Ена

Впервые за очень долгое время я проснулась без истязающей тело боли. Все еще в дрёме я приподнялась на локтях, широко зевнув. В спальне горела лампадка. Рядом со мной спал Рэн. Слабое освещение только сильнее подчеркивало его осунувшееся лицо и круги под глазами. Я осторожно легла обратно, смахнув прядь волос с его лба. Медленно провела пальцами по плечу, шее, спине. Странно было даже смотреть на него. Заочно я уже попрощалась с такой возможностью. Глаза снова защипало, но я не позволила себе этих слез. Мне просто хотелось как можно дольше наблюдать тихо вздымающуюся грудь и едва видимое дрожание ресниц. Не только для меня был труден этот месяц. Не ведая этого, Миллиария и на нем оставила свой болезненный след. *** Мне было неизвестно который сейчас час и день, и даже месяц был под вопросом. Однако мне нравилось это ощущение потерянности, словно я выпала из матрицы вселенной, и у нас только «здесь и сейчас». Здесь и сейчас я наблюдала за спящим в моей постели Рэном. Здесь и сейчас я могла лежать рядом с ним, не беспокоясь о проблемах, свисающими над головами каждого из нас. Мимолетное умиротворение и беззаботность, растянувшееся в вечность. От этой согревающей душу мысли, я прижалась к его груди, слушая как стучит юношеское сердце. «Можно ли так сильно кого-то любить, что даже сердечный ритм кажется музыкой?» Сейчас во мне трепетала давно забытая девчонка, что при просмотре фильмов о любви визжала в подушку от милых интимных сцен. Наверное, так сказывалась долгая разлука и тяжелое совсем недавнее прошлое. Я долго защищала себя самостоятельно. Много раз выступала против врагов, вставая на защиту более слабых. Сейчас я сама хотела побыть уязвимой и незрелой. Во мне росло желание безопасности и тишины. Может Теллур был прав и я действительно подобна розе, чьи шипы уже давно остались в плоти врагов? Не думаю, что нынешних сил хватит даже на одно сражение. - Спи спокойно. - Прошептала я, поглаживая его лицо пальцами. Едва ли я убрала руку, взгляд Рэна остановился на мне, а пальцы, что только что блуждали по его коже, сжимались юношеской ладонью. - Что ты делаешь? – Спросил он, потирая глаза свободной рукой. - Спи. - Я улыбнулась, коснувшись губами его запястья. Рэн заерзал и сладко потянулся, обволакивая меня в теплые утренние объятия. - Мне этого не хватало. - Сонно добавил тот, уткнувшись носом в мои волосы. - И мне. Я закрыла глаза, чувствуя как онемевшее от страха и боли сердце начинает таять. - Это все так странно. - Его пальцы стали перебирать мои волосы. - Знаю. - Кивнула я. - Давай пока не будем выходить к ребятам? Рэн привстал, осмотрел меня сверху и аккуратно поцеловал в висок: - Нужно собираться. – Ответил он и в его голосе я уловила тень озадаченности. - Что-то еще произошло пока меня не было с вами? - Вся эта ситуация затронула куда больше людей, чем мы думали. Не время беззаботно отдыхать. В голове сразу замаячили образы из «будущего»: кровавое сражение и ослепительно белый взрыв. От этого «здесь и сейчас» начало рассыпаться в труху. - Я поняла. – С горечью кивнула я, свесив ноги с кровати. - Прости за такое эгоистичное желание. Просто я на мгновение забыла о всех тех ужасах... Позади послышалось шуршание накрахмаленных одеял. - Это ты извини. – Прошептал он на ухо, отчего по шее пробежались мурашки. Рэн покорно прикоснулся лбом к моему плечу. - Твое желание вполне разумно... Я... просто обеспокоен тем, что происходит, и мне страшно. - Не стоит все взваливать на себя. Я, Маркус и Тара разделим эту ношу поровну. - Этого я и боюсь. Они не должны быть втянуты во все эти игры с разумом и силой. - Позволь им самим решать. Хотя уверенна мы не услышим от них отказа. - Если вы все пострадаете... - Рэн тяжело вздохнул. - Я не хочу оставаться в одиночестве... Уж лучше... Не дав договорить, я отпрянула, обхватив его лицо ладонями. - Никогда так не говори, идиот! Никто пока на тот свет не собирается. Внезапно Рэн расплылся в улыбке, на что я тоже едва ухмыльнулась. - Чего лыбишься? - Просто думаю как бы тебя поцеловать, не покидая этих рук. - Балбес. - Гоготнула я, касаясь его губ своими. - Зачем все усложняешь? - Я еще несколько раз его поцеловала легкими касаниями. - Не смей думать о том, что ты собирался мне сказать. - Мой голос приобрел серьезность. - Здесь много людей, которым нужна твоя помощь. В случае чего ты не можешь так спокойно сдаться. - Я понял-понял. - Прошептал юноша, аккуратно обхватывая мою талию руками. Он слегка накренился и мы оба упали в ворох подушек и одеял. - Ты вот так хотела? – Спросил он, чмокнув меня в затылок. - Просто поваляться? Я печально улыбнулась: - Да, хотела, но можно ли? - Давай побудем так пару минут. Думаю, никто не будет против потере такой мелочи? - Быстро же ты поменял решение. - Просто ты отлично умеешь убеждать. *** К сожалению, прекрасные моменты всегда скоротечны. Пока мы наслаждались обществом друг друга, просто дурачась в постели, в дверь постучали. Наши улыбки тут же увяли. Вселенная нашла беглецов. - Прошу прощения. – Послышался голос Маркуса. – Голубкам пора бы уже проснуться. Знаете-ли мы ждем только вас. Я печально посмотрела на Рэна, но тот лишь пожал плечами, мол «ничего не поделать». - Мы скоро выйдем. – Громко ответила я, отчего даже заложило уши. - Понял, Ёнушка. Даю пять минут, а затем вламываюсь и порчу вам всю малину. Рэн закатил глаза с раздраженным вздохом: - Теперь точно пора выходить. *** Когда мы покинули комнату, глаза обжег яркий утренний свет. Я впервые увидела остальной дом, в котором пребывала больше нескольких дней. Он был похож на спальню, в которой я обитала, но отличался бо́льшим количеством света из-за окон. Деревянные полы и стены создавали ощущение уюта и безопасности, которых так не хватало во дворце, а приветливые лица друзей подкрепляли это обволакивающее душу чувство. В гостиной царила оживленная обстановка: Пария вместе с Тарой накрывали на стол, а Маркус и Тербий несли дымящиеся глиняные горшочки с едой. - Доброе утро. – Сказала я, щурясь. Услышав мой голос, девочки тут же бросили свои дела и ринулись ко мне, чуть не сбив с ног. Они обе облепили меня с разных сторон. - Как прекрасно, что вам стало лучше! – Сказала Пария. Ее лицо, все еще в ссадинах и синяках излучало неподдельную радость. - Ну и чего это вы так долго спали?! – Добавила Тара, резко отличающимся тоном. – Мы здесь не молодеем, знаете ли. – Она легонько ткнула меня в бок. - Простите нас. – Виновато улыбнулась я, поглядывая на Рэна. Как только они отстранились, ко мне подошел Маркус. - Вчера не получилось сказать пару добрых слов, потому что кое-кто забрал себе все внимание, - он осуждающе зыркнул на Рэна, стоящего рядом, - но сейчас готовься к медвежьим обнимашкам. Я даже сообразить не успела, как Маркус схватил меня в охапку и закружил в воздухе. - Я так счастлив, что тот напыщенный остолоп ошибся! Т-так рад, что сестренка жива! – Его голос слегка дрогнул. Поставив меня на пол, рыжеволосый паренек еще раз крепко меня обнял, отчего я облегченно похлопала ладонью по его широкой спине. - Эй, может ты уже перестанешь? – Буркнул Рэн, шлепая Маркуса по рукам. - Не ревнуй, Рюшечка. – Мягко ответил тот, отстраняясь. – Мне тоже хочется поприветствовать нашу красавицу. - Не называй ее так! - Эй! – Возмутилась я, усмехнувшись. – Хочешь сказать, что я не красавица?! - Да нет! – Скуксился Рэн. – Ему́ нельзя так говорить. – Он ткнул друга в плечо. Я хихикнула от того, как покраснел юноша. - Смотрю, все счастливы от твоего появления. - Сказал Тербий, подходя ближе. – Я тоже рад, что тебе стало лучше. - Это все благодаря вам. – Искренне ответила я. От этих слов старичок слегка смутился, мягко рассмеявшись: - Ладно уж, пойдемте к столу. - Кстати! – Вспомнила я, неловко заламывая пальцы. Все обернулись в мою сторону. – А вы можете сказать, какой сейчас час, день и месяц? - Почти десять часов утра, третий день недельного цикла и первый месяц осени. – Ответил Тербий, задумчиво почесав бороду. «Значит, осень…» - А число? Праздник великой звезды еще не прошел? – Встрепенулась я. - Нет. – Мрачно ответил Рэн. – Он состоится через два дня. «Всего два дня…» - Так! – Скомандовал Тербий. – Почему когда я сказал, что всем пора за стол, вы не за ним?! - Слушаемся. – Словно солдат ответила Тара, развевая накалившуюся обстановку. Улыбка тут же расползлась от уха до уха, а непрошенные мысли растаяли подобно туману. Сев за стол, я оглянулась на лица друзей: в последнее время прием пищи для меня был сущим испытанием, перед моим лицом всегда были кислые мины хранителей, а вокруг царила напряженная звенящая атмосфера. Но сейчас передо мной сидела Тара, Маркус и Тербий, а по бокам Рэн и Пария. Все оживленно накладывали тушеные овощи и бекон. Тара снова стреляла влюбленными глазками в Маркуса, заложив под щеку кулачок; Пария беседовала с Тербием; Маркус дразнил Рэна, а сам юноша, не обращая внимания на подколки, накладывал мне очередную гору еды. К горлу подкатил ком. Но не от печали, а от радости. Я была счастлива, что сидела в кругу близких друзей, что не умерла в одиночестве и агонии, что могла вкусно поесть и отдохнуть в безопасности и тепле. - Спасибо вам всем. – Внезапно выпалила я, отчего веселый гомон стих. - За что? – Удивилась Тара, замерев с вилкой у рта. - За то, что вы есть. – Я украдкой смахнула слезу с ресницы. - Только не реви! – Мягко приказал Маркус. – Сейчас нужно радоваться любой мелочи, пока есть возможность. Отбрось слезы в сторону. - А знаете… - Задумчиво сказал Тербий. – У меня ведь никогда не собиралось столько гостей… Почему бы нам сегодня не устроить маленький праздник, так сказать, в честь выздоровления и объединения всех? - Праздник?! – Возбужденно спросила Тара. – Это было бы здорово! - Что ты думаешь по этому поводу? – Спросил у меня Тербий. – По силам такое? - Я…, я с радостью. – Сконфуженно ответила я. – Но уместно ли это? Мне кажется, сейчас не самое подходящее время, ведь через пару дней… - А почему бы и нет? – Лукаво посмотрел на меня старик, перебив. – Мы вольны хоть каждый день праздновать! – Он покрутил запястьями над головой, и воздух заискрился. – Каждый из вас по праву заслужил отдых. - Мне кажется, это хорошая идея. – Внезапно сказал Рэн, отчего у всех буквально отпала челюсть. – Не удивляйтесь вы так, просто сами посудите, для нас торжества уже́ приравниваются к лишениям. Не думаю, что так и должно быть. - Ну, тогда решено! Сегодня вечером устроим маленькую гуляночку. – Тут же хихикнул Тербий. Повисла воодушевленная тишина, а затем снова взорвался оживленный гул. *** После завтрака, мы разделились. Маркус и Рэн ушли на улицу, а Пария с Тарой забрали меня с собой в комнату. Усадив меня на кровать, Тара плюхнулась следом. - Пария, почему не садишься к нам? – Спросила она, слегка огорченно. - Я не приучена к такому своевольству. Мне непозволительно садится на кровать госпожи. – Ответила та, опустив голову. От ее заученных фраз я громко выдохнула, а Тара в своем фирменном стиле закатила глаза. - Ты уж прости меня за это. – Сказала девчушка, ехидно улыбаясь. Она резко подняла ладонь, покрутив указательным пальцем перед Парией. - За что? – Удивилась та, а потом внезапно плюхнулась животом на подушку. - За это. – Хихикнула Тара. – Ты не прислуга, ты наш друг! Запомни уже наконец! И если будешь продолжать себя так вести, я стану постоянно пулять в тебя магией. Выбравшись из мягкого плена, Пария покрылась румянцем: - Я п-постараюсь вести себя также, как и вы. - Бо-о-оже, - взвыла Тара, шлепнув себя ладошкой по лбу, - она неисправима. *** - Черт, холодно! – Съежился я. - Ничего, разогреешься. Доставай меч. – Скомандовал Маркус. Из нас, никто не тренировался почти месяц. Думаю, в любое другое время, мы бы отхватили от отца, ведь для него в основе всегда лежала дисциплина. - Готов? – Ехидно спросил я, достав оружие из ножен. – Сейчас я надеру твой рыжий зад! - Не зарекайся раньше времени. – Парировал друг. – Не забывай кто тебя отделал на последней тренировке. Только мы отошли на пару метров от крыльца, Маркус тут же встал в стойку. Его левая нога заступила спереди, а правая слегка сзади. Согнув колени, он напряг руки и корпус, отчего на шее вздулись вены. Лезвием вперед Маркус направил полуторный меч острием кверху. Его рыжие волосы яростно развевал ветер, а лицо стало непроницаемо-каменным. - Не забывай, в этот раз защитных чехлов нет. Будь осторожен с лезвием. - Я тебе что, ребенок? – Фыркнул я, становясь в идентичную стойку. Ухмылка Маркуса сползла и вместо нее на замену снова пришла сосредоточенность. - Кварта! – Крикнул он, ринувшись ко мне. Развернув лезвие плавным движением двух рук, друг занес меч в область моей головы. Молниеносно среагировав, я выставил блок. Послышался лязг металла, от которого свело зубы. Оттолкнув Маркуса, я отпрыгнул назад, сделав дополнительный приставной шаг для равновесия. - Сразу и на попятную, трусишка Рюшечка? – Игриво пролепетал Маркус, покрутив запястьем рукоять меча. – Давай, нападай, девчонка. Оценив его защитную стойку, я сделал выпад вперед, занеся оружие чуть выше головы: - Квинта! – Прорычал я, замахиваясь на плечо друга, но тот молниеносно ответил на мой верхний удар нижним. - Терца, мой друг. – Ухмыльнулся он, пока наши мечи дрожали от напора сил. – Сдавайся, Рэн, ты уже вымок весь. - Еще чего. – Ответил я, сильнее надавливая на рукоять. – Ты подо мной, как мышка в клетке. - Уверен? – Усмехнулся тот. В ту же секунду Маркус резко сел на корточки и очертил ногой круг, сбивая меня с места. Не удержав равновесие, я шлепнулся прямо на мокрую траву, а меч с лязгом упал в метре от моего колена. - Эй, так нечестно! - На войне все средства хороши. – Гордо ответил друг. – Перестань следовать четким правилам, это тебе не алгебра. - Ну да, в ней ты не силен. – Кряхтя ответил я, отряхивая мокрый зад. - На личные оскорбления перешел, негодник? – Хмыкнул тот, становясь в начальную стойку. - Не мог удержаться перед таким соблазном. – Парировал я, азартно подмигнув. Разъяренные и сосредоточенные, наши удары несли за собой металлический лязг, разрывающий тишину диких холмов, а далекие раскаты грома, словно стук барабанов, поддерживали «диалог» мечей. Я чувствовал, как по спине скатываются капли пота, впитываясь в резинку штанов. Все мое тело напряглось, подобно перетянутой струне. От влажности, волосы пиками падали на глаза. Стараясь смахнуть их кивком, это движение вызывало хохот друга. Несмотря на такое же взвинченное состояние раскрасневшийся Маркус, чьи волосы сливались с щеками и лбом, не отказывал себе в мелких подколках. Когда наши мечи снова соприкасались с противным лязгом, я видел, как капли пота свисают с его ресниц и падают на алые щеки, покрытые веснушками. Его дыхание было частым и глубоким, но друг не потакал своей усталости, наоборот вкладывая в ответную атаку больше сил. Как-то мой отец сказал, что физические показателя друга гораздо выше моих. Нам тогда было пятнадцать и шестнадцать лет. Мы тренировались перед ярмаркой, на которой Маркус вскоре одержал свою первую победу. Корн объяснил, что сама природа одарила его богатырским телом и духом. И действительно друг еще юнцом прослыл "медведем" – коренастым, широкоплечим бойцом. Ему предрекали великое будущее в королевской армии, но тот отказался, решив остаться с нами. Каждая тренировка вызывала во мне скрытую зависть. С детства всегда проигрывал ему, получая тумаки. Тогда-то я и стал использовать мозг на пару с ловкостью. Обыгрывая его с помощью смекалки, иногда у меня получалось одерживать заслуженную сладкую победу. Сейчас я даже не скрывал превосходство его силы над моей. Вместо сжигающей зависти, на смену пришло желание стать лучше, сильнее, ловчее. На мой энтузиазм друг всегда реагировал одобрительно, как самый настоящий старший брат. *** - Как жаль, что я не прихватила с собой ни одного платьица. – Грустно вздохнула Тара, сверля глазами потолок. - Зачем тебе оно? – Спросила я, сидя рядом с ней, поглядывая на свои незаживающие ссадины. - Как зачем? – Выпучила глаза девочка. – Сегодня будет праздник, а у нас не будет ни нарядов, ни причесок. – Она всплеснула руками. - Мне кажется, для хорошего вечера не нужна никакая мишура. Пария, ты со мной согласна? - Да, Ена права. – Кивнула девушка, теребя выбившуюся из пучка прядь. - И что, вам совсем не хочется покрасоваться перед мальчиками? – Заканючила Тара. - Мы и так им нравимся. – Пожала плечами я. – Зачем делать еще что-то. На мои слова, девочка скривилась, мол «ты серьезно?!» - Вы о́бе, - она указала на нас пальцами, - ничегошеньки не понимаете. Тара подскочила с кровати и встала по центру. - Представьте. – Начала она, закрыв глаза и взмахнув рукой. – Вечер. Горят свечи. Играет легкая музыка. На столе дымится еда. Маркус и Братец сидят в ожидании нашего появления. – Девочка распахнула глаза и покружилась. – И тут мы..., выходим в ве-ли-ко-леп-ных платьях. – С придыханием сказала она. Искра. Восхищение. Аплодисменты. От ее театрального представления я невольно засмеялась. - Ты смешная. – Добавила Пария. - Эй! – Возмутилась девчушка. – Я вам тут распинаюсь, рассказываю, а вы смеетесь! - Прости, просто ты еще такой ребенок. – Сквозь смех ответила я. – Не важно, в платьях мы или обычных рубахах, Маркус и Рэн любят нас такими, какие мы есть. - Не правда. – Буркнула Тара. – Маркус не любит. - Почему? – Спросила Пария. - Потому что я неряха, а еще люблю дурачиться, а это не свойственно леди. - Ну что за глупости! – Мягко возмутилась я. - Не глупости! – Топнула ногой девочка. – Помнишь, когда мы завтракали, я чуть неаккуратно ела блины… «Чуть?», - пронеслось у меня в голове. - Тогда, - продолжила Тара, - Маркус увидел меня с набитым ртом… Его лицо так переменилось, а Рэн в это время смеялся надо мной. - Стой, - перебила я девочку, - ты хочешь сказать, что в тот день Рэн смеялся над тобой? - Ну да, а разве это не было понятно? – Вскинула бровь Тара. - Просто я думала, он смеялся над тем, как я тогда упала. - Ты это серьезно? – Невозмутимо спросила девочка. От неловкости я начала заламывать пальцы. - Он, конечно, местами идиот, но чувство такта имеет. – Гордо заявила она. «Надо бы извиниться…» - Знаешь, Тара. – Вступилась Пария. – Хоть я и не присутствовала в тот момент, но думаю, твой друг просто удивился. Ты же никогда до этого не показывала настоящую себя? Ты пряталась за идеальным образом, как ты сказала…? Леди? Думаю, он не хотел тебя обидеть. – Улыбнулась девушка. - Я согласна с ней. – Добавила я. Тара потупила взгляд в пол, а затем облегченно улыбнулась: - Спасибо вам. – На выдохе сказала она. – Но я все равно хочу себе платьице! *** Когда мы вышли из комнаты, откуда-то доносился металлический лязг. От этого звука у меня тут же вспотели ладони. Быстрым шагом я направилась к источнику. Тара и Пария с непонимающими лицами пошли следом. От сердца отлегло стоило оказаться в коридоре. Из открытого настежь окна, Тербий наблюдал за поединком Рэна и Маркуса. Подойдя ближе, мы втроем облепили его, заглядывая на улицу. - Вау! – Не скрывая восхищения пролепетала Тара. - Давно не видела их тренировок. Я улыбнулась, ведь девочка озвучила мои собственные мысли. Усладой для глаз было наблюдать, как юноши, словно дикие кошки с ревом бросались друг на друга, а их рельефные мышцы играли под пропитанной потом одеждой. Взъерошенные, они то отступали, то нападали вновь. - А это не опасно? – Спросила Пария, будучи единственной в трезвом рассудке. – На остриях нет защиты. - Не переживай. – Отмахнулся старик. – Я наблюдаю за ними. Если что, сразу вмешаюсь. - Не знала, что они та́к искусно владеют мечами. – Зачарованно сказала я. - Ты еще не видела, как Маркус с арбалетом управляется. – С аналогичным тоном добавила Тара. - Девушки, - с забавой в голосе сказала Пария, смыкая наши челюсти, - вы подоконник слюной зальете. – Она хихикнула. - Маг Тербий, думаю, пора им сделать перерыв. – Добавила та, кивнув на сражающихся ребят. - Зачем?! – Воскликнули мы с Тарой. *** Время близилось к вечеру. Начались первые приготовления. Пока мы накрывали на стол, Рэн и Маркус отправились в небольшую баню за домом. Как только они вернутся, настанет наша очередь. Я с нетерпением ждала того момента, когда смогу смыть с себя всю грязь. *** День складывался восхитительно. Как только ребята зашли в дом, мы тут же юркнули во двор, побежав к теплой воде, душистым травам и грядущей чистоте. Отмыв с себя липкий слой пота и грязи, я переоделась в хлопковые светлые штаны и свежую рубаху, перевязав талию серым поясом. Никаких платьев! Свобода! Когда я расчесывала влажные волосы, передо мной встала Пария, орудуя полотенцем. Она впервые расплела свой тугой пучок. Ее на удивление длинные локоны спадали мокрыми темными прядями почти до поясницы. - У тебя красивые волосы! – Снова озвучила мои мысли Тара. - Спасибо. – Смущаясь ответила Пария. - Только полотенцем, ты нескоро их высушишь. – Добавила девочка с нескрываемым хвастовством в голосе. - О чем вы? - Вы? – Нахмурилась она. - Ой, - смутилась Пария, - ты. - Так-то лучше! Улыбнулась она, подойдя ближе. Вытянув ладонь, Тара щелкнула пальцами и только что влажные волосы, сквозь облако пара, стали сухими и слегка вьющимися. - Ничего себе! – Сказала я с отвисшей челюстью. Театрально, девочка поклонилась. - Спасибо-спасибо… Аплодисментов будет достаточно. *** Солнце почти зашло за горизонт. В доме пахло едой и играла скрипка. Тербий оказался тем еще виртуозом. В руках он держал инструмент, а ногой отбивал тамбурин. Золотистый свет лампадок под потолком создавал самую волшебную обстановку. Под звуки игривой скрипки босоногая Тара кружилась вокруг своей оси, поднимая руки вверх. Вскоре и я присоединилась, поддавшись соблазну. Также как и девочка, я подняла ладони к потолку и запрокинула голову. Отдавшись музыке, я кружилась-кружилась-кружилась, пока чьи-то ладони не легли мне на талию. Приостановившись, я увидела улыбающегося Рэна. - Не смог удержаться, - сказал он негромко, наклонившись к моему уху, - ты хорошо танцуешь. - Ну, кружиться любой дурак сможет. – Усмехнулась я, взяв за руки юношу. - Давай, покружись. Тот, посмотрел на мои запястья, обогнув пальцами болезненные участки. - Хочешь потанцевать? – Смущенно уточнил он. - Ага! – Кивнула я, дернув его на себя. – Потанцуй со мной! К моему большому удивлению, долго его просить не пришлось. Обхватив одной рукой за талию, а другой взяв мою ладонь в свою, галопом, под смешки Маркуса, мы понеслись к противоположной стене. Остановившись в такт, он закружил меня, придерживая за руку. От мерцающего света казалось, что его глаза сияют и переливаются. В них искрилось счастье. - Ты такой замечательный! – Выпалила я, обхватив его щеки ладонями. От неожиданного признания юноша замер, серьезно посмотрев на меня. Его руки накрыли мои. Рэн словно хотел что-то сказать. - Эй! – Толкнула нас Тара. – Чего замерли? Я тут же одернула руку, смущенно потупив взгляд. - Ничего, Тара. – Улыбнулась я, просто устала. Я пойду посижу, а вы потанцуйте вместе. Убедившись, что Рэн в «надежных руках», я ушла к заставленному блюдами столу и плюхнулась на тканевый диванчик. «И почему я все еще смущаюсь?». Выдохнув, я уставилась на друзей: Рэн ухватил сестру за руки и кружился с ней в веселом, слегка неряшливом танце, иногда поглядывая на меня. Маркус же наоборот галантно танцевал с Парией, отчего Тара пуляла в них грозные недовольные взгляды. Девочка пыталась вырваться из цепких рук брата, чтобы «навалять» этой парочке. Она лягалась ногами, но брат успевал перекидывать ее на другую сторону. Это не могло не вызвать улыбку. На мгновение музыка стихла, а затем заиграла вновь. Тербий заставил инструменты играть вместо себя и сам начал по-стариковски отплясывать. Поднялась волна аплодисментов. Стало жарко. Я собрала волосы в пучок и обнажив шею помахала перед ней рукой, не отрывая взгляда от друзей. - Что делаешь? – Неожиданно спросил Рэн, подув на покрытую испариной кожу. От резкого холода меня перетрусило, а юноша, усмехнувшись плюхнулся рядом со мной. - Для долгих танцев, у меня слишком мало сил. – Я виновато улыбнулась. – Хочешь пить? - Не откажусь. – Он пожал плечами. – Слушай, мне нужно тебе кое-что рассказать. – Рэн потер шею. - Что именно? – Спросила я, натянуто улыбаясь, передавая стакан. - Тут шумно, выйдем? - Да, пойд… - Разве сейчас не время танцевать? – Вмешался Маркус, вытягивая меня из-за стола. – Ена, выручай, Тара одичала… Я снова виновато улыбнулась Рэну, позволяя себя увести. - Давай потом? – Успела выкрикнуть я. - Эм, - смутился он, - ладно. *** Праздничный вечер подходил к концу. С момента нашего скудного диалога с Рэном мы больше не говорили. Нас отвлекали то девочки, то Маркус. Полностью освободились мы только когда все ушли спать. Я уже лежала в постели, как в дверь дважды постучались. Накинув плед, я встретила Рэна, стоящего в дверном проеме с лампадкой. Он мягко улыбнулся и с порога чмокнул меня в лоб. - Поговорим? – Спросил он, окруженный ореолом тьмы. - Да…, - замялась я, впуская юношу в комнату, - конечно... Не знаю почему, но мне не хотелось слышать то, что он скажет. Может подсознание умышленно играло со мной, создавая очередную западню. - С тобой все хорошо? – Озадаченно спросил Рэн, касаясь моего плеча. – Неужели праздник выбил тебя из сил? Может нам не стоило… - Нет, - мотнула головой я, - просто мне не по себе. - Отчего же? – Он сел на кровать. - Потому что страшно. – Честно призналась я. – Мне страшно услышать то, что ты скажешь. - Ты так уверенна, что это что-то плохое? – Горько спросил Рэн. - Опыт подсказывает, что любая весть печальна. Я ведь права? – Я подсела к юноше и взяла его теплую ладонь в свою. – Права же? Сжав мою руку, он кивнул. В сердце у меня что-то кольнуло. Я молилась, чтобы весть была менее тревожной и не совпадала с картинами грядущего. - Ты ведь уже знаешь кто такой Тербий? Я кивнула. – Раньше он был королевским библиотекарем. - Верно. Тербий очень сильный маг, а еще друг моей мамы и... твоей предшественницы. Тербий узнал меня. – Горько добавил Рэн, сильнее стиснув мою ладонь. – И рассказал о том, кто я на самом деле. - Рассказал о твоем прошлом? – По телу пробежались мурашки. В мыслях возник образ мальчика, изображенный на том портрете. Заочно я уже догадывалась... Тот мальчик... Он был так сильно схож с Рэном. - Не знаю, насколько это правда, и правда ли вообще, но… - Он замялся. – Но мое имя не Рэн, а Леон. Я сын короля и королевы - свихнувшихся правителей. – Он усмехнулся, словно сам не верил собственным словам. Я зажмурилась, пытаясь собрать мысли воедино. - Тербий не лгал. – Тихо прошептала я, отстраняясь. - О чем ты? – Шепотом спросил Рэн. - В последний день в замке я каким-то образом нашла комнату, где висел портрет. На нем была изображена королевская семья, а ниже выгравирована надпись: «Возрадуйтесь чете Траверсов: Капеллан, Нефелин, Хина, Леон». Сначала я не придала этому значения, но увидев лицо мальчика - маленького принца, увидела в нем тебя. У него были твои глаза и губы... - Это значит, Тербий прав? – В его голосе зазвенела потерянность. - Рэн, - я серьезно посмотрела юноше в глаза, - помнишь, когда мы с тобой впервые встретились, ты был мнителен и до последнего сомневался в моей искренности? Он кивнул и хотел было что-то сказать, но я не позволила. - Ты был прав. Пока сам не убедишься, нельзя никому верить, это чревато. Нам неизвестно правда ли это, или все, что говорят – один большой заговор. Возможно мы находимся в очередной игре сами того не подозревая. - Но зачем Тербию лгать? – Нахмурился он. - Я не знаю. – Ответила я, поежившись. – Этот мир еще сложнее чем наш. Одно я поняла точно: абсолютно каждый может предать. Даже тот, от кого ножа в спину ждешь в последнюю очередь. - Ты изменилась. – Подавленно сказал он. - Что же с тобой произошло во дворце, отчего ты так переменилась? Ты словно очерствела. - Ничего хорошего. – Я едко усмехнулась. - Однако я благодарна им за жестокий урок. - Ты никогда не расскажешь? – Прошептал юноша, уткнувшись лбом в плечо. - Возможно когда-нибудь. – Я слабо улыбнулась, заглянув ему в глаза. - Можно мне сегодня остаться у тебя? - С хрипотцой спросил Рэн, касаясь моих израненных запястий. Я молча кивнула: - Я бы очень этого хотела. *** Как понять, что «здесь и сейчас» прямо в э́то мгновенье? Наверное, никак. Потому что оно всегда. Тяжело осознавать скоротечность времени. Особенно, если оно связано с тем, что любишь. В доме царила тишина. Трудно сказать, что еще пару часов назад здесь играла музыка и смеялись близкие моему сердцу люди. Комнаты овеял мрак ночи. Все замерло в ожидании конца. *** Это уже четвертая комната, в которой я живу с момента моего появления в этом мире. Каждый уголок несет в себе определенный смысл и воспоминание. Комнаты в жилом доме – мой второй дом, приют; дворец – птичья клетка среди змей, а здесь, в доме у Тербия – безопасность и спасение. Но у меня не было того места, где я могла бы остаться не как гость, а как член семьи. Я неприкаянная. Путник. Постоялец. Для меня и это место лишь временное пристанище. Я гость не только в этом доме, я – гость в мире, где меня никогда не должно было быть. Когда-нибудь мне придется исчезнуть. Когда-нибудь, но не сейчас.