Божественная любовь

      Люцифер наблюдает за своими владениями, сидя на троне, вырезанном на самой высокой скале. Дурацкое место. Ничего кроме серного тумана и облаков пепла с такой высоты невидно. Зато его видно всем обитателям Ада.       Унылая картина под ногами, серо-пустая, взгляду абсолютно не за что зацепится. И у него целая вечность впереди, чтобы думать и вспоминать.       — Останься со мной, — звучит в голове её голос. Полный слез и отчаяния. Но он уходит, потому что так правильно. Потому что Аду нужен Король. Но кто бы знал, как ему плохо без его Королевы!       По Аду проходит волна силы, возвещающая, что прибыло несколько проклятых душ. Настал час Суда.

***

      Души жмутся друг к другу в углу комнаты, подозрительно напоминающей допросную в участке Деккер. Во только стены — живая, кровоточащая плоть, а у стульев довольно внушительные пасти. А вместо одностороннего зеркала сотни в разнобой мигающих глаз.       — Итак, как вы попали сюда, убогие?       Один из преступников икает, другой теряет сознание, у третьего так стучат зубы, что он едва не откусывает себе язык. Четвертый застыл и только глазами хлопает.       — Как вы сюда попали! — гремит дьявольский голос. Из глаз зеркала текут кровавые слёзы.       — Дык, — начинает икающий, — Вы ж нас, того, и убили.       — Д-да! — подтверждает четвертый отмирая.       — Вы копшу спасали! — мямлит третий.       Второй всё еще без сознания.       Люцифер поднимает брови. Этих остолопов он не видел. Умерли они совсем недавно, а он тут уже вторую сотню лет. Даже с учетом того, что в Аду время гораздо медленнее идет, нет совершенно никакой возможности, что эти души сюда отправил именно он.       — Если вы, отбросы, напали на детектива Деккер, то тут вам самое место. Лилим! — зовет Люцифер. Рядом возникает одна из сестер Мейз…        *       Он скучает по Мейзикин. И по Аменадиэлю. И Линде. И Чарли. И Трикси. И даже по детективу-придурку. Он скучает по LUX-у.       Он скучает по теплому солнцу и бледной луне. Но более всего он скучает по золоту волос, светлой коже и голубизне глаз…       *       — Ближайшие сто лет они должны выть от боли, потом отправите каждого в свою комнату, — велит Дьявол. Каждый покусившийся на принадлежащее ему — заслуживает самой строгой кары. Каждый, покусившийся на жизнь Хлои — заслуживает её вдвойне.       Демон кивает и молча выводит души из комнаты. Люцифер возвращается на свой трон размышлять, кто же мог спасти детектива, надев его лицо?

***

      В Аду нет выходных и праздников. В Аду всегда есть работа. Все души разные. К каждой нужен свой подход. Это занимает часть его сознания, но как же этого мало.       Люцифер чувствует себя не властителем Ада, а его заключенным. Если впервые он сбежал отсюда из-за банальной скуки, то теперь у него есть более веская причина.       Младшенький братец-идиот ошивается рядом с его Хлои!       — Отец! — содрогаются от рыка стены Ада, — Выпусти меня отсюда!       И едва различимым шепотом:       — Прошу… Я не могу без неё…