Your life won't be the same

Предположение Юсина вполне себе реальное, Джон мог взять деньги клана и по-тихому смыться за границу, или хотя бы из города. Клан Ли уничтожил всех подопечных Мин, но главная цель была и есть — убрать главу. Если он всё же в городе, значит будет прятаться, что усложнит процесс поиска. Абсолютно все, и даже сам Ли Ён Хёк думает, что тот сбежал в другую страну, но это не заставит их сидеть сложа руки.

***

— Чего не ешь? Вкусно же, лучше чем я приготовил. — спрашивает красноволосый с набитым ртом, смотря на своего парня, ковыряющего палочками рис уже минуты две. — Да так, думаю просто… — отвечает тот и начинает понемногу есть. — О чём? — Что мы будем делать? Может нам не стоит сидеть и протирать здесь штаны? — Уже хочешь домой? — Ну… Мы живём тут за твой счёт, ещё и в доме родителей. Мне неудобно, там я хотя бы на работу смогу ходить. — грустно смотрит в тарелку. — Солнышко, даже если мы уедем, ты всё равно не пойдёшь на работу, пока мы точно не убедимся, что Джона нет в городе. — Сону не хочет, чтобы тот переживал по этому поводу. — А насчёт родителей вообще не волнуйся, они совсем не против нашего проживания здесь. Я хочу и буду о тебе заботиться, так что перестань. — мягко улыбается он. От этой улыбки и правда становится спокойнее, но что-то всё же подъедает его изнутри. — Но рано или поздно нам придётся вернуться, чего мы ждём? — Мы посидим здесь ещё некоторое время, в течении которого, клан Ли будет искать Мина. Если не найдут, значит тот точно уехал, тогда мы и вернёмся. Чхве хмыкает. — Я так ждал их битвы, думал что на ней всё и закончится, а оно вот как получилось. И всё равно немного волнительно. — Не волнуйся. Я уверен, всё устаканится и мы скоро поедем домой. В случае чего, клан Ли сразу прихлопнет Джона. — уверяет парень и непокойство начинает утихать. — Ладно. — выдыхает Чанхи. — Тогда посидим ещё несколько дней? — Да, скоро будем дома, не переживай. — улыбается Ким и встаёт со стула спеша в комнату на верх, из которой слышится телефонный звонок. — Юсин? — кричит из кухни Чхве. — Нет, это мама. — младший спускается через несколько секунд уже с телефоном возле уха, и начинает наматывать круги где только можно, так всегда происходит при телефонном разговоре, и Ким сам того не замечая выходит во двор. Старший тем временем принимается мыть посуду. Сполоснув одну тарелку, его взгляд задерживается напротив, а в голове всплывают вопросы. Интересно, что родители Сону думают о нём? Как представляют? Точно ли они приветствуют их временное проживание здесь? Тут конечно очень хорошо, но занимать чужую жилплощадь не очень удобно. Не поздновато ли ты, Чанхи, думаешь об этом? Остаётся только надеяться, что Джон смылся заграницу и никогда больше не появится в его жизни. Так ведь, да? Тогда со спокойной душой можно будет вернуться в Сеул. На самом деле — нет. Никуда Джон не смылся, и даже не пытался. Этот кретин просто зассал сражаться с более крепким кланом и, будучи бухим в говно, съебался из логова. Сейчас обитает на небольшой заброшке в глубине того же леса. Деньги, которые взял с собой, тратит на алкоголь и какую-то закуску, опустошает бутылку за бутылкой сидя на холодном бетоне в одиночестве. Пропитанная бухлом голова понимает, что Мин в розыске, поэтому вне заброшенного дома он ходит в маске, и старается избегать людских мест. Он не знает, сколько это будет продолжаться, но деньги ещё есть, значит бухло будет, значит всё хорошо. Чхве замечает, что младшего нет уже минут пятнадцать, и выходит за ним во двор. Осмотревшись по сторонам, он видит его на их любимой скамейке, странно смотрящего в пол, что немного пугает. — Сону, ты чего? — подбегает Чанхи и садится рядом. Несколько секунд отсутствия ответа заставляет представить только самое ужасное и сердечко начинает пропускать удары. — Мы чего-то заговорили о тебе, и мама спросила про твоих родителей. А я, совсем не задумываясь, всё рассказал… — Ким продолжает пилить взглядом одну точку, и сводит брови к переносице, ругая себя в мыслях. — Что всё? — немного удивившись, но ни секунды не злясь спросил старший. Это, к счастью, не те страшные варианты, что Чхве успел накрутить у себя в голове, но тоже вынуждает беспокоиться. Он ведь не просто очаровательный мальчик, в которого естественно влюбился Сону, у него не совсем легко прожитые месяцы за спиной. — Про твоего отца, про клан, про то, как познакомился с тобой, и даже про то, почему мы сейчас здесь. Про всё… — Ким виновато опустил глаза и прошёлся длинными пальцами вдоль красных прядок, явно жалея о том что сделал. — Мм… И как она отреагировала? «Родители ведь не запретят ему встречаться со мной, после данной информации?» — Немного перепугалась, но успокоилась, когда я объяснил, что уже всё в порядке. — Сону повернул голову к старшему. — Прости, я не хотел. Она меня разговорила и я сам ничего не заметил. Да и я не привык ей врать. — снова виноватый взгляд. — Всё хорошо, они имеют право знать. —Чанхи сократил расстояние между ними и обвил руками чужую шею. Он заглянул в глаза парню и улыбнулся, с целью расслабить того немного. — Ты не обижаешься? — Ким, в свою очередь, опустил обе руки на тонкую талию, тая от улыбки перед собой, как мороженое на солнышке. — Не обижаюсь, пусть лучше они узнают всю правду сразу. Только вот… — Что? — Не повлияет ли это на наши отношения? Кто бы хотел, чтобы их сын встречался с человеком, у которого такое прошлое… — мило поднятые уголки губ секундой ранее опустились, образовав ровную линию. — Нет конечно. Они уважают мой выбор, а мама вообще сказала, что ты молодец, пережил всё это и ничего с собой не сделал. — на этих словах он прижал парня к себе сильнее. — Не хочу даже вспоминать… — Прости. — опустив чужую голову себе на грудь, младший положил подбородок на макушку. — Если бы только можно было стереть это из своей памяти… — тихо прошептал Чанхи, жмуря глаза. — Всё, прости пожалуйста. — целует в лоб. — Я постараюсь больше не затрагивать эту тему. Тот молчит. Он просто наслаждается моментом, вслушивается в чужое сердцебиение и благодарит жизнь, что у него есть Сону, который может обнять его в любой момент, который постоянно заставляет улыбаться и забывать обо всём. — И кстати… — неожиданно вспоминает красноволосый. — М? — Мама и папа послезавтра будут здесь. Чанхи медленно отрывает голову от груди и удивлённо хлопает ресничками. — Просто возвращаются, или меня прогонять? — Перестань. — смеётся парень. — С отпуска они возвращаются. Гора переживаний о том, как себя вести, о чём с ними разговаривать и как не проявить плохое впечатление снова заполняет каждую частичку мозга. — Эй… — щёлкает пальцами перед округленными глазами. — Что такое? — спрашивает Ким, увидев задуманное лицо. Тот поднимает взгляд и бросает: — Я боюсь. — Чего? — снова смеётся младший, до чего же забавный у него парень. — Вдруг я им не понравлюсь? — Ну, во-первых, я не знаю каким должен быть человек, чтобы ты ему не понравился. Во-вторых, ты им уже нравишься, только потому, что нравишься мне. Ясно? — по-доброму повышает голос Сону. — Ясно. — чмокнув того в губы ответил старший и спрятал смущённое лицо в чужой шее.

***

Парни сидели на кухне и ожидали звук подъезжающей машины. Родители попросили их не ехать в аэропорт, а ждать дома. Стол накрыт. Оба боялись куховарить всё сами, поэтому заказали еду из ресторана. Чанхи волнуется, всё-таки первый раз в жизни переживает подобное. У него даже мамы не было, так как общаться с мамой Сону, чтобы понравиться ей? Тот на этот счёт сказал вести себя естественно и вообще не волноваться. Да он бы и рад, но не получается. Сону же переживает лишь из-за своего парня и всячески пытается его растормошить. — Ну хватит, они ведь не кусаются. — не выдерживает младший, замечая, как тот нервно теребит подол белой футболки. — Я спокоен. — эхом проносятся в голосе свои же слова. Чанхи понимает, что немножко врёт. — Я вижу. — вздыхая, красноволосый встаёт с дивана и подходит к Чхве сидящему на стуле. Опускает руки на плечи и, наклонившись, целует в щёку. — Ты зря нервничаешь, вот увидишь. — Скорее бы они приехали. — Да уже подъезжают наверное. Лёгкий мандраж проходится по телу, когда с улицы слышится сигнал машины и это заставляет взглотнуть. Деваться некуда. — Пошли. — Ким, мягко улыбнувшись, берёт старшего за руку и тянет за собой. Сердце начинает бешено колотиться, Чанхи моргнуть не успевает, как они уже стоят возле открытой калитки, а через неё во двор проходит мужчина с чемоданом лет 45, а за ним красивая женщина в красном платье, примерно такого же возраста. — Здравствуйте. — первым кланяется Чанхи, чему удивляется Сону, но то, с какой силой сжимается его рука в чужой он чувствует хорошо. — Добрый вечер. — одновременно здороваются те с широкими улыбками. — Привет, сынок. — целует мама в щёку. Отец в это время жмёт руку Чхве, которую пришлось выдернуть из руки младшего. — Вот мы и встретились. — улыбается мужчина, на что тому тоже удаётся приподнять уголки губ. — Чанхи, дорогой, я так хотела с тобой познакомиться. — женщина обнимает растерянного парня и осматривает с ног до головы. — Я… тоже очень рад. — искренне улыбается он такому приветствию. — Сону столько о тебе рассказывал, все уши прожужжал. — восхищённо говорит она, что немного удивляет юношу. — Правда? — бросает взгляд на того. — А то, постоянно звонил и рот не закрывался. Мы его не узнаём. Ким стоит с опущенной головой, пряча до ужаса смущённое красное лицо, и игнорирует не верящий взгляд старшего. — Как долетели, мам? — переводит тему он. — Ой, хорошо долетели, сели на утренний рейс, чтобы к вечеру уже быть тут. — Как отдохнули? — пытается не молчать Чхве. — Острова — это прекрасно, я буквально влюбилась в каждый. — прям засияла женщина. — В кого это ты тут влюбилась, а? — внеся второй чемодан во двор, мужчина подходит к жене сзади и целует в щёчку. Это очень мило выглядит и заставляет Чанхи осознать, что и вправду зря он так переживал. — В них. — кивает на парней. — Только посмотри, как они мило смотрятся. — она пододвигает их ближе друг к другу и восхищённо вздыхает. — Сынок, а представь-ка нам официально. — Ну… В общем… — Сону нежно хватает чужую руку и, увидев это, мама кое-как сдерживает девчачий писк. — Это Чхве Чанхи, мой парень. Я люблю его, да. Тот, не ожидавший такого, смущённо утыкается носом в плечо не менее смущённого младшего и даже если бы хотел убрать улыбку с лица — не получилось бы. Смотря на его родителей, это невозможно. — Горжусь тобой, сын. Благодаря тебе, этот мальчик может жить нормальной жизнью. Врагу не пожелаешь такого прошлого. — качает головой мужчина. — Да, сынок нам всё рассказал, ты большой молодец. — улыбается женщина розововолосому. — Вам спасибо, за такого сыночка. — грустно улыбается тот, обнимая красноволосого за руку. — Так, всё, хватит. Доведёте мне его до слёз ещё. — смеётся Ким. — Пойдёмте ужинать? — предлагает Чхве. — Да, я с дороги голодный как зверь. — мужчина обнимает жену за талию и ведёт в дом. — Ну что за чудо? — уже у двери шёпчет она мужу хихикая. Чанхи, всё ещё не отпуская чужую руку, смотрит им вслед и вытягивает нижнюю губу вперёд, до чего же милые. — Такие хорошие. — Ну вот видишь, а ты боялся. — Сону повторяет за родителями и, положив руку на талию своему парню, ведёт внутрь. Ужин проходит в спокойной обстановке, все друг с другом вежливо общаются, что заставляет старшего чувствовать себя очень комфортно, как-то по-родному. Родители Кима оказались очень приятными людьми, не то, что он представлял до их встречи. В диалоге с ними, можно не переживать о чём говорить, те сами всё спрашивают или что-то рассказывают, остаётся только кивать головой и реагировать эмоционально. Но парень старается не молчать и дополнять всё. Изредка пролетали слова про клан, но младший сразу же пытался перевести тему или же говорил прямо, что нужно поменьше вспоминать этот кошмар, на что Чхве отвечал, что всё нормально и не стоит так категорически к этому относиться. Но в глубине души и вправду хотелось закрыть эту тему раз и навсегда. Радует тот факт, что он не заметил каких-либо неодобряющих слов или взглядов в свой адрес. Чанхи понял, что не вызвал у родителей плохого впечатления о себе. Все слова и улыбки были искренними, это видно. После ужина парни снова вышли во двор к своей любимой скамейке. Захотелось немного провериться и просто побыть наедине. — Ты им понравился. — подмигивает Ким, приземляясь пятой точкой на прохладное дерево. — Да, они очень хорошие, напрасно я переживал. — выдахает старший и садится рядом, собираясь откинуться головой на твёрдую поверхность, но рука Сону вовремя заменяет её. — Я знал что вы поладите. — Так завидую. Я свою маму в жизни не видел, а отец… — не получается всё-таки не вспоминать об этом. — Они так тебя любят, жаль я в жизни не испытываю подобного. — Почему же, я тебя люблю. — ухмыляется младший и оставляет короткий поцелуй на губах. — Я тоже тебя люблю. — Чанхи приближается для полноценного поцелуя, но слышит поблизости цоканье каблуков. — Ой, я вам помешала, ухожу ухожу. — женщина собиралась прогуляться во дворе, по которому очень скучала во время отдыха, и полюбоваться любимыми цветами, растущими на клумбе, но, заметив двух голубков на скамейке, она спешит вернуться в дом, чтобы не нарушать чужую идиллию. — Нет, мам, всё хорошо, иди к нам. Чанхи хотел уступить женщине место, но Сону опередил его. — Спасибо. Сынок, принеси мне, пожалуйста, чайку зелёного. — смотрит она вверх на сына. — Без проблем. — тот уходит в дом осталяя своего парня и маму вдвоём. Вот здесь уже, Чанхи должен был начать волноваться, но страх, почему-то, давно отступил. — Так приятно видеть его счастливым. — подаёт голос женщина. — Наконец-то он нашёл человека, с которым ему и вправду хорошо. — А что, он долго искал? — посмеивается Чхве, вспоминая, что младшему всего лишь 18 лет. — Ну, у него были отношения раньше, но так как о тебе, он не говорил ни о ком. — мотает головой. — Мне тоже с ним очень хорошо. — улыбается Чанхи. — Я рада, что вы встретились. Думаю, он вовремя появился в твоей жизни. — Да, я очень благодарен. Он очень много для меня сделал, и я не знаю, как оказать свою благодарность. — Ты любишь его, этого достаточно, поверь. — Я вижу как вы друг на друга смотрите, искры из глаз у обоих. — восхищается женщина. — Как и у вас с вашим мужем. — улыбается Чхве, после чего следует смех. — Спасибо, дорогой. — поглаживает чужое плечо. — Я правда не знаю, как бы дальше продолжалась моя жизнь, если бы не он. Чем я заслужил это? — Вы есть друг у друга сейчас, это главное. Это тебе за твоё терпение, ты очень сильный мальчик, не каждый бы пережил такое. — гладит по волосам. Женщина замечает, быстрое моргание парня и понимает, ещё чуть-чуть и тот заплачет, кажется, ясно почему. — Ты можешь называть меня мамой, Чанхи. — выдаёт она, еле сдерживая свои слёзы. — Правда? — совсем неверяще спрашивает юноша, дрогнув голосом. — Правда. Мне жаль, что ты так и не увидел свою маму на этом свете… но она дала тебе жизнь. — катится первая слеза. — Спасибо вам большое. — мокрая дорожка появляется и у него на лице. Сону возвращается с кружкой зелёного чая. Издалека ничего не видно из-за темноты, но, подойдя ближе, он вскидывает брови в удивлении. — Что за потоп вы тут устроили? — он присаживается на корточки между ними, отдавая тёплую чашку в руки матери. — Ничего, дорогой. Спасибо за чай, я уже пойду спать, а то отец там, наверное, ворочится на кровати без меня. — поднимается женщина. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, мама. — одновременно выдают парни, после чего красноволосый непонимающе глядит на старшего. — Меня не было всего пять минут, что я успел пропустить? — садится он на её место. — Просто поговорили по душам. — Чанхи, всё ещё тронут словами мамы Кима, отчаянно тянется в его объятья, нуждаясь в успокоении. Чужие руки сразу же прижимают его к себе, и от этого так хорошо, что слёзы сами по себе текут из глаз и впитываются в ткань чёрной футболки младшего.