Последний год

Если бы Дахён ещё до встречи с Юнги сказали, что её чувства к этому парню останутся безответны, она всё равно сделала бы тот же выбор, что и четыре года назад - познать их. Когда одно его присутствие делает настолько счастливой, а всего лишь одно слово в её адрес, даже обидное, заставляет улыбаться... Зачем ей отказываться? Пусть ему плевать. Пусть не замечает. Пусть не видит. Пусть не знает всего, что она испытывает. Он ведь не обязан принять любовь глупой, по его мнению, девчонки лишь потому, что Дахён наивно мечтает об этом. Скоро всё закончится и их пути разойдутся. А до тех пор, Ким будет делать всё для того, чтобы не осталось ничего, о чем она могла бы сожалеть. Рассказывая Чеён о случившемся, а именно то, как она чуть не умерла от прикосновений Мина, оставшись с ним наедине, Ким делала глубокие вдохи, чтобы вновь заполнить лёгкие воздухом, который она с такой скоростью расходовала. Дахён до сих пор ощущает кожей его дыхание, словно ноющий ожог, и уверенные руки, пробравшиеся под ткань одежды. То, что она чувствовала в этот момент... Потрясающе сладкая истома. Попрощавшись с подругой, Ким в сплеске эмоций закружилась, широко расправив руки. Что-то да намечается. Юнги не только увеличил запас адресованных ей слов, но и перешёл к таким действиям, которые заставляют её парить в воздухе. Уставившись на своё глупо-улыбающееся отражение в окне, Ким прищурилась, заметив у небольшого фонтана во дворе два знакомых силуэта. Чонгук и Юнги! Точно зная кому принадлежит эта белая макушка, Дахён набрала номер Мина. В новом городе в девять часов вечера... Наверняка решили сходить на тусовку. Слушая гудки и наблюдая за его действиями, девушка нетерпеливо ожидает ответа. Юнги расслабленно смотрит на экран, гудки продолжают идти. Он суёт телефон обратно в карман! Вот же... Хотя, это было очевидно. С чего бы Юнги отвечать на её звонок. От осознания того, что её просто проигнорировали, Дахён немного приуныла. Всего лишь пару секунд грусти, после которых, улыбнувшись собственным мыслям, она бросается перебирать свой небольшой гардероб. *** Проспав пару часов, ребята решили наведаться в клуб, где они уже охмуряли бы горячих цыпочек, если бы не вернувшийся за забытым кошельком придурок-Хосок. — Отказалась? — удивился Чонгук. Тому, что Дахён, дико радовавшаяся за нудную олимпиаду из-за Юнги, отказалась принимать в ней участие. Тоже из-за Юнги. Наверняка. Если Ким приехала только ради этого, естественно что она потеряла интерес, когда заварилась каша с парами, а она оказалась вне её. Чонгук еле сдерживает смех, чем привлекает недоумённый взгляд друга. Уверенный в том, что Дахён сейчас вне себя от ярости, Чон, открывший рот для продолжения диалога, тут же замолкает, увидев за спиной Юнги подругу. Мин, заметив устремлённый куда-то взгляд друга, заинтересованно оборачивается назад, но вместо привычного закатывания глаз, его лица касается предвкушающая ухмылка. Аккуратные, белоснежные ножки Ким спешно спускаются по широкой лестнице. Короткое платье жёлтого цвета облегает изящную талию, а пышный низ его подчеркивает округлые девичьи бёдра. Выше и выше. И взгляд Юнги падает на открытые плечи, с которых спадают тонкие, бесполезные лямки. Острые углы ключиц и эта тонкая шея... Такая фигура... Нахрена она так смотрит? Чёрт, она совсем не умеет притягательно стрелять глазками. Дергающиеся, словно при нервном тике, брови Ким только испортили её эффектное появление. Вся её сексуальность заканчивается выше шеи. Что яро отрицал бы Чонгук, застывший с открытым ртом. — И куда вы такие красивые собрались? — обратилась к парням, приковав взгляд только на одном из них. — Пленять сердца, — сухо выдал Юнги в ответ. — Что же, иди один, оппа уже пленил, — она обвила торс друга обеими руками, укладываю голову на его грудь, — моё. Слащавый тон, произнесший слово "оппа" заставил Юнги скривить лицо в привычной манере. А Чонгуку, судя по его довольной роже, очень понравилось. — Бросьте уже, — на губах мелькнула короткая улыбка, — я знаю, что между вами ничего нет. Уверенное утверждение Мина заставило Дахен немного растеряться, а Чонгука вздохнуть с облегчением. Господи, это было так очевидно, что и спорить, отрицая это бред, будет смешно! — Что? Мы... неправда! — Ким не хотела так просто сдаваться, но и сказать ей было нечего. — Прости, Ким, я бы мог, но мне уже наскучило подыгрывать вам, — усмехнувшись, Юнги поясницей облокотился о бортик фонтана. — Как давно ты понял? — наигранно удивившись, спросил Чон. — Чонгук! — не унимается Дахен. — С самого начала я не поверил в этот спектакль, слишком неожиданно и странно, — задумался блондин, — но не был уверен точно, а Ким себя выдала. Полностью. С потрохами. — Я... — Да, актрисой тебе не быть, — взглянув на её страдальческое выражение лица, Юнги прыснул смехом, ещё больше смутив девушку. Чонгук пытался сдержать хохот, накрыв кулаком губы, но спустя пару секунд сорвался, не оставив Дахен никакой поддержки. — Да ну тебя! Как... а я всё это время как идиотка... — Ты есть идиотка, — выдохнул Юнги. — Может займёшься чем-нибудь более полезным? — Чем? — Исчезни, — раздражённо бросил Юнги. Чонгуку не нравилось никакое взаимодействие между ними. Как бы сильно он не хотел отрицать, Чон знал, что - обнимая сейчас его, Дахён полностью принадлежала только Юнги. Хотела и хочет принадлежать. А он всего лишь дополнение на пути к этой цели. Дурочка, говорил же, что их фальшивые отношения ничего не дадут. Они будут только мешать, потому что Юнги никогда бы не посмотрел другими глазами на то, что есть у Чонгука. На Дахён. — Потороплю-ка я Хосока, — неохотно улыбнувшись, Чонгук разомкнул девичьи руки, нежно поглаживая подушечками пальцев, и оставил их. Она бы так хотела. Мысленно поблагодарив друга, Дахён, уже успокоившись, села на бортик рядом с Юнги. — Ким, увяжешься за нами - брошу в эту воду, — на полном серьёзе пригрозил пальцем Юнги. — Я и не собиралась. — Тогда чего так вырядилась? — Как "так"? — словно не понимает. — Тебе нравится, как я сейчас выгляжу? — Нет, — мгновенно ответил Юнги, не задумавшись ни на секунду. — Но почему тебе нравится, когда так одеты другие девушки? Закатив глаза, Юнги только собирался покинуть её общество, но почему-то остановился, не успев сделать следующего шага: — Позволь и тебя спросить, — уголок его губ вдруг метнулся вверх, — как "так"? — Ты знаешь! — Отрицаю. — Слишком открыто! Вызывающе! Вульгарно! — вспыхнув, возмущённо протороторила, вспомнив о всех полуголых дивицах, окружавших его. В этот момент взгляд Юнги полностью был прикован к ней. Он не мог не признать, что такая Ким нравится ему больше. Серьёзная. Разгорячённая. Глаза опустились на нервно болтающиеся ноги, обутые в открытые, белые босоножки, а затем на еле прикрытые бёдра, которые так и манят к себе. Но ему совсем не нравилось то, как он сейчас смотрит на неё. Как приближается, словно под гипнозом, жадно забирая её внимание к себе. И то, как её хмурое лицо постепенно расслаблялось с каждым его шагом. Теперь он возвышается над ней. Слишком близко. Как сегодня днём. — В таком случае, тебе стоило выйти голой, Ким, — низким, обжигающим шею шёпотом. — Ч-что? — растерявшись из-за его слов, вдобавок к их удушающе тесной близости, Дахён теряется в мыслях. Господи! Что он только что сказал?! Полностью парализована. Глуха. Нема. Её дыхание сбилось. Стало учащённым и шумным. Сердце успело пропустить в эти секунды тысячу ударов. Это... Такое короткое расстояние между ними... Такой Юнги... Это всё противопоказано для неё. Чувствует, как руки, служащие опорой перед давлением тела Юнги, скользят по каменному бортику, с трудом удерживая её. А он ухмыляется, но ни на дюйм не сдвигается с места. Смотрит в глаза, наклонившись к ней, словно ждёт чего-то. Такая слабачка, чёрт возьми. Ведь малейшего такого действия достаточно, чтобы заставить её замолчать. Смутиться. — Потому что мне нравится, когда одежды нет совсем, — последнее, что он говорит перед тем, как её руки соскальзывают, и девушка, испуганно вскрикивая, падает в воду. Ругнувшись из-за прилетевших брызгов, Юнги отскакивает назад, наблюдая за барахтающейся в воде Дахён. Судорожно глотая воздух, она спешно поднимается, дрожа от холода. Вечерний ветер гладит влажную кожу, покрывая каждый миллиметр мурашками. Тонкая ткань платья прилипла к телу, просвечивая даже её белоснежный цвет нежной кожи. Ким съёжилась, опустив голову и скрестив руки на груди. Шептания и визги сильнее смущают, когда прохожие девушки кидают на неё насмешливые взгляды, а парни - возбуждённые. Юнги рассматривает дрожащее перед ним тело, вдруг чувствуя вину. Блять, да она трясётся! Немедленно сняв с себя спортивную ветровку, он накидывает вещь на девичьи плечи, не забывая застегнуть молнию. Спешно подхватывает за бедра, на руках вытаскивая из ледяной воды. — Ким, чёрт, — опустив на землю, Юнги осматривает Дахён, убеждаясь, что скрыл её тело от мерзких глаз, — ты ненормальная! — Эт-то из-з-за т-тебя, — дрожащий голос заставил его сбавить пыл. — Я тебя в этот огрызок одел? — более сдержанно возмутился он, на всякий случай придерживая девушку за плечи. — Я в вод-ду упала из-за т-тебя, — потихоньку приходя в себя, Ким подняла на него глаза, — а од-делась я так рад-ди т... — Меня? — продолжил Юнги. — Ким, ни твоя одежда, ни милое личико, ни твои стройные ножки меня не интересуют,Й — сухо добавил он, не отрывая взгляда от дрожащих губ. Ничего нового он не сказал. — Но почему в других тебя привлекает именно это? Что во мне не так? Да я лучше всех этих искусственных девиц, и могу дать тебе намного больше, чем они! — в глазах девушки появился блеск, отражающий то ли злость на этих девушек, то ли обида на Юнги. — Идиотка, ты такая идиотка, — Юнги качает головой, устало протирая вспотевший лоб. — Перестань называть меня так, — процедила Дахён. — А ты перестань быть идиоткой! Не нужно пытаться делать что-то ради меня, мне не нужен этот фальш, Ким. Твоя одежда никак не может повлиять на мои чувства к тебе, — одно слово "чувства" настолько его раздражало, что он с трудом его произносил. — Уйди уже, переоденься во что-нибудь нормальное и не вздумай оставлять мою куртку себе. Его строгий тон, милое недовольство и скрытная забота заставили девушку улыбнуться. Он по-прежнему оставался холодным, но Ким была готова поклясться, что ему не было всё равно. Как его руки сжимались в кулаки. Как бегали глаза, не желая встречаться с её. — Юнги-и, — очень мягко произносит имя, будто прося его взглянуть на неё. — Чего ещё? Юнги не успевает разозлиться миллионный раз, как Дахён, потянувшись к нему, встав на носочки, нежно оставляет отпечаток своих губ на его ледяной щеке. А Мин стоит, смотря на неё как безэмоциональный робот, словно это было обычное дело для них обоих. — Я тебя обожаю, — последнее промурлыкала Дахён, убегая. *** Наблюдая за Юнги из толпы, Дахён молилась о том, чтобы он покинул эту сцену гордым собой. Их команда, хоть и не значительно, но отставала в количестве полученных баллов, что заставляло всех нервничать. Они были гостями в этом университете, потому больше хотелось уехать с победой. И они точно сделали бы это, если бы не... Подстава. С первым заданным вопросом, а затем и последующими, они поняли, что были внесены изменения. Темы, которые изначально не были включены, вдруг появились на экране, застав сеульских студентов врасплох. Но Юнги не растерялся. Будто только и ждал такого жульничества, усмехнувшись, он с раздражающим спокойствием читал вопрос и, переговорив с Пак, отвечал. Правильно отвечал. И без того восхищающаяся им Дахён, смотрела на него с упоением, не в силах оторваться ни на секунду. Прекрасен. Для неё он был прекраснее любого сказочного принца. Мин успешно набрал для своей команды баллы. Но, когда настала очередь остальных участников, ребята начали отставать, что очень веселило их противников. Последняя, уже командная викторина, закончилась в пользу Сеула. Конечно, ведь участвовал Юнги! Пока жюри считали количество баллов каждой команды, студенты пусанского университета довольно о чем-то шушукались, частенько хихикая. — Такие гадкие! — со злостью шикнула Дахён. — А красноволосая красивая, — облизнулся рядом стоящий Чонгук. Как всегда. Одни девочки на уме. — Одной красоты недостаточно! Ты видел её мерзкую ухмылку? — Дахён-Дахён-Дахён, — положив руку на хрупкое плечо, Чон наклонил голову, приближая губы к её ушку, — девушки вроде неё дико хороши в... — Только попробуй! — пригрозила Ким, легонько царапнув его кисть. — В постели, — всё-таки продолжил, без капли стеснения. — Чонгук! — скинув с себя его руку, Дахён оттолкнула смеющегося друга, сердито глядя на него. — Погоди у меня! — Бесишься из-за провала наших? — Результаты ещё не озвучили, мы не провалились. — Брось, это же очевидно. Юнги с Шиин показали лучший результат, и он не компенсирует итоги остальных, — уверенно отметил Чонгук, повернув голову на сцену. — Они не виноваты, это жульничество! Если сказать... — Думаешь сами студенты это спланировали? — порой, Чону с трудом верится в то, что подруга настолько наивна. — Дахён, мы с самого начала были проигравшими. Капитан их команды - сын декана. — Что? Ты знал? — с неким разочарованием в парне спросила Дахён. — Я услышал разговор болтливых девочек, одна из которых сказала, что папочка Сону обо всём позаботится, — пожал плечами, а Ким облегчённо вздохнула. — Чё-ё-ёрт, — Ким не знала как воспринимать сказанное другом. Девушка была удивлена и зла одновременно. — Юнги будет... расстроен? — уныло протянула Ким. — Расстроен? — Чонгук издал смешок. Она вообще его знает? — Ким, ему нас... пофиг. — А как же стипендия? Он ведь надеялся на повышенную. — Боже, не будет он убиваться из-за стипендии, успокойся. Юнги итак её получает, а то, что ему не добавят пару сотен, его не убьёт, — Чонгук устало размял шею, издав несколько смачных хрустов. Когда раздался голос в микрофоне, они поняли, что сейчас озвучат, уже известных им двоим, победителей.