Стреляй

На пороге стоял Соку, спокойный и собранный, как будто он и был частью этого пасмурного пейзажа. — У меня же выходной? — первым заговорил Чани с вопросительной интонацией, будто уже сам неуверенный, что не ошибся,— Что-то случилось? Соку улыбнулся — не слишком широко, но искренне, так что на мгновение даже тревожный ком в груди Чани растворился. — Ничего страшного, и, да, у тебя все еще выходной, — мягко с небольшим смешком ответил он. — Но есть одно дело. Поехали со мной. Чани хотел что-то возразить, но Соку уже развернулся к машине, припаркованной неподалёку. Да и тон последних слов не был похож на предложение, скорее приказ. У двери машины стоял невысокий (относительно Соку, а так весьма рослый) парень с холодным взглядом и непривычным для корейцев блондинистым цветом волос. — Это Тэян, — сказал Соку, кивнув на него, — мой друг, а также глава охраны. Отправляла его в командировку в Пусан, поэтому вы ещё не успели познакомится. Тэян чуть улыбнулся, глядя на Чани, но ничего не сказал, просто отворил заднюю дверь. Чани, всё ещё не понимая, что происходит, сел в машину, однако продолжая вглядываться в довольно тонкую фигуру и артистичные черты лица охранника, который, открыв дверь и начальнику, сел за руль. — Не вздумай недооценивать его — под этой внешностью скрывается человек, который может уложить пятерых, даже не моргнув, - хмыкнул Соку, будто читая мысли Чани.

***

Поездка заняла минут сорок. За окном мелькали привычные улицы, серые дома и тротуары, но постепенно картинка стала меняться. Машина выехала за пределы района, где Чани обычно проводил свои дни, и с каждым километром он всё сильнее ощущал странную тревогу. Это не похоже на дорогу в офис или на какую-то встречу. — Куда мы едем? — не выдержал он, скосив взгляд на Соку. — Увидишь, — ответил тот, даже не поворачивая головы, но уголок губ выдал лёгкую улыбку. Чани нахмурился, но промолчал. Его мысли привычно пытались выстроить логическую цепочку: возможно, новый объект компании? Какой-то деловой партнёр? Но всё рассыпалось, когда машина свернула на ярко украшенную улицу. Огромные баннеры, разноцветные огни, толпы детей с шариками и родители, пытающиеся удержать их за руки. И через минуту они остановились перед гигантскими воротами с надписью Lotte World. — Серьёзно? — выдохнул Чани, настолько ошарашенный, что забыл скрывать эмоции. — Что-то не так? — Соку чуть повернул голову, его глаза блеснули от лёгкого веселья. — Ты вроде не против парков развлечений. — Я… — Чани замер, глядя на толпу и на гигантскую карусель за воротами. — Я вообще думал, что мы сейчас едем на деловую встречу, — пробормотал он, пытаясь понять, не ударился ли он головой об лестницу, когда возвращался домой. Быть может, это все лишь его больные фантазии. Соку усмехнулся, будто считывая весь его мыслительный процесс, — У тебя выходной, сам же сказал, — проговорил он, и прежде чем Чани успел возразить, крепко взял его за руку. Парень чуть не выдернул руку от неожиданности, но все же не сделал этого — было что-то очень правильное в этом движении. — Идём. Сегодня никакой работы. Только аттракционы. Тэян, сидевший на переднем сиденье, тоже выбрался из машины. Он лениво потянулся, как большой кот. Усевшись на лавку перед воротами мира жестких грез, он нарочито лениво огляделся, однако, послушав Соку, Чани увидел в его мягких движениях абсолютную сосредоточенность и готовность в любой момент сорваться с места. — Он что, не пойдёт с нами? — спросил Чани, кивнув в сторону охранника. — Тэян? — Соку обернулся, кивая блондину, — Нет. Пусть подождёт. Сегодня охрана нам не нужна, но он был яро против того, чтобы я вёл машину сам. Соку снова потянул его за руку, и Чани на секунду поймал себя на мысли, что ему даже… приятно. Это ощущалось как что-то по-настоящему детское, беззаботное, что он уже давным-давно не испытывал. Перед ними раскрылись ворота парка. Гул голосов, запах сладкой ваты и жареного миндаля, смех детей, звон колокольчиков — всё это обрушилось на Чани, не давая и шанса остаться равнодушным.

***

Они катались на аттракционах до головокружения. Сначала Чани осторожно садился в каждую кабинку, сжав зубы и цепляясь за поручни, но к третьему кругу на американских горках он уже смеялся так, что у него болел живот. Воздух свистел в ушах, волосы растрепались, глаза слезились от ветра — и всё равно ему было невероятно легко. Такой свободы он не чувствовал, пожалуй, никогда. — Ещё одна "мертвая петля" и меня стошнит — выдал Чани, едва отдышавшись, когда они спрыгнули с очередного аттракциона. — Быстро ты сдаешься, мы ещё не дошли до моего любимого молота, — Соку улыбнулся уголком губ кивая в сторону ужасающей крутящейся и раскачивающейся туда сюда штуки, — Но ради тебя я готов и без него обойтись. Эта фраза выбила Чани из равновесия больше, чем все «мертвые петли» на аттракционах. Он хотел что-то ответить, но Соку уже протянул ему огромную порцию сладкой ваты. — Держи. Это важно. Без сладкой ваты день в парке считается официально проваленным. — Она больше, чем моя голова… — пробормотал Чани, осторожно принимая ватный комок. Он попытался откусить кусочек, но тот прилип к носу, и в итоге пришлось отрывать его пальцами из-за чего те стали безнадежно липкими. Соку расхохотался так, как Чани ещё не слышал. Не сдержанно и не по-деловому, а почти подростково — громко и чисто. — Я и не думал, что вы такой… нормальный, — сказал Чани, оторвав кусочек и жуя его. — Это комплимент или оскорбление? — с искренним любопытством спросил Соку, приподняв брови. — Ещё не решил, — хмыкнул Чани. И впервые за долгое время улыбнулся так, как в детстве. Когда мама ещё была жива. Но в следующий миг раздался резкий звук уведомления. Телефон в кармане Соку завибрировал, и тот вытащил его, глядя на экран. Лицо мгновенно изменилось — от лёгкой улыбки не осталось и следа. Он замер, взгляд стал сосредоточенным, даже опасным. — Что-то случилось? — спросил Чани, сжимая сладкую вату в руках. Соку молчал несколько секунд, продолжая смотреть на экран. Но потом перевёл взгляд на Чани. В глазах мужчины отразилось то самое счастье, которое он сегодня подарил этому парню — детское, немного неуверенное и хрупкое, которое вдруг показалось ему важнее всего. Он сделал глубокий вдох и спрятал телефон в карман. — Всё нормально, — тихо сказал Соку. — Но если срочно… — начал Чани, ощущая неладное. — Нет, — перебил Соку, глядя прямо ему в глаза. — Моя главная задача сегодня — сделать так, чтобы ты был счастлив. Всё остальное подождёт. Чани замер. Эти слова застряли где-то на подкорке, слишком простые, но почему-то цепляющие за живое. Он хотел сказать, что не нужно ради него так стараться, что он не заслуживает… но не смог. Только кивнул, чувствуя, как внутри всё странно сжимается. Соку вдруг протянул руку и, словно невзначай, стер с уголка его губ прилипший кусочек сахарной ваты. — Вот так, — сказал он тихо, почти шёпотом, и снова улыбнулся. Чани отвернулся, чтобы скрыть стремительно краснеющее лицо, уставившись на толпу детей у фонтана. Но сердце предательски билось сильнее, чем после всех аттракционов вместе взятых.

***

Когда вечер начал оседать на парк, мир стал похож на сон. Аттракционы вспыхивали разноцветными огнями, детский смех растворялся в лёгкой вечерней дымке, а запах сладкой ваты и карамели ещё витал в воздухе. Чани так не хотелось чтобы этот странный день заканчивался, но наблюдая разрывающийся от звонков телефон Соку, он все таки предложил поехать домой. Они шли к машине молча, но не тягостно — это была та редкая тишина, в которой оба чувствовали себя на удивление спокойно. У входа их уже ждал Тэян, сидящий на капоте и грызущий яблоко. — Как вам парк? — немного насмешливо спросил он, спрыгивая на землю. — Шумно, — отрезал Соку, но уголки его губ дрогнули в почти незаметной улыбке. Чани едва заметно хмыкнул, делая вид, что только что не видел радостно орущего на "гвозде" Соку и подыграл сдержанному начальнику. Внутри ещё крутились остатки адреналина и детской радости, но теперь всё постепенно стихало, как море после шторма. Соку сам сел за руль — Тэян, сурово зыркнув, но промолчав, занял место спереди, повернувшись чуть вбок. Чани сидел сзади, смотря на огни ночного города за окном. Всю дорогу в салоне стояла мягкая тишина, которую лишь изредка прерывал тихий звонок телефона Соку. Он ни разу не ответил. — Уверены, что вам не нужен сегодня помощник? — спросил Чани, когда машина остановилась у его дома. Голос прозвучал как-то слишком хрипло — много слов он за день проглотил несказанными. Соку на секунду посмотрел на него в зеркало заднего вида, будто раздумывал, что ответить. — Справлюсь, — наконец произнёс он и слегка улыбнулся. — У тебя выходной. Отдыхай. Чани кивнул, не зная, что сказать. Он задержался, разглядывая лицо Соку, и вдруг понял, что запоминает всё до мелочей: как непослушная прядь выбилась из идеально уложенных волос, как длинные пальцы Соку легко лежат на руле, как свет фонаря цепляется за линию его скулы. В груди неприятно кольнуло. Он хотел что-то сказать — что-то важное, что-то нужное — но так и не нашёл слов. Лишь тихо ответил: — Спасибо за сегодня. Соку лишь кивнул. Чани вышел из машины, чувствуя, как ночной воздух обволакивает его холодом. Он медленно поднялся по ступенькам к квартире, но всё равно не удержался и обернулся. Машина уже отъезжала — в темноте её красные огни казались далёкими, как звёзды. Он слушал, как мотор глухо стихает вдалеке, и в этот момент ощутил странную пустоту.

***

Дома тишина была особенно тяжёлой. Ни шагов, ни голосов, только гул собственной крови в ушах. Чани прошёл в комнату, и взгляд тут же упал на бумаги, разбросанные по столу. Белые листы с печатями и поддельными подписями смотрели на него как обвинение. Он медленно взял один из документов, пальцы дрожали, хоть он и пытался этого не замечать. Бумага смялась в его руках. Что ты делаешь, Чани? Стиснув зубы, он швырнул её обратно на стол. Поднял руки и провёл ладонями по лицу, будто хотел стереть с себя всю грязь, так отчаянно ощутимую на коже. Чёртов Ким Соку. Весь такой правильный. Добрый до скрежета зубов. Идеальный от волос на затылке до кончиков пальцев ног. И не важно, что он там сам про себя думает. Найди Чани хоть одну трещину в нём. Хоть одну. Было бы проще. Проще думать о Джиу. Проще не чувствовать себя таким грязным рядом с ним. Но нет. Даже его проблемы выглядят благородно. Даже его тишина красива. Чани вдруг понял, что сжимает кулаки до боли. В груди поднималось странное чувство — смесь злости и бессилия. Он ненавидел Ким Соку. Ненавидел за то, что его невозможно ненавидеть. — Чёрт, — выдохнул он вслух, словно проклиная и его, и себя за эти мысли. Он резко схватил телефон со стола. Пальцы быстро набрали номер — ещё до того, как он успел передумать. Несколько гудков. — Да? — раздался голос на другом конце. — Ты всё ещё живешь в Канаде? — без приветствий выпалил Чани.