Я на это не подписывался!

Damn, if you didn't want me back Why'd you have to act like that? It's confusing to the core Cause I know you want it Oh, and if you don't wanna be Something substantial with me Then why do you give me more? Babe I know you want it

Simon Curtis, «Super Psycho Love»

Я гулял по улицам Конохи, а потом… Увидев вдали фигуру Какаши, запаниковал и, как подобает настоящему шиноби, спешно ретировался в первый попавшийся магазин. Колокольчик над дверью звякнул, ударив по и без того натянутым нервам, поэтому, когда кто-то окликнул меня, тело среагировало инстинктивно. Я бросил мужчину на пол, только чтобы обнаружить, что это Иноичи. Несколько секунд я растерянно моргал, выворачивая руку друга и упираясь коленом ему в спину, пока он лежал на животе — тоже в замешательстве. Однако вместо того чтобы выругаться, что было бы весьма справедливо в данной ситуации, он обеспокоенно спросил: — Эм, ты в порядке? — Да, все отлично. — Я неловко похлопал его по лопатке, потом встал и протянул ему руку, которую он доверчиво принял. Поверх темно-синих водолазки и брюк на нем был светло-зеленый фартук. Повязки шиноби нигде не было видно. — Сам-то ты как? — Я не думаю, что «все отлично», — мягко возразил Иноичи, так и не ответив на мой вопрос. Ну, будем считать, что он в порядке. — Ты весь на нервах. — Есть такое, — вздохнул я и тут же настороженно огляделся. Какаши ведь не прячется где-то здесь? Магазин оказался цветочным, что объясняло присутствие здесь Иноичи. — «Цветы Яманака»? — Он самый, — улыбнулся Иноичи, отряхивая одежду. — Давно тебя здесь не было. Ты пришел купить цветы или по какой-то другой причине? — Э-э… Ты поверишь, если я скажу, что пришел навестить тебя? — виновато спросил я. Ей-богу, облажался мой предшественник, а стыдно мне. Ладно, я тоже был не без греха: избегал встреч с ИноШикаЧо, пока лежал в больнице. Но, унаследовав больше воспоминаний Араты, я уже не так опасался Иноичи, как раньше. Теперь я знал, как работают его техники: например, для чтения мыслей ему нужно было положить руку на голову жертвы. Так что, пока он вдруг не решит взъерошить мне волосы, что вряд ли произойдет между двумя взрослыми мужчинами, я был в безопасности. — Нет, — рассмеялся Иноичи, который, пожалуй, слишком хорошо знал Арату. — Но какова бы ни была причина, я рад, что ты заглянул. Я решил быть с ним откровенным. — На самом деле я уже который день скрываюсь от Какаши, — поведал я с тяжелым вздохом. Но эта новость обеспокоила Иноичи больше, чем я думал. — Хатаке? — нахмурился он. Эй, сделай лицо попроще. А то я и сам начинаю волноваться. — Что ему от тебя нужно? — Совместная миссия? — ответил я уже не так уверенно. [Как бы не так]. «Это ты к чему?» — опасливо спросил я, но Система проигнорировала меня. Эти двое знают что-то, чего не знаю я? — Разве у вас с ним уже не было совместной миссии в Стране Волн? Ты там еще получил тяжелые ранения, — неодобрительно посмотрел на меня Иноичи. Я потер подбородок. Если так подумать, я только и делаю, что получаю травмы на заданиях. Сколько шрамов появилось на теле Араты с тех пор, как оно перешло ко мне? — И я до сих пор не понимаю, почему тебе приходится прятаться от Хатаке, — покачал головой Иноичи и вздохнул. — Еще одна совместная миссия — это приказ Хокаге-сама? Если нет, просто откажи Хатаке. Я поднял голову и потер шею, сдерживая досадливый стон: — Не могу. Он стряс с меня обещание. — Хочешь, я с ним поговорю? — предложил Иноичи. Я поборол желание согласиться и покачал головой. Я не планировал вечно избегать Какаши: обещания надо выполнять. Просто хотел отдохнуть, прежде чем снова бросаться в омут с головой. Иноичи задумался. — Как насчет этого? Хатаке вряд ли переступит порог моего магазина, так что ты мог бы протянуть мне руку помощи. — То есть помочь тебе с магазином? — озадаченно уточнил я. — Нет, я, конечно, не против, но разве у тебя нет работы? — Я свободен, если только Ибики не понадобятся мои услуги. Ибики? У-у, опасно. Я не мог не вспомнить свой первый день в этом мире и угрозу Системы: «Не дайте Какаши Хатаке повода отправить Вас на допрос к Ибики Морино и просто переживите этот день». — Кстати, откуда такая уверенность, что Какаши здесь не появится? — спросил я, меняя тему. — Из того, что я слышал, Хатаке не нужны цветы, чтобы очаровать кого-то, — ответил Иноичи и бросил на меня обеспокоенный взгляд. Моя левая щека дернулась. У меня было стойкое ощущение, что Иноичи принимает меня за одного из тех богатых стариков, которые ведутся на молодых красавиц. Но, во-первых, я не старик и уж точно не богатый, а во-вторых, Какаши красавчик, а не красавица. «Все дело в обещании — ты же помнишь, да?» — хотел я настоять, но сдержался, чувствуя, что только усугублю подозрения Иноичи. — Возвращаясь к твоему предложению, — напомнил я, снимая жилет джоунина, — у тебя есть запасной передник? — У меня их много, — с улыбкой заверил меня Иноичи, и я надел протянутый им передник. Стоящий за моей спиной Иноичи мягко предложил помочь с завязками. Сначала я почувствовал его теплое дыхание на своей шее, затем его большие руки на своей талии. Иноичи помедлил, прежде чем взяться за завязки фартука. — Готово. Обернувшись, я увидел, что Иноичи стоит, старательно глядя в сторону и прикрывая рот тыльной стороной ладони. Его голова была слегка наклонена к плечу, а лицо горело. — Ты в порядке? — Да, — опомнился Иноичи и снова улыбнулся. — Я просто недавно возился с ядовитыми цветами. Вот немного и кружится голова. В общем, так два взрослых мужика начали возиться с цветочками. Лепота. Основными клиентами были пылкие юноши и не менее пылкие женщины в возрасте. Иноичи признался, что последние появляются, когда за кассой стоит он, а не его дочь. Однако он также отметил, что сегодня их больше, чем обычно. Мы закончили к вечеру, и Иноичи предложил расслабиться в горячих источниках. Э-э, а тебе не надо вернуться домой к жене и дочери? И все же я согласился. В конце концов, мы редко собирались вместе. Эх, я такой дед. Большинство попаданцев в «Наруто» скачут повсюду с командой номер семь, а я иду париться в баньку со взрослым мужиком. Ну, не то чтобы мне не приходилось делать это в прошлой жизни в компании коллег.

***

Пар поднимался из горячих источников, размывая стройный торс Араты, который уже забрался в воду и теперь полулежал, запрокинув голову и положив руки на каменный край. Солнце давно село — на расслабленном лице блондина танцевали оранжевые всполохи зажженных фонарей. — Ты похож на черепаху, нежащуюся на нагретом солнцем камне, — с искренним весельем в зеленых глазах сказал Иноичи и тоже опустился в воду, которая, как всегда, расслабляла, но не так, как компания Араты. — Вообще, я давно заметил, что тебе нравится жара. — Все мы вышли из теплой материнской утробы, — мирно отозвался Арата, не открывая глаз. — Любить жару — это естественно. Иноичи рассмеялся: — Как скажешь, философ. Взгляд Иноичи в очередной раз скользнул ниже лица Араты — на длинную шею, обмотанную бинтами, которые успели пропитаться влагой; на резко очерченные ключицы; на широкие жилистые плечи, украшенные шрамами, некоторые из которых были новыми. У самого Иноичи было мало шрамов, поскольку его клановые техники требовали от него держаться на расстоянии от врагов. Арата приоткрыл глаза, заметив, что Иноичи замолчал. Льдисто-голубые глаза Араты с морщинками от смеха в уголках растаяли в теплом свете зажженных фонарей, сделавшись цвета закатного моря. Иноичи смущенно откашлялся и отвел взгляд. — На самом деле я довольно часто прихожу сюда после работы в магазине, — попытался он завязать непринужденный раговор. — Моя жена… Она из знатного клана — не боевого, нет. Словом, ей не очень нравится, когда мы с Ино возвращаемся домой с грязью под ногтями… что вообще копаемся в грязи… Вот я и превратил посещение горячих источников после работы в магазине в маленький ритуал. — А я все думал, почему горячий источник, а не, скажем, бар, — задумчиво протянул Арата, осматривая свои собственные ногти на предмет грязи — она там была. Пожав плечами, он опустил руки в воду и перевел взгляд на лицо Иноичи. В его глазах появились озорные огоньки. — А может, дело не в том, что ты копаешься в грязи, как ты выразился, а в том, что Химико ревнует? — Ревнует? — Пальцы Иноичи в воде слегка дернулись. Химико не могла ревновать. Он знал ее. И она знала его. Всего его. — Я же видел, сколько женщин сегодня было в «Цветах Яманака», — с улыбкой напомнил Арата. — И часть из них любовалась отнюдь не цветами. — Тебя так-то тоже не обделили вниманием, — вздохнул Иноичи и тоже улыбнулся. — Да и Химико не раз говорила, что с радостью отдала бы меня другой женщине, готовой терпеть мои вечные опоздания, страсть к растениям и храп по ночам. К тому же она никогда не жаловалась насчет самого магазина. Понимает, что лишних денег не бывает, а женское внимание… ну, идет бонусом, — неловко повел он плечами. — Она не из ревнивых. Понял, принял, — улыбнулся Арата, подняв руки в сдающемся жесте, после чего склонил голову набок. — Но «Цветы Яманака» действительно хороший бизнес. Кроме денег, работа там дает тебе покой. — Так и есть. — Иноичи раскрыл ладони и посмотрел на них. На украшающие их мозоли и шрамы. Выражение его лица смягчилось. — Мне нравится работать руками. Ухаживать за цветами, собирать букеты. Не только убивать. Нравится неторопливость. — Неторопливость это хорошо, — вздохнул Арата. — Кое-кому стоило бы у тебя поучиться. Иноичи с любопытством посмотрел на него, но не спросил, о ком он говорит. — Вообще-то я должен тебя поблагодарить, — вместо этого сказал он. — Без тебя этого магазина бы не было. — Неужели? — с сомнением отозвался Арата. «Неважно, если ты не помнишь», — подумал Иноичи, мягко глядя на него. Ведь сам Иноичи никогда не забудет второй этап экзамена на чуунина, когда они сидели на корточках в лесу, собирая травы. Когда Иноичи признался Арате, что ему нравится ботаника, и он хочет открыть цветочный магазин. Когда Арата, вместо того чтобы посмеяться над ним, одарил его красивой улыбкой и поддержал его идею. — Ты тоже мог бы что-нибудь открыть, — сказал Иноичи. — Кондитерскую, например. — Мне нравится есть сладости, а не готовить их, — с улыбкой возразил Арата. — Боюсь, если я действительно открою кондитерскую, то ничего не оставлю своим покупателям. Иноичи рассмеялся: — Я об этом не подумал. Но, зная тебя, это действительно возможно. У Араты была особая любовь к сладкому. Людям, которые его плохо знали, он мог казаться мягким открытым человеком, когда на самом деле был довольно отчужденным. Он никогда не рассказывал о себе и не принимал угощений от друзей, предпочитая сам платить за свои еду и питье. Единственным исключением из правил было сладкое: он никогда от него не отказывался. Как только оно появлялось на его тарелке, он пропадал для окружающего мира. Впрочем, ненадолго: сладкое исчезало с его тарелки с той же скоростью, с которой появлялось. — Как насчет захватить по данго, как выйдем отсюда? — предложил Иноичи. Арата бросил на него задумчивый взгляд: — И давно ты умеешь читать мысли, не используя свои клановые техники? Иноичи рассмеялся. Так легко и свободно, как не смеялся уже давно.

***

Придя в магазин Иноичи на следующий день, я застал там не самого Иноичи, а его дочь. И выглядела она, мягко говоря, расстроенной. На ней был голубой передник. Длинные светлые волосы были собраны в пучок на затылке, который слегка покачивался, когда Ино раздраженно двигалась, бормоча что-то себе под нос. — Чем тебе розовые азалии не угодили? — с тихим смешком поинтересовался я, тоже надевая фартук. Ино подрезала их стебли так, словно разрубала тушу перебежавшей ей дорогу черной кошки. Ино, вздрогнув, повернулась ко мне, — хмурость на ее лице сменилась узнаванием: — Дядя Арата! Я улыбнулся: она называла меня, Шикаку и Чоузу дядями чуть ли не с младенчества. — Так в чем дело? — мягко спросил я. — Даже не знаю, — фыркнула она, снова опуская голову. — Может, в том, что парень моей мечты расхаживает по деревне рука об руку с моей соперницей? Ладно, не рука об руку, но сути это не меняет, — закатила она голубые глаза. — Ты имеешь в виду Саске и Сакуру? — уточнил я. Ино посмотрела на меня с подозрением: — Тебе папа рассказал? Так Ино жаловалась Иноичи на свои проблемы? Мило. Это также объясняло, почему в аниме именно Иноичи, а не Химико, хоть и умирая от неловкости, расспрашивал взрослую Ино о ее планах на замужество. — Я догадался, — не стал я ложно обвинять Иноичи. И плотину прорвало. — Это нечестно: он приглянулся мне первым. Но теперь Сакура с ним в одной команде и может видеть его каждый день. Как мне с ней конкурировать? Если бы я знал. Никогда не думал, что вражда между Ино и Сакурой на экране может стать моей проблемой. «Система?» — с надеждой позвал я, но она явно не собиралась помогать мне утешать девочку-подростка. Я неловко потер шею, прежде чем вздохнуть: — Тебе и не нужно с ней конкурировать. — Предлагаешь сдаться, даже не попробовав? — недоверчиво прищурилась Ино. — Ты настоящий мотиватор, дядя Арата! — проворчала она. Несмотря на ее внешнюю браваду, я видел, что она вот-вот расплачется. Я снова вздохнул и, опустившись перед ней на одно колено, взял ее за руки. Выражение моего лица смягчилось. — Послушай, Ино, если бы у меня была такая умная и красивая дочь, как ты, я бы не потерпел, чтобы какой-то мальчишка пренебрегал ею. — Саске не «какой-то мальчишка», — буркнула Ино. — Может, когда-нибудь в будущем, но сейчас я не вижу в Саске парня, достойного твоей руки, — мягко возразил я и слегка сжал ее пальцы. — Так что тебе не стоит за ним бегать и уж тем более плакать из-за него. Ино сморгнула слезы и тут же закатила глаза, чтобы скрыть их: — Ты должен был сказать, что я потрясающая, а Сакура неудачница. Однако она уже успокоилась: ее плечи опустились, а на губах невольно появилась улыбка. — Ты потрясающая, — согласился я. Опустил ее руки и, подцепив со стола нарцисс, аккуратно заткнул его ей за ухо. Ино тут же начала его теребить. — И Сакура тоже. В этом-то и проблема, не так ли? — улыбнулся я, зная, что, несмотря на нынешнюю вражду, Ино и Сакура не могли забыть дни дружбы. Ино поджала губы и скрестила руки на груди, не желая признавать правдивость моих слов. — Ладно, ладно, я поняла, — наконец выдохнула она, сдаваясь. Я встал и отряхнул штаны. — Ну а теперь, мудрейший из мудрейших, может, поможешь мне полить цветы? Ты же не для красоты надел передник, — ухмыльнулась она. — Не для красоты, — улыбнулся я, после чего скрестил руки на груди и задумчиво склонил голову набок. — Но твой отец хорош. Запрягает друга и дочь, пока сам где-то пропадает, — посетовал я. — Есть такое, — усмехнулась Ино, и мы принялись за работу. Подошедший через полчаса Иноичи несколько секунд стоял в проеме, с мягкой улыбкой наблюдая, как мы с Ино наклоняемся над одним из горшков, и я что-то ей объясняю. Благодаря «Флоре и фауне» я знал чуть больше, чем Ино. Наконец заметив Иноичи, я приветливо махнул ему рукой, и он поспешил к нам.

***

Выходя из «Цветов Яманака», я столкнулся с Наруто, который нервно расхаживал перед магазином. Я слегка наклонился и поддержал его за плечи, чтобы он не упал. — Наруто, — удивленно моргнул я. — Ты в порядке? Что ты здесь делаешь? — спросил я, уже с любопытством. — У-у, Арата-сенсей, — жалобно протянул он. — Я убил кактус. — Кактус? — повторил я, желая убедиться, что не ослышался. Наруто кивнул с несчастным видом. Так, я все еще не догоняю. — Может, пояснишь, пока я не передал твое дело в Анбу? — попытался пошутить я. — Вот они с тобой церемониться не будут. — Ино подарила мне кактус, даттебайо! Маленький, колючий… «Очевидно», — подумал я, услышав последнее слово мальчика, но продолжал улыбаться, подбадривая его. Стоп. Ино что-то подарила Наруто? — Это мой первый подарок в жизни, — буркнул Наруто, не давая мне времени подумать над этим. — И я поклялся, что позабочусь о нем! Но когда я проснулся сегодня утром, то обнаружил, что кактус пожелтел. Кажется, он умирает… И это моя вина! — Пожелтел, значит… Как часто ты его поливал? — Каждый день! — горячо отозвался Наруто. А вот и корень проблемы. Я положил руку на голову Наруто и взъерошил его светлые волосы. — Наруто, это кактус, — вздохнул я. — Растение Су… пустыни, — тут же поправился я. — Поливая его каждый день, ты его затапливал. Ему не нужно столько воды. — То есть я убивал его своими щедростью и заботой?! — воскликнул Наруто. Это, конечно, интересная интерпретация. Я даже растерялся. — Э-э, полагаю, что так, — наконец отозвался я. — В любом случае не поливай кактус хотя бы две недели. Дай почве просохнуть. И поставь горшок на подоконник, под солнечный свет, если ты этого еще не сделал. А потом уже можешь снова начать поливать кактус. Только опять же понемногу. Что же, в каком-то смысле Наруто был прав. Иногда чрезмерная забота может навредить тому, что или кого ты пытаешься защитить. Наверное, именно об этом Система и говорила мне в Стране Волн, видя мою гиперопеку над командой номер семь. Наруто уставился на меня так, словно я только что рассказал ему секрет становления Хокаге. — Арата-сенсей, — тихо позвал он. Его синие глаза загорелись решимостью. — Да? — с улыбкой отозвался я. — Я стану для кактуса лучшим папой на свете, даттебайо! — объявил он, вскинув кулак к небу. Да так громко, что его должны были услышать в «Цветах Яманака». Моя улыбка застыла. Ты… ты чего орешь, окаянный? Я закрыл Наруто рот одной рукой, обнял его со спины, поперек груди, другой и, приподняв над землей, быстро понес прочь. Я не был уверен, что Яманака будут столь же снисходительны к Наруто, как я, узнав о состоянии кактуса, который один из них и подарил Наруто. Того и смотри, отравят. Наруто повис на моих руках тряпичной куклой, с любопытством моргая и позволяя ногам болтаться в воздухе. Заставший наше тактическое отступление Тензо уронил данго на землю и машинально опустил голову. Когда он снова поднял голову, наш и след простыл. Тензо задумался. Стоит ли доложить об этом Хокаге? Ну, у Хокаге есть техника телескопа, настроенная на джинчуурики, так что, наверное, все в порядке…

***

Следующие дни я проводил с Иноичи в его магазине. Узнав о нашем времяпровождении, Шикаку и Чоуза возмутились — по большей части первый. Словом, теперь, когда я не помогал Иноичи в его магазине, мы вчетвером выпивали в пабе. Благо, в приватной комнате на втором этаже, так что я успешно избегал встречи с Какаши. И сегодня был один из таких вечеров. Низкий стол был заставлен бутылками с алкоголем и едой. Мы с Иноичи сидели плечом к плечу, а Шикаку и Чоуза — напротив нас. — За то, что наши дети пережили очередную миссию! — поднял тост Шикаку, и мы начали чокаться чашками с саке. — И за наших жен, — добавил Чоуза. — И за наших жен, — согласился Шикаку. Его черные глаза встретились с моими. — Кстати, если подумать, ты единственный из нас без кольца, или, лучше сказать, ошейника, Арата. Уж не удумал ли ты пойти по пути саннинов, которые все еще холосты в свои пятьдесят? Я на мгновение потерял дар речи. «Ублюдок, именного этого я и боюсь!» — Ты меня сейчас проклинаешь? — недоверчиво уточнил я. — Я беспокоюсь о тебе, — поправил меня Шикаку. — Ты уже упустил свой шанс с Цуме. — Не обязательно, — возразил Чоуза. — Она разведена. Да, у нее есть дети, но для бездетного Араты так даже лучше, — пожал он своими массивными плечами. — Так почему же он до сих пор не предпринял никаких действий в ее сторону? — резонно спросил Шикаку, глядя на Чоузу. Потом он перевел взгляд на меня и прищурился. — Может, тебе нравятся мужчины, Арата? В этом все дело? Я был настолько шокирован услышанным, что выплюнул саке обратно в чашку. Иноичи хлопал меня по спине, пока я кашлял, прикрыв рот рукавом свитера. — Шикаку, — резко сказал Иноичи, сверля его взглядом, — какого черта? Но Шикаку проигнорировал его. Он подпер подбородок рукой и ухмыльнулся, наблюдая за моим приступом кашля. — Какая интересная реакция, Арата, — прокомментировал он. — Я не из этих! — наконец выпалил я. Потом, поняв, как гомофобно это прозвучало, потер переносицу и вздохнул. — По крайней мере, я так думаю. Я никогда не рассматривал мужчин как потенциальных партнеров. — Почему бы тебе не поэкспериментировать? — спокойно спросил Чоуза. — Вот Шикаку в молодости… Теперь пришла очередь Шикаку поперхнуться саке. — Чоуза, я был бы тебе очень благодарен, если бы ты не ворошил мое темное прошлое, — угрожающе посмотрел он на друга. Я заинтригованно приподнял брови: — Ну уж нет, теперь я хочу услышать всю историю. Губы Иноичи дрогнули в улыбке. — Ладно, ладно, — проворчал Шикаку после некоторых уговоров. — В юности отношения с женщинами казались мне слишком обременительными. Женщины много говорят, требуют внимания, испытывают чувства, строят планы на будущее… — начал перечислять он. — Вот я и переспал с несколькими парнями. С ними было просто: никаких обязательств и все такое. — Какой… прагматичный подход к отношениям, — не сразу нашелся я с определением. Бисексуал Шикаку? Это что-то новенькое. — Это все в прошлом, — отмахнулся Шикаку. — Сейчас я счастливо женат на Йошино. Ну, как счастливо… В любом случае больше никаких экспериментов. — А она знает? — спросил Иноичи. — Конечно нет, — покосился на него Шикаку, после чего оглядел остальных друзей: — И вы не смейте говорить ей об этом! — предупредил он. — У меня нет ни малейшего желания быть убитым половником, — отозвался Чоуза. Мы с Иноичи содрогнулись, соглашаясь с его словами.

***

После того как Шикаку и Чоуза напились в хлам, Арата создал двух клонов, чтобы помочь каждому из них добраться до дома. Иноичи, который, как и Арата, был более-менее трезв, вышел на балкон приватной комнаты, чтобы вдохнуть ночной прохлады. Луна была еще не совсем полной, но большой и яркой, — Иноичи облокотился на деревянные перила, любуясь ею. Раздвижная дверь за спииной Иноичи скрипнула. Его пальцы слегка дернулись, но он не обернулся. — Я думал, ты ушел с остальными. — Да вот решил задержаться, — раздался позади нежный голос «Араты». — Побыть с тобой наедине… — двусмысленно добавил он. Иноичи вздрогнул и наконец обернулся. «Арата» стоял в проеме двери и слабо улыбался. Выражение его лица было мягче обычного, хотя казалось, что это невозможно. В голубых глазах появилась томность. «Арата» сделал шаг к нему, и Иноичи инстинктивно отступил назад, прислонившись спиной к перилам. Иноичи неловко прочистил горло: — Думаешь, пьяный Шикаку сможет держать язык за зубами? Как бы он не наговорил глупостей дома. Йошино действительно может его убить… — Знаешь, — задумчиво протянул «Арата», склонив голову набок и игнорируя поток бессмысленных слов Иноичи, — мне понравилось, когда ты спросил Шикаку, знает ли его жена о его темном прошлом. — Теперь он стоял прямо перед Иноичи. — А твоя? — перешел он на шепот. — Твоя жена знает, Иноичи? — Знает что? — пробормотал Иноичи, не в силах оторвать взгляд от губ «Араты», которые изогнулись в ласковой улыбке. «Арата» положил руку ему на грудь: — Что когда ты смотришь на меня вот так, вблизи, то забываешь дышать. Иноичи сжал руки, лежащие на перилах, в кулаки. Арата был прав, и Иноичи ненавидел себя за это. За то, что даже спустя столько лет, имея жену и ребенка, он не мог перестать думать об Арате. «Зачем ты это делаешь?» — Ты пьян, — прошептал он. — Мы оба знаем, что это не так, — мягко возразил «Арата». Он поднял руку, и она зависла в миллиметре от лица Иноичи. — Я люблю свою жену, — сказал Иноичи скорее себе, чем ему. Он закрыл глаза, борясь с желанием зарыться лицом в ладонь «Араты». Он действительно любил Химико. Может, не так, как Арату. Может, как подругу. Но он любил ее. Он вспомнил, как Химико впервые подошла к нему. Они оба тогда были молоды. Родители Химико собирались выдать ее замуж за какого-то знатного пожилого человека, но она этого не хотела. Поэтому нашла альтернативу — молодого неженатого главу клана Яманака. Иноичи наконец открыл глаза — в них плескалась печаль: — Ты не он. Арата, которого он знал, не поступил бы с ним так. И это было самое печальное. — Я лучше его. — «Арата» обхватил его лицо обеими руками, заглядывая ему в глаза. — Я та его версия, которая скажет тебе «да», — прошептал он. — Ты клон? Арата недавно обмолвился, что улучшил технику теневого клонирования. Его клоны были сильнее и выносливее обычных, но более автономными — со своими причудами. — Все еще он, — пожал плечами «Арата». — Просто та его часть, которую он еще не осознал. А потом его губы коснулись губ Иноичи. Это был не совсем поцелуй. Так, легкое прикосновение. Безмолвный вопрос. И Иноичи поддался соблазну, неуверенно положив руки на талию «Араты». Поцелуй постепенно перерос в нечто большее: Иноичи попытался вложить в него всю свою тоску по Арате. Наконец «Арата» отстранился, опустив руки. — Мне пора идти, — пробормотал он. — Арата скоро меня развеет. Надеюсь, ты сможешь добраться до дома сам? Иноичи просто кивнул. Перед самым уходом «Арата» еще раз оглянулся. — Спокойной ночи, Иноичи, — сказал он, и дверь за ним закрылась. Иноичи остался наедине с луной. И своими чувствами.

***

Дотащив пьяного Шикаку до его дома и обменявшись парой слов с Шикамару, который слегка пнул дрыхнущего на полу прихожей отца в бок, я спешно ушел, чтобы избежать встречи с матриархом семьи Нара. Йошино вряд ли оценит состояние мужа и присутствие его друга по выпивке. Возможно, я тоже напился, или дело было в словах Шикаку и Чоузы, но в конце концов ноги привели меня к дому Цуме. Я стоял посреди дороги напротив каменного ограждения, вглядываясь в темные окна, когда знакомый голос окликнул меня, на несколько секунд перекрыв шелест листьев и стрекот сверчков: — М-ма… От Вас пахнем алкоголем. Я повернул голову, чтобы посмотреть на Какаши, который небрежно прислонился к железобетонному столбу, держа в руках «Ича Ича». На нем, как всегда, были маска и форма джоунина. Впрочем, последнее было верно и для меня. — Я выпивал с друзьями, — пожал я плечами. Вот Какаши меня и поймал. Но я хорошо отдохнул за это время, так что это не имело особого значения. Какаши спрятал книгу в подсумок и, оттолкнувшись от столба, сделал несколько шагов в мою сторону. Стояла ночь, но желтый свет уличного фонаря освещал наши фигуры, рисуя тени на земле. — Вам помочь добраться до дома? — склонил он голову набок. На нем не было повязки, поэтому серые пряди падали на красивое лицо, слегка закрывая левый глаз. — Потому что Вы явно пришли не туда. С моих губ сорвался тихий смешок, и я с любопытством посмотрел на него: — Откуда ты знаешь, что я пришел не туда? Может, это и есть мой пункт назначения. — Если бы это было так, Вы бы заглянули внутрь, а не мялись снаружи, как мальчишка, — заметил Какаши. Он бросил короткий взгляд на дом Цуме. — Она Вам нравится? Инузука-сан. Свет падал на него со спины — трудно было сказать, какое у него выражение лица. — Ты тоже далеко забрел от общежития шиноби, — проигнорировал я его вопрос. У меня банально не было на него ответа. Нравилась ли мне Цуме? Вполне. Но любил ли я ее? В прошлой жизни мне было двадцать пять, а когда твой возраст приближается к тридцати, то ты не думаешь о любви. Ты просто ищешь подходящего партнера, чтобы побыстрее жениться, удовлетворяя ожидания общества. Так было и со мной. Однако дальше двух-трех свиданий дело никогда не заходило. Одни женщины не хотели заниматься хозяйством, другие — не любили детей. Были и те, кто шел на попятную, узнав, что… Я задумался. А, собственно, что? Не помню. Да это и неважно. Больше нет. Но теперь, когда мне было почти сорок, я уже не мог привередничать, иначе останусь холостяком до конца своих дней. Цуме я нравился, так почему бы и нет? А любовь… Ну, она придет со временем. — Я искал Вас, сами знаете, — пожал плечами Какаши. — Однако, признаюсь, я ожидал более пылкого приема, учитывая произошедшее несколько дней назад. И я вспомнил, как за сутки до того, как случайно забрел в «Цветы Яманака», Какаши зажал меня в одном из переулков — не хватало только напряженной музыки, которая играла в классических вестернах. Впрочем, я без боя не дался и благополучно сбежал — спасибо «Мастеру тайдзюцу». — Меня можно понять, — немного раздраженно отозвался я, потирая шею. — Я даже дух перевести не успел после возвращения в деревню, как ты вознамерился снова вытащить меня куда-то. — Это была моя ошибка, — покорно признал Какаши, и весь мой гнев улетучился. Я выдохнул, опуская руку, и посмотрела ему в глаза. — Почему ты всегда так спешишь покинуть Коноху? — поинтересовался я. — Сначала миссия в Стране Волн, потом миссия по сопровождению каравана в столицу Страны Огня, а теперь это… — неопределенно махнул я рукой, не зная подробностей новой миссии. — Ну… — протянул он, слегка откинув назад голову. — Возможно, потому, что меня здесь ничего не держит. Наступила тишина, прерываемая только шелестом листьев и стрекотом сверчков. Я банально растерялся от слов Какаши. — Похоже, теперь твоя очередь говорить опасные вещи, — наконец сказал я. — Если бы кто-нибудь тебя услышал, то подумал бы, что ты… как бы это сказать… непатриотичный. — И этот кто-нибудь был бы ужасно неправ, — отозвался Какаши. — Я готов умереть за Коноху — без колебаний. — Ну, теперь твои слова делают меня непатриотичным. Потому что лично я умирать по приказу Хокаге не намерен. — Но это другое. Тут дело в чувстве долга, а не принадлежности. — Но ты не одинок, — возразил я. — У тебя есть Наруто, Саске и Сакура, которые не отказались бы от дополнительных тренировок. Гай и другие друзья, которые с удовольствием пропустили бы с тобой по стаканчику. У тебя есть не только куда возвращаться, но и к кому. Не говори мне, что это для тебя ничего не значит. Если бы у меня не было Цуме, ИноШикаЧо, Ируки, Лиджуан и даже Какаши, не думаю, что мне было бы так просто смириться с жизнью шиноби. Какаши вздохнул: — Значит. Конечно значит. Даже больше, чем следовало бы. Но они не якоря, Арата-сан. Скорее, безбилетники, — пожал он плечами. — И рано или поздно они сойдут на берег. Отправятся домой. Туда, где их ждут семьи. А когда я возвращаюсь домой, то никто не открывает мне дверь. Никто не ворчит на меня за опоздание. Никто не ждет меня. Поэтому я просто продолжаю плыть. Я молчал. Я знал, что у Какаши нет семьи, что он очерствел в Анбу, но думал, что, как и в каноне, команда номер семь скрасит его одиночество, вытащит его из тьмы на свет. Но, если подумать, Какаши совсем недавно стал наставником Наруто, Саске и Сакуры. Это объясняло, почему он избегает свою команду, вместо того чтобы проводить с ней время. Но почему я? Почему он ищет встречи со мной и теперь рассказывает мне все это? Этого я не понимал. По крайней мере, он не подозревал меня в шпионаже или предательстве. Я вздохнул, потом улыбнулся: — Так уж совпало, что меня дома тоже никто ждет. Как насчет поиграть в карты перед сном у меня? Только алкоголь захватим по дороге, а то я начал трезветь. Уже в своей комнате общежития я забрал пакет из рук Какаши, который настоял на том, чтобы угостить меня, и поставил бутылку сетю на котацу — единственный предмет мебели в доме, купленный мной, а не моим предшественником. Я играл в карты хуже, чем Какаши, но лучше переносил алкоголь. Какаши отрубился первым, уронив голову на согнутую в локте руку, но так, что его слегка покрасневшее лицо было видно. Я сидел, подперев щеку рукой, и смотрел на него. Повинуясь какому-то импульсу, потянулся через стол, чтобы коснуться его лица. Мой большой палец скользнул по его закрытому правому веку. «Удивительно», — подумал я, полуприкрыв глаза. У него были серые волосы, такого же цвета брови, но черные ресницы. Какаши сейчас выглядел таким молодым. «Он и есть молодой», — с опозданием осознал я. Может, в этом было дело? Моему телу было почти сорок — он видел во мне что-то вроде отцовской фигуры. Учитывая, что он потерял Сакумо и Минато в юном возрасте, это имело смысл. — Ему только двадцать шесть, — вслух пробормотал я. Мне бы сейчас было столько же, если бы я не умер и не попал в тело Араты. — Иногда он ведет себя так по-взрослому, что я забываю об этом, — вздохнул я, продолжая касаться его лица. Молодой. И красивый. На ум невольно пришли слова Чоузы: «Почему бы тебе не поэкспериментировать?». Моя рука на лице Какаши задрожала: мне вдруг захотелось поцеловать его. Проверить, остался ли вкус сетю на его губах. — Нет, это неправильно. — Опомнившись, я отдернул руку. Подпер ею подбородок и раздраженно уставился в окно, чувствуя, как жар поднимается по шее к щекам. Блядь, что со мной не так? Всего несколько секунд назад я сравнивал себя с его мертвыми отцом и наставником, а потом едва не полез к нему целоваться. Я уже не говорю о том, что он мужчина, а не сексапильная красотка. Я пьян. Точно пьян. Эти мысли меня немного успокоили. Какаши слегка приоткрыл правый глаз, прежде чем снова его закрыть. Но я был слишком погужен в себя, к тому же смотрел в окно, чтобы заметить это. Я посмотрел на свиток с описанием миссии, пытаясь отвлечься. Нам предстояло поймать человека, торгующего информацией и раздобывшего что-то неприятное о ком-то из вышестоящих. Звучит… неопасно. И на том спасибо.

***

Судя по звукам, Арата принялся за уборку. Закончив, он помог Какаши встать и уложил его в свою кровать. Сам же лег на футон, расстеленный на полу рядом с кроватью. Какой гостеприимный хозяин. После того как Арата уснул, Какаши медленно открыл глаза и уставился в потолок: комната утопала в темноте. Какаши принял сидячее положение и потер виски, чувствуя головную боль. Он недооценил толерантность Араты к алкоголю: даже после гулянки с друзьями тому удалось перепить его. Какаши со вздохом убрал руку от лица и посмотрел вниз. Арата лежал на спине, согнув одну руку в локте у головы, а другую положив на голый живот: белая майка слегка задралась, обнажая его. Взгляд Какаши скользнул по впадине на левом боку Араты, прежде чем подняться к его лицу. Светлые волосы разметались по подушке — лунный свет, льющийся из окна, серебрил их. Прежде чем Какаши успел осознать, что делает, его колени утонули в футоне по обе стороны от бедер Араты. После этого Какаши уперся руками по обе стороны от головы Араты — их лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Серые пряди Какаши скользнули по щекам Араты, и тот слегка сдвинул брови от щекотки. От этого маленького движения и запаха алкоголя, исходящего от тела Араты, у Какаши сжалось горло. Какаши вспомнил прикосновение руки Араты к своему лицу и его слова: «Ему только двадцать шесть. Иногда он ведет себя так по-взрослому, что я забываю об этом». Вспомнил горячее дыхание на своем лице, которое исчезло так же быстро, как и появилось, и слова: «Нет, это неправильно». Веки Какаши полуопустились. Он правильно понял Арату тогда, в Стране Волн. Арата хотел его, просто подавлял свои чувства. Почему? Потому что он думал, что Какаши слишком молод? Боялся, что Какаши привяжется к нему, примет их отношения за нечто большее, как какой-нибудь влюбленный генин? Какаши подумал о дайме, которые, не моргнув глазом, брали тринадцатилетних девочек в наложницы. С другой стороны, Арата отказывался трогать взрослого двадцатишестилетнего мужчину только потому, что тот был на одиннадцать лет моложе его. С губ Какаши сорвался тихий смешок. Он наклонил голову и, запечатлев короткий поцелуй на губах Араты, вернулся на кровать.

***

Генины Конохи: *спокойно убивают горных бандитов* Также генины Конохи: (Ино) Саске меня не любит! (Наруто) У-у, я убил кактус… Арата *с соской в одной руке и памперсами в другой*: … Наруто *с глазами на мокром месте*: У-у, я убил кактус… Арата: Не плачь! Наруто *радостно*: Я убил еще одного человека! Арата: … Наруто: Арата-сенсей? Вы что, плачете?! Наруто: Я стану для кактуса лучшим папой на свете! Ино: … Ино: Делает ли это меня мамой кактуса? Иноичи *вытирая скупую мужскую слезу*: Дети так быстро растут… Автор: Мне нравится, что со всеми Арата добрый и хороший, но с Какаши показывает характер. Автор: Отрывок с кактусом и те, что с Какаши, мои самые любимые в этой главе. Спасибо Ришка… ! Спустя тысяча и один тайных поцелуев: * Какаши наконец целует бодрствующего Арату* Арата в истерике и смятении: Мы поцеловались!!!! Это наш первый поцелуй!!!! Какаши и Система: дада, первый😏🙂‍↕️ Спасибо Таулинсе! В деревню заходит Санин: Что у нас делает песчаник?! Все: ... Арая: ... Все: - Не трогать песчаника, он наш, родной, Коноховский! Арая: В ахуе от того, как все единогласно поверили, что он - песчаник, но при этом единогласно сделали вид, что так и надо. Подарили кактус и жаренного скорпиона на палочке, чтобы не грустил о родине и не сбежал Спасибо Юкитари! Иноичи, глядя на Арату: как красиво... Арата: да, цветы в твоём магазине и правда чудесные Арата: я не пдф Какаши: да я уже десять лет как легально ебабелен по нашим законам! Арата: малыш, маленький мальчик...смертельно опасный малыш... Спасибо Chemically!! (И вообще, учитывая, как Арата необычно с ней взаимодействует и любит втягивать в непринужденные разговоры, чую, что совсем скоро они перейдут в статус подружек :D та самая подружка, которая не любит твоего тюбика) Арата: Система, ну я его люблю! Система: Арата, его не любит даже его мама, успокойся блть (Читать охуенным тоном Serjay) *Какаши творит хуйню* Система: Бросай его н.хуй, е.лан какой-то Арата:… Система: отдай контроль над телом Я ЕМУ ВЪ.БУ ЩАС Арата: нинада Арата: это мое тело я сам *очередное 100 очковое задание* Арата: единственное, к чему мы должны сейчас быть готовы, это, блть, ко всему Арата, под контролем Системы: Ты чмо Какаши, просекший фишку: Обоснуйте Система: То-есть в целом ты согласен, но хочешь обсудить детали? (Меня прикалывает, что Арата со стороны вайбит как чувак идущий к реке, ему этот мир абсолютно понятен, он здесь ищет лишь одного: покоя и умиротворения…) NPC: Чего вы добились к своему возрасту? Арата: знаете, я успел отлично так охуеть (Я бы на месте Араты клонов вообще никуда не отпускала, они как дети, и хуй знает, что взбредает им в голову время от времени.) Арата: *dead stare на клонов* хуйню не творите Все остальные, не знающие, что клоны не отражение личности Араты: ээээ (Чисто со стороны, ну, со стороны, это выглядит так, будто у Араты биполярка)))) Какаши: какая многогранная личность, какой сложный человек, сочетающий в себе столько разных качеств… Арата: я не ебу что они творят!!! Помогите!!! (По-моему, о том, что его действия в Подземелье меняют прошлое и создают эффект бабочки, он может узнать как раз на экзамене.) Какой нибудь джонин увидит его и ткнет пальцем: Ты!!! Арата такой: Я??? И Цуме: Ты один из тех неудачников, которых мы спасли в лесу смерти, ха? Арата: д-да, припоминаю что-то такое… (^^;)