Беда не приходит одна

Вэй Нин открыл глаза. Вокруг него была кромешная тьма — чернее и плотнее, чем на горе Луаньцзан. Но, в отличие от темноты на горе, она совсем не внушала страха. Потому что была какой-то… пустой. Пустой и такой абсолютной, что Вэй Нин не видел даже собственного тела. Он проморгался, вытянул руку вперед, чтобы ощупать пространство вокруг, убедился, что впереди ничего нет, и сделал несколько несмелых шагов. Шаги не издавали совершенно никаких звуков, а его ноги не ощущали опоры, словно он парил в невесомости. — Где я?.. Вэй Нин осторожно наклонился и потрогал ладонью поверхность, по которой шел. Кисть руки согнулась, словно он достал до земли, но самой земли он не ощутил. А была ли вообще земля?.. Он попробовал сесть, затем — лечь, и у него получилось. Однако ни одна из частей его тела совершенно не ощущала никакой опоры. Вэй Нин встал и осмотрелся. Какое странное место. Он прошел еще немного вперед, оглядываясь по сторонам, и точно убедился в том, что место, в которое он попал, было… необычным. В нем не было абсолютно ничего — ни других людей или предметов, ни чужих голосов, ни пейзажей, ни запахов. Абсолютная пустота. Вэй Нин поднес руки поближе к лицу — практически ткнулся в них носом, но все равно не смог ничего рассмотреть. Он попробовал ущипнуть себя за локоть, потянул за нос, но не почувствовал прикосновений. — Где я? — повторил он, но не услышал своего голоса. Все, что он мог слышать, это свои собственные мысли. — Вот оно что… — Вэй Нин остановился и тупо уставился вниз, в землю, хотя ее и не было. — Так значит, я все-таки умер. Так выглядит жизнь после смерти? А когда меня отправят на перерождение? «Шесть десятилетних циклов», — почему-то вспомнил он, но эта мысль была такой же пустой и бессмысленной, как пространство вокруг, и не значила для него ровным счетом ничего. Почему он помнит эту цифру? Что она для него значит? — А, понятно… — Вэй Нин кивнул сам себе. — Все верно. Я не заслужил перерождения. Значит, мою душу оставят вечно скитаться в темноте? Незавидная участь. Он сделал глубокий вдох — а были ли у него легкие? — и попытался взбодриться. — Ну, пойду пройдусь еще немного, — беззвучно сказал он в глухую пустоту. — Может, встречу еще парочку таких же, как я. Он некоторое время бесцельно блуждал в темноте — а были ли у него ноги? — и уже думал, что его заперли в одиночестве, когда вдруг увидел что-то впереди. Увидел! Вэй Нин пошире распахнул глаза — а были ли у него глаза? — сосредоточился, присмотрелся. Впереди точно что-то было. Что-то… светлое. Ясное. Блестящее. Значит, это пространство не бесконечно? Вэй Нин сорвался с места и бросился вперед. Больше всего он боялся, что пока он будет бежать, свет будет равномерно отдаляться от него, все время держа одну и ту же дистанцию, и он никогда не сможет достичь его. Но свет становился все ярче, все крупнее и отчетливее, и в какой-то момент Вэй Нин перестал бежать сломя голову и перешел на шаг, хотя, кажется, в том месте он не чувствовал усталости и не нуждался в отдыхе. Источник света был еще неблизко, но его сияние распространялось далеко на пространство вокруг, опоясывая его золотым узором, и стоило Вэй Нину ступить на первый освещенный участок, как он наконец-то увидел себя. Вернее — свою оболочку. Он был пустым. Таким же пустым, как все в этом месте. Он был тенью, призраком, и все, что у него осталось, это обводка очертаний тела, которого у него уже не было. Вэй Нин продолжал идти вперед. Вскоре он привык к свету и уже совсем не хотел возвращаться обратно, туда, где было темно и пусто. Теперь источник был совсем близко. Вэй Нин прищурился — это была золотая статуя. Золотая статуя, сияющая так ярко, что, казалось, она могла осветить весь ад кромешного мрака и превратить его в залитую солнцем поляну. Вэй Нин подходил все ближе, и золотая статуя начинала приобретать очертания. Это был мужчина… Нет, юноша с длинными волосами. Юноша, целиком состоящий из плавленого золота и светящийся изнутри. Это был… он сам. Вэй Нин подошел к статуе вплотную и моргнул. Статуя тоже моргнула, смотря на него золотыми глазами в обрамлении сияющих ресниц. Вэй Нин протянул к ней руку — и статуя синхронно с ним тоже протянула руку. Стоило их пальцам соприкоснуться, как Вэй Нин вздрогнул и отшатнулся. Статуя сделала то же самое. — Ты — это я? — спросил Вэй Нин, и на этот раз его слова были слышны, словно внутри освещенного пространства заклятие пустоты не действовало. — Ты — это я? — повторил золотой юноша. Он смотрел на Вэй Нина долгим испытующим взглядом — видимо, таким, как смотрел на него сам Вэй Нин, — а потом вдруг громко рассмеялся. — Ты… — произнес Вэй Нин неверяще, ошарашенный осознанием. — …А-Ин?! — И не стыдно тебе? — спросил Вэй Усянь, закончив смеяться. — Собственного брата не узнать! — Что… — Вэй Нин был совершенно сбит с толку. — Но почему ты здесь? Ты что, тоже умер? — Умер? — Вэй Усянь посмотрел на него удивленно. — С чего ты это взял? Думаешь, я бы так просто позволил тебе умереть? — Я подумал, что мертв, — ответил Вэй Нин. — Посмотри на меня, — он протянул ему призрачные руки. — Я совершенно… пустой. — Это не беда, — Вэй Усянь улыбнулся. — Сейчас исправим. Но на этот раз не дергайся. Он взял невесомые ладони Вэй Нина в свои плотные и золотые, и Вэй Нин с удивлением понял, что чувствует их прикосновение. А затем с кончиков пальцев Вэй Усяня вдруг потянулись тонкие золотые нити и впились в оболочку Вэй Нина. — Вот так, А-Нин, — произнес Вэй Усянь. — Вот так. Все будет хорошо. Подожди немного. Он подошел к Вэй Нину еще ближе, соприкоснулся с ним лбом, грудью, бедрами, коленями. И каждое место, к которому прикасался Вэй Усянь, покрывалось золотыми нитями, а затем — Вэй Нин затаил дыхание — начинало капля за каплей заполняться золотом. Золото Вэй Усяня переходило на него густой тягучей эссенцией, покрывало его с головы до ног, наполняло, делало живым. Его тело обретало плоть, снова могло чувствовать, видеть, слышать. Теперь темнота уже не казалась ему страшной, потому что он больше не был пустой оболочкой, теперь он был золотым человеком. — Вот, — Вэй Усянь наконец отстранился, закончив свое дело. — Так-то лучше! Вэй Нин оглядел себя. По его телу, зарождаясь где-то в центре, текло сияющее золото, и он был пронизан им полностью, словно соткан из него, как портреты, сплетенные из шелка. И казалось, этому золоту нет конца и края. — А-Ин, я… Вэй Нин взглянул на брата, и слова застыли у него в горле. Вэй Усянь не просто поделился с ним своей жизнью — он отдал ее ему всю без остатка. И теперь он был таким же, как Вэй Нин до этого — пустой темной оболочкой. Но несмотря на это, он вовсе не выглядел подавленным. Наоборот, казался крайне довольным собой, словно именно так все и планировал. …что это значит? — Я… — Вэй Нин хотел взять его за руку, но его ладонь прошла сквозь Вэй Усяня. — Я отнял у тебя что-то… Что-то важное. Снова. Прямо как тогда. Вэй Усянь лукаво прищурился. — Неужели? — Да, — ответил Вэй Нин с горечью. — Прости меня. Я не хотел забирать ничего у тебя. Вэй Усянь улыбнулся и развел руками. — Я знаю. Но другого выбора не было. Твоего мнения никто не спрашивал. Как в этот раз не спрашивают моего. — Что? — переспросил Вэй Нин непонимающе. — О чем ты? — О том, — Вэй Усянь щелкнул его по носу, но его прикосновение было неощутимым, — что тебе пора проснуться. — П-подожди! — Вэй Нин снова сделал попытку схватить его, но у него ничего не вышло. — А как же ты? Я без тебя никуда не пойду! Вэй Усянь расхохотался. — Молодой господин Вэй, не будь так эгоистичен! — воскликнул он. — В этот раз мне дадут поспать подольше. В качестве компенсации… — он подмигнул Вэй Нину. — …за тот раз. …Вэй Нин открыл глаза. — Прости, — голос Вэнь Цин долетел до его ушей с трудом, словно его слух еще не оправился от черной пустоты. — Придется немного потерпеть. Даю тебе ровно минуту на то, чтобы морально подготовиться.

***

— У него два золотых ядра. Молчание висело несколько бесконечно долгих мгновений, но наконец Вэй Усянь опомнился и первым подскочил к Вэнь Цин: — Что? В каком смысле два? Откуда? Что это значит? — И не просто два золотых ядра, — Вэнь Цин схватила его за запястье и вдруг, вместо того чтобы оттолкнуть, наоборот подтянула к себе поближе. — Знаешь, золотые ядра у всех заклинателей разные, не существует ни одного повторяющегося. Они такие же разные, как контуры линий на ладонях у людей. Но эти два ядра… Посмотри, посмотри же, Вэй Усянь! Они совершенно одинаковые. Словно это ядра… Вэй Усянь почувствовал, как его сознание крошится на части. — …близнецов. — Верно, — подтвердила Вэнь Цин и нервно смяла ткань собственного воротника. — Близнецов. — Но я не понимаю… — Лань Сичэнь тоже подал голос, и его лицо было мертвенно-бледным. — Как такое возможно? Откуда… второе? Цзян Чэн тоже подошел — почти подбежал — к Вэнь Цин и взглянул на лежащего на постели Вэй Нина с тонким разрезом на животе. — Да что тут, черт возьми, вообще происходит?! — М-м… — Вэнь Цин поджала губы. — У меня есть одно предположение. Но для начала… Может быть, У ТЕБЯ… — она резко и решительно обернулась. — …ВЭЙ УСЯНЬ, есть объяснение тому, что происходит? — Я… — Вэй Усянь прикрыл ладонью нижнюю часть лица. — Я не совсем уверен… Это лишь моя догадка… Тон Вэнь Цин был приказным: — Говори. — Дело в том, что… — Вэй Усянь огляделся, посмотрел сначала на Цзян Чэна, а затем — на Лань Сичэня. — То ядро, которое сжег Вэнь Чжулю… было не первым ядром А-Нина. — Что значит не первым?! — Цзян Чэн мгновенно пришел в ярость. — А каким, черт подери?! Десятым?! — Не десятым, — ответил Вэй Усянь, взглянув на него с укором. — Вторым. Но я не уверен точно, насколько это правда. Может, в деревне… В деревне Мо просто ошиблись. — Подробности, — коротко произнесла Вэнь Цин. — Будь так добр, Вэй Усянь, добавь к своим словам немного контекста. — Да я сам не знаю подробностей! — с досадой отозвался Вэй Усянь. — Это все случилось, еще когда мы были детьми. У А-Нина долго не получалось сформировать золотое ядро, а потом так вышло, что он как бы… забрал его у другого человека. Наверно! Но я не уверен! — И как же… — тихо спросил Лань Сичэнь. — …он его забрал? — Это сложно объяснить… — Вэй Усянь страдальчески поморщился. — Но там не обошлось без темной энергии. Мы и сами не знаем, как это вышло. Скорее всего, его первое ядро все равно не могло правильно работать. Если оно вообще было… Вэнь Цин смотрела на него серьезно и сосредоточенно. — И что произошло с этим ядром? — А-Нин… — Вэй Усянь отвернулся от нее. — Ударил себя в живот мечом. Глаза Лань Сичэня едва заметно расширились. — Долгая история. Но ядро было разбито. Господин главный лекарь сказал нам, что, скорее всего, оно развеялось. — Что еще он сказал? — требовательно спросила Вэнь Цин. — Что еще… — Вэй Усянь плохо помнил прошлое, но слова главного лекаря в их первый день в Ордене он помнил отлично. — Он сказал, что золотые ядра, которые сильно повреждены, развеиваются и оставляют после себя только следы от бывшего потока Ци. Потом следы исчезают, и остается пустая оболочка. А затем исчезает и она. Видимо, потому что она тоже не совсем материальна. Было видно, как сильно после этих слов Вэнь Цин занервничала. Как человек, который очень близок к решению задачи, которую никто до него не мог разрешить. — Вы проверяли? — спросила она жестко. — Проверяли, осталась ли оболочка? — Нет, — ответил Вэй Усянь, покачав головой. — Она была слишком глубоко, а А-Нин и так был ранен. Мы только знали, что ядра нет. Нам незачем было проверять остальное. — Логично, — хладнокровно согласилась Вэнь Цин. — А потом он сформировал собственное ядро? И оно было слабым? На протяжении всего времени, пока ему не пересадили твое? — Нет, — вдруг ответил Лань Сичэнь. Вэнь Цин повернулась к нему. — Что вы имеете в виду, Цзэу-цзюнь? — Во время сражения за Пристань Лотоса, — произнес Лань Сичэнь сдержанно, — Вэй Нин был очень силен. — А ведь точно! — поддержал его Вэй Усянь. — Хоть А-Нин развивал и ядро, и тело очень медленно, его тренировки все же принесли результат. Я точно помню, во время той битвы… он еще сам не понял, откуда у него взялась сила. — Я помню, каким он был, когда я пересаживала ему ядро, — Вэнь Цин кинула на Вэй Нина быстрый взгляд. — А потом его тело окрепло очень быстро. Слишком быстро. Вы думали о том, почему это произошло? — Да, — ответил Цзян Чэн угрюмо. — Он как-то объяснял это мне на примере сраных цветочков. Его духовная энергия была настолько слабой, что тянула из него все жизненные силы, просто чтобы сохранить свое существование. Поэтому его тело не развивалось физически. А когда ее стало много — спасибо жертвеннику Вэй Усяню — то его физическое развитие стало нечему сдерживать. Вэнь Цин села на кровать рядом с Вэй Нином и зажмурилась. Она обдумывала что-то около минуты, беззвучно проговаривая губами ей одной понятные слова, и все это время в комнате стояла идеальная тишина. — У меня есть версия, — наконец произнесла она. — Никаких гарантий, конечно, но… кажется, все сходится. — Ну? — Вэй Усянь уселся напротив нее прямо на пол. — Расскажи скорее! Это может нам помочь? — Если помните, — Вэнь Цин смотрела себе на руки, не встречаясь ни с кем взглядом, — несколько лет назад я рассказала вам, что прочитала в одной книге теоретический способ восстановления золотого ядра. Невозможность его выполнения заключалась в том, что он предполагал вливание духовной энергии напрямую в оставшуюся часть ядра. То есть прямо во внутренности. И делать это нужно было на протяжении нескольких лет без перерыва. — М-м… — Вэй Усянь посмотрел на нее виновато. — Не совсем помню… — Как же, — Вэнь Цин усмехнулась, — Вэй Усянь, ты тогда еще сказал, что вполне готов пойти на это. Будешь просто придерживать свои кишки рукой и тогда даже сможешь ходить на прогулки. Цзян Чэн посмотрел на него, как на самого тупого человека, которого он когда-либо встречал в этом мире. — А-а-а… — Вэй Усянь нервно рассмеялся. — Да, конечно, помню! Было такое, ха-ха-ха! Если что, я все еще готов! Вэнь Цин закатила глаза. — Готов он. Ты действительно ничего не помнишь. Даже если мы каким-то образом сумели бы это организовать, тебе бы это не помогло. Этот способ может сработать только в том случае, если ядро сильно повреждено, а не уничтожено и тем более вырезано из тела. — Да-да, — Вэй Усянь почесал голову. — Теперь вспомнил. Тогда вы решили пересадить мне золотое ядро Вэнь Нина, и… Он вдруг дернулся резко, словно в судороге, и уставился на Вэнь Цин с ужасом и одновременно восхищением. — Кажется, я понял!.. Кажется, я… — Да… — Вэнь Цин посмотрела на него исподлобья. — Твое ядро — источник огромной духовной энергии — несколько лет находилось в теле Вэй Нина. Это и есть то самое вливание энергии напрямую. — Так, минуточку! — недовольно прервал ее Цзян Чэн. — Это все, конечно, прекрасно, но ты же, мать твою, только что сказала, что это сработает только в том случае, если ядро было повреждено, а не уничтожено полностью! — Все так, — Вэнь Цин подняла на него глаза. — Это значит, что в момент пересадки у Вэй Нина оставалась часть его собственного ядра. Вэй Усянь вскочил с места и принялся ходить по комнате. Его глаза были широко раскрыты, он словно разучился моргать. — Да… — пробормотал он, словно в бреду. — Все сходится. А-Нин тогда… Помните? Ты же помнишь, Лань Хуань?! — он схватил Лань Сичэня за запястье. — Помнишь, тогда, когда мы оставили Пристань Лотоса после нападения и прибыли в Хэцзян?.. У А-Нина тогда была ужасная истерика. Он кричал нам, что его ядро не было уничтожено. Он говорил, что чувствует его! Но ни я, ни лекарь не могли его ощутить. Значит, оно просто было очень сильно повреждено… Черт возьми! — он схватил себя за волосы. — А-Нин всегда очень тонко чувствовал такие вещи! Почему мы не верили ему?! — Даже если бы вы ему поверили, — прервала его Вэнь Цин, — это бы ничего не изменило. Его золотое ядро не смогло бы восстановиться, если бы я не пересадила ему твое, чувствуй он его хоть сто раз. — Да, ты права… — Вэй Усянь снова сел на пол и обхватил свои колени руками. — Ты права. — Но ты же… — Цзян Чэн, кажется, слишком долго ждал своей очереди говорить, и едва не брызгал пеной изо рта. — Ты же, черт возьми, пересаживала ему ядро!!! Ты что, не увидела, что у него уже есть ядро?! — Глава Ордена Цзян! — рявкнула Вэнь Цин, поднимаясь на ноги. — Прекратите истерику! Если бы вы слышали то, что Вэй Ин сказал две минуты назад, вы бы все поняли! Золотое ядро — не обычный человеческий орган. Как минимум потому, что остальные органы человек не может сформировать самостоятельно! Цзян Чэн сконфуженно замолчал, и она продолжила уже спокойнее: — Благодаря моему дяде я много раз видела, как выглядят искалеченные золотые ядра заклинателей. Все так, как и сказал Вэй Ин, они оставляют после себя следы или оболочку. Вскоре и то, и другое развеивается, потому что им просто не за что держаться и нечем развиваться. Исчезает из-за отсутствия духовной силы, понимаете? Конечно, я видела остаточные следы энергии у Вэй Нина. Но я и представить не могла, что ядро можно восстановить таким образом. Вы понимаете, что единственная возможность сделать так, чтобы этот способ сработал, это буквально пересадить человеку чужое ядро, других вариантов нет! Неудивительно, что он не был никем опробован! — А я ведь спрашивал тебя! — воскликнул Вэй Усянь, снова подрываясь и вскакивая. — Спрашивал, может ли быть такое, что Вэнь Чжулю сжег ядро не полностью! Ты сказала, что это невозможно, потому что он… — Это невозможно, — прервала его Вэнь Цин. — Сжигающий Ядра всегда сжигает ядра полностью, и от них не остается ни оболочек, ни каких-то других остатков. Я много работала с ним, я гарантирую тебе это на все сто процентов. И это значит… — она вперила в Вэй Усяня тяжелый взгляд. — …что какое-то ядро Вэй Нина он точно сжег полностью. — Так, подождите! — возмутился Цзян Чэн. — Я запутался! — А я, кажется, снова понял… — Вэй Усянь привалился к стене, потому что ноги его больше не держали. — Но это же бред… Ты хочешь сказать, что Вэнь Чжулю мог сжечь не золотое ядро Вэй Нина? А золотое ядро Си… В смысле, того мальчика, у которого он забрал его, будучи ребенком? В тот момент у него их тоже было два? — Скорее всего, — подтвердила Вэнь Цин. — Я не вижу другого объяснения. Но удары Сжигающего Ядра неимоверно сильны, поэтому и второму ядру досталось. Было бы странно, если бы его не задело. Цзян Чэн покачал головой. — Чертовщина какая-то… Вэй Усянь же сказал, что то ядро, которое… Ай, назовем его Ядро номер один! Сказал, что Ядро номер один было разбито, еще когда вы были детьми. А потом он сформировал свое… — Все так, — согласилась Вэнь Цин. — Ядро было разбито, только вот Вэй Усянь сказал, что никто не может подтвердить то, что от него совсем ничего не осталось. А если осталось хоть что-то… А потом Вэй Нин сформировал свое собственное… Вы понимаете, глава Ордена Цзян? — Там сработал тот же самый способ… — произнес Лань Сичэнь таким голосом, словно он только что лично встретился с одним из небожителей. — Вливание духовной энергии напрямую. Поэтому у Вэй Нина было такое слабое тело… Вся его духовная энергия уходила на то, чтобы залечивать разбитое в детстве ядро. И в момент битвы за Пристань Лотоса… Кажется, ему наконец это удалось. — И более того, — добавила Вэнь Цин, наслаждаясь недолгой тишиной, — несмотря на то, что изначально ядро… Кхм, «Ядро номер один» было как-то связано с темной энергией, я думаю, что после того, как он несколько лет восстанавливал его с помощью своей духовной Ци, от темной энергии там ничего не осталось. Оно могло по праву считаться его собственным. Правда, теперь это уже не имеет никакого значения, потому что от него точно ничего не осталось после удара Сжигающего Ядра. — Да быть такого не может… — неверяще пробормотал Вэй Усянь себе под нос. — Хотэй все-таки выполнил его желание… — Но при этом тогда он не страдал от переизбытка сил так, как сейчас, — произнес Цзян Чэн, снова кидая взгляд на Вэй Нина. — Потому что ядро Вэй Усяня с самого начала было сильным и могло спокойно напитать второе? А его собственное и так было хилым, так что и второе не смогло бы стать сильным? — Смогло бы, — возразила Вэнь Цин. — Просто не за такое быстрое время. Но все это, конечно, только мои догадки. Может быть, все совсем не так. Ладно, — она поднялась на ноги и подошла к своим инструментам. — Несмотря на то, что мы сейчас с вами поняли, план действий это не меняет. Нужно убрать у него второе ядро, вы же не хотите, чтобы его разорвало на части? — Да-да, конечно! — Вэй Усянь панически закивал и подорвался с места. — Я был так шокирован всем этим, что… Скорее удали его! Он заметил скептический взгляд Вэнь Цин и послушно отошел от нее на несколько шагов. — Я понял! Я не буду тебе мешать! Уже ухожу! Взгляд Вэнь Цин стал еще более резким. — Уходишь? — переспросила она холодно. — Куда это ты собрался, Вэй Усянь? Цзэу-цзюнь, — она обратилась к Лань Сичэню, — помогите мне привести Вэй Нина в чувства. — Что?! — возмутился Вэй Усянь. — Это еще зачем? Это же хорошо, что он без сознания! Так ему не будет больно! — Зачем?.. — повторила Вэнь Цин, и ее голос дрогнул. — Ты, верно, как обычно, забыл, Вэй Усянь, что, если человек будет под действием снадобий или в обмороке, ядро может рассеяться. — Ну и что? — воскликнул Вэй Усянь. — Какая разница, пусть рассеивается! Главное — поскорее удалить его у А-Нина, чтобы из-за переизбытка духовной Ци с ним ничего не случилось! — Вэй Усянь… Вэнь Цин посмотрела на него в упор. Ее взгляд был изумленным. Она словно не понимала, как на земле может существовать настолько абсурдный человек. — Вэй Усянь, ты действительно настолько тупой или просто притворяешься? — Да что не так?! — возмутился Вэй Усянь и обернулся к Цзян Чэну, ища у него поддержки. Но Цзян Чэн смотрел на него точно так же. И даже взгляд Лань Сичэня был немного осуждающим. Вэй Усянь неуверенно попятился. — Да что… Вэнь Цин глубоко и тяжело вздохнула. — Вэй Усянь, как же ты меня достал! — в сердцах сказала она. А в следующую секунду ему между глаз вонзилась медицинская игла.

***

Вэй Нин открыл глаза. — Прости, — голос Вэнь Цин долетел до его ушей с трудом, словно его слух еще не оправился от черной пустоты. — Придется немного потерпеть. Даю тебе ровно минуту на то, чтобы морально подготовиться.