Details
1 августа 2020 г., 23:58
***
— Хёнджин! Мальчика окликает медоволосый друг, что радостно мчится в его сторону, злобно хихикая. Омега налетает на альфу и сбивает его с ног. И вот они уже валяются на зелёной лужайке, сильно обнимаясь. — Сынмин, ты меня задушишь, — пытаясь вырваться из крепкой хватки омеги, при этом смеясь, говорит Хёнджин. — Не задушу, — и обнимает сильнее. Когда альфе всё-таки удаётся вырваться из объятий, он живо убегает подальше от медоволосого, который не очень доволен тем, что его любимое занятие пришлось прервать; уж очень он любит обниматься. Омега долго гоняется за Хёнджином, но когда запас энергии постепенно уменьшается, мальчики решают оставить дружескую драку на потом, а сейчас покататься на качели. Со злыми искорками в глазах, черноволосый уступает место Сынмину. Тот, в свою очередь, радостно садится, но уже в следующий момент начинает пищать от того, как сильно его расскачивают. Наслаждаясь ярким, как сегодняшний закат — детством и не думая ни о чём, мальчики отдают друг другу своё тепло и крепкую дружбу. — Мальчики! — их окликает женский голос, это мама омеги. Подойдя, она берёт своего сына на руки и ерошит Хёнджину волосы, при этом печально улыбаясь. Следом подходят альфы. Отец черноволосого подходит к нему и ложит руки на плечи, тяжело вздыхая. После, Хван ничего не успевает — ни сказать, ни сделать. На его глазах, Сынмина навсегда забирают родители со словами, что так нужно. А Хёнджин, так и остаётся с полным разочарованием и обидой стоять с отцом; противостоять ему — он не может, как и заботе о омеге. Нужно — значит нужно. — Хёнджин...***
Собственное имя произнесённое измученной омегой, вибрирует в голове и отдаётся болезненными разрядами по всему телу. «Какой же ты идиот», — альфа снова включает заевшую пластинку о том, какой он кретин, раз позволил забрать своё счастье. Разлепив глаза, черноволосый стонет от собственной оплошности — заснуть в кресле на своём рабочем месте, идея так себе. Потягиваясь и шипя от болезненных ощущений, он смотрит на время и вздыхает, нужно вставать. Каждый день одно и тоже, такой исход — вытерпеть сможет не каждый, но этот парень, живёт во всём этом. Альфа встаёт с тёплого кресла, спинка которого нагрелась от утренних лучей солнца и тушки проспавшей здесь всю ночь. Он выходит из своего кабинета, идя в сторону лифта. Войдя в него, парень быстро щёлкает по цифрам указывающим этажи; набирая известную ему и ещё нескольким людям комбинацию, позволяющую открыть вход на нулевой этаж. Услышав звук, который подтверждает нужный набор цифр, черноволосый скрещевает руки, прикрывает глаза и подпирает стенку, ожидая, когда лифт остановится на нужном ему этаже. Когда эта махина содрагается и распахивает двери, альфа открывает глаза и отлипает от прохладной железной стенки. Выходя из лифта, он сворачивает направо и бредёт по хорошо освещённому коридору. Картины с причудливыми изображениями, что прикрывают бежевые голые стены, горшки с тропическими цветами на мраморной коричневой плитке. Всё так знакомо и привычно, чувствуешь себя как рыба в воде; особенно после всей рутины, в которую окунаешься каждый день. Дойдя до знакомой тёмной двери, он открывает её и заходит внутрь. — Доброе утро, Хёнджин, — парня встречает высокий тёмноволосый альфа, от которого чувствуются нотки мяты. — Привет, Джинён, — лениво тянет Хёнджин и не услышав привычного шума, спрашивает. — Где остальные? — Я отправил Ёнхуна спать, потому что на него смотреть уже страшно. Сону решил пораньше отпатрулировать в его районе, а Эрик проспорил и вместо меня прочёсывает территорию. — Вы не исправимы, — Хёнджин улыбается парню напротив. — Какие есть, — искренняя улыбка в ответ. — Кстати, вы нашли что-нибудь? — черноволосый момантально меняется в лице, становясь серьёзным и слегка обеспокоенным. — Не особо, они всё ещё следят за ним, но пока не действуют, — парни усаживаются на диван и Джинён повернувшись, спрашивает. — Как думаешь, чего они ждут? — Команды, — Хёнджин усмехается и переводит взгляд на мятного альфу, после чего продолжает. — Команды, что их боссу стало скучно.***
— Босс, нам ещё долго выслеживать его? — мужчина невысокого роста со шрамом на правом глазу недовольно постукивает ногой, скрестив руки, при этом стоя напротив стола. Слабый свет от лампы очерчивает фигуру русого молодого парня в бордовом костюме, что развалился на кресле, вытянув ноги на стол; он дымит дорогой сигарой — "Luis Martinez" и крутит в правой руке рюмку пряно-медового ликёра. Он наблюдает за тем, как уже подтаявшие кубики льда кружатся и исчезают в янтарной жидкости, иногда задевая края хрусталя, вызывая лёгкий звон. — Чтобы начать действовать, нам нужна более достоверная информация, — глаза сверкают диким огнём, а тонкие губы изгибаются в кривой ухмылке. — В этом нам поможет профессор Пак. Из темноты слышатся тяжёлые шаги, заставляющие деревянный пол скрипеть и дрожать. Взгляд всех присутсвующих направлен на вышедшего полного седого мужчину с бородой, характерной лысиной на голове и круглыми очками, что постоянно спадают. На нём голубая рубашка, серый пиджак в клетку, такого же цвета штаны, которые соединены с красными подтяжками и чёрные ботинки. Одежда трещит по швам от пропорций мужчины, но ему плевать, он чувствует себя центральным участником этого дела и слишком горд собой, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Именно мелочи в любых делах, нужно замечать в первую очередь. Не сделав этого, у вас отпадают шансы получить то, что вы хотите. Как жаль, что такие знатные и опасные люди, зацикливаются на самом главном, не обращая внимания на не менее важные, но маленькие детали.***
Ещё один день прошёл так же, как и всегда. Переоделся, пошёл на встречу, ещё одну, и ещё три, подписал два контракта, разобрал кучу бумаг, раздал указания своим подчинённым и даже поучаствовал в перестрелке, что была на границе его территории. Каждый день одно и тоже. Каждый день, можно описать тремя словами — Серо, паршиво и одиноко. Не смотря на своё достаточно большое окружение, Хёнджин всё равно чувствует себя одиноким. Ему не хватает банального тепла, объятий... поцелуя? Альфа чувствует — что-то должно случиться. Вроде бы, такая мелочь, но парень уделяет ей особое внимание. Потому что любая деталь очень важна и он просто знает. То, что должно случится — на грани прекрасного и очень опасного.
