Ена

- Разве мы можем пойти? – Взвыла я. - А почему, нет? – Упрямо спросила Тара. – Нам дали отдохнуть до позднего вечера. - У меня плохое предчувствие! – Ответила я, сидя в ее комнате. Девочка крутилась возле зеркала в своем новом, довольно красивом, платье. - Помнишь, я рассказывала про сон? - Тот, где я умерла? – Буднично ответила Тара, не отрываясь от собственного отражения. - Именно. – Я кивнула. – Мы были в тех же нарядах. - Ой, да чепуха это. Я зарычала от непробиваемости девчонки. Она словно специально торопила всех в этот чертов лес. Нам сообщили новость всего десять минут назад, а Тара уже переоделась и готова была идти. - Если не хочешь с нами, оставайся! – Грозно сказала девочка, нахмурившись. – Я торчать здесь не собираюсь. В голове ожили фрагменты из сна, где обмякшее тело Тары лежит среди острых камней. - Ну уж нет, одна ты туда не пойдешь! - Так я не одна. – Смутилась девчушка. – Со мной Маркус и братец. - Ты поняла, в общем. – Ответила я, махнув рукой. Тара посмотрела на меня как на идиотку. *** Раз девчонку нельзя переубедить, то попробую хотя бы ребятам втолковать всю опасность ситуации. Примерно, я знала, где находится комната Рэна, но на деле пришлось побыть в шкуре слепого котенка. Только спустя семь ошибочно открытых дверей, я вломилась в нужную. Без стука. Без кашля. Почти как в облаве наркопритона. Что поделать, я торопилась. Как только ручка поддалась, а дверь со стуком ударилась о стену, я увидела комнату Рэна. Помимо кровати, рабочего стола, кипы книг и еще пары вещей, в центре стояли два полуобнаженных юноши. В штанах-джоггерах, они, с обнаженными торсами уставились на меня. Пару секунд я стояла как вкопанная, разглядывая то, чего видеть не должна была априори. Наверное, в этот момент мое лицо было самым идиотским за все время. Очнувшись, я сделала шаг назад и спряталась за стену. - Прости-и-ите, - пропищала я. – Просто дело срочное… Надо было постучать, но… - Зайди, а потом закрой за собой дверь. – Скомандовал Рэн. Помявшись на одном месте, я осторожно заглянула в комнату. Ребята успели одеться (жаль…). Теперь они стояли в подаренных синих камзолах. Как только дверь закрылась, я прокашлялась. - Ну, и чего молчишь, если дело, как ты выразилась «срочное»? – Скрестив руки на груди, спросил Рэн. Я посмотрела на парней и тут же залилась краской. - Что было, то было. Хватит краснеть, давай выкладывай. – Мягко вступился Маркус, сидя на кровати. - Сегодня нам не следует идти в лес. - Это почему? – спросил Рэн. - Недавно мне приснился сон. Очень нехороший. Если мы пойдем, с Тарой может случиться большая беда. - Тара – маг, в ее силах защитить нас всех, не говоря уже о личной безопасности. – Парировал ее брат. – Не смотри на нее, как на малышку. На самом деле, она тот еще хищник. - Я понимаю, но не хочу рисковать ее жизнью! – Выпалила я, заломив себе пальцы. - Не переживай, Ёнушка, - мягко сказал Маркус, - ни с кем ничего плохого не случится. Мы с Рэном об этом позаботимся. – Он ударил себя в грудь кулаком. Казалось, мягкие и вкрадчивые слова Маркуса должны были помочь, но во мне рос немой беспомощный крик. «Они не верят мне!» - Да как вы не понимаете! – Взорвалась я. - Тише, успокойся… - Взяв меня за плечи, спокойно сказал Рэн. – Не кричи так, гостей перепугаешь. - Вы не понимаете! – Уже сквозь зубы начала я. – Если мы пойдем, точно что-то произойдет! А вы, как два истукана, что ничего не слышат! - Ена, если хочешь, оставайся дома. – Ответил Рэн, отпуская мои плечи. Я раздраженно провела пятерней по волосам, развернулась и вышла, хлопнув дверью. «Тара не умрет. Не сегодня. Не со мной.» *** Я переоделась в красное платье. То самое, роковое платье из сна. Со шнуровкой мне помогла моя «замена». Девушка представилась Па́рией. Пока мне заплетали косы, я расспрашивала у нее о жизни во дворце. Она рассказала, что в стране Миллиарии пажами могут быть не только мальчики, но и девочки. Все они наравне выполняют свои обязанности перед высшими чинами. Почти как рабы. Пария из бедной семьи. Она добровольно ушла на «каторгу», чтобы ее родители смогли прокормиться. Сейчас ей почти шестнадцать. Из дома ушла в девять лет. Я и не задумывалась, как живут другие люди, вне стен жилого дома. Почему-то казалось, что в этой стране процветают все сословия. Ведь Павана и Корн из простых, незнатных родов. Больше информации из девушки я вытащить не смогла. Она и так боялась что-либо говорить или жаловаться. Наверное думала, что я расскажу об этом тому гадкому хранителю. Всем сердцем, я прониклась к этой девчушке. Поэтому, на прощание, я крепко-крепко ее обняла, прошептав пару добрых слов. Когда я вышла из своей комнаты, Пария с легкой улыбкой вытерла скатившуюся слезу. *** По лесным тропам мы уже шли минут двадцать. Маркус шел первым. За ним, приплясывая с корзинкой в руках, шагала Тара, затем гуськом плелась я, а Рэн замыкал наш «паровозик». Какое-то время все мы шли молча, вслушиваясь в трели птиц и шелест крон, а потом слово за слово, да и разговорились. В основном речь шла о будущем. Так, я узнала, что Маркус хочет открыть свою кузню и подарить Корну самый лучший меч, в знак благодарности. Когда я спросила, в чем же заключается его благодарность, он ответил, что Павана и Корн вырастили его как родного сына. Теперь я понимала: у этих людей не двое, а трое детей. Просто один начал самостоятельную жизнь. Дальше держать диалог предстояло Таре. Она не особо хотела говорить, поэтому просто сказала, что хочет обучаться магии дальше. Я заметила, что весь путь Тара вела себя странно: то наигранно веселилась, то шла как зомби, игнорируя любые вопросы, прямо как сейчас. Мне ответить на вопрос о будущем было вдвойне тяжелее. Я честно призналась, что не знаю, что ждет меня впереди. Последним был Рэн. Сначала он пробурчал что-то невнятное, но потом громко повторил: - Хочу быть писателем! Я и Маркус издали звук, мол «чего?!» Рэн, явно недовольный нашим ответом, махнул рукой и велел заткнуться. Меж нами снова повисла тишина. *** Весь оставшийся путь я была предельно сосредоточена. Во сне, настоящая «я» стояла в центре круга из массивных деревьев. Когда я спросила у ребят, есть ли такой здесь, они утвердительно кивнули, удивившись, откуда я о них знаю. Волосы на затылке встали дыбом, когда мы подошли к тому самому месту из сна. Повернув голову немного вправо, туда, где «я» наблюдала за происходящим, по рукам пробежались мурашки. - Мне нужно отойти. – Бесцветно сказала Тара. - Зачем? – Спросил ее брат. Она не ответила, но посмотрела на него многозначительным взглядом. - Понятно. – Кивнул Рэн. – Ена, сходите с ней… Ну… Я поняла, что мы вот-вот разделимся. - Может, ты потерпишь? – Чуть ли не умоляюще спросила я девочку. - Нет, не потерплю. – Ответила она, словно чужим голосом. Однако этот голос, видимо, слышала лишь я. - Да ладно тебе, Ёнушка. – Вступился Маркус. – Вы идите, а мы вас здесь подождем. «Не подождут. Они уйдут вперед и не услышат». - Нет, идем тогда с нами! – Скомандовала я. Парни уставились на меня как на умалишенную. Это действительно звучало неэтично, но времени что-то придумать не было. Тара начала канючить как совсем маленький ребенок, нарочно накаляя обстановку. - Ена! – Уже приказал Рэн. – Ну сходи ты с ней, это же не сложно! - Именно сейчас произойдет то, что произойдет! – Закричала я. – Я не хочу, чтобы Тара умерла! - Хватит нести чушь! – Ответно крикнул Рэн. – Тара, иди сама. Эта трусиха тебя не поведет. - Ладно! – Притопнув, ответила девочка. – Могли бы сразу сказать. – Она гневно уставилась на меня. «Да что с ней такое?!» Как только Тара свернула с тропинки к тому самому месту, юноши прошли немного вперед. - Вы куда? – Чуть ли не плача, спросила я. - Мы все еще здесь, трусишка. – Буркнул Рэн. – Просто осмотримся на этой поляне. Я повернула голову в сторону, куда ушла девочка. Когда поняла, что она полностью скрылась из виду, то взвыла от беспомощности и ринулась туда же. Я бежала так быстро, насколько это позволяла мне одежда. Такое чувство, словно мне специально дали неудобное платье, чтобы я не смогла нормально приподнять подол. Ветки хлестали и царапали лицо. Ноги путались в дурацком наряде, который только идиот наденет для прогулки в лесу. Я бежала довольно долго, даже пришла мысль, что я проскочила мимо маленькой девочки. Но благодаря сну, я знала, куда та направилась. Выбежав из леса, оказалась на пустынном краю, где росли лишь пару диких кустов с шипами. Девочка стояла почти на обрыве. Она повернулась ко мне и лучезарно улыбнулась. - Ена, ты все-таки не трусишка. - Тара, уйди оттуда! Сейчас же! Улыбка девочки тут же сникла. Она посмотрела на меня исподлобья с волчьим оскалом и начала прыгать на одном месте. Логически я понимала, что от веса этой дурехи кусок скалы не отвалится, но даже так, я уже́ ринулась к ней. Она же - маг, черт ее дери! Мне не хватило нескольких секунд, чтобы до нее добежать. Большая трещина пересекла линию между нами. Пальцами, еле как, я схватила Тару за запястье и попыталась вытолкнуть к себе, но не смогла, так как сама начала проваливаться вниз. Оползень. Нужно было принять решение за долю секунд: успеть выпрыгнуть, но отпустить девочку, или упасть вместе с ней, в надежде на лучший исход. Думаю, выбор был очевиден. Я подтолкнула малышку к себе, обхватив ее за голову и спину. Мы упали вместе почти с семиметровой высоты. Казалось, падение длилось вечно, но тут же я жестко приземлилась на спину, держа девчонку на животе. Затылок и спину пронзила острая боль, в глазах заплясали круги. После такого не выживают... Я громко вскрикнула от боли, но летящая на нас земля и камни, приглушили вопль. Как могла я закрывала собой тельце девочки. От грохота заложило уши. Грудь обожгло, и я отключилась. *** - Что на нее сегодня нашло? – Спросил у меня Маркус, сбивая какой-то палкой траву. - Понятия не имею. Она сегодня с утра взвинченная. – Я пожал плечами. – Наверное не выспалась. - Ну или потому что – девчонка, девочки всегда со странностями. – Ответил друг. - Опять вспоминаешь Тару с блинчиками, выпадающими из ее рта? – Я рассмеялся. - Тьфу-ты… Только стал забывать. – Почесав затылок, чертыхнулся Маркус. - Она всегда такой была. Просто при тебе, старалась выдавать лучшую версию себя. - Почему? - Ты ей нравишься, - признался я, - об этом догадывались все, кроме тебя. Маркус замер: - Да как же так?! Она же… Я же… вполовину старше буду. Я же по ее меркам старикан. - Нет, дружище, скорее кумир. – Я похлопал друга по плечу. – И да, даже потом, согласия моего не жди. - Да черт с тобой и этим согласием… - Ты только с ней помягче, когда отшивать будешь, хорошо? - Да у меня язык не дернется ее обидеть. – Искренне ответил Маркус. – Кстати-кстати… - Он посмотрел на меня исподлобья. – А чего это ты на Ену глазками стреляешь? - Какими глазками? – Поперхнулся я. - Ну, странными такими. - Чего?! Умереть захотел?! - А что, Рюшечке правда в глаза колет? – Сказал Маркус, подтрунивая. - Ничего я не… Я не успел договорить фразу из-за сильного грохота. Мы с другом быстро переглянулись и ринулись на шум. Пока я несся через деревья и царапающиеся ветви, вспомнил отчаянный крик Ены по поводу Тары. Это еще больше пугало, заставляя ускориться. Маркус отстал. Он бежал где-то сзади. Из нас двоих я всегда был быстрее. Свернув в ту сторону, куда ушли девчонки, я обернулся на друга: еще недавнее шутливое выражение его лица переменилось на серьезное и сосредоточенное. Спустя секунд десять мы чуть не свалились вниз. Я еле успел зацепиться за дерево. - Маркус, стой! – Крикнул я. – Обрыв! Он остановился в нескольких шагах от меня. Весь потный и запыхавшийся, друг подошел ближе, опустив глаза на гору камней и земли. - Ты ведь не хочешь сказать, что… - Он растерянно посмотрел на меня. - Быстро вниз! – Скомандовал я. Они не умерли. Пожалуйста. Они не умерли. *** Когда я открыла глаза, то минуту сомневалась в этом. Была полнейшая темнота. Где-то шумела вода. Я попыталась сделать вдох, но нос и горло тут же начали саднить. Дышать было больно. Воздух перемешался с пылью. Я хотела сделать воздушную прослойку, как учили в видеоуроках про выживание в экстренных ситуациях (спасибо мнительной маме), но корсет никак не получалось развязать из-за неподвижной правой руки. Я смирилась с этим, перекинувшись на другое, не менее важное дело. Во мраке, я стала шарить левой рукой по земле, в поисках Тары. Я попыталась произнести ее имя, но из горла вышел сухой хрип. На ощупь я нашла ее. Передвинувшись ближе, я как могла ощупала тельце, чтобы убедиться, что все его части на месте. Пульс тоже был. Когда я пыталась дотянуться до ее ног, то стукнулась лбом об острый камень, выпирающий с «потолка». Левый глаз начало заливать теплой кровью. Я попыталась вытереть ее рукавом от бесполезного платья. Всхлипнув, я тут же приказала себе замолчать. Послышались шаги. Я как могла прокашлялась и закричала: - Рэн! Рэн, мы здесь! Мы живы… - Вышло не так громко, как хотелось, но нас услышали. - Привет-с-ствую, третья. – Эхом раздалось в нашей ловушке. – А ты живуч-ч-чая… Правда, ненадолго… Я прижала ладонь ко рту, стараясь не делать глубокие вдохи. Шаги стихли. Я не выдержала. Панический вопль пронесся по небольшой площади. Видимо от него очнулась Тара. - Где я? – Прошептала девочка, закашлявшись. - Тара… Тара… У тебя ничего не болит? - Н-нет, вроде. Ена, - шмыгнув носом, прошептала она, где я? Где мы́?! - Мы под обвалом. Каким-то чудом, нас не придавило камнями, но мы все равно в ловушке. - В каком обвале?! Мы же были дома! – Девочка заплакала. *** - Пожалуйста, успокойся. – Прошептала я, сама еле сдерживаясь, чтобы не разреветься. – Здесь мало воздуха. Пару секунд мы молчали, а потом меня осенило: - Тара, колдуй! – Умоляюще сказала я, сквозь пыльный воздух. - Точно! Сейчас, Ена, я сейчас. Послышалось шевеление. Видимо девочка перевернулась на спину. Дальше были хлопки, щелчки, крик и чертыхания, не свойственные ребенку. - Не получается! Не получается! – Запаниковала она. - Успокойся и попробуй еще раз. - Ена, не выходит, я не чувствую магию. Ее нет! Я прикусила руку, чтобы Тара не услышала еще один всхлип. Я не знаю, что делать… - Так, ладно, импровизируем… - Решительно сказала я, закашлявшись. Я вытянула руки вверх насколько это возможно. Вышло почти во всю их длину. Я попыталась надавить ими потолок, но ничего, кроме пары кусков земли, упавших мне на лицо, не сдвинулось. - К-ха, не выходит… - С натугом ответила я. Тара молчала. Тогда я надавила на боковые «стены». Они поддались легче, но я сразу же об этом пожалела. Мы с Тарой были словно в карточном домике: уберешь одну стену, развалятся остальные, и тогда нас точно раздавит. Я сложила руки по швам и тихо выдохнула. Все тело болело. Из раны на лбу сочилась кровь. Затылок промок (я не знала от воды, пота или крови). Голова начала кружиться от нехватки кислорода. - Тара? Молчание. - Тара, ответь пожалуйста. Послышался хрип. Она еще жива. Я снова протянула руку по земле и схватила ее за ладонь. Облизнув потрескавшиеся губы, я закрыла глаза. - Мы отсюда не выберемся. *** Чтобы спуститься к основанию обвала, нам пришлось делать крюк. Мы бежали из последних сил. Легкие болели наравне с ногами, но ни один из нас не сбавлял темп. Они где-то там. Продержитесь еще немного. *** Не знаю сколько времени прошло, но, когда я открыла глаза, наш естественный саркофаг озарил красный свет. Дрожащими руками я достала из-под платья подвеску. Я, используя его как фонарик, осветила все вокруг. Тара лежала рядом со мной без сознания. Ее серебристые волосы окрасила кровь. Видимо рассечена голова. Девочка дышала, но очень слабо. Наше заточение было метр в высоту и примерно два в длину, а также, плюс-минус полтора в ширину. Мы лежали на утрамбованной земле, а над нами нависал «потолок» из камней. «Как так вышло?» Надо было срочно включить мозг, пока адреналин позволял двигаться. Я постаралась успокоиться, чтобы хоть как-то оценить ситуацию. «Так, у меня рассечена голова в двух местах. Руки и ноги вроде чувствую. Хотя, правая рука почти не работает. Кровь остановилась. Почему?» «Кристалл?» «Когда я очнулась в первый раз, казалось, что я умру от боли, но сейчас все хорошо...» «Кристалл лечит?» «Красный…» «Красный свет – это цвет исцеления» «В той записке было сказано не снимать его… Но если он поможет Таре…» Я попыталась расстегнуть застежку. Она покорно поддалась. Я подползла к девочке и надела на нее кристалл. - Исцели ее! – Приказала я, неестественным голосом. Камень заискрился бордовым. Через пару минут Тара открыла глаза. - Что… Что произошло?! – Она посмотрела на мою подвеску, лежащую на ней. - Он тебе поможет, - ответила я, закашлявшись. - Лежи спокойно. Воздуха все меньше. - Если он исцеляет, то может и магию вернет? – Неуверенно спросила Тара. - Попробуй, милая. Под красное освещение, девочка повторила хлопок. Она резко сомкнула ладони, сжала их, а потом быстро развела. Показалась искра. - Магия… - выдохнула она. – Слабая, но уже есть. Нужно лишь немного подождать. Пока мой кулон был у девочки, тело снова начало болеть. «Тара – наш путь к спасению, не я». Я лежала, стараясь терпеть боль. Я навострила уши. Послышались шаги. Кто-то бежал сюда. Это точно Рэн… - Эй! – Закричала я как можно громче. – Мы…, мы здесь! Сквозь толстый слой земли и камней послышался голоса Рэна и Маркуса: - Мы вас вытащим! - Потерпите еще немного… Звуки были приглушенными, я почти не слышала, что они говорили, в отличии от слов того, кто приходил сюда первым. Его фразы эхом разлетались вокруг нас. - Тара, ну что? - Думаю этого хватит. Нужно выбраться самим, иначе стоит им хоть камешек сдвинуть, мы превратимся в лепешки. – Она сказала это настолько серьезно, что у меня мурашки пробежались по телу. - Отойдите! – Крикнула я, в надежде, что меня услышат. - Я подам им сигнал. Не переживай. - Тара снова хлопнула в ладоши, сжала и разомкнула их: в центре образовался шар, который в ту же секунду вылетел сквозь щель и раздался грохотом где-то снаружи. - Теперь наша очередь. – Скомандовала девочка. – Моих сил, даже с твоим кристаллом хватит на один раз. Нужно сделать все четко. Тара быстро объяснила, что мне делать. Для начала она легла на меня. Хоть весила девочка немного, из глаз хлынули слезы от резкой боли в теле. Я снова закусила руку и замычала. - Теперь не шевелись. Я лишь успела повернуть голову, чтобы хоть краешком глаза видеть ее манипуляцию: Тара тихо соединила пальцы и по ним тут же пробежались искры, разрезая красный свет. - Будет громко. Это последнее, что она сказала. Дальше все было смазано: искры из пальцев превратились в настоящие молнии, а потом сильнейшая ударная волна снесла «потолок» нашего саркофага. На нас полетели осколки от камней, земля и прочий мусор, но все это сразу же сгорало, подлетая к нам. Дальше я помню только свое хриплое дыхание, яркий солнечный свет и чистый воздух. К нам подбежал Маркус и Рэн. Кто-то забрал Тару. Мне сразу стало пусто и холодно. Потом чьи-то руки коснулись моих щек и лба. Я усилием воли приоткрыла глаза: размыто, словно под водой, я видела очертания Рэна. Он склонился надо мной и что-то говорил. К сожалению, я не услышала его слов. Боль унесла меня далеко от юноши. *** Как только мы добрались до основания обвала, сразу услышали сдавленный крик. У меня от сердца отлегло, когда я его услышал. - Используем мой меч, - я указал на ножны, - как рычаг. - Рэн, это будет слишком долго, они задохнутся. Мы не знаем на каком они расстоянии от нас. – Он запустил ладони в волосы. – Тем более, стоит нам потревожить хоть один камешек, как может произойти новый обвал. - Что ты тогда предлагаешь?! – Сорвался на крик, я. - Не знаю, Рэн, не знаю. Внезапно раздался хлопок. Мы посмотрели в небо и увидели большой шар. - Маркус! - Да, я понял! Мы тут же отбежали на безопасное расстояние. Прошла минута, за ней две… Ничего не происходило. Я уже встал, как меня снесла с ног волна: огромный столп света взревел над кучей камней. Через несколько секунд он сник. Мы ринулись туда, оглушенные ударом. Забираясь по камням, первое, что я увидел, были две девочки, лежащие в крови, земле и пыли. Маркус немного подтолкнул меня, как я сегодня Ену. Я вышел из ступора, когда друг взял на руки маленькую Тару: она была вся перепачкана кровью и землей, а поверх ее изодранного платья свисал кулон Ены. Маркус кивнул мне и понес сестру к деревьям. Я же принялся убирать мелкие камни с лица другого, не менее важного для меня человека. Она выглядела намного хуже, чем Тара. Видимо, при падении приняла удар на себя: половина лица была залита кровью, на руках не было живого места, даже костяшки пальцев были содраны в кровь. Я попытался взять ее на руки, но она начала приходить в себя. - Эй…, эй…, эй…, ты меня слышишь? – Я легонько прикоснулся к ее щеке. Она с трудом открыла глаза. В них стояли слезы. Я попытался ей улыбнуться, но вместо этого на ее щеку упала слеза, а за ней другая: - Прости-и-и, - прошептал я, сквозь стон, - ты пыталась сказать, а я не верил. Сердце разрывалось. - Из-за меня чуть не погибла сестра и…, и ты… Пару капель снова упали на измученное лицо девушки, оставляя полосы на засохшей крови и, въевшейся в кожу, пыли. Она пыталась сфокусироваться на мне, но потом ее глаза закатились. - Если бы не ты, - прошептал я, - Тара бы умерла. *** Первое, что я услышала были птицы и шум ветра. Открыв глаза, я увидела Тару, лежащую рядом со мной на траве. Видимо магия забрала у нее последние силы. Я повернула голову в другую сторону. Это стоило огромных усилий: все тело болело, начиная от пальцев ног и заканчивая макушкой. Когда я сфокусировала взгляд, увидела Рэна, сидящего неподалеку. В горле так пересохло, что я даже закашлять безболезненно не могла. Видимо издав какой-то хрип, он обернулся и тут же подошел ко мне. - Ты как? – Сказал он так мягко, как только смог. Я молча посмотрела на него: почему такие красные глаза? Я не смогла сказать и слова, лишь указала трясущейся рукой на корзину, которую недавно несла Тара. - Воды? Я кивнула. Он быстрыми движениями, откупорил стеклянную бутыль и поднес к моим губам, бережно приподнимая голову. Я хотела выпить все до последней капли, но вспомнив о Таре, отодвинула ладонью бутыль. Немного воды вылилось мне на губы и шею. - Подожди немного, я вытру. – Тихо сказал юноша. Он достал полотенце, которое бережно положила Павана для нашего несостоявшегося пикника. Когда Рэн поднес его к моему лицу, в нос ударил запах ромашки. Невольно перед глазами все расплылось. «Наверное, подумает, что я, та еще плакса» - подумала я, пытаясь смахнуть слезы ладонью. Но моя рука наткнулась только на его. - Все в порядке. – Сказал он, сжимая мою руку. Я кивнула. - Ты меня слышишь? – С облегчением спросил парень. Я снова кивнула. - Как хорошо. Когда мы вас перенесли: что у Тары, что у тебя, уши были в крови. Испугались уже, что… - Он всхлипнул. Я сфокусировалась на лице Рэна, отгоняя боль в спине. Молча я пыталась гримасничать, мол «что случилось?» «Действительно, что же случилось…» - Это все из-за меня. Я уставилась на него испуганным взглядом. - Ты говорила, а я опять не поверил. «Понятно, винит себя» Я попыталась поднять свободную руку, но как только я ей шевельнула, меня словно ударило током. Я скривилась. - Эй, не двигайся, хорошо? – Попросил юноша. - У тебя сломана рука и скорее всего ребра. Я выдернула «живую» руку из-под ладони и дотянулась до его щеки. «Что было, то было» Он снова накрыл мою ладонь своей. - Прости… Я мотнула головой и слабо улыбнулась. Сейчас Рэн выглядел совсем не так, каким я его помнила: он уязвим, слаб и растерян. Отчасти, мне было приятно узнать в нем эту сторону, но больше всего, я хотела его утешить. Протянув руку к шее, я потянула его на себя. Рэн не сопротивлялся. Наверное, он подумал, что я что-то прошепчу, но я приподняла голову, отметая боль в шее, коснулась своим лбом его, после чего провела губами по его щеке. Моих сил хватило только на это. Сквозь сплошные пятна перед глазами, я пыталась разглядеть заплаканное юношеское лицо, но все очертания снова начали размываться. Перед тем, как снова исчезнуть, я почувствовала его прохладные губы на своих. Неплохой момент, чтобы умереть. *** Как только мы перенесли двух раненых в безопасное место, Маркус ушел за подмогой. Его не было уже полчаса. Я сидел, прислонившись к большому дубу и мял травинку. Периодически я поглядывал то на Тару, то на Ену. Обе, они лежали тихо и неподвижно. «Она меня возненавидит». С момента, как нам разрешили уйти, Ена злилась, кричала, умоляла остаться дома, но мы, действительно как истуканы, стояли и молча смотрели на все это. Сейчас, я не знал, выживет ли она и моя сестра… «Она меня возненавидит» «Я уже себя возненавидел» *** Послышался сдавленный стон. Я обернулся и тут же вскочил. Девушка, чьи глаза отливали янтарем, смотрела на меня. Когда я приподнял ее, она сверлила меня взглядом, полным тоски, но при этом пыталась улыбаться. От этого мне стало еще больнее. «Улыбается даже присмерти» Отпив воды, Ена попыталась подняться, но тут же скривилась. Сердце болезненно сжалось, и я сам нагнулся к ней. Ее холодный лоб, покрытый испариной, коснулся моего. - Не нужно так… - Прошептал я. Но она не слушала, лишь рывком дотянулась губами до моей щеки. Вышло смазано, потому что она тут же обмякла на моих руках. Не пожелав снова отпускать девушку, я, эгоистично, не спрашивая позволения, украл ее поцелуй.