Извне

      Говоря в защиту Блейк — было много вещей, которые истощали терпение девушки-фавна. Когда она проснулась утром, её руки все ещё болели. Потому что мазь, которую ей нужно было втирать в них, закончилась в лазарете.       И чтобы все стало еще хуже, этот идиот Винчестер умудрился толкнуть её после занятий — так сильно, что она врезалась в стену, и это снова заставило все нервы в ее руках вспыхнуть болью. Ей буквально пришлось сдерживать Янг от того, чтобы та не устроила какой-нибудь скандал, и только неосязаемая природа Жона не позволила его кулакам причинить хоть какой-нибудь ущерб лицу Кардина.       Как и следовало ожидать, Янг не согласилась с её желанием избежать неприятностей, и ей явно не понравилась мысль о том, что Блейк может игнорировать очевидные издевательства. В этом плане она была похожа на Жона… ни один из них, казалось, не понимал, что для Блейк издевательства становились таковыми только в том случае, если она позволяла им на себя влиять. Колкости Винчестера и его пассивно-агрессивные выходки только выставляли его идиотом в её глазах, и тот факт, что он фокусировался на ней, не был для неё чем-то важным.       К тому же это, похоже, это немного снизило уровень издевательств по отношению к другим фавнам, что было плюсом. Если ему действительно нужно было найти объект для своих оскорблений, то пусть это будет она — ведь ей просто было наплевать.       Но вся эта ситуация все же понемногу истощала её терпение, и именно поэтому она согласилась на идею поехать в Вэйл, даже в то время, когда это должна была быть спокойная пятница. Это должно было быть время для отдыха, для того чтобы отвлечься от всей ерунды, происходящей в Биконе.       И оно таковым бы и стало, если бы не Вайсс, которая вела себя как самая настоящая стерва.       — Ты обвиняешь его в принадлежности к Белому Клыку только из-за его расы, это дискриминация!       — Простите, что я права почти во всех случаях, он уже вор - следующий шаг для него может быть только в Белый Клык.       — О Боже, — простонал Жон, словно рухнувший прямо в воздухе, — как вы двое можете продолжать эту тупость?!       — Почему, по-твоему, фавны вообще были вынуждены пойти на такие меры? — она проигнорировала мертвого подростка, сосредоточив свои золотистые глаза на своей напарнице, которой ей больше всего хотелось дать пощечину. — Ты думаешь, они хотели всего этого?       — Не вижу причин, почему бы и нет. Они перешли от мирных протестов к похищениям и казням довольно быстро! — беловолосая девушка развела руками, словно приглашая других высказаться. — Это не самый маленький переход, Блейк.       — Это из-за расизма других людей, таких как Кардин, таких как ты – ты такая же негодяйка, как и тот фавн-обезьяна.       — Блейк… серьезно, негодяйка? Я не знала, что мы оказались в каком-то костюмированном сериале.       — Заткнись к черту! — рявкнула Блейк.       — Не смей так со мной разговаривать, — закричала Вайс, явно приняв слова Блейк на свой счет, — я твоя напарница!       — В чем твоя проблема вообще?       — Моя проблема? — Вайсс горько рассмеялась, подходя к открытому окну. — Моя проблема в том, что Белый Клык воюет с моей семьей уже много лет, Блейк, ведёт самую настоящую войну. С кровопролитием, когда люди, просто выполняющие свою работу, оказываются убиты – члены семей пропадают. Дети умирают по их прихоти.       С каждым словом Блейк чувствовала, как её собственные силы слабеют. Всё не… не должно было так закончиться, они ведь начинали с мирных акций, но никто их просто не слушал.       — Если бы ПКШ не был так жесток к своим работникам-… — начала она, но Вайс обернулась и указала на неё пальцем.       — Если бы постоянная угроза смерти не висела над головой каждого работника ПКШ, они не были бы такими злыми по отношению к шахтерам. Ты думаешь, все те люди, которых мы нанимаем, изначально расисты? Ты серьёзно так думаешь!?       — Я-…       — Конечно же нет. Они научились быть настороже по отношению к фавнам, потому что те, кто этого не делал, оказывались лицом вниз в лужах собственной крови! Ненависть идет в обе стороны, Блейк, и мне надоело слышать, как мою семью выставляют виноватыми во всём.       — В этом она права, — сказал её проклятый спутник, что только вонзило нож в сердце ещё глубже. — Возможно, одна сторона была виновата в том, что всё началось, но теперь обе стороны виноваты в том, что это продолжается.       — А что касается заработной платы фавнов – ты думаешь, мы держим их в клетках? Наши зарплаты самые высокие из возможных, почему, по-твоему, столько людей у нас работает!?       — Они все равно ниже, чем у обычных людей. Платить больше, если этого все равно недостаточно, не делает вас хорошими ребятами.       — И то, что другие платят фавнам еще меньше, не делает нас плохими! Хочешь кого-то обвинить в том, как мало им платят? Обвини остальной мир, потому что мы платим больше всех! — Вайсс со стуком ударила рукой по тумбочке, сбив книги на пол. — Наши шахтеры – работники, не рабы. Если они хотят уйти, они могут это сделать в любой момент. Они сами решают остаться.       — Потому что им больше некуда идти.       — И почему это стало нашей виной!? Почему мы должны быть за это наказаны?       — Почему мы должны страдать из-за ваших споров? — вздохнул Жон, кивая в сторону Руби, которая мялась в нерешительности, и Янг, которая устало сидела в соседнем кресле. — Зачем вы вообще спорите? Мы даже не знаем, был ли этот магазин ограблен фавнами.       — Ты хочешь знать, почему я так ненавижу Белый Клык, почему я не доверяю фавнам? — прошипела Вайсс, повернувшись к черноволосой девушке. — Потому что они воры, преступники и убийцы.       — Ну, может, если бы вы нас просто послушали, нам не пришлось бы переходить к таким действиям! — эти роковые слова вырвались у неё изо рта, прежде чем она успела их осмыслить или хотя бы попытаться сдержать их.       Вайсс отступила на шаг, поднимая руку, что могло быть воспринято только как защитный жест.       Её глаза резко повернулись влево. Руби, широко раскрыв серебристые глаза, смотрела на Блейк с каким-то чувством, которое та не могла понять. Янг поднималась с кресла. Даже Жон смотрел на неё с шоком.       — Бле-… — слова не успели слететь с губ Янг, когда Блейк бросилась бежать, распахнув дверь плечом и понеслась по коридорам.       Нет, нет, нет! Не может всё так закончиться — не после того, как она так долго скрывалась, не будучи обнаруженной. Просто не может.       — Блейк! Подожди! — крикнул ей вслед голос, но она только увеличила скорость, словно, если она побежит достаточно быстро, то сможет убежать и от него.       Стены и двери размылись, прежде чем превратились в сверкающие звезды и темное небо. Её дыхание стало рваными хрипами, мышцы протестовали против резкой нагрузки.       — Ты закончила? Ты же понимаешь, что не сможешь меня перегнать… — он парил перед ней, с немного смущенным выражением лица. — То, что ты там сказала…?       Она рассмеялась, звук был надломленным и хрупким. Даже сейчас он хотел получить какое-то подтверждение, как будто он уже не знал правды. В конце концов, она практически всё всем сказала. Вместо ответа она подняла руку и сняла бантик с волос, позволив им свободно опуститься, а два кошачьих уха дрогнули на прохладном ночном воздухе. Это были те части её самой, которые, казалось, она никогда не сможет скрыть.       — Да… это правда, — сказала она, когда её светочувствительные глаза легко привыкли к слабому освещению, — моя грязная маленькая тайна.       Жон поморщился, на мгновение выглядя неуверенно, прежде чем плавно опустился на землю. Его ноги мягко коснулись пола.       — Эй, не надо так… — он ухмыльнулся, — я думал, что это я был твоей грязной маленькой тайной?       — Ты моя извращенная маленькая тайна, — фыркнула она, хотя и расслабилась оттого, что он не стал требовать у неё объяснений. Конечно, она знала, что он их хотел… да и, чего уж там, все хотели.       — Я думал, что это была "Ниндзя любви"?       — Хватит говорить, Жон… — он сделал жест, как будто застегивал рот на молнию, и при этом начал почему-то медленно вращаться в воздухе, совершая полный оборот против часовой стрелки, что вызвало у неё лёгкое головокружение.       Она когда-то спросила его, почему он делает такие вещи, так легко попирая законы гравитации. Его довольно простой ответ "Потому что могу" не сильно ей помог.       — Мы едем в Вейл, — сказала она, когда они направлялись к посадочной площадки для Буллхедов.       Ей повезло, что шаттлы курсировали всю ночь, предоставляя услуги тем, кто оказался в затруднительном положении по какой-либо причине.       — Не возвращаемся в общежитие? — он выглядел неуверенным при этой мысли, хотя все равно последовал за ней – хотя, как она полагала, у него просто не было выбора.       — Я не думаю, что они захотят меня видеть после этого.       — Конечно захотят, — засмеялся он, — они же твои друзья.       — Больше нет, — эти слова сорвались с её губ шепотом, даже когда Буллхед взлетел, и Жон продолжал смотреть на неё так, будто она совершала какую-то ужасную ошибку.       Боги, как же она была глупа. Как она могла подумать, что её прошлое можно стереть всего лишь бантом и новым началом? Она хотя бы могла уехать в другое Королевство. Туда, где Белый Клык не так распространен.

× × ×

      — Эй, приятно видеть, что ты сняла бант, — раздался мужской голос неподалеку. И не Жона.       — Итак… — медленно протянул фавн-обезьяна, растягивая слово, чтобы заполнить паузу. — Ты часто так поступаешь?       — … — какой был смысл в этом вопросе? Она только что разрушила всё, что у нее было, лишилась возможности быть с своей командой - подвергла опасности своё пребывание в Биконе, - и делает ли она такое часто?       — Игнорирует тебя, кидая при этом грязные взгляды? — Жон заговорил непринужденно, пока его пальцы проходили сквозь его чашку с чаем. — Да, она делает это довольно часто.       Не делаю…       — Потому что всё, что ты делала, это игнорировала меня и бросала на меня вот такие же взгляды.       Она почувствовала, как желание разбить фарфоровую чашку об его лицо начало расти.       — Это место свободно? — спросил пожилой мужчина, подходя к ним. Блейк улыбнулась и кивнула, когда он забрал место, на котором сидел Жон, каким-то образом сбросив призрака на пол.       — Какой взрослый поступок, — пожаловался он, хотя она не смогла сдержать улыбку, которая появилась на её лице. Вот что он заслужил за то, что раздражал её.       — Так ты хочешь узнать обо мне больше, — вздохнула она, повернувшись к своему собрату-фавну, — я так понимаю, ты слышал о Белом Клыке?       — А кто о них не слышал? — засмеялся он. — Фавны, которые используют силу, чтобы добиться своего. Портят репутацию другим, кучка мерзавцев, если хочешь знать моё мнение.       — Да ты и сам не шибко далеко от них ушел.       — Я… была частью Белого Клыка, — к её удовольствию, он сразу понял, в какое говно наступил, закашлявшись и подавившись кофе.       — Я… — он откашлялся и пару раз стукнул себя по груди. — Обожаю этих ребят – отличные парни.       — Эй, Блейк… мне кажется, этому парню ты нравишься, — Жон потер подбородок, словно только что пришел к великому открытию, а глаза его расширились.       Блейк закатила глаза, желая, чтобы её бессмертный спутник был немного более проницательным.       Парни, что с них взять…       Оба блондина внимательно слушали, как она рассказывала о своей прошлой жизни и о том, как она связалась с Белым Клыком. В то время она была такой же бунтаркой, но всё это было ради правильных целей.       Сначала протесты… затем кража еды для голодных, взлом складов, чтобы добыть медикаменты для раненых шахтеров.       Даже тогда любая их преступная деятельность легко маскировалась под героическую.       Проблема была не в том, что они научились любить насилие… а в том, что преступные действия оказывались куда более эффективными, чем протесты. Вскоре они перешли от пикетов перед расистскими работодателями к разбиванию окон. К порче оборудования и надписям на стенах…       Когда более крупные компании показали, что не уступят, они перешли к более агрессивным мерам. А дальше всё просто… пошло по спирали. Вскоре они перестали задаваться вопросом, что делают, а те, кто вставал у них на пути? Они перестали быть обычными людьми, просто выполнявшими свою работу охранниками — и превратились во врагов.       — Паршиво, — сказал другой фавн, допив свой чай. — И твоя команда отвернулась от тебя, когда ты созналась?       Она отвернулась от его слов, не зная, что ответить.       — Скорее, Блейк сама решила, каковы будут их реакции.       — Они так прямо не сказали, — оправдывалась Блейк, обращая свой комментарий к обоим, — но было ясно, что они не обрадовались новостям.       — Ну, понятно… это же важные новости. Но это не значит, что ты была права, просто взяв и убежав.       — А они действительно это сказали? — Блейк с трудом подавила желание зарычать, когда Сан оказался таким же раздражающим, как и Жон. Серьезно, это что, какой-то клуб блондинов, которые должны спорить с каждым её словом? — Я имею в виду, что поначалу у меня тоже были проблемы с тем, чтобы быть фавном, но теперь моя команда в ладах с этим. Им просто нужно было немного времени, чтобы свыкнуться.       — Это не имеет значения, если Белый Клык стоит за ограблением в магазине, я должна выяснить. Скорее всего, это Торчвик или кто-то другой пытается, как обычно, свалить всю вину на фавнов. Если я смогу доказать, что это не Белый Клык…       Тогда, возможно, она сможет убедить всех, что нет ничего плохого в том, что она была его частью. Что с ней всё в порядке.       — Звучит как план, — радостно сказал Сан, грохнув чашкой по блюдцу. — И как мы это сделаем?       — Мы? — осмелилась спросить она, чувствуя, как мигрень уже начинала пульсировать в голове.       Одного блондина в её жизни было достаточно… она не думала, что сможет выдержать двоих.

× × ×

      — Тебе снова звонят, — кивнул он вниз на её свиток, который снова завибрировал - как происходило последние пять часов. Она подождала, пока вибрация не прекратилась, и только потом потянулась, чтобы выключить его. Может, они подумают, что батарея села… — Это нечестно по отношению к ним, Блейк. И по отношению к тебе тоже.       — Дело не в них, — возразила она, — дело в Белом Клыке, и это моё дело, и только мое.       На самом деле, его это тоже не касалось, хотя, очевидно, она мало что могла поделать с тем, что он таскался за ней по пятам.       — Ты собираешься к ним вернуться?       Как она могла ответить на это? Как она могла? Если бы только она держала рот на замке… она смогла бы игнорировать расизм Кардина неделями, но стоило только Вайсс открыть рот, и она сорвалась. Конечно, можно было бы свалить всё на давление со стороны Кардина, но истинная причина была в том, что это была Шни.       Если бы кто-то другой сказал эти слова, Блейк, скорее всего, просто проигнорировала бы их, бросив презрительный взгляд, и пошла бы дальше. Но она так привыкла бороться с Шни, что почувствовала необходимость спорить с Вайсс по поводу её мнений.       Мнений, которые, честно говоря, возможно, были даже немного оправданы… конечно, Шни должны ненавидеть фанвнов. Кто не ненавидел бы ту группу, с которой они вели войну?       — Возможно…       — Знаешь… — тихо сказал Жон, лёжа рядом с ней, подперев голову руками. — Думаю, я останусь с тобой, даже если ты не вернёшься. Просто чтобы ты не была одна.       — Как будто у тебя есть выбор, — усмехнулась она, всё ещё наблюдая за доками внизу. Если груз, о котором говорил Сан, действительно прибудет, это будет слишком большой наградой для любого преступника, занимающегося прахом.       — Да, ну… даже если бы у меня был выбор… думаю, я бы всё равно сделал то же самое.       Она скосила на него глаза, замечая, как он осматривает доки — его призрачные голубые глаза мерцали в лунном свете. Даже если бы у него был выбор? Она не была уверена, что он имел в виду, но ей это понравилось.       — …Спасибо, — тихо прошептала она, надеясь, что он этого не услышит.       Если всё пойдёт совсем плохо… если ей придётся уйти, возможно, будет приятно иметь что-то, что напомнит ей о команде, насколько бы больно это ни было. Она не хотела покидать Бикон.       — Эй, они уже здесь? — спросил Сан, плюхнувшись сверху на Жона, отчего тот возмущённо вскрикнул. Несколько кусочков фруктов покатились прочь от нераскаявшегося вора.       — Нет, — вздохнула Блейк, разочарованная его отсутствием скрытности, — их тут нет.       — Эм, — кашлянул Жон, — они как бы тут.       Что за…       Её голова резко повернулась к докам в тот момент, когда её уши уловили звук приближающегося Буллхэда. Прижимаясь к крыше, она наблюдала, как фигуры в серой броне спускаются по рампам.       Нет… чёрт.       — Это их великий и хитрый план — прилететь на Буллхэдах? Разве это не должно насторожить всех? Людей в соседних домах, полицию, службу регулирования воздушного движения?       Зачем? Зачем они здесь? Зачем им нужно такое количество праха? Прах не продаётся на чёрном рынке, особенно не переработанный прах компании Шни — она слишком опасна, да и её и так везде полно. Не может быть, чтобы это всё уходило на счета Белого Клыка…       Оставалась только одна возможность: её собирались использовать для боевых целей.       — Ты действительно думала, что это не они, да? — сказал блондинистый фавн рядом с ней, его голос был мягким и полным сочувствия.       Чёрт, чёрт! Вайсс была права. Чёрт.       — Эй, эй! Осторожнее с товаром, — раздался наглый голос, когда его обладатель, не спеша, спустился с рампы ближайшего транспортника. — Не знаю, заметили ли вы, но эта штука довольно взрывоопасна.       — Торчвик? — Сан присел, чтобы стать более незаметным. — Вполне логично, что он участвует в таком крупном деле.       — Это неправильно, — совсем неправильно… — Почему Белый Клык работает с таким человеком, как Роман Торчвик?       Они ненавидят людей, даже лучшим из них они бы не доверяли — так почему они должны доверять человеку, который стал международным символом обмана, Роману Торчвику? Это абсурд…       — Блейк? Она должна выяснить, что происходит, и единственный способ это сделать — спуститься туда.       — Блейк! — прошипел Сан, когда она прыгнула с крыши. За ней последовал Жон, когда она приземлилась рядом с ним. Это должна быть какая-то ошибка… может, это были мятежники из Белого Клыка?       Или, что ещё хуже, кто-то, кто нарочно оделся как они, чтобы Торчвик мог обвинить их в преступлениях? Конечно, некоторые из них явно были фавнами — но не все фавны были частью Белого Клыка.       — Блейк, какого чёрта? — ахнул Жон, когда она подкралась ближе к врагу, её спина прижималась к металлическому контейнеру, пока она выглядывала из-за угла. — Ладно, мы близко - точно достаточно близко, чтобы ты могла нормально разглядеть ситуацию. Теперь мы можем уйти?       — Перемещайте их на Буллхэды, наше появление было не совсем незаметным, так что у нас здесь небольшое ограничение по времени.       Некоторые фавны подняли свои маски, она даже заметила, как некоторые из них скривились, но, несмотря на это, они последовали его указаниям, привязывая длинные канаты к контейнерам. Её пальцы сомкнулись на рукоятке Гамбол Шрауда, когда тихо она опустилась на землю.       — Блейк… давай не будем делать ничего, о чём мы могли бы сейчас пожалеть…       — Братья из Белого Клыка! — закричала она, скрываясь за высоким преступником, держа свой клинок у его горла - что оказалось сложнее, чем она думала, учитывая его рост. — Почему вы работаете с этим человеком!?       — О, чёрт, — начал Роман.       — Ой, да пошла ты, Блейк! — перебил его Жон. — Вот это? Об этом я уже жалею!       Он парил над ней, находясь вне поля её зрения, но явно не мешал ей видеть ситуацию.       Она проигнорировала обоих, ещё крепче сжав рукоять, наблюдая за фавнами перед собой. Некоторые из них подняли своё оружие, когда она заявила свои намерения, но другие опустили его. Без её банта они, очевидно, узнали её как фавна, и она гадала, узнает ли её кто-то из них лично.       — Ну, братья? — громко повторила она. — Почему вы следуете за этим преступником?       — Блейк… твои братья… они, как бы, не слишком рады видеть свою сестру.       — Ты что, не в курсе, девочка? — рассмеялся человек, которого она держала в заложниках, совершенно не обеспокоенный тем, что его кадык прижимался к её лезвию. — У нас с Белым Клыком небольшое совместное предприятие.       Она хотела потребовать объяснений, но её уши уловили тихий щелчок — и только охотничьи инстинкты спасли её, предупредив вовремя отпустить его и отскочить. Земля между ними взорвалась, когда выпущенный из трости заряд коснулся её. Обломки бетона полетели ей вслед, когда она прыгнула в сторону. Сквозь дым что-то засветилось, и она сделала сальто назад, оставив клона, чтобы тот принял следующий удар.       — Похоже, ситуация обострилась, — его голос эхом раздавался из дыма с лёгким вздохом. Блейк кинулась в сторону, вскарабкавшись на ноги и пытаясь убежать от выстрелов преступника.       Чёрт, серьёзно — как это никто ещё не услышал?       — Я заметила, Жон! — вскрикнула она, когда горячий воздух от очередного взрыва обжёг её.       — О, правда? Это я слышу сожаление? Или ты просто признаёшь, что над твоей дипломатией нужно поработать?       — Да пошел ты, — пробормотала она, затаившись за контейнером и тихо приближаясь к Торчвику. Он так сосредоточенно палил по тому месту, где она только что была, что даже не заметил её… если бы только ей удалось сократить дистанцию и вступить в ближний бой, у него не было бы шансов.       — Выходи поиграть, киса, — насмешливо протянул он. — Эта мышка проголодалась.       Она следила за ним, притаившись, пока дым рассеивался. Дождалась, когда он полез в карман за очередной сигарой. Как только он поднял её к губам, она атаковала.       — О, привет, — поприветствовал он её, блокируя удар одной рукой и одновременно другой рукой спокойно прикуривая сигару, которую держал зубами. — Как приятно встретить тебя здесь.       Что?!       Блейк надавила сильнее, надеясь воспользоваться своим превосходством в физической силе и пробить его защиту, но ахнула, когда он с легкостью оттолкнул её назад одним движением, а затем тут же шагнул вперёд и направил удар ей в лицо. Между их оружием посыпались искры, и Торчвик весело рассмеялся, отводя и парируя её каждую атаку.       Несмотря на её тренировки и природную ловкость, крупный мужчина, казалось, без особых усилий успевал за каждым её движением.       Он лениво отразил очередной удар, а затем той же рукой, которой только что убрал зажигалку, резко ударил её в ключицу, отбрасывая её назад.       — Он тренировался как охотник… — прошептала она, тяжело дыша, а в этот момент Сан бросился в бой, отвлекая Торчвика. — Почему мне никто не сказал, что он прошёл обучение охотника?       — Ну это было довольно очевидно… — пожал плечами Жон. — Мы живём в городе, где большая часть детей достаточно сильны что бы убить обычного человека. Думаешь, если бы он не был подготовлен, его бы не поймали уже давным-давно?       — Мне не нужна твоя логика, Жон, — огрызнулась Блейк, с трудом поднимаясь на ноги. Боль хотя бы отвлекала от унижения, которое она испытывала. — Никто не мог предположить, что он обучен как охотник.       — Буквально все-…       — Никто! — Она смерила его таким взглядом, что Жон понял, что спорить дальше не имеет смысла. Возможно, это было самым мудрым решением в его жизни.       Сан издал глухой звук, отступая назад, и Блейк тут же оказалась на месте, отвлекая Торчвика, пока её напарник восстанавливал равновесие.       Рыжеволосый преступник продолжал смеяться, с лёгкостью держа её на расстоянии, даже не отрывая взгляда от Сана, который пытался зайти ему сзади. Блейк прищурилась, и когда следующая атака полетела в её сторону, она позволила клону принять удар на себя, выбив его из равновесия.       Сан заметил возможность, бросившись вперёд, но Торчвик лишь рассмеялся и увернулся, при этом одним движением своей трости выбив ноги из-под Блейк. Она упала, больно ударившись спиной о металлический контейнер, и сдавленно ахнула, когда воздух выбило из лёгких.       — Берегись, Блейк! Шевелись! — крикнул Жон, но она даже не стала открывать глаза, а просто рванула влево, как только услышала его слова. Что-то упало рядом, и вскоре произошёл взрыв, от которого прах и куски бетона разлетелись вокруг, подняв её в воздух и бросив вперёд.       — Чёрт… Сан вырубился! — услышала она.       Проклятье… Один её золотой глаз с трудом открылся, когда она закашлялась от окутавшего её дыма. Сан лежал на спине, явно не в состоянии продолжить бой. Но ещё хуже было то, что Торчвик спокойно шёл к ней, небрежно вращая тростью в одной руке.       — Знаешь, недавно одна такая же мелкая засранка помешала одному из моих ограблений. Я уже начал думать, что теряю хватку, — он легко отразил её удар, после чего его кулак врезался ей в живот. Блейк согнулась пополам, её тело склонилось на его руку, изо рта вырвался воздух вместе с каплей крови. — Спасибо, что доказала - это просто неудача.       Он схватил её за воротник и с лёгкостью швырнул в сторону. Она ударилась о бетонированную землю, кубарем прокатившись несколько метров. Гамбол Шрауд выскользнул из её пальцев когда она попыталась отдышаться.       Проклятье…       — Ну что, мелкая, кажется, для тебя это конец. Удачи в следующей жизни, — с ухмылкой произнёс Торчвик.       Нет… этого не может быть. Не сейчас, не когда у неё ещё так много дел. Она слышала его шаги, которые медленно приближались к ней. Слышала, как его трость стучала по асфальту. Одна рука упёрлась в землю, но под тяжестью её тела предательски дрогнула, заставив её снова упасть на спину. Она лежала, глядя в небо, и видела, как он спокойно идёт к ней, держа трость наготове.       Простите, ребята… Я облажалась, и теперь у меня не будет возможности извиниться…       Она закрыла глаза, не желая, чтобы он стал последним, что она увидит перед смертью. Вместо этого она думала о своей команде. О Руби, Янг, даже Вайсс… и об одном раздражающем человеке, которого почему-то никто больше не замечал.       Выстрел раздался совершенно неожиданно. Один, потом второй, а затем послышался взрыв, метрах в десяти от неё. Один золотой глаз приоткрылся, и она увидела, как Торчвик отскочил в сторону, отворачиваясь от неё.       Второй глаз открылся полностью, а её руки потянулись к груди, чтобы проверить, нет ли крови.       — А ты настойчивый, не так ли? — презрительно бросил Торчвик, но в его голосе чувствовалось раздражение. — Я постоянно тебя сбиваю, а ты продолжаешь подниматься.       — Сан? — хрипло выдохнула она, увидев его кроссовки. Фавн-блондин стоял перед ней, вертя в руках свой посох. Но… он же был выведен из строя. Или это было притворство? Он повернулся к ней, широко улыбаясь.       Но его глаза… Маленькие голубые огоньки горели в них, излучая мягкое свечение и слегка мерцая.       Это было что-то новое…       — Так, так, так… — протянул Сан, и его голос эхом отразился, словно говорили два человека одновременно. — Это что-то новенькое…