! Нужно только закинуть ногу обратно!.. В голове почему-то словно клубился туман. А затем кто-то в меня влетел, и я зажмурилась, чувствуя, как быстро лечу вниз вместе с метлой.       Удар о землю вышиб из меня дыхание. Всё тело резко отозвалось болью, и было совершенно непонятно, что именно я себе сломала. В том, что перелома не избежать, сомневаться не приходилось. Я услышала резкий свист, останавливающий игру, и закрыла глаза, позволяя себе наконец заснуть.

***

      Проснулась я в Больничном крыле. Ожидаемо. После каждого матча подопечных у мадам Пофри становилось гораздо больше.       Я попыталась пошевелиться и почувствовала, как на руку будто кто-то перчатку надел. — Эй, она проснулась! — Капитан! — Анаис! Аккуратнее, ты мне ногу отдавил! — Праздник!       Кое-как разлепив веки, я увидела несколько лиц, склонившихся надо мной. Оливия, Сесиль, Тайлер и Сириус. Кажется, сзади толпился кто-то ещё, но всех растолкала мадам Помфри. — Посторонитесь вы, балбесы! Дайте мне поставить ребёнка на ноги, а потом уже будете языками чесать!       Блэк чуть не получил ложкой по лбу, но всё же далеко не ушёл. Мне помогли сесть на кровати и насильно заставили выпить какой-то ужасно противный на вкус настой. Я закашлялась. — Пей-пей. А ты думала, что все лекарства будто сладости? — хмыкнула медсестра и наконец удалилась. — Что… произошло? — с трудом ворочая языком спросила я. — Мы выиграли? — Этот гадёныш Нэйтан тебя с метлы скинул! — Оливия всплеснула руками. — Повезло, что всё обошлось лишь переломом руки. — Вернее, сначала тебя задел бладжер, — пояснил Тайлер, а стоявшие позади него загонщики залились краской. — А затем, когда ты держалась на руках, в тебя влетел Нэйтан. — Пусть он мне только попадётся, я его!.. — запальчиво произнёс Сириус, и я коснулась его пальцев здоровой рукой. — Не надо. Вся школа видела, что он сделал. Уверена, его нарушение не останется ненаказанным.       Бродяга раздражённо вздохнул. Но судорожно сжал мою ладонь. Я почти чувствовала, как ему хотелось выместить свои эмоции куда-нибудь… или на ком-нибудь. Но очередная драка не принесёт ничего, кроме неприятностей. — А матч? — Мы выиграли! — обрадовала Сесиль. — Оливия поймала снитч почти сразу после того, как тебя унесли с поля. — Я просто очень разозлилась. Мне казалось, что я вот-вот начну пламенем дышать, как венгерская хвосторога, а тут прямо перед глазами пролетел снитч, — Серебрянка скромно пожала плечами.       Я с облегчением выдохнула. Несмотря на то, что я оказалась на больничной койке, мы всё же выиграли. Я не такая уж и бесполезная в роли капитана…       Вокруг незаметно стало меньше народа. Остались только трое самых близких мне. Но вскоре Оливия кинула на Сириуса внимательный взгляд и тоже оставила нас, забрав Сесиль с собой. — Воркуйте, голубки, — бросила она с лукавой улыбкой.       Бродяга покачал головой. — Ну, Праздник, заставила же ты меня поволноваться. Одно только в толк не возьму: почему ты так не хочешь, чтобы поговорил с Нэйтаном? Твои девчонки рассказали, что он уже не в первый раз тебя цепляет. Я бы тут же объяснил этому уроду… — Сириус снова начал горячиться, и я поспешила его прервать. — Драка ни к чему не привела бы. Он этого и добивался. Весь Слизерин спит и видит, чтобы добиться твоего исключения из школы. Поэтому они и хотели раздраконить тебя и вывести на эмоции. Ты бы устроил дуэль, а уж кто-нибудь позаботился бы о том, чтобы в нужный момент рядом оказался преподаватель.       Я в упор смотрела в серые глаза Блэка, надеясь, что он тоже поймёт эту простую истину. Нельзя поддаваться гневу, иначе ошибок не оберёшься… Наконец Бродяга усмехнулся и взъерошил мне волосы. — И в кого ты такая умная, детка… Повезло мне, что ты рядом и не даёшь мне делать совсем страшные глупости. — Всегда к вашим услугам, — улыбнулась я и получила лёгкий поцелуй в краешек губ. — Поправляйся. И не вздумай даже не выспаться здесь. Учёба переживёт пару дней без тебя.       Я взглянула на бинты, которыми была обмотана вся моя правая рука. Сомнительно, что в ближайшую неделю я смогу хоть что-то написать, так что… А почему бы и нет? Когда ещё выдастся такой случай совершенно легально пропустить несколько дней? Я поудобнее устроилась под одеялом и клятвенно пообещала Сириусу начать высыпаться прямо сию минуту.

***

      Вскоре после выздоровления наступили рождественские праздники. Обычно я проводила их дома, но в этот год решила остаться в Хогвартсе. До отца каким-то образом дошли слухи о том, что я встречаюсь с Сириусом, и он был, мягко говоря, недоволен. Поэтому я осталась в школе, сославшись на свою травму и необходимость наверстать упущенное.       Мне очень не хотелось выслушивать в очередной раз, что я веду себя «неподобающе». Порой казалось, что до полного разрыва отношений остаётся совсем чуть-чуть… Наше взаимное упрямство умела сгладить только мама, но так не могло продолжаться вечно. Когда-нибудь разлад произойдёт, но не на Рождество.       Сесиль я подарила альбом для рисования, как давно уже грозилась, а Оливии — миниатюрную фигурку румынского длиннорога, которой ей не доставало в коллекции. В ответ я получила флакон духов и маггловскую книгу о юриспруденции.       С подарком для Сириуса дела обстояли немного сложнее, но, в конце концов, моя Винд принесла мне маггловский журнал с мотоциклами и, куда ж без них, красивыми девушками. В дополнение к его коллекции над изголовьем кровати. — Ты просто нечто, детка, — хохотнул Бродяга, быстро пролистывая его. В Большом зале было шумно и людно. А уже завтра здесь останутся немногие. — Нечасто девушки дарят своим парням… э-э, других горячих девушек. — Нет, если не нравится, я подарю его кому-нибудь другому! — я шутливо потянулась за журналом, но Сириус отвёл его подальше. — Ну, уж нет! Теперь это мой журнал!       Он перехватил меня за запястье и заставил упасть в свои объятия. — А это тебе, Праздник.       Блэк протянул мне небольшую записную книжку в чёрном кожаном переплёте. Размером она была с ладошку и очень легко помещалась в карман. Я аккуратно взяла её и пролистала её. Чистые желтоватые страницы приятно захрустели. Тем не менее, я была озадачена. Для Бродяги такой подарок был слишком… простым. — Она попытается откусить мне нос или что похуже? — я изогнула бровь, изо всех сил стараясь не замечать, как рука Сириуса переместилась на мою талию и по-хозяйски там устроилась. — Ха, нет, можешь выдохнуть с облегчением. Смотри-ка!       Парень достал из своего кармана почти такую же книжку, а из сумки — перо с чернильницей. Я с возрастающим любопытством наблюдала за ним.       Сириус открыл свою книжку, обмакнул перо в чернила и вывел знакомым размашистым почерком: «Анаис Холидей любит неподражаемого Сириуса Блэка». — С самомнением у тебя, как всегда, всё в порядке, — хмыкнула я и всё же почувствовала, как щёк снова касается румянец. — Значит, в остальном ты согласна? — тут же ответил Сириус и хитро улыбнулся. Я закатила глаза. — А теперь открой свою тетрадь.       Я подчинилась и увидела на первой же странице ту же самую надпись, что Блэк только что вывел. Вот это да! — Что? Получается, две тетради связаны между собой заклинанием отражения — что написано в одной, проявляется в другой! Поразительно! Как ты научился этим чарам?       Сириуса позабавил мой восторг и, надо думать, немало польстил. Он фирменным жестом откинул пряди со лба и довольно улыбнулся. — Детка, я же Мародёр. А это значит, что я чертовски хорош во всём.       Сидящий за его спиной Джеймс заржал и чуть не подавился пуддингом. Переведя на него взгляд, я также заметила тщательно спрятанную улыбку у находящегося рядом Римуса. — Сдаётся мне, ты чертовски хорош в хвастовстве, — я лукаво прищурилась, и Сириус сразу состроил самую обиженную мордашку. — Но подарок классный! Спасибо, ребята!       Я улыбнулась остальным Мародёрам и в знак извинения поцеловала Блэка в щёку. Теперь благодаря этому блокноту мы сможем общаться даже во время каникул! И не придётся гонять сов. Уверена, тот огромный филин, который служит Сириусу, разгромил бы нам дом просто назло моей Винд.       С наступлением праздников в Хогвартсе стало непривычно тихо и пусто. Оливия и Сесиль уехали к семьям, Джеймс и Сириус тоже. Вернее, Блэк, конечно же, не вернулся к своей матери, а поехал к дяде, который принял его у себя как родного сына. Бродяге казалось, что Альфарду становится всё хуже, и он хотел побыть с ним, пока ещё есть время.       Если вдруг семейство Блэков поголовно накроет икота, я знаю, кто тому причиной. Да и если меня начнут вспоминать за рождественской бутылкой бренди, я тоже наверняка почувствую. Надо будет заглядывать в записную книжку…       Я с улыбкой погладила кожаный переплёт. Когда я думала о Сириусе, его подарок казался мне тёплым, как будто нагретый его рукой. — Ах, юность! Лучшая пора жизни… — я вздрогнула и увидела рядом с собой улыбающегося профессора Дамблдора. — Первые успехи, первые неудачи и первая любовь. — Добрый день, профессор, — я поспешно спрятала книжку, будто она была чем-то запрещённым. Мне казалось, что мои самые глубокие чувства и мысли увидел кто-то посторонний, и это смущало.       Директор перевёл взгляд на большую ель, которую украшал Флитвик вместе с другими студентами. — Не нужно стесняться своего счастья, мисс Холидей. Любовь — самая великая и чистая сила. Она меняет людей к лучшему. Думаю, вы и мистер Блэк благотворно влияете друг на друга. — Я… боюсь, наше чувство не настолько великое и чистое. Может, это лишь школьная влюблённость…       М-да. Сказал бы мне кто хотя бы день назад, что я буду говорить о делах амурных с Дамблдором, я бы покрутила пальцем у виска. Однако что только не случается на свете… Директор взглянул на меня своим знаменитым мягким взглядом поверх очков, и мне сразу стало спокойнее. Он действительно желал добра, не стоит его бояться. — Каждому чувству нужно время, чтобы вырасти. Я надеюсь, что однажды ваша любовь превратится в прекрасный цветок… Берегите её.       Я кивнула и сжала записную книжку в кармане. Чем больше я слушала Дамблдора, тем сильнее верила ему. В груди поселилось нечто светлое и тёплое. Хотелось летать и смеяться, и это чувствовалось правильным. Так и должно быть.       Директор неспешной походкой направился на помощь Флитвику и намурлыкивал что-то себе под нос. Я проводила его взглядом. Что бы ни ждало меня дальше, я знала — этот год в Хогвартсе останется в моей памяти самым светлым.

***

      Вторая половина года прошла более спокойно, чем первая.       Сириус вернулся позже, чем закончились рождественские каникулы, — его дядя Альфард скончался прямо на следующий день после праздника. Блэку пришлось организовывать похороны и занимался он этим почти в одиночку, так как вся семья отвернулась от них, назвав предателями крови. Сириус в долгу не остался и назвал их так же нелестно. Летом он планировал жить в унаследованном доме.       Моей одержимостью учёбой внезапно занялся Римус. Говорил, что ему очень знаком этот порыв зарыться с головой в учебники. Он помог мне составить план нагрузок, и некоторые дни мы проводили вместе в библиотеке. Естественно, Бродяга сначала ревновал, но затем я объяснила ему смысл наших посиделок и заверила, что ничего пикантнее, чем обсуждение магических свойств китайской жующей капусты, мы не делаем.       Сириус тут же успокоился и даже, кажется, стал относиться куда теплее к Римусу. Как-никак, Люпин в какой-то мере ради него старался!       Иногда я пересекалась с Лили Эванс, но мы обменивались дежурными репликами и не вспоминали откровения в Астрономической башне. Девушка всё так же прохладно относилась к Джеймсу, но и Снейпа не подпускала к себе близко.       Мародёры? А Мародёры продолжали свой нелёгкий труд по нарушению всех школьных правил. Ключи завхоза обросли крыльями и улетели, в лестнице вдруг оказалась дырка, замаскированная фальшивой ступенькой, а из подземелья стройным маршем выбежали котлы и бодро направились в сторону грядок. Зачем им это было нужно, одному Мерлину известно. Но Филч начал седеть не по возрасту.       Что касалось моих успехов как капитана по квиддичу… Всё складывалось даже лучше, чем я ожидала. Новые загонщики, чувствуя вину за первый скомканный матч, почти закрылись от меня, но после небольшого разговора по душам они вернулись на поле с ещё большей мотивацией, чем раньше. Оливия помогала мне тренировать команду и нам удалось удивить Гриффиндор парой неожиданных трюков в финале. Разрыв между нами снова был минимален, но в конце концов Серебрянке удалось выхватить снитч у их ловца.       Кубок ушёл к Когтеврану, и команда на радостях чуть не свалила меня на землю, кинувшись обниматься. Сириус поздравил меня чуть позже, в более личной обстановке.       Гриффиндор победил в соревнованиях факультетов, Когтевран уступил всего несколько очков. И это очень всех удивило. Каким образом гриффиндорцы победили, учитывая «подвиги» Мародёров, оставалось только гадать. Наверное, каждое своё штрафное очко они компенсировали на уроках, хотя и сложно в это поверить.       Экзамены были сданы, и я покидала Хогвартс с тяжёлым сердцем. Откуда-то пришло осознание, что такого беззаботного года больше не будет. Ситуация в мире постепенно накалялась, все эти убийства магглов так называемыми «Пожирателями Смерти»… Они не могли не тревожить. Совсем скоро мы покинем школу окончательно и встретимся с этой неприглядной частью взрослой жизни. — Чего тоскуем, Праздник?       Сириус пробился сквозь толпу студентов, ожидавшую на платформе, и приобнял меня за плечи. Я почувствовала лёгкий поцелуй в висок. — Думаю о будущем… Следующий год будет решающим. За лето мне нужно убедить отца в правильности своего пути. Без его поддержки мне ни за что не убедить Министерство в необходимости реформ, но он не хочет даже слушать меня… — Ты справишься, я уверен в этом. А если нет… то и боггарт с ним, с твоим отцом и его консерватизмом!       Я почти с испугом уставилась на Сириуса. О чём он, во имя Мерлина, говорит?! — Моя семья не смогла указывать мне, как жить. Так и ты не давай отцу решать всё за тебя. Ты способная девочка и сможешь построить свою жизнь без его поддержки. А я буду рядом. — Легко говорить, когда у тебя есть свой дом и счёт в Гринготтсе. Если я поругаюсь с отцом, мне будет некуда идти. — Иди ко мне!       Я прямо как стояла, так и замерла, не веря своим ушам. Нет, я знала, что Сириус импульсивен, мягко говоря, но чтобы настолько?! Да, мы с ним уже оба были совершеннолетними и знали друг друга не первый год… Но переехать к нему? Окончательно расстаться с родителями? Начать новую самостоятельную жизнь?       Я испугалась, и Блэк заметил страх в моих глазах. — Ну, не съем же я тебя, в конце концов! — расхохотался он. — В моём доме есть отдельные комнаты. Правда, там нужно прибраться, но в остальном жить можно. Рано или поздно тебе придётся начать самостоятельную жизнь без помощи родителей. А я предлагаю тебе самый мягкий вариант. Подумай, Анаис.       Сириус редко называл меня по имени, но когда он так делал, то все мои аргументы против резко теряли в весе. Какая-то странная реакция на любимый голос, произносящий моё имя…       Я задумалась. Через несколько секунд я начала видеть в его предложении не только минусы, но и некоторые преимущества… Родители открыли в Гринготтсе счёт на моё имя, и там лежала небольшая сумма. На некоторое время её хватит. И Сириус, в отличие от отца, не станет мешать мне изучать «бесполезные» книжки. К тому же, я знала, что Бродяга не обидит меня и не даст обижать никому другому. А с родителями я рано или поздно помирюсь… — Я подумаю об этом, — серьёзно кивнула я. — Спасибо, Сириус.       Вместо ответа он легко поцеловал меня в уголок губ.       Раздался свисток, разрешавший студентам рассаживаться по вагонам. Бродяга снова помог мне с чемоданом, и мы разошлись по разным купе. Вскоре поезд помчался в сторону Лондона. Навстречу последним летним каникулам.