Тёмное начало

Хлоя и Люцифер сидели на диване в петхаусе. У каждого в руке было по бутылке вина, и ни один не произнёс ни слова за последние пол часа. Хлоя не хотела давить на своего напарника. Все, что ему было нужно сейчас, - знать, что есть кто-то, кому он может довериться и у кого может получить необходимую поддержку. Люцифер так ни разу и не посмотрел детективу в глаза. Он не хотел признавать то, что с ним случилось. Там внизу он потерял контроль и мог быть благодарен лишь за то, что ему хватило ума сказать это тихо. Хлоя нежно взяла пустую бутылку из рук Люцифера и направилась к бару взять ещё одну. Вскоре она вернулась с новой порцией алкоголя. Деккер могла просидеть здесь хоть всю ночь, если это будет необходимо. Трикси была у Дэна этим вечером, так что ей не нужно было возвращаться домой. — Ты думаешь, что я жалок, - наконец сказал Люцифер, нарушая их долгое молчание. — Нет, Люцифер, это не так, - заверила Хлоя, - Если хочешь знать, теперь я думаю, что ты сильнее, чем я предполагала раньше. Ты пережил нечто ужасное. — Правда? Не похоже, что я справился с этим, - сказал Люцифер, после чего снова сделал глоток вина. Он думал, что давно оставил все в прошлом, но появление Евы показало, насколько сильно он ошибался. — Мне кажется, это не то, что ты можешь легко преодолеть. Многие люди просто учатся жить с этим и преуспевают. — Ты собираешься спрашивать? Разве ты не хочешь знать, что произошло? Почему я позволил этому случиться? Люцифер ожидал, что у детектива будет куча вопросов, но она до сих пор не задала ни одного. — Ты никому ничего не позволял, Люцифер. Даже думать не смей, что в произошедшем есть твоя вина. И да, я здесь для тебя, если вдруг захочешь поговорить, но я не буду принуждать тебя рассказывать. Я помогу тебе в любом случае, - ответила Хлоя. В комнате вновь воцарилась тишина. Прошло ещё добрых десять минут, прежде чем Люцифер набрался смелости снова заговорить. — Уверен, что ты и так знаешь, что когда Отец создал первых людей, Он поместил их в Райский сад. Нам было запрещено появляться там и как-либо взаимодействовать с ними. Какое-то время все следовали этому правилу, но мне стало любопытно, и я захотел увидеть людей своими глазами. Ты даже не представляешь, как сильно я пожалел об этом решении. Хлоя не ответила. Она посчитала, что для начала стоит просто выслушать его. — Адам был первым, кого я встретил. По началу он был вежлив, но через пару минут стало ясно, что он не желает мне добра. Адам начал... Трогать мои крылья. Никто, никто, кроме моих родителей, не должен был прикасаться к ним. Когда он сделал это, то... — Разрушил твои личные границы, - закончила Хлоя. Деккер вспомнила времена, когда они с Люцифером только начали работать вместе. Его реакция на то, что она попыталась коснуться его шрамов, не была хорошей. Тогда Хлоя предположила, что это из-за травмы, вследствие которой они появились, но сейчас она задалась вопросом, не напомнила ли ему Адама. Люцифер кивнул. — Именно тогда я впервые начал бояться, что может произойти что-то ужасное. Стало только хуже от того, как он говорил со мной. Я хотел дать отпор или хотя бы убежать, но понял, что не смогу. Когда Отец создал людей, Он ясно дал понять, что мы не должны причинять им какой бы то ни было вред, и удостоверился, что Адам тоже был в курсе этого, - сказал он с горечью. Господь, вероятно, не раскрывал все карты Адаму для того, чтобы тот воспользовался этим в своих извращенных целях, но Люцифер все равно не мог не злиться на своего Отца за это. Действия Всевышнего не оставили ему никакой возможности на защиту. Хлоя грустно вздохнула. Она, конечно, не могла знать Божьих мотивов, но была уверена, что Он не предвидел подобного. По крайней мере, она надеялась, что это так. Деккер даже думать не хотела, что кто-либо из родителей, особенно Бог, мог бы потворствовать такому. — Адам... Сказал, что если я попробую сбежать, то он расскажет Отцу о том, что я нарушил приказ. Когда все закончилось, Адам сказал, что если я не буду возвращаться регулярно, то он также воплатит свои угрозы в жизнь. Он... Он сказал, что Отец будет на его стороне, потому что все это моя... Моя вина, - голос Люцифера сорвался на крик. Хлое хотелось плакать от всей той боли, что пережил её друг и партнёр. Адам был самым что ни на есть типичным насильником. Он эксплуатировал страхи своей жертвы, заставляя того чувствовать ответственность за свое собственное преступление. — Люцифер, он сказал это лишь для того, чтобы контролировать тебя. В этом нет твоей вины. Ты был молод, когда это произошло, верно? — Полагаю, мне было около шестнадцати тысячелетий, что, вероятно, можно прировнять к человеческим годам. Хлоя закрыла глаза. Если это было правдой, то Люцифер тогда был всего лишь ребенком, который не имел никакого понятия о том, что происходит. Она не могла представить, насколько это, должно быть, было страшно для него. — Ты когда-нибудь говорил своему Отцу? Люцифер покачал головой. — Хотя я однажды пытался рассказать хоть кому-то. Некоторое время мне было страшно, что во всем обвинят меня, но когда к Адаму присоединилась ещё и Ева, я больше не мог этого выносить.  Я решил, что никакой выговор или наказание от Отца не сможет сравниться с тем, что они делали со мной в Саду, но так и не набрался смелости рассказать обо все Ему. Вместо этого я пошёл к своему близнецу Михаилу. Хлоя могла догадаться, что это плохо кончилось. В конце концов, Люцифер так и не сказал ничего Богу. Кроме того, она слышала некоторые человеческие истории, рассказывающие о враждебных отношениях между Михаилом и Люцифером. Если хотя бы часть из них была правдивой, то это многое бы объяснило. — Если честно, он даже не пытался выслушать меня. Как только я начал рассказывать о наших взаимодействиях с Адамом и Евой, Михаил сразу же обвинил во всем меня. Сказал, что я был неправ, когда ослушался Отца, и немедленно отправился докладывать Ему, - в голосе Люцифера чувствовалась обида. То, что его собственный близнец отвернулся от него, по сей день причиняло боль. Вот почему Люцифер никогда не рассказывал ничего Отцу. Если уж у Михаила была такая реакция, то что уж говорить о Господе. Он решил, что будет лучше, если Всевышний узнает только версию его брата. — Вот почему весь мир верит, что ты соблазнил Еву? - спросила Хлоя. Это было до ужаса невероятно. С этой историей были ознакомлены абсолютно все, и оказалось, что она была отвратительной ложью. Люцифер кивнул. — Твой брат даже не посчитал нужным спросить, было ли то, что случилось, твоим собственным выбором, - с отвращением сказала Хлоя. — Ну, для справедливости нужно сказать, что в те времена как таковой концепции изнасилования не существовало. Я даже не знал, как назвать то, что происходило, - сказал Люцифер, но даже при этом злился на Михаила, отправившегося к Отцу, не выслушав его до конца. — Поэтому тебя отправили в ад? — Мой Отец был зол, как собственно и моя Мать, но Она беспокоилась больше о том, что я вообще опустился до подобного взаимодействия с, по её мнению, ниизжими существами. В ад меня изгнали несколько позже, когда я возглавил восстание. На самом деле, ситуация немного улучшилась после того, как Михаил пожаловался Отцу. Адама и Еву выгнали из Серебряного города, и они не могли больше причинить мне вреда. Я думал, что все кончено, - объяснил Люцифер. — Но это было не так, - это был не вопрос, а утверждение. У Хлои было достаточно опыта с жертвами сексуального насилия, и она понимала, что зачастую ущерб шёл намного дальше самого акта нападения. — Некоторое время все было хорошо, но вскоре я начал злиться. В основном из-за свободы, данной людям. Они могли делать все что хотели, и Адам и Ева послужили этому подтверждением. Я хотел того же для себя, ведь если бы у меня была свобода, то также всегда была бы и возможность защитить себя. Я отчаянно не хотел, чтобы нечто подобное повторилось, как со мной, так и с другими моими братьями и сёстрами. Папа отказал мне в моей просьбе, аргументировав это тем, что я не похож на людей. Это разозлило меня. В первую очередь, я злился на то, что мой собственный Отец создал тех, кто причинял мне боль. Хлоя не могла сказать ни слова. Всё, что люди знали о Люцифере, было неправдой. Он пошёл против Бога не потому, что был злым. Деккер и сама поняла бы это спустя какое-то время, но никогда не догадалась бы до истины. Так называемый Дьявол был не более чем напуганным подростком, не знавшим, как справиться с ужасной ситуацией, в которую он попал. Он восстал лишь потому, что не видел других вариантов. Никто даже не попытался помочь ему. Единственный человек, которому он попытался довериться, отказался даже выслушать его. Её напарник не был дьяволом. Если Дьявол и существовал, то он был в Адаме и Еве. Из глаз Люцифера начали капать слезы. Он впервые рассказал кому-то свою историю и не мог больше сдерживаться. Это было так больно, даже спустя тысячелетия. Хлоя осторожно положила руку на его плечо. Она не была уверена, что это был правильный жест, учитывая все то, что он ей сказал, но чувствовала необходимость хоть как-то утешить его. ХХХХХХХХХХХХХ Ева была невероятно раздражена тем, что её выгнали на улицу. Охранник все еще стоял в нескольких футах от неё и пристально следил за ней. Она много раз пыталась уговорить его пустить её обратно в клуб, но он неумолимо стоял на своём. Ева должна была вернуться и поговорить с Люцифером, чтобы дать ему понять, что он был неправ, и они должны были быть вместе. Должно быть, та детективша убедила его в том, что они с Адамом причинили ему боль. Ева знала, что Люцифер всего этого. — Ева? - донёсся удивлённый голос. Она обернулась и, увидев брата Люцифера, улыбнулась ему. —О, привет, Аменадиил. — Ты не должна быть здесь, - строго сказал ангел, подходя ближе к ней. Он бы удивлён, увидев её за пределами Рая. Аменадиил знал, что теоретически души могут покидать Серебряный город, но точно так же, как в случае с Адом, подобного никогда не случалось. — Да, мне необходимо было сменить обстановку. Небеса стали скучными. Я пришла к Люциферу, но он, похоже, не хочет меня видеть. Он был таким холодным, - сказала Ева. Аменадиил был несколько удивлён, услышав это, но его брат сильно изменился. Возможно, он просто не хотел вспоминать то, что случилось в Саду. — В любом случае, почему ты вообще хочешь видеть Люцифера? — Ну, мы весело проводили время в Эдеме, и я подумала, что было бы здорово повторить это. Люцифер почему-то не обрадовался этой идее. Полагаю, это из-за его новой подружки, - ответила Ева с некоторым раздражением в голосе. — Ты имеешь в виду Хлою? Детектива Деккер? — Да, он продолжает настаивать на том, что я причинила ему боль. Должно быть, это из-за неё. Он сказал, что я его изнасиловала, но это не правда. Люцифер хотел.... — Стоп, он сказал что? - с недоверием спросил Аменадиил. — Что я его изнасиловала, но это совсем не то, что произошло. Я это знаю, ты это знаешь, все это знают. Все знают, что он хотел сделать, это часть истории. Может хоть ты поможешь мне увидеться с ним? - с надеждой спросила она. — Я думаю, тебе лучше уйти, Ева, - сказал Аменадиил. Он не знал, как реагировать на её слова. Это не может быть правдой, ведь так? Люцифер определённо сказал бы об этом раньше. Более того, он мог защититься от любого, кто попытался бы навредить ему таким образом. — Но мне нужно поговорить с ним, - продолжала скулить Ева. — Если он выгнал тебя, то ты не сможешь увидеться с ним. Уходи. Раздражённо выдохнув, Ева в негодовании направилась к автомобильной стоянке. Аменадиил тоже ушёл. Он собирался навестить своего брата, но теперь ему нужно было хорошенько обдумать то, что он услышал. Ангел повторял себе, что это лишь недоразумение, но в душу закралось ноющее сомнение. Если бы это оказалось правдой, то изменило бы все.