Ена

«Я в коме или просто сплю?» Мне слышен каждый шорох, но глаза открыть не получается. Слышу Павану, слышу Маркуса… Недавно ушел Корн. «А где Рэн? Где Тара?» «Почему они не приходят?» Опять слышу Павану. Она выжимает мокрое полотенце. Телу холодно. Снова тепло. Тьма. Прямо как в той ловушке. Мне одиноко и страшно. Я не чувствую тела, но могу слышать все вокруг. Хочу проснуться. «Открывай глаза, ну же!» Слышу голоса. Павана и кто-то еще. Они рядом со мной: - А как же магия? Разве маги не могут помочь? - Она не такая, как мы с вами. – Сказал кто-то басом. - И как нам быть? Павана плачет? - Остается ждать. «Я жива…» - Ждать чего? «Да посмотрите вы, я тут!» - Ждать, когда она восстановится. Лекарства сделают свое дело, но остальное за ней. – Повторил бас. – Сломанное ребро задело печень, если бы осколок вошел глубже, девушка умерла бы на месте. Даже сейчас я не уверен, что маги смогли полностью залатать ее внутренности. - Не говорите так! – Грозно сказала женщина. - Я говорю как лекарь, а не как ваш друг. Готовьтесь к тому, что она, - повисла недолгая тишина, - в любой момент может умереть. «Я не хочу… умирать» - Я все поняла, спасибо вам. – Шмыгнула носом Павана. Бас ушел. Кто-то сел ко мне. - Не бойся, девочка. – Сказал женский голос. – Я же говорила, что мы тебя не дадим в обиду. Мы тебя вытащим. «Не плачьте, эй!» - Ты спасла мою единственную дочь. Ты не представляешь, ка́к я тебе благодарна. – Голос Паваны прерывался. «Говорите так, словно прощаетесь со мной...» - Знаешь, - продолжила женщина, - Тара уже очнулась и может говорить. У нее была сломана ключица, лодыжка и рассечена голова, но она выжила. Маги сказали, что она чудом уцелела. А этим чудом была ты. «Хватит. Прекратите говорить таким тоном.» Повисла тишина. Павана ушла. Не знаю сколько еще прошло времени, но кто-то сел рядом. «Рэн?» - Привет, Ена. – Послышался девичий голос. «Тара…Живая…» - Извини меня. – Тихо сказала она. – Знаешь, благодаря твоему кулону я быстро поправилась. Вообще, мне не разрешили вставать, но я тайком выбралась к тебе. – Она поднялась. – Пора вернуть ее тебе. На шею легла моя подвеска. - Поправляйся скорее. Братец себе места не находит. *** Мне снился сон. Хороший. Я иду босыми ногами по озерной набережной. Вода искрится от солнечных лучей. Я жмурюсь. Волосы развевает ветер. Я в легком хлопковом сарафане цвета сливы. Везде растут деревья, их листья шумят в моих ушах. Навстречу мне идет Рэн. Его штаны закатаны до колен. Туника, цвета слоновой кости трепещет на ветру вместе с непослушными волосами. Он идет и улыбается мне. На его щеках играют ямочки. Он протягивает мне руки, и я утопаю в теплых, уютных объятиях. Юноша кладет подбородок мне на макушку и еще сильнее стискивает мои плечи. Чувствую себя так, словно я и должна быть здесь - в его руках. Кроны шумят. Теплый ветерок ласкает кожу. Мы идем вместе по протоптанной дорожке и останавливаемся у дерева, где сидела Тара в нашу первую встречу. Рэн поворачивается ко мне и пристально смотрит в глаза. Его пальцы касаются моих плеч и плавно скользят до запястий. - Тебе пора просыпаться, милая. – Ласково сказал он. Я слегка опешила, выгнув бровь: - Зачем просыпаться? Мне и тут хорошо, с тобой. Юноша улыбнулся, запрокинув голову к небу. - Этот мир – фальшивка. - Не неси чепуху. – Буркнула я, взяв его за руку. - Ена, не будь такой упрямой. – Он снова посмотрел на меня. – Тебя уже давно здесь не должно быть, а ты все цепляешься. - Я не оставлю тебя одного. – Меня испугал его тон. - И не нужно, я же жду там, - он указал на горизонт, - по ту сторону. Я скривилась так сильно, что Рэн даже засмеялся: - Иди уже. - Но, как и куда? Ты сказал слишком размыто. - Хм, - он нахмурился, почесав подбородок. – Иди по тропинке. - А ты? – Снова спросила я, сжав его ладонь. - Я же сказал, что уже жду тебя. - Точно? Он улыбнулся и кивнул. Осторожным движением, он высвободил свою руку. - Не отпускай. – Пошептала я. - Не будь трусихой. Он нехотя сделал шаг назад. На лице заиграла горькая улыбка. Расстояние между нами увеличивалось. Я повернулась к нему спиной, и не оборачиваясь, пошла вперед. С каждым шагом тропинка размывалась, превращаясь в тонкую нить. Стараясь не соскочить с нее, я все же упала: - Я же просила не отпускать меня… *** С громким вдохом я подскочила на кровати. Голова закружилась. Восстановив зрение, я пробежалась глазами по комнате: это ни одна из моих спален. Стены были выкрашены в теплый зеленый, они контрастировали с темными полами и белой мебелью. В комнате было окно с тюлевыми занавесками. Они лениво вздымались и опускались, касаясь пола. В комнате уже было не так темно, как ночью. Рассвет. Я дотронулась до груди: сердце билось ровно. Пальцами я нащупала цепочку. Кулон был прохладным и светил бледно-красным светом. «Ты все еще лечишь меня…» Оценив свои силы, я встала с кровати. «С ногами все в порядке, уже хорошо» Неловкими шагами я направилась к двери. В коридорах было тихо. Все спали. «Может кто-то на посту?» Потихоньку, я направилась к главному коридору. На «ресепшене» горела лампа. Я осторожно выглянула и увидела дремлющего Маркуса. - Эй, - шепнула я, легонько толкнув парня в плечо, - Маркус, просыпайся. От неожиданности, Маркус хрюкнул и потер ладонями лицо: - Да, вам что-то подсказать? – Сонно протараторил он. - Маркус, это я. – Я заглянула ему в лицо. - Ох, ё! – Коротко крикнул он, но я тут же закрыла его рот своей ладонью. - Тише, разбудишь всех! – Сквозь зубы, ответила я. Он кивнул. *** Мы сидели на кухне. Маркус налил стакан воды, так как не знал, можно ли мне еще что-то кроме нее. Я в пару глотков его осушила. - Расскажешь мне все? Юноша громко выдохнул, почесав затылок: - Да, придется. Я поставила стакан на столик и посмотрела на восходящее солнце. - Когда мы вас нашли, - начал он, - вы обе – ты и Тара, были в очень потрепанном состоянии. Мы отнесли вас к деревьям, а потом я ушел за подмогой. Я рассказал о случившемся Корну и Паване, они доложили хранителю Теллуру, а тот в свою очередь отправил лучшего мага-лекаря и слуг вам на помощь. – Он перевел дыхание. – Тебя и Тару доставили домой. Рэн не находил себе места. Давно я его таким не видел. Бубнил, что это его вина и тому подобное. Тара быстро восстанавливалась, а вот с тобой были сложности: маги не могли «ухватиться» за твою энергию. Она ускользала, словно блуждающий огонек, так мне Павана сказала. - А дальше? – Спросила я, потому что Маркус замолчал. - Дальше тебе стало хуже. Я несколько раз заходил, чтобы проведать: ты лежала бледная, в синяках, порезах, вся в бинтах и марле. Лекарь разводил руками, говорил, что ты не протянешь и нескольких дней. Но потом, как только Тара прошмыгнула к тебе в комнату и отдала кулон, - он указал на подвеску, свисающую на моей шее, - ты стала поправляться. Я непроизвольно сжала кристалл. Мне показалось, что камень среагировал на мое прикосновение мягким сокращением. - Я слышала, как вы ко мне приходили. – Сказала я. – Павана, ты, Корн и Тара. Ах, да, еще какой-то лекарь. Но почему не приходил… - Рэн? – Завершил мою фразу Маркус. Я кивнула. - Он сказал, что не подойдет к тебе и на пушечный выстрел. В общем, он считает, что поверь мы тебе сразу, все бы обошлось. Винит себя во всем, что произошло. Я шумно выдохнула, смотря на растущее солнце. «Ты же сам сказал, что ждешь меня… Но при этом ни разу не пришел.» - Сколько я пролежала? - Два с половиной дня. – Медленно ответил Маркус, прокручивая в руках свой стакан. - Так, получается…, - я пыталась просчитать дни, - сегодня день рождения королевы? - Да. – Кивнул друг. - Есть что-то еще, что ты не рассказал? – Я немного наклонилась в его сторону. Он нахмурился, а потом с выпученными глазами уставился на меня: - Точно! – Его осенило. – Когда тебя принесли, хранитель сказал, что ты действительно та, кого все ждали. Я уставилась на Маркуса в полном недоумении. - Тара же рассказывала тебе историю нашей страны? Я кивнула. - Так вот, помнишь, она говорила о хранителях? Сейчас их два: первый хранитель – Теллур, второй хранитель -Косте́л. Раньше хранителей было три: Теллур, Костел и Доротея. Последняя из хранителей предала королеву и сбежала. Оставшиеся хранители искали ее, но не смогли, потому что она перенеслась в другой мир – в твой, Ена. У меня отвисла челюсть, но Маркус продолжил: - У каждого хранителя есть особые силы, но какие никто не знает… - Стой, но откуда ты это все знаешь? – Резко перебила я Маркуса. - Потому что, Корн был верховным рыцарем прежнего короля. Того короля, что сошел с ума и убил жену, дочь и сына. Корн присягнул ему на верность и был с безумцем до конца. С приходом Миллиарии к власти, большинство рыцарей казнили, и только Корна пощадили, дав ему шанс во искупление греха. Он сложил щит и меч, и взял правление над жилым домом. - А…, а Павана? Кто тогда она? – Я старалась говорить, как можно четче. - Павана – главная придворная дама… Я хотела бы встать из-за стола, но Маркус меня удержал: - Дослушай, это важно! - Так вот почему это место процветает… Оно под защитой королевы… - Дошло до меня. - Ена, сядь. – Тихо попросил Маркус. Я потерла лоб и вернулась на место. - После того, как Корна и его новоиспеченную жену «сослали» из замка, к ним приставили главную цель, которая впоследствии могла искупить их вину: они должны были ждать наследного третьего хранителя из другого мира. - Стой, стой, стой! – остановила я друга. – Как королева поняла, что я прибуду? Маркус слегка улыбнулся: - Прошлый хранитель предсказывал будущее, - нам об этом рассказал Теллур, - так он предсказал твое появление. А совсем недавно, ты сама доказала, что умеешь делать тоже самое. - Получается…, я третья? – По спине пробежались искры. Я сразу вспомнила, фразу Паваны: «Ты представляешь, чтобы было, если из-за твоих допросов Ена ушла?! Ты представляешь к каким последствиям нас бы это привело?!»; и ту фразу незнакомца из переулка: «Приветс-с-ствую тебя, третья». Тут я не выдержала и встала из-за стола. Задев рукой стакан, он скатился и упал на каменный пол с пронзительным треском, разлетевшись на мелкие осколки. Я закрыла глаза руками и подалась назад: - Что еще? – Прошептала я. – Что еще, Маркус? - Скорее всего, сегодня вечером ты предстанешь перед королевой. – Горько сказал он. Никто не знает, как она отреагирует. Я издала сдавленный писк. - Ёнушка… - Начал Маркус… - Не сейчас, Маркус. Пожалуйста, не сейчас. Схватившись за голову, я вышла из кухни, оставив позади опустошенного юношу и разбитый в дребезги стакан. *** Я шла с невидящими ничего глазами, все еще держась за голову. «Я хранитель. Наследница предателя. Меня ждали. На меня охотились. Меня проверяли? Меня убьют?» Я просто шла. Шла туда, куда вело сердце. Пятая дверь… Шестая, Седьмая. Я дотронулась до холодной металлической ручки и надавила на нее. Дверь тихо отворилась передо мной. Закрыв ее, я в рассветных лучах встала перед спящим юношей. Горячие слезы обожгли щеки. «Возможно, это последний раз, когда я тебя вижу» Я понимала, что поступаю против правил, но сердце ныло так, что все законы и предрассудки в сознании стирались, оставляя вместо себя пепел. Сев на край кровати, я аккуратно закинула ноги и легла лицом к юноше. «Он так безмятежно спит». Раньше я не позволяла дотрагиваться до его волос, но сейчас мои пальцы уже перебирали каждую его прядь. «Мягкие и совсем не колючие». Его глаза метались под веками, наверное, ему что-то снилось. - Знаешь, - прошептала я, - судьба – злая штука. Ты рождаешься, растешь, не подозревая о своем предназначении. Вот, я даже не знала, что стану хранителем. Не знала, что встречу тебя. Не знала, что снова смогу ходить. Мне казалось, что я всю свою жизнь проведу в коляске с «мертвыми» ногами. А сейчас, - я слегка усмехнулась сквозь слезы, - я представляю особую ценность самой королеве, хожу и люблю всем сердцем. Но даже так, мне не известно, как судьба распорядится мною в дальнейшем. Я не врала, когда говорила, что не знаю, что меня ждет. Возможно, меня помилуют, а возможно накажут за ошибки прошлого хранителя. Возможно, завтра меня уже не станет, а возможно королева вернет меня домой. Одно я знаю точно, у меня есть только этот миг, вот прямо сейчас…, прямо здесь. Так пускай же ни одна минута не ускользнет из моих пальцев. – Я снова всхлипнула. Я подвинулась ближе к Рэну. Его лицо было в пяти сантиметрах от моего. - Я хочу обратно мой украденный поцелуй. – Прошептала я. Стоило мне прикоснуться пальцами к его щеке, глаза Рэна уже внимательно смотрели на меня. Он хотел было что-то сказать, но я положила палец на его губы. Я покачала головой. Он удивленно хмыкнул, когда я прикоснулась своими губами к его виску. Не отрываясь, я дошла до его щеки, кончика носа и завершила начертание карты на его губах. Сначала неловко, даже как-то неумело, я прижалась к ним, ожидая хоть какой-то реакции от юноши. Тот, сначала никак не реагировал, но спустя мгновение ответил более решительным поцелуем. Он прижал свою ладонь к моему затылку, а другой обхватил за поясницу. Мои руки гуляли по всему его телу, открывая все новые горизонты. От мягких, как облако волос, я проходила пальцами по рельефным плечам, по позвоночнику, останавливаясь на бедрах. Границ больше нет. С каждым мгновением поцелуи становились увереннее, сердца отчаянно стучали в унисон, вырываясь из томящихся тел. - Я виноват… - Пытаясь оторваться от поцелуя, промычал Рэн. – Я так виноват… - Кажется, я люблю тебя. – Прошептала я в ответ. - Как ты можешь любить того, кто до последнего тебе не верил? – Он все также пытался прекратить это безумство. «Не позволю» - Люблю и все. Это последнее, что я сказала. Накрыв его рот своими губами, я прижала его к кровати. На его щеки упали слезы. «Люблю и все» У любви нет правил, нет законов. Она неподвластна никому. Она самобытна и безгранична. Она перекрывает боль, скорбь, сомнения. Она не спрашивает, а просто вламывается в жизнь, принося с собой хаос и пожизненную зависимость. Любовь есть все и ничего. Она – мы. Молодое солнце, слегка смущаясь, заглянуло в окно, озарив светом два юношеских тела, слившихся в одно целое. Они, в теплых объятиях оранжевого света, растворялись друг в друге, в этой комнате, в этом и других мирах. Они – любовь: чистая, искренняя и такая... не запятнанная. *** Я резко открыла глаза, когда в дверь кто-то постучал. Подскочив, я плюхнулась с кровати прямо на пол. - Ау! – Прошипела я. Стащив одеяло со спящего юноши, я кое как прикрылась. - Рэн… - Я ткнула пальцем в его щеку. – Рэн, там кто-то стучит. - А? – Сонно ответил он, а потом тут же вскочил с кровати и прокашлялся: - Да, кто там? - Рэн, это я. – Послышался голос Маркуса. – Я зайду? Я испуганно уставилась на не менее перепуганного юношу. Будет очень сложно объяснить Маркусу почему я в комнате его друга, в одном лишь одеяле. Про Рэна я вообще молчу. - Маркус, я не один. – Честно признался Рэн. От неожиданности, я отвесила тому подзатыльник со смущенным лицом. - Эй! А ну не бей меня. – Прошипел юноша. – Он бы все равно вошел, чтобы я не сказал. Мы же парни, в конце концов. - Не один?! – Послышался удивленный голос по ту сторону. – Тогда, я просто приоткрою дверь и не заглядывая, сообщу новость. Возразить никто из нас не успел, дверь открылась… - В следующий раз, бери пример с Тары, и закрывай чертову дверь на замок! – Злобно прошептала я. К всеобщему облегчению, дверь открылась максимум на пару сантиметров. - Отец устраивает семейный совет через пятнадцать минут. А еще, мама вот-вот пойдет навестить ту, которая сейчас же должна появиться у себя в комнате. Повторюсь, сейчас же. – Прошипел друг. - Мы поняли. – Кратко ответил Рэн. – Спасибо. Маркус не ответил. Он лишь хмыкнул и захлопнул за собой дверь. *** - Мне нужно идти? – Нехотя спросила я. - Да, к сожалению. Сегодня будет сказана очень важная информация не только для нас, но и для тебя. - А как они узнали, что я пришла в сознание? – Спросила я, а потом сразу же сама ответила, - Маркус. Он рассказал. - В общем, как бы я не хотел сейчас тебя отпускать, все равно придется это сделать. - Я уже знаю, что скажут твои родители. – Ответила я, уставившись в пол. – Маркус рассказал до того, как я пришла к тебе. - Поэтому ты …? - Да, я не хотела тратить время впустую. Давай признаемся честно, никто из нас не знает, что случится уже сегодняшним вечером. – Я хмыкнула и натянуто улыбнулась. - Не говоря уже о завтрашнем дне. Ничего не говоря, Рэн приподнял мой подбородок двумя руками так нежно, словно я была из хрусталя. - Посмотри на меня. – Мягко приказал он. Я нерешительно взглянула на юношу, и наши взгляды снова пересеклись. - Чтобы не случилось, запомни, - серьезно начал он, - я тебя не оставлю. - Обещаешь? – Прошептала я. - Клянусь. – Ответил он, крепко меня обняв.