Нас не догонят!
23 июля 2020 г., 17:30
***
Аккуратно приоткрыв дверь в спальню к родителям, Алиса позвала громким шёпотом: — Мам! Мама! Маам!!! — Василина не отзывалась, и девочка сменила объект. — Папа! Ты спишь? — отец не ответил, и она обошла кровать, присмотрелась повнимательнее. Родители не открывали глаз, дышали размеренно и ровно, почти неслышно. — Спят! — заулыбавшись, прошептала Алиса, довольная до ужаса таким раскладом. Прокравшись на цыпочках к шкафу-купе, открыла дверцу, стараясь как можно меньше шуметь. Пошебуршав на полке, что-то взяла оттуда и, крадучись, вышла. Заглянула ещё раз, утянула с тумбочки мамину косметичку и тихонечко испарилась. Василина, наблюдая за дочкой из-под ресниц, невольно фыркнула, уткнулась в подушку, сдерживая смех. — Что это было? — целуя жену в плечо, негромко поинтересовался Сергей. — Скоро увидим. Если не спугнём шкоду раньше времени. А ты почему не отозвался? — повернувшись к Сергею лицом, хитро прищурилась Лина. — Шутишь? — возмутился Майский. — В кои-то веки дома в субботу утром. Думал, чуток подремать, ну, или по-тихому поприставать к любимой женщине. — Приподнявшись на локте, лёгкими поцелуями коснулся щеки и губ Василины. Та, плавясь от его нежности, потянулась, просыпаясь окончательно. Потом вдруг прислушалась, прижав палец к губам Сергея: — Тсс! Тише, спугнём. — Интересно, что она задумала? — Сергей перевернулся на спину, притянул Лину к себе, головой на плечо. — Судя по идеальной тишине, что-то глобальное. Лишь бы ремонт потом не пришлось делать, — снова фыркнула Василина, по привычке перебирая цепочку с крестиком на шее мужа. — Вась… — Да? — А как думаешь, нам за вторым не пора отправиться? — Прям сейчас что ли? Ты с ума сошёл? Алиска же не спит уже. — Я не про прям сейчас, хотя… Давай маме позвоним? Отправим Лисёнка к бабушке в гости? Они давненько обе мечтают в парк сходить, пообщаются на выходных. Вечером в воскресенье заберём, а у нас будут 36 часов свободы? Как тебе идея? — Идея? Хм… Надо подумать, — Василина чутко ловила шорохи за дверью. — А давай. Если Ирина Васильевна будет не против. — С ума сошла? Когда она была против? Они когда встречаются, их друг от друга за уши не оттянуть. — Только погоди чуть-чуть, давай дождёмся, чем нас рыжуля удивит. — Ещё несколько минут пошептались, изредка даря друг другу невесомые поцелуи. Замерли как школьники, застигнутые врасплох, когда в прихожей раздались странные звуки…***
…Алиса, навострив уши и затаив дыхание, вернулась в свою комнату, для гарантии прикрыла дверь и только тогда выдохнула. Вечером, когда мама рассказывала, что в понедельник у неё очередной отбор школьных талантов в её театральный коллектив, девочка вдруг притихла, жадно вслушиваясь в каждое слово, а потом, бросив игрушки, подбежала к ней, забралась на колени: — Мамочка, а мне можно к тебе в театр? Бабушка Ира говорит, я та ещё артистка! — Лина улыбнулась, завязала дочери вечно развязывающийся бантик на рукаве, убрала под заколку непослушные прядки у лица. Очень не хотела расстраивать дочку, но всё же покачала головой: — Зайка, надо ещё немножко подрасти. Там школьники занимаются. — Ну мам! У меня же был день рожденья, мне же целых четыре года уже, даже больше, потому что скоро лето! — Алиса надулась, нахмурилась, но не сдавалась: — Хочу в твой театр. — Рыжик, только посмотреть могу с собой взять. У меня нет в этом году группы для совсем маленьких. Но и туда тебе было бы рановато. Всё, солнышко, ужинать, убирать игрушки. Потом мультик, умываться — и спать! — Папа! — поняв, что мама не собирается ей помогать, Алиса бросилась к отцу. Но и тот вдруг отчего-то не стал уговаривать Лину, а только пожал плечами, отвлёкшись от ноутбука: — Лисёнок, наверное, не получится. Мама права — тебе надо подрасти. — Девочка попыталась захныкать, но Сергей погрозил ей пальцем: — Даже не начинай. Я тебя люблю очень, но в мамину работу вмешиваться не буду, это неправильно. Пойдём, лучше поможем ей на стол накрыть. — Вздохнув, Алиса расстроилась совершенно, но идею не оставила. Наверное, мама просто не знает, что она, Алиса — вот просто всё-всё-всё уже умеет. И петь, и танцевать, и стихи читать, и даже гримироваться как на сцену. И надо только ей это показать… С этой мыслью девочка уснула, а утром, раным-рано, приступила к осуществлению своего плана. Первая часть операции прошла безукоризненно: родители даже не проснулись, а мамина шёлковая сорочка и компактный саквояжик с косметикой уже гордо красовались посреди Алискиной кровати. Оставалось добыть туфли — и можно создавать сценический образ. Алиса выглянула в прихожую. В квартире было тихо, так, что было слышно негромкое покачивание маятника в старинных часах на кухне. Мышкой прошмыгнув к шкафу, где хранилась обувь, открыла его, в задумчивости оглядела ассортимент. Её сандалики не годились, были слишком простыми для задуманного имиджа «звезды», и Алиса, капельку посомневавшись, стянула с полки повыше мамины туфли на шпильке, уронив попутно папин ботинок. Замерев, прислушалась, но родители, по ходу, спали крепко, устав от рабочей недели… …Положив кисточку на столик, Лисёнок ещё раз оглядела себя в зеркало. Увиденным осталась довольна: огромные, в пол-лица, серо-зелёные с янтарными крапинками, глазищи, накрашенные весьма талантливым визажистом, притягивали внимание. Вдохновлённая успехом, Алиса взялась за помаду, добавила яркий штрих. Потом взлохматила волосы, перекинула их на одну сторону, закрепила заколкой — «крабиком». Мамина шёлковая сорочка оказалась длинновата, и, чуть-чуть подумав, Алиса перетянула её пояском от своего нарядного платья, а чтобы не наступать на подол — с одного боку подцепила ткань ещё одной такой же заколкой. Ну и завершали картинку мамины туфли. Они, конечно, были великоваты, но разве начинающую актрису могла остановить такая мелочь? Крутнувшись вокруг себя, Алиса едва не загремела на пол. Вздохнула: нельзя было показываться маме без репетиции. Надо и подвигаться попробовать, и песню спеть, да и микрофон держать поучиться. Подхватив подол и стараясь не слишком громко цокать каблуками, девочка заковыляла в прихожую: там и места много, и огромное зеркало есть…***
— Серёж, что это? — Василина никак не могла понять природу загадочных звуков. Майский бесшумно поднялся с кровати, так же бесшумно подкрался к двери, осторожно приоткрыл створку. С минуту наблюдал за происходящим, потом, сделав знак молчать, поманил к себе Василину. Та, чрезвычайно заинтригованная, на цыпочках подошла к Сергею и, встав так, чтобы объект не заметил слежку, наклонила голову, пытаясь разглядеть, что же там такое. Сначала не поняла, а потом чуть не расхохоталась в голос; благо — Сергей был начеку и вовремя зажал ей рот ладонью. Крепко удерживая Лину в объятиях, Майский еле слышно шепнул: — Тише! Не спугни! — Алиса же, не догадываясь, что за её репетицией уже наблюдают, встала перед зеркалом, начала пританцовывать и что-то напевать, взяв круглую расчёску вместо микрофона. Неустойчивые туфли страшно мешали, но Алиса стоически переносила трудности, стараясь поймать равновесие и при этом не забыть слова. Оказалось, что удобнее всего, когда носки развёрнуты внутрь. Рыжая бестия немедленно воспользовалась сделанным открытием и повернула стопы. Почувствовав себя увереннее, начала танцевать активнее, не подозревая, что её якобы крепко спящие родители прилагают титанические усилия, чтобы сдержать хохот. — Боже! А макияж, а причёска… Серёж, это надо снимать, — Василина потянулась за смартфоном. — Наряд круче, — беззвучно ржал Майский. — Слушай, придумай ты для неё роль, пусть занимается, если ей так хочется. Ты посмотри, какая пластика! А что она поёт? — Тихо ты! Не разобрать. Решив, что никого она пока что не разбудила, Алиса осмелела, прибавила громкости, и Василина, вся обратившись в слух, всё-таки разобрала слова, а дочка, ужасно фальшивя, но, всё же пытаясь управлять своим голосом, самозабвенно пела: — Небо уронит ночь на ладони, нас не догонят, нас не догонят! — то чуть грубее, то переходя на писк, девочка явно копировала исполнителей старого шлягера. — Господи! — простонала Лина, пряча лицо на груди Сергея, — где она это услышала? — Да в машине наверно, мы ж с тобой на радио редко отвлекаемся. А динамик как раз на пассажирское сиденье направлен. Тише, Вась! Раз за разом повторяя строчку припева, Алиса вдруг особенно сильно промазала мимо нот, так, что родители синхронно вздрогнули. От движения дверь распахнулась шире, и Алиса резко обернулась, едва удержав равновесие. Смерив взглядом слегка стушевавшихся маму с папой, девочка вздёрнула носик и укоризненно произнесла: — Такие большие, а за ребёнком подглядывают. Вам заняться больше нечем? — и, поистине королевским жестом подхватив сорочку, с достоинством удалилась в свою комнату, предоставив взрослым самим справляться с приступом хохота, свалившим обоих на широкую кровать.
