Дьявол, перевернувший мой мир

– Сокджин, пожалуйста, открой дверь. Ты весь день и вечер не выходил. И я знаю что ты там. – Намджун уже который час не может добиться того, чтобы Сокджин открыл дверь. Адепт понимает, что прямо сейчас чувствует Сокджин. По крайней мере пытается. Но как он хотя бы извиниться, если его элементарно даже не впускают? И вообще, на что демон может злиться? Он ведь должен понимать, какие проблемы будут, если узнают насколько они близки. И вот в очередной раз, когда Намджун захотел постучать в дверь, она открылась. Намджун не ожидал увидеть Джина за каким-то бумажками. Сейчас ему стало немного стыдно за свое поведение. – Оу... Прости, не знал что ты работаешь. – Намджун ждёт хоть какой-то реакции чтобы продолжить. Но ничего. Джин совершенно не обращает на него внимание. Тогда Джун подходит ещё ближе к его столу и бросает взгляд на бумаги. Все бумаги были исписаны на непонятном ему языке, поэтому вглядываться было бессмысленно и он не стал. – Я так же не знал, что демоны возяться с подобной работой. – Намджун очень хорошо знает Джина. Он обнимает его со спины очень мягко, но тут же его отталкивают черные крылья. Благо сзади была кровать и он не ударился. – Отчёты есть у всех, не удивляйся. – Сокджин отвечает очень кратко и немного холодно. Такого раньше никогда не было. Сокджин всегда все прощал ему и никогда не отказывался от близости. Он и злиться то не смог больше получаса. Но прямо сейчас, когда прошло уже несколько часов, Джин все ещё злиться. – Сокджин... Ты... – ему снова не дают договорить и прерывают крайне холодным, но одновременно отстраненным тоном. – Неприятно, да? Когда отталкивают. – Джин дописывает последний лист и кладет его на край стола. По щелчку пальцев все листы исчезают и вместо них появляются другие. Намджун глубоко вздыхает. – Сколько раз мне извиниться перед тобой, чтобы ты простил меня? Ты же понимаешь из-за чего я это сделал? Если бы она это увидела, то другие тоже бы узнали об отсутствии вражды между нами. – Намджун держит дистанцию, оставаясь на кровати. Демон ничего не отвечает до тех пор, пока не заканчивает заполнять ещё один лист. – Вот и отлично. Теперь у тебя точно не будет проблем. Я вообще не буду тебя соблазнять. Даже больше, я не подойду к тебе ближе чем на метр. И сделаю это только потому, что вижу сам. По твоему поведению и поступкам, мне кажется что ты хочешь именно этого. – Но это совершенно не так. Неужели ты не понимаешь, что ей нельзя было видеть. Иначе, об этом бы узнали и другие. – Намджун не узнает этого, но после его слов, Сокджину снова становится больно. – Я понимаю. Но твои слова и поступки все время разнятся. Когда мы одни, ты все время даёшь мне надежду на взаимность моих чувств своими поступками. Но стоит появится кому-то рядом, как ты снова разбиваешь эту иллюзию. Это неприятно, Намджун. Тебе известны мои чувства, но ты даже отказать мне твердо не можешь. Да, я никогда не перестану испытывать это светлое чувство к тебе под названием любовь. Но использовать мои чувства, подло. – Сокджин кладет перо на стол и глубоко вздыхает. Его голос становится мягче, но остаётся отстраненным. – Определись сначала, потом уже действуй. Как я и говорил, выбор всегда будет за тобой. – Сокджин проверяет время, после чего встаёт со своего места. Всего за два щелчка стол с документами пропадает и одежда Джина меняется. Теперь на нем открытая, прозрачная рубашка, тонкий ошейник на шее, облегающие кожаные штаны и его волосы красиво уложены. Намджун не понимает зачем ему все это, пока не слышит следующие слова. – Не желаю видеть ангела здесь уже завтра. Это мой дом, и я не хочу ощущать ее присутствия когда вернусь. – Джин собирается щёлкнуть пальцами, но Намджун его останавливает всего одним вопросом. – Подожди! Куда ты собираешься? – После этих слов уголки губ Сокджина поднимаются в лёгкой усмешке. Она совсем не веселая. Наоборот, она больше напоминает на выдавленную улыбку. – На охоту, естественно. Надоело сидеть тут как святоше и уделять все время только тебе. Многие смертные мечтают провести со мной ночь, а мне нужна их жизненная сила. – Сокджин растегивает ещё одну пуговицу на рубашке. Только сейчас он вспоминает про засосы Намджуна, которые ещё не прошли. Он мешкается несколько секунд, но позже в комнате слышен ещё один щелчок пальцев. После этого все следы их ночи исчезают с его тела. – Но прямо сейчас я собираюсь к Люциферу с этими бумагами. Ты меня задержал. Больше не отвлекай меня – Ещё один щелчок и Сокджин исчезает из комнаты. От услышанного, Намджун неосознанно сжимает кулаки и кусает свою нижнюю губу. В груди неприятно сдавило сердце. Но, они ведь не говорили об этом. Получается, Сокджин не делает ничего плохого. Это ведь его работа и Намджун совершенно точно не любит его. Конечно, ведь как священнослужитель может влюбиться в демона? Сокджин именно тот, кем пугают детей. Именно он антагонист всех детских сказок и враг людей. Но, если это так, то почему Джун не может заставить себя использовать ту книгу? Они ведь даже... Намджун даже не знает, кто они друг другу. Намджун пытался не думать о том, на какую охоту пошел Сокджин. Да и если он отправился к Люциферу, то ради возвращения он снова.. вернётся в том же состоянии как и в прошлый раз? У Намджуна слишком много вопросов, на которые он подсознательно уже знает ответ. От очередных размышлений его отвлекла Розэ. – Священнослужитель Ким Намджун. Как я и говорила, нам уже пора. – Ангел подошёл к нему сзади. Намджун ничуть не удивился, несмотря на лёгкую неожиданность. Время пролетело слишком быстро. – Обращайтесь ко мне просто по имени, Розэ. – Намджун поднялся со своего места и слегка улыбнулся. Она кивнула ему в ответ и взяла его за руку. – Приготовьтесь. Сейчас мы переместимся на светлую сторону, там демоны нас не услышат и не найдут. Скорее всего это ваше первое магическое перемещение, поэтому сильно не удивляйтесь и не пугайтесь. – Розэ заботливо объясняет Намджуну о том, что сейчас будет. Намджун почти привык к подобным перемещениям и он совершенно об этом не переживает. Ангел сильнее сжала руки Намджуна и закрыла глаза. Пять минут полной концентрации и ещё одна минута на само перемещение. Столько времени у ангела занял один переход в другое пространство. И судя по тому, как видно усталость ангела, он удивляется тому, как у Джина это получилось всего по одному щелчку пальцев. Да и если учесть, что подобное он практикует на постоянной основе заставляет Намджуна ещё больше уважать его силу. Именно эти мысли отвлекли его от рассмотрения пейзажа того места, куда они переместились. – Намджун, идёмте за мной. Осталось совсем немного. – Розэ направляется вперёд, лишь жестом показывая Намджуну идти за ней. Сейчас его вела не верность ко всему святому и не приказ его главных. Нет, прямо сейчас ему было интересно. Возможно он и вправду не знает Джина. А доказательство этому служит то, что произошло сегодня. Ему нужно больше фактов и оснований чтобы решать на чью сторону становится. Ведь все это время главы его ордена, те кто воспитывали его и дали все, что он сейчас имеет, требуют от него скорейшего избавления от демона. А Сокджин дал ему то, что не смог дать никто. Рядом с ним он начал чувствовать себя живым. Из-за него Намджун нарушил огромное количество правил которые учил годами. Из-за него он буквально был в аду. Но, говоря откровенно, Намджун никогда об этом не жалел. Адепт раньше даже не задумывался о том, что можно поступать и жить по другому. Те, кто когда либо испытывал нечто подобное, прекрасно поймут Намджуна. Именно тот момент, когда ты понимаешь, что твоя жизнь только в твоих руках и ты можешь делать абсолютно все, что только пожелает твоя душа, меняет очень многое. Теперь Намджун прекрасно понял это. Сокджин показал ему это. Он открыл ему глаза и научил слышать самого себя. Прямо сейчас он в полном смятении. Его семья и друзья в виде священнослужителей или Сокджин, который сделал столько для него. – Мы пришли – Розэ снова отвлекла его от собственных размышлений. Намджун осматривается, подмечая некоторые детали. Для начала, они все ещё на земле. Это точно не ад или небеса. Во вторых, здесь нет ничего кроме одного светлого храма. Погода очень прохладная, но не настолько чтобы Намджуну было холодно. Они садятся на белую скамейку в тени, где ангел начинает свой рассказ. – Ким Сокджин не просто демон. Он падший ангел, что когда-то очернил бога. Все падшие ангелы невероятно прекрасны, ведь они были любимцами бога. Но этого им было мало. Они захотели ещё большую власть, желали сами для себя выбирать правильное и неправильное. Тогда их всех наказали и отправили в ад. Их души стали черными, они сами поддались искушению в различных грехах и получили свое законное наказание. Теперь, они мстят людям, ведь вы для него лучшее творение. Сокджин пользуется невероятной силой тех времён, когда ещё был ангелом. Он привлекает всех своим лучшим обаянием и неземной красотой. Использует чары, заманивая людей в ловушку. Не поддавайся ему, Намджун. Он только и желает того, чтобы забрать твою душу – Размеренный и очень нежный голос ангела звучит убедительно. С ним не хочется спорить, наоборот, очень хочется верить. Но внутренние ощущения говорят об обратном. – Мне сложно в это поверить. Сокджин... Он был искренен. В эмоциях, в поступках. Он защищал меня от других демонов. И я не могу согласиться с тем, что все это время он лишь притворялся... Неужели он не мог за столько лет измениться и вернуться на путь истинный? – Намджун пытается найти хоть капельку понимания в ее взгляде. Но Розэ все так же твердо стоит на своем. – Запомни, Намджун. Демоны и падшие ангелы не меняются. Но, все таки на тебя тоже подействовали его чары. Хочешь, доказательства моих слов? Не рассказами из прошлого, а из твоих собственных ощущений. – Намджун не понимает откуда в Розэ такая уверенность, но он соглашается. Ему все больше кажется, что они с Сокджином знают друг друга и по видимому у них обоих взаимная симпатия. – Чары Сокджина отличаются следующими ощущениями. Рядом с ним тебе становится очень тепло. Сердце бьётся так, как никогда не билось. Хочется игнорировать все правила ради него. Он начинает казаться тебе особенным. Ничего кроме него не имеет смысла. Твое настроение полностью зависит от того, что испытывает Сокджин. Тебе хочется сделать все что угодно, лишь бы он был доволен. И наконец, тебе хочется его. Хочется чтобы он обращал на тебя все свое внимание. Зависимость. Ты станешь зависим от него. Теперь тебе понятно? Так чувствуют себя зачарованные дьяволом. И ты тоже. Я права? – Слова Розэ с каждым словом становились все больнее. Намджун замолчал, чувствуя горечь от осмысления ее слов. И как бы больно не было это признавать, она полностью права. Намджуну всегда было тепло рядом с ним. В каждый холодный день Джин был рядом и грел его. Даже обычные слова, любой теплый взгляд, все они были теплее чем солнце. Ему все время хочется видеть его улыбку. Хочется выглядеть лучше в его глазах. Сердце бьётся как ненормальное, а его улыбка может поднять настроение. Абсолютно все ее слова это чистая правда. Но, неужели это просто чары?... Все его чувства, делающие счастливыми все это время были лишь фальшью?... И даже если это так и теперь когда он осознал это, почему он не счастлив? Вроде бы ответ на все его вопросы уже найден и он после этого должен быть уверен в своих дальнейших действиях. Но, это совершенно не так. Прямо сейчас Намджун чувствует себя так, будто все это время им пользовались. Хоть ангелы и не умеют читать мысли людей, но Розэ понимает чувства Намджуна. – Все будет хорошо, Намджун. Время залечит ваши раны. Вы ещё встретите прекрасного человека и полюбите его всем сердцем. А сейчас, вам нужно выбрать светлую сторону и помочь избавиться от демона. Вы столько времени пробыли вместе, думаю хоть что-нибудь, но нашли на него. Не зря же демон так долго вас держит возле себя. – Розэ смиренно ждет затянувшийся ответ. Намджун обдумывает все ее слова. В голове всплывает та самая книга, которую дал ему Сокджин. – Нет. По крайней мере, мне этого не известно – Намджун соврал. Соврал только что ангелу, нарушая этим сразу несколько правил и совершая грех. Но как бы здравый смысл не говорил ему одно, сердце не даст хотя бы позволить навредить Джину. Ангел поддерживает тишину между ними достаточно долго, но видя полное отсутствие сомнений, понимающе кивает. – Тогда, нам пора обратно.