Ена

Мышцы гудели. В висках кипела кровь. За несколько дней приключилось столько событий, что тело попросту отказывалось слушаться. Только недавно я смог нормально поесть, чтобы меня не вывернуло. Сейчас я лежал на жесткой кушетке, а за стеной беспробудно спала Ена. Я и сам пытался отдохнуть, но стоило глазам сомкнуться меня мучали ужасные мысли, тревоги и страхи. Маркус сказал, что всего за пару суток мое лицо осунулось, под глазами залегли огромные тени, да и вообще я стал похож на тлеющую золу. Глашатаи из дворца объявили, что третья хранительница скоропостижно скончалась от острой лихорадки. Мы были на подходе к замку, даже шпили башен были видны. Когда Маркус, Тара и я шли по мощеной дороге, все услышали громогласное заявление, исходящее откуда-то перед толпой: «Жители Оникса, слушайте! Сегодня на рассвете скончалась третья хранительница. Ее смерти послужила острая лихорадка, подхваченная в одном из городов страны. Королева Миллиария и придворные хранители в глубочайшем трауре. От имени королевского двора, воздайте честь во имя юной девы, что покинула этот мир». После объявления взорвались голоса народа. Одни кричали опасна ли лихорадка, другие, - как состояние оставшихся хранителей. Стоя поодаль от бушующей толпы, я смотрел в ничто. Во рту появился кислый привкус. - Это не правда! – Крикнула Тара, дергая меня за рукав. – Слышишь?! Я посмотрел на сестру невидящими глазами. Все размылось до пятен. Я почувствовал теплую волну, посылаемую сестрой, но тут же смахнул ее руку. - Не нужно. – Промычал я, пятясь. Голос звучал невнятно, словно поток серой массы, вываливающейся изо рта. - Рэн… - Начала сестра, но тут же всхлипнула. Подбежавший Маркус ошеломленно уставился на глашатая, спускающегося с помоста. - Этот напыщенный, с перьями в шапке, про нашу Ёнушку сказал? Третья хранительница, это же не она, да?! Между нами повисло молчание. - Да не могла она умереть! – Ухмыльнулся друг. – Абсурд. Как Ёнушка могла нас оставить? – Его ухмылка медленно переменилась в гримасу боли. Маркус запустил пятерню в волосы, а затем гортанно простонал. Я почувствовал рвотный позыв. Добежав до идеально выстриженных кустов меня вывернуло на газон. Пока я согнулся пополам, кто-то мягко гладил по моей спине рукой. - Все хорошо. – Приговаривала сестра, шмыгая носом. – Все будет хорошо. Я обернулся, вытирая рот рукавом ненавистного камзола. Глаза Тары покраснели, а на подбородке в одну большую каплю собирались слезы. - Мы не справились, Тара. Не успели. *** От стен замка нас отделяли лишь зеленые холмы. Потеряв всякий смысл, мы втроем бродили по ним из стороны в сторону невзирая на великолепный пейзаж вокруг. Но если быть точным, бродил лишь я, когда Маркус и Тара пытались уговорить меня вернуться домой. - Дом? – С вызовом спросил я. – У нас нет дома. Вы предлагаете вернуться в тюрьму, построенную убийцами. - Вернемся в мой дом, - воспротивился Маркус. – Там жили родные отец и матушка. Он небольшой, зато наш. - Если хотите, можете идти. – Ответил я не останавливаясь. – Я останусь здесь. - И что ты предлагаешь? – Рассерженно рявкнул друг. – Будешь скитаться по холмам, пока не помрешь от истощения?! Думаешь, ей бы это пришлось по душе?! Да она бы сразу тебе промеж глаз всадила... - Да что ты знаешь?! – Взорвался я. – Откуда тебе знать, что бы она подумала? Лучше просто уходите. - Я останусь с тобой, братец. – Сказала Тара, взяв меня за руку. – Маркус тоже, я в этом не сомневаюсь. Друг, понуро выдохнув, кивнул в знак согласия. *** Бесцельно мы бродили примерно полтора дня. Останавливаясь на привал, Тара впихивала в меня еду, но каждый раз, желудок выворачивал все наружу. Пытаясь уснуть, сердце терзали слова глашатая, прозвучавшие на площади. «Ей было страшно?». *** В очередной раз мы шли по пустынным холмам, обдуваемым осенними ветрами. На горизонте виднелись плотные тучи. Деньги заканчивались, да и провизии осталось на один раз. Моя сестра и друг устало плелись позади. Из-за боли в ногах я остановился, присев на пожухшую траву. Ребята присоединились. Сквозь черные облака просвечивались настойчивые солнечные лучи. Солнце словно боролось с непогодой, чтобы и дальше дарить нам теплые согревающие дни. Сильный ветер предвещал бурю. Запах дождя ударил в нос. - Нужно найти укрытие пока не пошел дождь. – Сказал Маркус бесцветно. - Не хочу. – Ответил я. - Рэн, - начал друг, - сейчас ты ведешь себя крайне неразумно. Ты мучаешься понапрасну. - Наверное, ей было страшно. Ена была одна. Совсем одна. – К горлу подступил ком. – Вина лежит на мне. На нашей семье. Расстроенная Тара, тяжело выдохнув, отошла куда-то в сторону. - Ты глупец. – Сквозь зубы промычал Маркус. – Развел сопли, когда нужно собрать волю в кулак. Ёнушке было бы стыдно за то, в кого ты сейчас превращаешься. - Ты не понимаешь… - Все, достал! – Рявкнул Маркус, подскочив. Я не успел обернуться, как он схватил меня за грудки, знатно тряхнув: - Либо ты успокаиваешься, либо я вырубаю тебя ударом в челюсть. Выбирай. – Его мягкие черты лица приобрели остроту. В глазах стоял праведный гнев. – Мне…, нет, нам, как и тебе до боли тяжело осознать произошедшее, но черт тебя дери, возьми себя в руки! - Не могу. – Прошептал я, всхлипнув. Запрокинув голову, я смотрел на то, как проносятся черные тучи, гонимые ветром. Волосы трепало, а слезы мгновенно осушали горные потоки воздуха. - Ты идиот, вот чтобы Ена сказала. – Горько ответил Маркус, поставив меня на землю. - Да, еще бы глаза закатила... - Точно. – Кивнул друг. - Ребята? – Озадаченно окликнула нас Тара. Наспех я провел ладонью по лицу и обернулся. Рядом с сестрой стоял дедушка. Он был невысокого роста, с бородой и тростью. Его впалые глаза смотрели на меня так, словно перед ним призрак. - Простите, юноша. – Закряхтел он сквозь сильный ветер. – Могу ли я узнать ваше имя? - Зачем вам это? – Я нахмурился, поглядывая на сестру. - Ох, где мои манеры? – Усмехнулся тот, подойдя ближе. Протянув дряблую руку, он сказал: - Мое имя Тербий, я маг. Выпучив от удивления глаза, я опешил: - В-вы, тот самый…, Тербий? Друг Доротеи и моей мамы?! - Юная Павана – твоя мать? – Спросил он озадаченно. - Извините, конечно, - перебил Маркус, - но все это очень странно попахивает. – Друг нахмурился. – Вы следили за нами? - Маркус, это Тербий – давний друг мамы. – Заступился я за старика. - И что? Прошло много лет, вдруг он из друга превратился во врага?! - Ваше недоверие мне понятно. – Одобрительно кивнул тот. – В наше время никому нельзя доверять. В любой момент овца может стать волком. Но я не волк, а если бы и был, мои клыки давно уж выпали. – Старик улыбнулся и паутина из морщин обрамила его лицо. - Как я уже говорил, я маг. Прямо как та очаровательная девочка, - он кивнул на Тару, отчего сестра вспыхнула румянцем. - Братец, я чувствую его энергию. – Сказала Тара, подходя к нам. – Он не врет. - Спасибо. – Старик добродушно поклонился. – Так вот, я тоже могу считывать энергии людей. Я шел за хворостом и меня привлекла знакомая энергия. Я думал, что больше никогда ее не повстречаю, но вы, юноша, стоите прямо передо мной. Прошу, пожалуйста, назовите свое имя! - Рэн. – Ответил я сконфуженно. Тербий тут же нахмурился: - Я не мог ошибиться. Его энергию нельзя ни с кем спутать… Я растил его, обучал… - О чем вы? - Спросил я. С неба упали первые капли. А за ними шквалом обрушились другие. - Прошу, пойдемте в мою хижину, нужно укрыться от дождя. - Вам точно можно верить? – Спросил Маркус, перекрывая мне путь. - Клянусь. – Кивнул Тербий. Я посмотрел на Тару: сестра утвердительно кивнула, щурясь от нарастающего ливня. - Хорошо. Будем рады быть вашими гостями. – Сказал Маркус и его ледяной тон начал таять. Старик удовлетворенно улыбнулся и стукнул тростью по земле. Дождь вокруг нас немедленно прекратился. *** Как Тербий и сказал, его хижина действительно была недалеко от нашего привала. - Как мы не заметили вас раньше? – Спросил Маркус, оглядывая деревянную избу. - Мой дом можно увидеть лишь тогда, когда это позволю я. Помогает от нежелательных гостей. – Старик закашлялся. - Ух ты! – Ошеломленно, но все же печально сказала Тара. – А вы можете и меня этому научить? Это колдунство мне пригодится. - Колдунство? – Удивился Тербий. - Не обращайте внимания, - ответил я, - просто вместо заклинания она говорит «колдунство». - У тебя пытливый ум, дитя. – Ответил он, похлопав морщинистой рукой по ее голове. – Научу, будь время. - Благодарю вас! – Смущенно буркнула Тара. - Перед тем как войдете, хочу предупредить. – Нахмурился он. – Вы не единственные гости в моем доме. Внутри находятся две юные девушки. Одна из них крайне плоха, поэтому прошу быть менее шумными, договорились? Мы все молча кивнули. *** Внешне казалось, что дом Тербия мал, но зайдя внутрь, перед нами распростерлась большая комната, отделанная массивным дубом. Пахло терпкой древесиной и маслами из сухоцветов. Под потолком парили желтые лампадки. - Присаживайтесь, а я пока проверю как поживают мои бедняжки. В комнате стало крайне тихо и только дождь барабанил в окна. - Он очень сильный. – Прошептала Тара с серьезным взглядом. – Даже мои учителя не сравнятся с его энергией и колдунствами. Таких я еще не встречала… Этот дедушка наравне с хранителями…, нет, еще выше. - Нужно быть начеку. – Хмуро ответил Маркус. Я единственный воздержался от комментария по этому поводу. Мои мысли витали далеко отсюда. - А вот и я. – Прокряхтел Тербий, закрывая за собой дверь без единого шума. – Вы, наверное, голодны? Тара утвердительно закивала головой, на что старик добродушно усмехнулся, почесав сухую бороду. *** Отобедав (ели все, кроме меня), мы вернулись в приятно пахнущую гостиную. - Могу ли я продолжить? – Спросил Тербий, вопросительно посмотрев на меня. Я безразлично кивнул. - Замечательно. – Улыбнулся тот. – Вам знакомо имя "Леон"? - Нет, впервые слышу. - Хм-м, ясно. – Нахмурился старик. – А свое детство вы помните? - Обрывочно. Тара и Маркус внимательно на меня посмотрели: я никогда не говорил им про мое появление в семье. Они лишь знали, что я не родной Корну и Паване. - Можно поподробнее, пожалуйста? – Попросил тот. - Я не родной сын Паваны. Она и ее муж – Корн нашли меня маленьким мальчиком, тонущем в водоеме. Я помню лишь то, как меня кто-то насильно тащил к обрыву, а затем кинул в ледяную воду. Лицо того человека стерлось из воспоминаний. На старческих глазах Тербия выступили слезы. - Я не ошибся… - Прошептал он. - Я не ошибся… - В чем вы не ошиблись? Вы знаете меня?! - Леон. – На выдохе ответил он. Леон Траверс. Последний из династии Траверсов. Повисло молчание. Маркус и Тара разинули рты. - Вы шутите? – Оторопело спросил я, запуская руки в растрепанные волосы. – Вы хотите сказать, что мое имя не Рэн, а Леон?! Что я чертов принц?! Тот самый…, пропавший…, принц?! Сын сошедших с ума короля и королевы?! - Да, Леон. – С благоговейной улыбкой ответил тот. – Но не принимай сказанные когда-то слова о ваших родителях за чистую монету. Многие ошибаются на их счет. - Не называйте меня так, это не мое имя! Я не он! – Ощетинился я. – Вы несете чушь! Моими родителями не могут быть… Абсурд. - Прошу, будьте тише. – Попросил Тербий, указывая на дверь. – Вашу энергию я не спутаю ни с чьей-либо, ни-ког-да! Вы – истинный, полноправный наследник престола. *** Мы с Маркусом сидели на крыльце, смотря как проливной дождь создавал потоки воды в небольших расселинах земли. - Я так устал от всего этого… - Выдохнул я, наблюдая за ручейком. - Понимаю. Раньше жизнь была куда проще. – Кивнул Маркус. - Она всегда была тяжелой, просто мы долгое время находились в неведении. Нас годами водили за палец не только королевство, но и собственные родители. - Что ты имеешь ввиду? - Если Павана была придворной дамой при короле Капеллане, она должна была меня видеть и знать с рождения… Маркус замер, а потом мрачно посмотрел куда-то вдаль. - Не стоит верить этому старику… Он мог солгать, а ты повелся на его уловку. - Тербий был близким другом Паваны, не думаю, что он нам лжет. - Когда мы с тобой успели поменяться местами? – Задумчиво пробормотал друг. – Раньше я был доверчив и мягок, а ты – мнителен и резок. Действительно, все перевернулось с ног на голову. – Он устало потер лоб. - Тебе нужно отдохнуть. – Сказал я, хлопнув Маркуса по спине на что тот усмехнулся. - Ты себя-то видел? Это тебе сон нужен. - Я не могу спать. Кошмары не дадут. - Она снится или детство? Я кивнул. - Теперь она. Маркус сочувствующе на меня посмотрел. - Не хочешь им отомстить? – Он кивнул в сторону горизонта. - Не знаю. – Я пожал плечами. – По идее, так и должно быть. Месть за гибель любимого человека. Воздаяние по заслугам… Но в моем сердце нет того самого огня. Это значит, что я трус? - Не думаю. Скорее всего ты просто не осознал все до конца. – Его перетрусило от влажного воздуха. Дождь усилился. Поднялся гул. - Когда мне сообщили, что мама умерла, я это никак не воспринял. – Продолжил он, пытаясь перекричать дождь. – Я ел, спал, учился и гулял как обычно еще некоторое время, но однажды, - он быстро смахнул слезу, - я пришел домой и сказал отцу: «а когда вернется мама?». Тогда…, - Маркус горько усмехнулся, - тогда, он посмотрел на меня таки́ми печальными глазами, от чего по голове словно веслом ударили. Слезы сразу же покатились градом. Я рыдал без остановки несколько дней. В тот момент и пришло горькое осознание того, что мама уже не вернется. - Ты не рассказывал… - Прости, - вяло улыбнулся тот, - нужды не было. - Что со мной будет, когда я осознаю тот факт, что ее больше нет? Маркус подавленно пожал плечами. *** От зябкого воздуха на улице мы оба замерзли и вместе вошли в дом. Тепло приятно окутало меня с ног до головы. Скинув ботинки, мы прошли в гостиную, где помимо Тары сидела еще одна девушка. Вся в ссадинах и синяках она держала кружку с дымящимся напитком. Ее лицо было мне знакомо, но вспомнить откуда не получалось. Рядом с незнакомкой сидела Тара и Тербий. Глаза сестры снова были на мокром месте. Она то и дело утирала лиловым платочком нос и щеки. - С возвращением. – Добродушно сказал Тербий, даже не смотря на нас. – Надеюсь, вам стало полегче. - Не уверен. – Холодно ответил я. – Это одна из ваших гостий? – Я кивнул в сторону незнакомки. - Да, вы правы. – Кивнул старик. – Прошу, представься им. – Сказал он девочке, сжимая ее плечо. Она подняла на нас свои безжизненные глаза и привстала. - Мое имя Пария, господин. – Девушка поклонилась. - Я вовсе не господин, не стоит мне кланяться. Это…, это неловко. – Я устало потер шею. От сказанных мной слов Тербий печально посмотрел в сторону. - Братец, ты вовремя. – Шмыгнув носом, сказала сестра. – Пария рассказывает о том, что с ней случилось. Я потупил взгляд. - Прошу прощения за мою грубость, но я воздержусь пожалуй. Если вы не против, я бы поспал. Тербий оживился. - Конечно, Ле… - Запнулся он. – Конечно, Рэн. Может я поступил как подлец, но слышать еще одну тяжелую историю мне не хотелось. Кошмары и так снедали и во снах, и наяву. - Может вам все-таки послушать ее? – Спросил старик, стоило нам выйти из комнаты. - Не думаю. - Знаю, на вашу долю выпало много горя, но ведь его можно побороть. - Как? - Силой духа, а также верой в светлое будущее. – Он провел дрожащей рукой по воздуху, отчего тот слегка заискрился. - Не думаю, что сила духа сможет вернуть к жизни мертвого. – Ответил я с горечью. - Мой дорогой мальчик, чудеса случаются. Не дай болоту, - он ткнул меня в грудь, - поглотить твое сердце. *** Я проснулся от того, что кто-то дергал меня за плечи. Меня разбудила Тара. Ее лицо несло в себе бурю эмоций: радость, страх, волнение, трепет. - Что случилось? – Спросил я, разминая затекшие конечности. - Рэн, знаешь кто такая Пария?! Я сонно мотнул головой. - Она друг Ены! От ее имени я тут же подскочил. - Что ты хочешь этим сказать?! - Вторая гостья… Сестра не успела договорить, как я уже выбежал из спальни. В тот момент и произошло чудо, о котором недавно говорил Тербий. Уверенными шагами, я шел до комнаты, из которой сегодня выходил Тербий. Но стоило дотронуться до ручки, как передо мной встал старик. - Не стоит вам юноша туда заходить. - Пустите, я ее знаю. - Знаете? – Удивился тот. – Откуда же? - Да пропустите вы меня! – Прикрикнул я, отчего к нам подбежала Тара и растрепанный Маркус, на щеке которого отпечатался след от подушки. - Что происходит? – Резко спросил друг, подходя к нам. - Там Ена. – Ответил я, не сводя глаз со старика. - Невозможно… Рэн, ты сам слышал, Ена – мертва. - Это неправда. – Послышался девичий голос сзади. – Но мы действительно были близки к... Если бы не великодушие пожилого господина, все стало бы явью. - Да что происходит?! – Взревел Маркус. - Прошу, давайте успокоимся и решим все без повышенных тонов. – Предложил Тербий. Но старика никто не послушал. Нарастал гомон, а с ним и напряжение. Еще немного и полетели бы искры. Раздраженный этим хаосом Тербий хлопнул в ладоши и нас всех что-то оттолкнуло. Мягко, но крайне настойчиво. - Прошу вас успокоиться! – Потребовал хозяин дома. - Маг Тербий. – Вступилась сестра. – Девушка, что находится в той комнате, - наш очень близкий друг. Мы шли ей на помощь, но услышав от глашатая о ее смерти, потеряли всякий смысл. Прошу, дайте ее увидеть. Дайте убедиться, что королевский двор солгал. Пожалуйста! - Боюсь вас огорчить, но даже если вы говорите правду, ваша подруга нескоро сможет очнуться. - Что случилось? – Спросил я, теряя терпение. - Лучше вам не знать. – Натянуто ответила Пария. - Эй, так не пойдет! – Возмутился друг. – Только что мы узнали, что Ёнушка жива и находится здесь, а вы не хотите нас к ней пускать?! Да кто вы такие?! - Тербий тот, - невозмутимо парировала девушка, - кто спас нам обеим жизни! Со мной можете не считаться, но не смейте поднимать голос на того, кто и вас приютил! Мы все ему обязаны, поэтому будьте благодарны и терпеливы. - Прошу, скажите только одно: там действительно она? Пария утвердительно кивнула. *** Хоть я не мог попасть к ней, с души уже упал огромный камень. Я даже смог немного поесть, чтобы меня не стошнило. Я либо сидел неподвижно, либо ходил вперед-назад в мятежном ожидании. За окном бушевала непогода. Дождь, крупными каплями бил в окна, навевая сон. Не выдержав многодневной усталости, глаза сомкнулись. Кошмаров не было. Была лишь приятная пустота, обволакивающая мое сознание в мягкие материнские объятия. Я снова проснулся от того, что кто-то тихо меня звал. Открыв заспанные глаза, я увидел перед собой Парию, сидевшую на корточках передо мной. - Она проснулась. Ваша сестра уже там. - Что? - Скорее же! – Мягким, но строгим голосом добавила девушка на мой потерянный взгляд. С каждой секундой сон отступал, а мое сознание прояснялось. Как только мои брови подскочили, а глаза округлились, Пария облегченно улыбнулась. Подскочив, босыми ногами я ринулся в заветную и прежде не доступную мне комнату. Дверь была слегка приоткрыта. Оставалось сделать пару шагов, но я резко остановился. Сердце колотилось в горле. Ладони вспотели. «Что, если мне это снится?! Что если я проснусь и все исчезнет ?». Кто-то мягко меня подтолкнул. - Не робей, девчонка. – Сказал Маркус. Его глаза слегка блестели. Ноги тут же пересекли порог. Я ее слышал. Слышал сестру. Медленно, я поднял глаза на ту, что восстала из пепла подобно фениксу. *** Ена. Ее образ, теплящийся в моем сознании, мгновенно испарился, стоило мне увидеть то, что с ней сделали: худая, бледная, в порезах, синяках, она смотрела на меня как на видение. Ее осунувшееся тело сотрясалось в рыданиях, а руки с растертыми в кровь запястьями, обнимали Тару. Сестра клубочком свернулась в объятиях живого призрака. Завидев меня, Ена вытянула дрожащую руку в мою сторону, но я не сдвинулся с места, боясь очнуться ото сна. - Что же вы замерли? – Спросил Тербий, сидящий рядом с кроватью. - Боюсь, что это нереально. - Не глупите. Идите скорее, разве не вы ждали ее больше всех? Отстранившись от девушки, сестра нехотя слезла с кровати, и взяв меня за руку, подвела к Ене. Бесцеремонно Тара прижала мою ладонь к щеке девушки. - Теплая? – Еле слышно прошептала Ена, смотря в мои глаза. - Да. – Ответил я, сглатывая ком в горле. - Ты тоже теплый. Значит мы оба здесь, верно? - Верно. – Также кратко ответил я. Никто из нас не обратил внимание, как Тербий, Маркус и даже Тара тихонько покинули комнату. - Привет. – Сказала она, слабо сжимая мою ладонь, покоящуюся на ее щеке. Я не мог выдавить из себя и слова. Слезы обжигали глаза. Горло саднило. - А еще говорил, что я плакса. – Слегка усмехнулась девушка. - Просто… Я… Это… - Сядь пожалуйста. – Ена глазами указала на край кровати. – Хочу видеть твое лицо на ровне с моим. Я повиновался. Матрас немного прогнулся от общего веса, отчего девушка припала ближе ко мне. - Ты совсем как перышко. Даже больше, чем раньше. - Это комплимент? – Спросила она, слабо натягивая улыбку. - Это не смешно! Почему ты такая? Почему в синяках? Почему в порезах? – Я перешел на хрип, осматривая ее с ног до головы. – Живого места нет. - Уже все хорошо. - Почему ты всегда страдаешь? Мне ведь тоже больно от этого… - Знаю… - Прошептала она. - Нет, не знаешь! – Резко ответил я, сжимая ее тощее запястье, стараясь не касаться ран. Тебя признали мертвой. Ты умерла от лихорадки. Я думал, что ты мертва больше нескольких дней! Глаза Ены заблестели, и она уронила голову мне на плечо. - Прости… - Глупая ты. – Прошептал я, уткнувшись в ее макушку. – Что произошло? Девушка замотала головой. - Я не хочу это вспоминать. Пожалуйста, не проси меня об этом. - Хорошо, больше не стану. Ена подняла голову, посмотрев на меня. - Спасибо тебе. - За что? – Удивился я. - За то, что не дал мне упасть. Ничего не ответив, я крепко-крепко сжал крохотную девчонку в объятиях. - От меня теперь ни на шаг, поняла?! - Угу. – Промычала она, кутаясь в моих руках, подобно котенку. Так, сидя в полумраке, освещаемом одной свечой, я и уверовал в чудо. Когда надежды уже не осталось, когда сердце почти перестало биться, а душа превратилась в пепел, из него восстал огненный феникс, озаряя своим сиянием наши помрачневшие души.