Point of no return / Точка невозврата 18+

(Тэхён) С первого судьбоносного звонка гипнотический голос из телефона всё больше погружал меня вглубь своего обладателя, даруя за раз даже не по одному оргазму, – буквально каждую ночь. Уверен, что он позвонит и сегодня, – за окном уже начинало смеркаться, я дописывал 6-ю картину, но мыслями витал далеко от своей студии. Подсознание, надо признать, хорошо управляло телом и скрупулёзно делало мою работу, – последняя композиция дополняла все предыдущие и логично завершала весь изобилующий цветами ансамбль. Я же в этот момент собирал, как пазл, те детали внешности таинственного ублажителя, которые мог уловить с нескольких присланных в директ горячих фото. К сожалению, линия подбородка с самого первого из них была единственной частью лица, что мне удалось увидеть. Но зато тело… Его я выучил глазами почти наизусть, даже отразил в одном из скетчей и прикрепил к доске над рабочим столом. Идеально ровные кубики пресса на чуть смугловатом торсе, дорогущие часы на рельефных мужественных запястьях, чёрные, как смоль, блестящие волосы, острые ключицы с небольшой татуировкой под левой из них. И голос... С миллионами оттенков, который хочется слушать на повторе, что бы тот ни произносил. С удивлением я обнаружил, что последняя картина для господина Чона получилась визуальным отображением этого самого голоса моего телефонного любовника, и стала, пожалуй, венцом этой серии. Рингтон "Agust D" на телефоне запел как раз во время нанесения художественной подписи на изобилующий цветами холст. Чёрт, надо бы сменить мелодию звонка, а то как-то странно фанбоить на парня моего лучшего друга, тем более, познакомившись с ним лично. *GoldenСlo – высвечивалось на экране, когда я испачканными в краске пальцами наконец-то добрался до смартфона. В предвкушении чарующей симфонии тембра и фантазии его владельца приятным холодком обдало изнутри всё моё существо. – Ты занят? Могу перезвонить. – хоть я и был предельно готов и ждал звонка, кисточка всё равно от волнения вылетела из пальцев и упала на расстеленный по полу целлофан. – Нет-нет, как раз завершаю работу. Говори со мной, а мне пока нужно немного прибраться. – Мм, ты рисовал? – Да, только что закончил важный заказ! Получилось вроде бы здорово. Та-ак не хочется отдавать моё детище заказчику! – Думаю, покупатель будет ценить их не меньше тебя. – Откуда ты знаешь? Это же какой-то денежный мешок. Наверняка, заказ делал его ассистент или дизайнер интерьера. Уверен, он сам даже не в курсе, что такое настоящее искусство! – Успокойся, Тэхён-а. Ты сам по себе – настоящее искусство! Пожалуйста, не думай о плохом. – Чёрт, прости, GC! Что-то я разнылся. Как прошёл твой день? – Довольно рутинно, но сейчас стало гораздо лучше, – сразу, как я услышал твой голос… В чём ты сейчас? – Ха-хаа, в самом что ни на есть несексуальном виде - в старой футболке и шортах, весь измазанный краской. Я слишком увлекаюсь процессом, и совершенно забываю быть аккуратным. Кстати, это касается не только рисования... – Ты что несёшь, Тэхён? Несексуальном? Да я бы душу дьяволу продал, чтобы тебя сейчас увидеть, а лучше – прикоснуться… – Так в чём проблема, Golden? Давай встретимся, в любое время. Я и сам хочу скорее тебя увидеть… Никогда не встречал человека, который может читать мои мысли. – Никакой проблемы нет, сладкий… Есть только игра, и двое участников, которые оба проиграют и выиграют одновременно, когда встретятся. Потому что очная ставка либо унесёт нас обоих в поднебесную, либо разрушительным потоком доставит прямиком в адское пекло. Совсем скоро ты всё поймёшь. Уверен, наша встреча точно состоится до конца этой недели. Просто я хочу, чтобы это случилось неожиданно, и чтобы ты сам узнал меня… Хочу видеть твою реакцию, и как расширятся твои зрачки... – Ты точно ненормальный… И раз уж на то пошло, то… у меня стоит! Так что продолжай нести свою непонятную чушь, а я разденусь, встану прямо напротив зеркала, и буду дрочить на своё отражение в окружении своих божественных картин, с вибрирующей игрушкой в заднице, представляя, что ты стоишь прямо за моей спиной и шепчешь мне на ухо что-то абсолютно из ряда вон сумасшедшее. – У меня встал сразу же, как ты поднял трубку… А до этого я рассматривал твои фотографии, и представлял, как ты произносишь своими блядски прекрасными пухлыми губами моё настоящее имя. ... Он дышит в трубку часто. Постанывает. Меня заводит всё больше, рыча "Тэ-хёён..". Слышу, как он ускоряется рукой по стволу, – быстро, влажно и пошло. Нереально. Ёбаный безумно-обжигающий нескончаемый экстаз. С-ка, какое же охуенное завершение дня. Моя красивая серебряная игрушка с разными интервалами бьёт по простате, то сбавляя, то наращивая силу, и я еле стою на ногах, сжимая ягодицы, чтобы удержать вибратор внутри. Хорошо, что не ел ничего уже почти два дня, – гарантированно чистый кайф… Прижимаю ухом к плечу телефон, а правой рукой наращиваю темп на соскучившемся по крепкой мужской заднице члене. Из зеркала на меня смотрит раскрасневшееся, бьющееся в конвульсиях удовольствия синеволосое существо, и… заснять бы это на видео, а после личной встречи показать этому Clo, что он упускал из виду, затевая свои “взрослые” прятки по телефону. – Я так близко, ТэТээ…. – Скажи своё имя, я произнесу его, и ты сразу кончишь. – Чо… Ты почти провёл меня, Ким… – Стоило попытаться… – Ты.. тебе сейчас хорошо? – его голос дрожал, став на три тона выше, дыхание прерывало сбивчивую речь. Да, он на грани. Я хотел ответить что-то, но серебряное чудо секс-индустрии вдруг резко ускорило темп внутри меня, вырывая громкий стон из моей груди. Колени подкосились, игрушка выскользнула из меня с грохотом приземлилась на пол, а я рухнул следом за ней, кончая мощно, пачкая потоками микро-тэхёнчиков правую руку и зеркало. Хорошо, блять, на картины не попало, а некошерно как-то (хи-хи). Судя по звукам, человек в телефоне тоже достиг кульминации, сладко протяжно матерясь и стеная в конвульсиях оргазма. Я бросил трубку в отместку за так и не прозвучавшее имя. Хочет поиграть – пусть принимает и мои правила тоже. Мой принц-извращенец. Обожаю. Развалившись прямо на полу, я смотрел снизу вверх на свои картины – завершённые и такие буйственно-красивые. Думал о “золотом” парне Clo из телефона, о Чимине и Юнги, думал о Чон Чонгуке, его офисе и каком-то неведомом контракте… Завтра что-то будет, какой-то судьбоносный поворот, – интуиция редко подводит меня, и я доверял этому нарастающему предвкушению кардинальных изменений. Смс прервало мои философствования. GoldenClo: Грубо играешь, Тэхён-а. Я припомню тебе своё прерванное наслаждение. PerfectTae: UwU *сжимаюсь в страхе от твоего гнева* GoldenClo: Ты просто… невозможный. Самый. Ненавижу (нет). GoldenClo: Больше я не позвоню. И ты не звони. До встречи в реальном мире, сладкий. Помни: когда угодно, где угодно. PerfectTae: Не буду ждать. Тогда это быстрее случится. Наскоро сполоснувшись в душе, я прибрался в своём творческом уголке, отмыл кисти и навёл порядок в принадлежностях. Ноут с креслом-качалкой и плюшевым пледом манили посмотреть годный сериальчик, и сопротивляться было выше моих сил. Через полчаса, я, кажется, задремал, крепко обняв свой розово-золотой макбук. Разбудил меня всё тот же рингтон "Agust D" (естественно, я его не сменил). Пообещав себе всё же сделать это, я скатился с кресла, неудачно вписавшись локтем в поручень и проклиная всех богов цивилизации, что дали нетактичным людям возможность трезвонить добропорядочным (но это неточно) гражданам в полтретьего ночи! Незнакомый номер. Странно. Палец неуверенно завис над зеленой трубочкой на экране. - Тэхён? Прости, что так поздно. Это Сокджин. – я всё-таки решил взять трубку и не прогадал. Хён явно бы не стал звонить по пустякам. – Привет! Ничего, я вообще никогда не сплю, всё жду, когда ты позвонишь. – попытался пошутить я, но хриплый сонный голос выдал меня с потрохами. – Ага, я слышу, – я почувствовал его улыбку через телефон. – Но сейчас не об этом. У нас тут небольшой локальный пиздец, можно к тебе завтра Чима привезти? Ему сейчас очень нужен друг, а у нас с Намджуном под завязку забитый день, надо разгребать накопившиеся за время нашего отсутствия дела. – Что за вопросы, конечно! Он в порядке? – Не совсем. Думаю, что не в праве тебе что-то рассказывать, он сам завтра тебе прояснит. И у него точно будет похмелье, у тебя есть что выпить? У нас всё закончилось. – Чёрт, Сокджин-хён, ты окончательно меня запугал! Чим же почти не пьёт. В любом случае, я найду, как привести его в чувство. – Спасибо, Тэхён. Ещё раз извини за поздний звонок. Во что там Ангел опять влип? – вздохнул я про себя и отправился к холодильнику за ледяным апельсиновым соком. Усталость после насыщенной недели ощущалась почти как другой человек, присутствующий в комнате и бесстыдно высасывающий остатки энергии и моральных сил. Я вспомнил, что так и не прочитал бриф для встречи с моим заказчиком, но этот факт меня нисколько не огорчил, – я верил, что всё само образуется и без штудирования дурацкого скучного двадцати-с-лишним-страничного талмуда. … Настойчивый стук в дверь разбудил меня часов в 10 утра, – оказалось, второй раз я уснул прямо на моём мягком ковре. Его ворс знатно украсил вмятинами моё лицо, так что оно было примерно одной текстуры с тканью пижамы, что было не очень хорошей новостью перед приёмом гостей. Открыв дверь, я был тут же стиснут в объятиях Чимином, которого мягко подтолкнул в квартиру стоящий за его спиной серьёзный Сокджин. Чёрт, он как-будто стал ещё красивее, – я не видел хёна с воскресного обеда и почти забыл про его идеальное лицо. А тёмно-серый деловой костюм подчёркивал совершенные изгибы фигуры, широкие плечи и тонкую талию, волосы аккуратно уложены, гладкая кожа и сияющие глаза источают спокойную уверенность с крошечной ноткой беспокойства. Он еле заметно кивнул мне, приветствуя, очевидно, неловко себя чувствуя под моим чересчур пристальным восхищённым взглядом. – Джин, ну ты чего, я ж не маленький ребёнок! – сказал ему Чим, отрываясь от меня и выхватывая свою сумку из рук брата. – Ты как будто няньке меня передаёшь. – Так и есть, мелкий. Не спорь со взрослыми. – потрепал его по щеке Сокджин с нескрываемой, почти родительской нежностью. – Привет, Тэхён. Принимай гостя! Чур, много не поить, сладкого не давать, на работу выпиннуть вовремя! – Чимини, проходи! Сокджин, не переживай за него, я тут справлюсь. Удачи вам сегодня на встречах! Я рад тебя видеть. – потупил я взгляд, не в силах больше выносить стоящей напротив красоты. – И я рад. Спасибо, и.. классная пижама! – подмигнул мне хён. – Мне уже пора. Я тут же покраснел, вспомнив своё помятое отражение в зеркале, так что скомканно попрощался и поспешил скрыться за дверью, обращаясь мыслями и взглядом к даже более сонно-потерянному, чем я, лучшему другу. – Налить тебе кофе с коньяком? – учтиво спросил я у Чима. – Или чистоганом будешь опохмеляться? – Давай просто кофе. Ты сам-то только встал, да? – Так заметно? На лице ангела появилось некое подобие улыбки. Он плюхнулся в кресло-качалку, закутываясь в плюшевый плед, как в кокон, словно стремясь спрятаться от всего мира. – Сокджин ведь тебе всё рассказал, да? – Только то, что ты напился вчера. Сказал, что пообещал тебе хранить секрет и что ты сам, если захочешь, расскажешь мне. – Не хочу снова это произносить. Просто сам всё посмотри. – Чимин протянул мне свой телефон с разбитым экраном, там был открыт диалог. Я быстро оценил масштабы катастрофы, пробежавшись глазами по короткому диалогу. Мда, ситуасьОн! – Ты с Юнги разговаривал? – Нет, я боюсь его реакции. Боюсь, что не смогу его бросить, или что он сам меня бросит, если узнает, или что не бросит и потеряет сцену. – Так! Вечером вы всё равно увидитесь в баре, так что советую тебе всё-таки не скрывать такое от него! Такие секреты ещё никогда не заканчивались ничем хорошим. А до вечера – давай-ка постарайся не думать об этом, насколько это возможно! А я буду тебя отвлекать. Мы пойдём гулять, потом – в океанариум и в игровые автоматы! Вечером я провожу тебя на работу, а сам поеду на встречу с этим Чонгуком. – я кивнул на картины. – Ты закончил их, Тэхён-а! – Да, и вчера чуть не залил две из них спермой… – с игривой гордостью выдал я. – Я идиотина! Мы всё время говорим обо мне. Давай-ка, быстро и в самых непристойных мельчайших подробностях рассказывай мне про своего виртуального любовника! – Ну, он сказал, что вчерашний наш разговор по телефону был последним, и что мы скоро встретимся. – Оаоао! А когда? Где? – Этого он не уточнил, но сказал, что я сам всё пойму и узнаю его. – Имя так и не сказал? – Не-а. И порядком меня вчера этим выбесил. – Но ты всё равно кончил во время разговора с ним? Не могу даже представить, что такое возможно по телефону… – Ну, не у всех есть горячий красавчик Agust D под боком, который в любое время может поиметь твою шикарную задницу. Классно с ним было? – Ты даже не представляешь, насколько. – Ах, зависть-зависть! Я просто на все сто уверен, что он разрулит все ваши проблемы и защитит тебя и себя! – Я… ещё должен ему пожелать удачи перед встречей, чтобы он ничего не заподозрил… Ему предложат сегодня контракт артиста. Кто – пока не могу сказать, но всё выглядит более чем серьёзно. – Огоо! Он этого достоин, наконец-то его заприметили! – Да, только для меня ситуация ощущается, как будто бы всё в мире против того, чтобы мы были вместе, – если у него будет контракт, как у айдола, то там будут запрещены любые личные отношения, не говоря уж о нетрадиционных. И этот шантаж отнюдь не облегчает ситуацию. – Так, мы не возвращаемся к этой теме до вечера! Пока ничего еще не известно, нечего об этом переживать! Вспомни, чему нас учит Далай-Лама? – Он много чему учит... – Если проблему решить можно – не стоит о ней беспокоиться. Но также если ты НЕ можешь изменить ситуацию, – твоё беспокойство аналогично ничем не поможет, только навредит твоей душе. Так что при любом раскладе keep calm and be happy! – Мудро и почти что подействовало! – Так, я в душ, а ты давай тут хозяйничай, наливай кофе из кофемашины, печеньки в верхнем ящике, ноут на тумбочке. Позавтракаем и ворвёмся в пятничный летний Сеул! (Чонгук) День тянулся просто невыносимо медленно. Череда встреч, ранее привычных по пятницам, сегодня превратилась в настоящую пытку временем в ожидании главного вечернего события – Тэхён был приглашён Ын Хой к шести часам вечера. Интересно, узнает ли он меня сразу или в процессе? Как отреагирует? Занудным “просителям” моих денег рано утром даже удалось вывести меня из себя во время их тупой презентации – такое вообще случается крайне редко, но натянутые до предела канаты нервов не выдержали внутреннего давления, которое я сам создал в голове, и я реально с криком выгнал их из конференц-зала. Непрофессионализм я просто не понимал и ненавидел всем сердцем, искренне не понимая, как можно настолько облажаться перед человеком, который потенциально мог бы помочь твоему бизнесу. Благо, ближе к обеду отлегло, – встреча с моими новыми парнёрами Кимами – Намджуном и Сокджином – была, как глоток свежего воздуха. И хоть у Чон Чонгука совсем не было друзей, этих двоих я мог (и хотел) с лёгкостью представить именно в таком качестве, а не только коллегами. Они оба просто источали “правильную” положительную энергетику, были предельно подготовлены, мобильно перестраивались по ходу изменения разговора, мило и тактично шутили в рамках общего тона встречи и в целом максимально расположили меня к себе. Надо будет реально пригласить их выпить вместе как-нибудь или самому напроситься в их бар, – о нём я читал исключительно восторженные отзывы. Моя безошибочная интуиция подсказывала, что с этими людьми можно горы свернуть, – они предельно надёжны и преданы самим себе и своему делу. После короткого перерыва (пообедать я, как часто бывало, не успел), Ын Ха сопроводила ко мне в кабинет Мин Юнги и Чон Хосока, – также двоих людей, на которых у меня были наполеоновские музыкальные планы. На самом деле, мне не терпелось познакомиться с Мином, – его концерт реально меня впечатлил, – больше, чем что бы то ни было из музыкальной индустрии за последние лет пять точно. И учитывая то, что поведал о нём Хосок во время нашей предыдущей встречи, нужно было максимально быстро заполучить этого невероятного артиста: он трудоголик, сам продюсирует всю свою пронзительную мощную музыку, пишет по несколько песен в неделю, но из-за недостатка денег на студию многие из них ещё не видели свет… Это определённо те качества, которых не хватает современным артистам-”однодневкам”, собственно, и делая их таковыми. Сейчас айдолы, как безвольные, но капризные куклы, – поют, что им скажут, сами редко что-то сочиняют, уделяют больше времени обёртке, нежели содержанию. И эту печальную тенденцию определённо нужно менять. – Добрый день, господин Чон! – протянул руку мой однофамилец Хосок с лучезарной улыбкой. И хоть она, вроде как, была ни к месту, но, похоже, что этот человек просто рождён освещать всех вокруг своим солнечным позитивом. – Познакомьтесь, это – Мин Юнги, он же – Agust D. Мин в повседневной жизни резко контрастировал со своим образом на сцене. Я совершенно напрасно опасался его заносчивости или звёздной болезни, – он казался поистине скромным и даже немного напряжённым в незнакомой обстановке. – Чон Чонгук, – пожал я протянутую прохладную ладонь. – Рад, наконец-то, познакомиться! Я немного зафанател по вам ещё во время концерта. – С..спасибо. – смутился Мин. Этот парень точно не избалован комплиментами, либо не знает, как их принимать. – Располагайтесь в переговорной зоне, там уже подготовлены все необходимые к ознакомлению документы, – приветливо распорядилась моя ассистентка. – Желаете ли кофе или чай? – Чайник улуна и три чашки, – поспешил ответить я. - Надеюсь, вы не против, господа? Мне не терпелось начать. Big Hit был моим приоритетным желанием среди всех актуальных вложений, особенно после того, как я своими глазами увидел, что эти люди создали, практически не имея денег. С их энтузиазмом и моей небольшой помощью они (точнее, мы) сможем развернуться гораздо шире. Мы обсуждали детали открытия сети клубов и создания лейбла. Хосок чувствовал себя абсолютно вольготно, и мы быстро достигли соглашения. Он попросил время на финальное прочтение контракта перед подписью, так что настало время поговорить с Agustом D о его условиях. – Может, у вас есть какие-то волнующие вопросы? – Да, во-первых, авторские права. Пожалуй, это наиболее важный момент. – Наши юристы проработали этот вопрос! Все песни вашего авторства будут принадлежать вам. Мы лишь делим прибыль от коммерческого использования, но лейбл не будет претендовать на обладание вашими композициями. – Отлично. Следующий вопрос по организации выступлений. Мне запрещено выступать где-либо вне согласованного расписания? – Да, и вашим расписанием выступлений будет заниматься сидящий рядом человек – ваш товарищ Чон Хосок. Наши маркетологи займутся продвижением и поиском новых возможностей для буста вашего имени, – кстати, его мы менять не будем, – это тоже прописано в контракте. – Студия. Я могу сам выбирать, где записываться? – Поначалу да, сейчас у нас пока нет собственной студии, но я планирую прикупить “Perfect Sound” – вы ведь её знаете? Мы уже ведём переговоры с владельцем. – Да, конечно, я практически всегда там и пишусь. Я ловил полный улётный кайф от по-настоящему конструктивного разговора. Мин задавал предельно важные вопросы, и, казалось, даже немного расслабился в процессе диалога. – У меня остался последний, крайне деликатный...ээ..момент. – его щёки залило розовым. – Да, слушаю вас внимательно. – Что касается личной жизни… Знаю, что артистам запрещено иметь отношения. В моём контракте это предусмотрено? – Нет, мы же не изверги какие, тем более, мы не совсем айдол-формат, правда? Пока ваши отношения не отвлекают вас от творчества, нас это не касается. Однако, если возникнут какие-то репутационные риски, вам предписано обратиться к нашему отделу связей с общественностью – они с юристами обычно быстро решают такие вопросы, и замять скандал для них не проблема. Вздох облегчения вырвался из груди Мина. Похоже, это сильно его тревожило, и я был рад, что удалось разрешить все его переживания. – Вы не спросили про гонорар. Для начала у вас будет ежемесячный оклад в 1 млн вон + 20% от продажи билетов + 10% от любого коммерческого использования вашей музыки. Все расходы по продюсированию, – студия, оборудование и т.д., – мы также берём на себя. Оформлением авторских прав будет заниматься наша команда, вам не придётся об этом беспокоиться. Проекты контрактов вы можете забрать с собой. Я понимаю, что это серьёзное решение, и вам, наверное, нужно время подумать или показать контракт вашему адвокату. Так что Ын Ха может назначить нам встречу, скажем, на понедельник? – Я уже всё обдумал. – серьёзно ответил Юнги, уверенно и молниеносно ставя подпись на последней странице. – Огромное спасибо вам за то, что поверили в меня, господин Чон! Вы предложили условия лучше, чем я мог и мечтать. – Да, я тоже уже достаточно изучил контракт и готов подписать прямо сейчас, чтобы скорее приступать к работе! – Что ж, я рад это слышать! – давайте заставим Big Hit греметь как минимум на всю Корею! Я пообещал себе, что ни за что не подведу этих людей и не обману их доверия. Мои умные часы завибрировали, напоминая о необходимости выпить стакан воды. Взгляд невольно зацепился за время. 17:44. Сердце зашлось в исступлённом ритме, ладошки вспотели в предвкушении встречи и первого прикосновения с моим голубоволосым крашем. Проводив до двери Юнги и Хосока и тепло с ними попрощавшись, я задержался около стеклянной вставки рядом с дверью, через которую просматривался просторный холл с рабочим местом Ын Хи и диванами для ожидающих посетителей. Он сидел там. Дыхание перехватило от того, насколько он близко. И насколько ближе станет в буквально следующие пятнадцать минут. Тэхён казался абсолютно расслабленным, с любопытством разглядывающим детали окружающего интерьера и иногда улыбаясь моей ассистентке, ловя её взгляд. Юнги, выходя из моего кабинета, задержался и окликнул Кима. Тот сразу же вскочил и бросился его обнимать, на что Мин отреагировал явным неудовольствием на лице, но всё же не оттолкнул голубоволосого. Они что, знакомы?! Зависть с помесью любопытства клокотала внутри. Ын Ха забыла указать в профайле этот факт, но я не собирался её за это ругать. Так, Чонгук, успокойся. Он идёт сюда. (Тэхён) Офисное помещение Чон Чонгука оказалось просторно-шикарным, но чрезмерно холодным. Я понимал, почему он планирует отсюда переехать. От обилия мрамора и бело-серых-коричневых оттенков я чувствовал себя не то в музее, не то в зале суда. Настроение было просто отличным, – мы провели очешуительно весёлый день с ангелом, мне удалось отвлечь его от грустных мыслей, я увидел свою любимую акулу Джо в океанариуме и поддался Чиму в аэрохоккей, заставив того злорадно хихикать всю дорогу до нашего расставания у J-2. Короче, миссия была выполнена, и, хоть я абсолютно не подготовился к встрече, внутри теплилась уверенность, что всё пройдёт хорошо, тем более что я прихватил на флэшке фотки и видео всех шести готовых работ. Ассистентка Чона оказалась милейшей девушкой, которая мигом растопила лёд окружающей обстановки и расположила к себе с первого взаимодействия. Я уселся на диванчик, так как предыдущая встреча, видимо, ещё не закончилась, и стал ждать своей очереди. Через несколько минут дверь кабинета открылась, выпуская оттуда брюнета модельной внешности и… Юнги? Я поспешно отвёл взгляд, чтобы не смущать его и предоставить выбор – показать, что мы знакомы или нет. Но он окликнул меня, а я не смог сдержать радости и кинулся его обнимать. – Юнги, ты… Всё хорошо? – Да, потом расскажу. – подмигнул он. – Ты видел Чимина сегодня? Он в порядке? Сокджин сказал мне, что произошло. – Да, мы провели день вместе. Он не в курсе, что ты знаешь. Разрули всё, пожалуйста! Он очень переживает. – Не волнуйся, эта встреча, – Мин кивнул в сторону двери, из которой вышел. – Добавила мне много козырей в рукаве. Я буквально завтра всё разрулю, уже придумал как. Кстати, это Хосок, – мой друг, партнёр, и, можно сказать, даже брат. – Ты такой красиивый! – клянусь, слова сами вылетели у меня изо рта! Но я просто не считал нужным фильтровать речь, когда говорил красивым людям чистейшую правду. – А ты мне уже нравишься. Спасибо! – рассмеялся Хосок, совершенно сглаживая любую неловкость. – Нам пора идти, Юнги опаздывает в J-2. Ещё увидимся! – Да, удачи тебе на встрече! – с улыбкой потрепал меня по плечу Юнги, после чего развернулся и последовал к выходу. Что ж, одной головной болью меньше, раз мятноволосый придумал, как справиться с шантажом. – Пройдём-те, я провожу вас внутрь. – оказалось, девушка тактично ожидала какое-то время рядом, позволяя нам закончить диалог. – Прошу прощения. Да, конечно. – Не переживайте, вы не опаздываете. Кабинет Чона был гораздо приятнее остальной обстановки в офисе, – выдержанный в тёмно-коричневых тонах с со вкусом расставленными акцентами и логично выстроенным пространством. Ын Ха жестом указала направо, в переговорную зону с двумя кожаными диванами друг напротив друга и столиком посередине. На одном из них полубоком сидел хозяин кабинета. – Господин Чон, к вам Ким Тэхён. Мне остаться на время встречи? – Нет, благодарю. У меня сегодня ещё есть что-то в расписании? – Нет, это завершающая встреча. – Тогда ты можешь идти домой! Отличная работа, Ын Ха! – Благодарю вас! Я молча наблюдал за их диалогом и был в некоторой степени благодарен, что на меня не обращали внимание какое-то время. Потому что Чон-мать-его-Чонгук затмил своим невыносимым великолепием, пожалуй, всех мужчин, которых я когда-либо видел в своей жизни. Я знал, что он молод, но не ожидал, что настолько. Его кожу можно снимать в рекламе – настолько гладкой и сияющей она была. Явно сшитый на заказ костюм сидел, как влитой, демонстрируя стройное, но явно спортивное тело своего обладателя. Галстук с серебряной булавкой оттенял голубоватую рубашку. Несколько непослушных прядей волос, чуть выбивающиеся из идеальной укладки лишь добавляли шарма, украшая и без того безупречный образ бизнесмена. Наконец, он обратил своё внимание на меня, и меня натурально прошибло потом от сгустка электричества, словно шаровой молнией врезавшегося прямо под рёбра. – Зд..равствуйте! – всё, что смогло выдать моё воспалённое сознание. – Тэхён, я так рад вас видеть! – чёрт, мне показалось, или он тоже выглядит взвинченно-взволнованным? – Пожалуйста, присаживайтесь! – Господин Чон, я сожалею, но я не совсем подготовился к нашей встрече. – решил я сразу выложить все карты на стол. – О, не переживайте! Ын Ха выслала вам свой типичный огромный бриф? – Да, но я с ним не ознакомился. Зато! – чуть оживился я, озвучивая главный аргумент. – Я дописал ваш заказ. Вам не придётся ждать сентября, чтобы его увидеть! Так, а теперь вопрос. Как перестать пялиться на губы моего до безумия сексуального собеседника? Голова кружилась от терпкого строгого запаха одеколона, который пропитал мягкую обивку дивана. Пот от первого визуального контакта холодил спину под рубашкой, а иногда в процессе разговора я вообще забывал, что надо дышать. – У вас есть с собой фотографии? Первые две работы впечатлили меня неистово! – О, так вы и правда их видели? Я думал, вы не занимаетесь, хмм.. такими мелкими вопросами. – Видел, и просто провалился в них, честно сказать! Поэтому и захотелось с вами встретиться. – улыбнулся Чон так искренне, что в животе запорхали не только бабочки, но и зашлись в горячем танго ангелочки с дьяволятами. – Вы правы, раньше мне и дела не было до таких вопросов, и посмотрите, к чему это привело, – наш нынешний офис уныл и навевает скуку и плесень! Мне хочется создать для своих сотрудников место, где уютно и комфортно работать, куда хочется приходить по утрам. Поэтому я взял полный контроль над всем, что происходит во время ремонта в нашем новом здании. – Я.. да, захватил с собой фотографии, а также снял видео, чтобы было образнее. Куда можно подключить? – Сбоку от дивана есть USB-разъём и пульт управления, всё сразу отобразится на большом экране. Ну, момент истины. Я был искренне тронут, что он лично похвалил мои работы, и был уверен, что остальные четыре тоже придутся ему по душе. Особенно шестая, которая была моим личным фаворитом. Я включил сразу видео, чтобы показать весь ансамбль, а уже затем рассматривать на фотках каждую по отдельности. – О, Будда… Это просто шедеврально! Я не могу поверить, что вышло настолько хорошо! Не зря мы подготовили для вас предложение, Ким Тэхён! – он подвинул ко мне лежащую на столе папку. – На первом листе тезисы, ознакомьтесь, а мне нужно ненадолго побеспокоить ассистентку. – Вы же отпустили её? – О, держу пари, она задержалась минимум на полчаса, чтобы оставить всё в идеальном порядке. – похоже, Чонгук очень ценит свои кадры, раз так хорошо знает их, заботится о новом офисе и вообще действительно создаёт такую атмосферу, в которой приятно находиться. Я открыл папку, но буквы не складывались в слова, а перед глазами стояло лицо моего нынешнего заказчика и потенциального работодателя. Я даже чувствовал некоторую вину перед своим интернет-любовником, – похоже, я могу не дождаться встречи с ним и безответно влюбиться в абсолютно недосягаемого обворожительно-чарующего богача в этом кабинете. Собственно, я уже практически ощущал, как падаю со скоростью света в яму под названием “наваждение”. Нестерпимо хотелось, чтобы Чон Чонгук разложил меня прямо здесь, на своём кожаном диване, не закрывая дверь с риском в любую секунду быть разоблачёнными. Чтобы кусал мою шею, впивался пальцами в бёдра до синяков, терзал до боли чувствительные соски и сминал губы, не позволяя стонать в полную громкость. Блять, Тэхён! Умерь свои фантазии и прочитай уже хотя бы одну страницу! – … Да, Ын Ха! Распорядись в бухгалтерии, чтобы Киму Тэхёну прямо сейчас перевели полтора миллиона вон на счёт! Картины готовы, акт позже подпишем. Мне плевать, что так не делается. Придумай что-нибудь! И марш домой, ты на этой неделе слишком много перерабатывала. – услышал я приглушённый голос Чона за приоткрытой дверью. Что? Полтора миллиона? Я ждал 500 тысяч, да и то после передачи работ. О-фи-геть, похоже, ему и правда понравилось! На душе стало полегче от того, что не придётся передавать моих детишек равнодушному владельцу, – им здесь действительно будут рады. Чёрт, он уже возвращается, а я так ничего и не прочитал. – Так что вы думаете, Тэхён? – Я согласен. – ляпнул я, абсолютно не понимая, на что подписываюсь. – Но можно я попозже подпишу, мне надо дома всё прочитать. Не мог же я признаться, что не могу сосредоточиться и вспомнить даже дату своего рождения под этим гипнотизирующим взглядом огромных улыбающихся оленьих глаз с пушистыми ресницами?! – О, конечно! Свяжитесь с нами, как примете окончательное решение. А сейчас, так как формальная часть нашей встречи окончена, вы не хотите немного выпить? У меня была непростая неделя, и я буду рад, если вы составите компанию. – Если только пригубить. Я немного… перестаю себя контролировать под действием алкоголя, и могу учудить что-то, после чего вам не захочется со мной работать. Он рассмеялся переливистым смехом, который показался мне прекрасным звоном колокольчиков в знойный июльский день на лужайке у дома родителей… Пока он ставил и наполнял виски два красивых бокала на столике, я залип на его руки, словно зная их вид откуда-то. Рисунок вен был совершенно особенным, и я сто процентов уже видел его. – Вы не против, я избавлюсь от галстука? – весь день терпел дурацкую удавку. Против ли я? Да он точно издевается, – я и так собирал все остатки самообладания, чтобы не отжечь каким-нибудь самым неприличным образом, а он ещё и предметы одежды снимать собрался. Не думал я, что так попаду сегодня. Всё это я произнёс мысленно, но при этом с невозмутимым видом кивнул головой, уверенный, что с потрохами выдавал себя расплавленным огнём во взгляде. Неотрывно следя за длинными пальцами, проворно развязывающими галстук, а затем расстёгивающем две..три верхние пуговицы рубашки, глаза выхватили крошечную деталь, которая добила Кима Тэхёна окончательно. “ther…” этот каллиграфический шрифт… Первое фото в директ. Тату под ключицей “there's a dragon's heart beating” Я уже видел эти руки. Я видел ошейник на этой шее. Вот он повернул голову вбок, натянув кожу на нижней челюсти… Острые скулы. Губы. Блядский переливчатый голос с миллионом оттенков, – как я не узнал его сразу? “- Скажи своё имя, я произнесу его, и ты сразу кончишь. – Чо… Ты почти провёл меня, Ким…” Его зовут Чон. Golden Closet = Чон Чонгук. Сознание отказывалось принимать вновь обретённую реальность, так что спасительная темнота мягким обмороком погрузила меня в кожаные объятия дивана. Не знаю, спустя сколько минут я открыл глаза, но первое, что я увидел, – нависающее надо мной улыбающееся лицо Чонгука. - Я обещал, что мы скоро встретимся, сладкий.