Беда не приходит одна

Как они остались одни, Сюэ Ян так и не понял. Он просто в какой-то момент внезапно для себя обнаружил, что за столом сидит только он и братья Вэй, а два Нефрита и даочжаны ушли на ночную охоту. Сюэ Ян мысленно пожелал им поскользнуться и свернуть шею — а сделать это было бы не так сложно, ведь после прошедшего недавно дождя земля еще не успела высохнуть и превратиться из грязи во что-то более приемлемое для передвижения. — Ну и что это? — Сюэ Ян наконец устал от того, что близнецы сидят напротив него и молчат. — Будете устраивать мне допрос? — Вовсе нет, — ответил Вэй Усянь, — А-Нин же сказал, все должно быть честно. Ты рассказываешь нам — мы рассказываем тебе. Все исключительно на добровольной основе. Сюэ Ян фыркнул. — Знаю я эти добровольные основы. Ладно уж, спрашивай, пока у меня хорошее настроение. — Сюэ Ян, — Вэй Сюань чуть заметно нахмурился, — как долго ты собираешься оставаться с даочжанами Сяо Синчэнем и Сун Ланем? — М-м-м… — задумчиво протянул Сюэ Ян, наслаждаясь вопросом. — До тех пор, пока они не прогонят меня. Близнецы переглянулись. — Зачем тебе это? — спросил Вэй Усянь. У Сюэ Яна уже давно был готов ответ на такие вопросы — тот самый, который всегда так сильно бесил Сун Ланя. — Я был пленен добротой и красотой Сяо Синчэня, — ответил он так, словно читал вызубренный наизусть текст, — и теперь хочу до конца жизни находиться рядом с ним. — А? — на лице Вэй Сюаня изобразилось замешательство. — Ты что, повредился рассудком, пока валялся в канаве? — Как может повредиться рассудком тот, чей рассудок и так сломлен? — ответил Сюэ Ян. — Мне нравится твоя самокритичность, — похвалил его Вэй Усянь. — Ладно, а если серьезно? Ты остаешься с ними, потому что ждешь, пока заживут твои раны, а параллельно ищешь способы отомстить? Старейшина Илина был невероятно проницательным. И хотя все, что он сказал, было правдой, Сюэ Ян даже почувствовал себя немного обиженным: почему о нем такого плохого мнения человек, который в детстве — а Сюэ Ян в этом теперь не сомневался — вместе со своим братом перебил всех детей, которые над ним издевались? Разве Сюэ Ян сделал не то же самое с кланом Чан? — Если я скажу, что все осознал и хочу исправиться, — произнес он, смотря Вэй Усяню прямо в глаза, — вы мне поверите? — Нет, — ответил Вэй Сюань, не взяв ни секунды на размышления. — Нет, — согласился с братом Вэй Усянь. — Ты давай тут не ври нам, а то А-Нин умеет читать мысли, мы всегда узнаем, если ты солжешь. Сюэ Ян, еще не осознав полностью выданную ему информацию, воззрился на Вэй Сюаня, но тот в эту же секунду фыркнул от смеха. — А-Нин! — поругал его Вэй Усянь. — Ты все испортил! Ладно-ладно, он не умеет читать мысли. Но в людях он хорошо разбирается. По тебе сразу видно: в твоем сердце нет ни намека на раскаяние. — Ладно, — Сюэ Ян беспечно пожал плечами. — Попытаться-то стоило. Ну раз уж вы тут задаете мне вопросы, то будьте добры и на мой ответить. — Задавай, — с готовностью отозвался Вэй Сюань. — Я тут все голову ломал… — Сюэ Ян поскреб подбородок. — В чем подвох в твоей истории? — Нет подвоха, — тут же ответил Вэй Сюань. — Я, конечно, мысли читать не умею, — Сюэ Ян хмыкнул, — но то, что он в ней есть, не поймет только дурак. — Ну послушай, — Вэй Сюань развел руками, — если ты имеешь в виду «секрет» из истории, то он на то и секрет, чтобы не раскрывать его. Тут уж, прости, ничем не могу помочь. — Да плевать мне на твой секрет, — Сюэ Ян поморщился. — Я не об этом. Главная трагедия ведь… заключалась не в том, что старушка выгнала вас из дома? Он поднял на Вэй Сюаня глаза и вцепился в него взглядом, как клещами, чтобы тот не мог никуда от него деться. И, подавшись вперед, расширил глаза и произнес искусительным, почти интимным шепотом: — Так в чем же она была? Вэй Сюань улыбнулся. — Ну ты и проныра. — Жизнь научила, — ответил Сюэ Ян, делая свой голос нормальным и садясь ровно. — Ну так что? Я жду. Вэй Сюань отклонился на спинку стула и возвел глаза к потолку, вспоминая. Ха! Как будто бы он мог это забыть. — Просто там так вышло… На его щеках вдруг появился нездоровый румянец, словно он был либо очень смущен, либо мучался лихорадкой. Сюэ Ян снова придвинулся вперед, впериваясь в него глазами и не мигая. Да, вот оно. Сейчас он наконец услышит что-то действительно стоящее. Вэй Сюань закрыл глаза и улыбнулся. — …что, чтобы спасти ее, я разбил себе золотое ядро.

***

Была уже глубокая ночь: темная, беспросветная, почти беззвездная. Единственными источниками света были тонкий полумесяц, повисший над Шудуном, и маленький оранжевый фонарь, прицепленный к балке над входом в дом. — Шишу, почему не спишь? Вэй Усянь, кутаясь в плащ Лань Чжаня (он просто не смог отыскать свой, поэтому взял первый попавшийся, чтобы своими поисками не разбудить братьев Лань), подошел к Сяо Синчэню. Тот сидел на крыльце, задумчиво и как-то по-странному печально глядя вдаль. Вэй Нин вышел за ним следом. Хотя ночь была холодной, он совсем не мерз (спасибо золотому ядру брата), но из вежливости тоже накинул на себя плащ, чтобы Вэй Усяню не было неуютно. По правде, ему показалось, что он случайно надел плащ Вэй Усяня, а не свой, но он не стал говорить об этом вслух прямо в комнате, чтобы не разбудить братьев Лань, а потом это стало уже неважно. Сяо Синчэнь удивленно обернулся. — Цзычэня жду, — ответил он. — А вы почему не спите? Вы же не ходили с нами на ночную охоту, так что я думал, вы давно уже легли. — Мы ждали Лань Чжаня и Лань Хуаня, — объяснил Вэй Нин, садясь справа от Сяо Синчэня и запахивая накидку посильнее. — А сейчас просто не спится. Мы обычно поздно ложимся. А куда запропастился даочжан Сун? — Сказал, что хочет прогуляться, — ответил Сяо Синчэнь, и на его лице появилась слабая улыбка. — Думаю, ему просто требуется больше времени, чтобы смириться с тем, что он будет спать в одной комнате с Сюэ Яном. Вэй Усянь хмыкнул и опустился на крыльцо с другой стороны от него. — Да уж, перспектива так себе. Я бы на его месте тоже злился. Они немного помолчали, а затем Вэй Усянь повернулся к Сяо Синчэню и сказал: — Послушай, шишу, не хочу быть навязчивым, но мне кажется, вам бы не помешал взгляд со стороны, правда? Сяо Синчэнь чуть нахмурился, продолжая вглядываться вдаль, словно хотел найти там ответ на вопрос. Он, конечно, сразу понял, о чем говорит Вэй Усянь. — …взгляд со стороны, — продолжил Вэй Усянь, — который бы напомнил вам, что то, что происходит сейчас, это какое-то безумие. Вы живете с осужденным на смерть преступником, убийцей целого Ордена, и, кажется, неплохо с ним ладите. Это же настоящее безумие, разве нет? Сяо Синчэнь поджал губы, и лицо его дрогнуло, а глаза на мгновение закрылись, чтобы открыться с уже новым чувством в них — горечью, какая бывает от послевкусия полынной настойки. — Я знаю… — пробормотал он одними губами и, закрыв лицо руками, уткнулся себе в колени. — Я знаю. — И нам вот просто интересно, — произнес Вэй Нин, жестикулируя левой рукой, рисуя ей в воздухе небольшие круги, — что ты собираешься делать с Сюэ Яном? Вне зависимости от того, скажет он то, что вам нужно, или не скажет, что ты собираешься с ним делать? Сяо Синчэнь отнял руки от лица и удивленно посмотрел на него. — Я? — растерянно переспросил он. — Но я думал… что Вэй Ин позвал вас с Цзэу-цзюнем как раз для того… — О-о-о! — Вэй Нин перебил его, умиленно моргая. — Ты зовешь его Вэй Ин! Как мило! Можешь тогда и меня звать по имени? Сяо Синчэнь смущенно улыбнулся. — Хорошо. Я думал, что Вэй Ин позвал вас с Цзэу-цзюнем как раз для того… чтобы решить это. — Э, нет! — Вэй Нин рассмеялся. — Ты ответственность-то на чужие плечи не перекладывай. Спасти его от смерти было вашим с даочжаном Суном решением. Так что и его дальнейшая судьба тоже в ваших руках. Я не буду в это лезть. Лань Хуань тоже не будет, я у него спрашивал. Если уж вы начали эту историю, то вам ее и заканчивать. Сяо Синчэнь печально и устало усмехнулся. — Разве же у меня есть много вариантов, как ее закончить? — Ну-у-у, — протянул Вэй Усянь, пожимая плечами, — как минимум, пять. Первый: отвести его обратно в Ланьлин и на этот раз проследить, чтобы ему точно отрубили голову. Второй: казнить его самостоятельно — например, тем же отрубанием головы. Третий: выкинуть его на улицу, пока его раны не зажили… — он фыркнул. — Правда, это плохой вариант. Я уверен, что он выживет и потом вернется, чтобы отомстить тебе. — Четвертый, — Вэй Нин поднял указательный палец, — вылечить его и отпустить на все четыре стороны. Тоже не самый лучший вариант, потому что, скорее всего, он и дальше будет творить беззаконие. И пятый: оставить рядом с собой, чтобы иметь возможность постоянно следить за ним, чтобы убедиться, что он не натворит дел. И что же ты выберешь? Сяо Синчэнь закрыл рукой нижнюю часть лица. — То есть по сути, — горько сказал он, — варианта у меня всего три, верно? И два из них заканчиваются смертью Сюэ Яна. А еще два тех, которые ей не заканчиваются, приводят только к худшим последствиям. Братья Вэй переглянулись, и Вэй Нин виновато улыбнулся. — Ну нет, почему же? — возразил Вэй Усянь. — Ты можешь выбрать любой из пяти вариантов или даже придумать собственный. — Я… — Сяо Синчэнь закрыл глаза и помотал головой. — Я не знаю. Я уже… ничего не знаю. — Ладно, шишу, послушай, — Вэй Нин приобнял его за плечо. — Как и обещал, я не буду в это лезть, просто кое-что скажу тебе. Скажу важную вещь. Ты слушаешь? Сяо Синчэнь кивнул, не открывая глаз. — Я вижу, что у тебя очень острое чувство справедливости, — сказал Вэй Нин, — и что ты очень любишь брать на себя вину за все, что можно и нельзя. Такой уж ты человек, с этим ничего не поделаешь. Допустим, ты решил взять на себя ответственность за то, что в тот раз привел Сюэ Яна на суд и там его искалечили. Это не совсем корректно, потому что ты не можешь влиять на дела, которыми промышляет Орден Ланьлин Цзинь — а поверь, они вещи и похуже творят! — но я допускаю, что ты решил взять всю вину на себя и в связи с этим помочь Сюэ Яну. Это не совсем верно, но вполне понятно. Но послушай… Ты слушаешь? — Да, — тихо ответил Сяо Синчэнь. — С несправедливым судом все понятно, — продолжил Вэй Нин, — но ты не должен брать на себя ответственность за то, что случилось с Сюэ Яном в детстве. Это не ты виноват в том, что ему переехали палец телегой, после чего он озлобился на весь мир. Это не ты был извозчиком в повозке Чан Цыаня, не ты уронил ребенка в грязь и не ты ударил его кнутом. Поэтому ты не обязан помогать ему сейчас, не обязан направлять его душу по правильному пути. Это был его выбор и его жизнь, и ты не должен брать на себя вину за то, что с ним случилось, потому что ты никак к этому не причастен. Сяо Синчэнь посмотрел на него, и его лицо было наполнено страданием. Кажется, он окончательно запутался и теперь совершенно не знал, что ему делать дальше. — И еще кое-что, — добавил Вэй Нин, — Последнее, но не менее важное. Каким бы человеком ни был Сюэ Ян, то, что ты не ненавидишь его — это нормально. Вне зависимости от причины, будь то жалость, чувство вины или что-то другое — это нормально. Ты не обязан ненавидеть его, понимаешь? Сяо Синчэнь моргнул — так, как моргают люди, готовые расплакаться. — Но! — Вэй Нин повысил голос, привлекая внимание. — То, что ты не обязан его ненавидеть, не означает, что ты обязан брать на себя ответственность за его поступки. То, кем он стал, не имеет к тебе никакого отношения. Не ты виноват в смерти людей из клана Чан, и ты не обязан всюду таскаться с Сюэ Яном, чтобы проследить, что он никого не убьет. Сяо Синчэнь медленно, заторможенно кивнул, пытаясь вникнуть в то, что ему говорят. — Но есть еще одно «но», — сказал Вэй Нин и улыбнулся Сяо Синчэню. Сяо Синчэнь посмотрел на него невыразительно, словно в прострации. Вэй Нин приблизился к нему и произнес тихо: — Если ты правда этого хочешь, то это тоже нормально. Сяо Синчэнь некоторое время сидел молча, не скидывая с себя руку Вэй Нина, но и ничего не отвечая. Взгляд его был задумчиво-отрешенным, он словно пребывал в каких-то своих мыслях. А затем он откинул голову назад и легко рассмеялся. Вэй Усянь рассмеялся следом. — А-Нин! — воскликнул он. — Ты совсем его запутал! — Нет-нет, — Сяо Синчэнь покачал головой и улыбнулся, — все не так. Мне просто нужно немного подумать, чтобы понять, как мне поступить. Но в любом случае спасибо вам, вы правда мне очень помогли. — Ты преувеличиваешь, — ответил Вэй Нин, но голос его был крайне довольным. — А что это там за черное пятно, не даочжан Сун ли возвращается? Уже смирился со своей участью? — Точно, Цзычэнь, — подтвердил Сяо Синчэнь, поднимаясь на ноги. — Думаю, нам всем пора ложиться спать. Они вчетвером тихонько, стараясь никого не разбудить, зашли в дом, и Сяо Синчэнь запер дверь на ночь. Два Нефрита спали на циновках около кухонного стола и выглядели довольно комично в своей серьезности: идеально уложенные волосы, руки, вытянутые четко по бокам, прямое, как струна, тело — и прямо рядом с ними ножка ветхого, старого стола. — Мы можем спать в той комнате, с Сюэ Яном, — прошептал Вэй Усянь Сяо Синчэню. — На самом деле это была шутка, я не умру, если одну ночь посплю без Лань Чжаня. Он плохо видел лицо шишу из-за темноты, но почувствовал, как оно покрывается румянцем. — Не стоит, — также шепотом ответил Сяо Синчэнь. — Такие хорошие друзья, как вы, должны спать рядом. — Ладно, — Вэй Усянь хмыкнул, — но я предлага… Он замолчал, потому что в этот момент из комнаты, в которой спал Сюэ Ян, донесся сдавленный вскрик. Так звучат люди, которые пытаются сдерживать крики во время пыток. Вэй Усянь прислушался, пытаясь понять, не показалось ли ему, но крик раздался еще раз, стал громче, превращаясь в стон. — Что за… — Вэй Усянь рванул было к комнате, чтобы понять, что там происходит, но Сяо Синчэнь удержал его за руку и лишь покачал головой, оставаясь на месте. — Не переживайте об этом, — произнес он. — Ложитесь спать. Я сейчас его успокою. Ему просто снится кошмар. — Хм? — Вэй Нин посмотрел на него удивленно. Сяо Синчэня совсем не удивил этот дикий выкрик, он даже не вздрогнул, услышав его. Он остался абсолютно спокоен, словно такое происходило уже много раз до этого. — Хочешь сказать, — уточнил Вэй Нин, — что он часто так орет? — Каждый день, — мрачно ответил Сун Лань. Вэй Нин изумленно приподнял брови. — Это правда, — Сяо Синчэнь неловко улыбнулся. — С Сюэ Яном довольно сложно выспаться.