Гомофоб

— Ты — жалкое уебище, Чимин~и Пак вновь и вновь вспоминает его слова. И всё, что смог ему вслед сказать из последних сил: — Я люблю тебя, Юнги~я Оглушительный стук в дверь. Кто это мог быть? Мать сейчас на работе и должна придти только через 2-3 часа, да и она точно не стала ломиться в дверь, а просто бы открыла её ключом. Вновь стук, уже более настойчивый. А может это Тэхён? Он обещал придти навестить Пака, но он всегда звонит, прежде чем придти. Честно — было страшно. Собрав свои силы в кулак и еле-как встав с постели, парень подошёл к глазку двери. Юнги? Что он здесь забыл? Решил его добить? Мятноволосый как-то грустно стоял около двери, неуверенно. Очередной стук. — Что тебе надо? Пак сказал скорее не угрожающе, а нежно. Он до сих пор не мог грубить Мину, он любил его, но было обидно, что тот с ним так поступил. — Пак? Чимин, открой дверь — Чтобы ты снова меня избил? — парень тихо посмеялся, но почему-то глаза снова на мокром месте. — Чимин, открой дверь Юнги говорил уже более мягко, по-доброму. — Давай ты зайдёшь попозже, я плохо выгляжу... Пак не хотел, чтобы тот увидел его таким избитым, жалким, беспомощным. Он уже себе пообещал, что не даст слабину. — Чимин, просто послушай меня — Я тебя просил о том же, и что ты мне сказал? — Чимин, прошу... У парня уже не было сил сопротивляться, больное тело просило быстрее прилечь на кровать, но ему пришлось открыть дверь. Мин медленно зашёл на порог квартиры и закрыл защёлку. — Чимин, я бы хотел извиниться перед тобой. Юнги оглядел худенькое тело перед ним, что раз от раза шаталось, его ноги и руки полностью усыпанные синяками, его лицо, которое сейчас выглядело очень болезненно. Пак задрожал ещё больше, какой-то непонятный смех заполнил всю комнату, слёзы вновь покатились... — Чимин, прошу, не плачь, мне правда очень жаль, что- — А мне всё равно! Мне по-хуй! Это тебе так твои дружки сказали, да? Извиниться передо мной? У них же в отличии от тебя мозги ещё на месте! У парня началась истерика, он наверное кричал так громко, что скоро придут соседи, но его это не волновало. — Чимин, скажи, что я могу сделать для тебя? — Уходи. Просто уйди и ты уже многое сделаешь для меня. — Кроме этого — Мне нужен покой, я хочу просто лечь сейчас на кровать и расслабиться, если ты не забыл, ты меня избил и у меня болит всё тело, я хочу просто отдохнуть, но ты вынуждаешь стоять тут и орать на тебя! — Я тебя просто попросил послушать меня, ты сам тут разорался! — А ты что мне сделал когда я просил тебя об этом? Не помнишь? У Мина больше не было терпения, поэтому он взял на руки Чимина и понёс в его комнату, положив того на постель, Юнги повис над ним. — Ну что, расслабляйся, отдыхай, Чимин~и, тебе же так это необходимо. Резким движением Юн впился в губы младшего, тот по-началу не отвечал, но после робко продолжил. Опять выступили слёзы. Старший начал оставлять мокрые дорожки поцелуев на шее Пака, после чего последовало тихое: — Что ты делаешь? У Чимина не было сил и желания сопротивляться, да и признаться честно ему было приятно и хорошо, он давно мечтал об этом, но никак не думал, что такое может произойти. Сняв единственную вещь, которая была на Рыжем — большую белую футболку, которая была ему по колено, Юнги начал оставлять поцелуи на груди и сосках младшего, от чего тот блаженно простонал. Мин абсолютно не понимал, что делает, но ему почему-то хотелось больше и больше. После, старший стал покрывать поцелуями бёдра Рыжего. — Юн...ги... — Что такое, Чимин~и? — Остановись, пока не поздно Но Юнги на это вновь усмехнулся и, облизнув губы, ответил: — Уже поздно... Пак заметил бугорок, появившийся у старшего в месте паха, от чего тут же залился краской и закрыл лицо руками. — Чимин~и, открой личико Мин аккуратно убрал руки Рыжего, на что тот лишь испуганно посмотрел на него. — Юнги, у тебя встал? Старший нахмурился и посмотрел на свой пах. И правда, а он не заметил. — Ты же поможешь мне? Чимин лишь смущённо отвёл взгляд, прошептав: — Да... Юнги снял с себя футболку и трусы с младшего, после, порывшись в прикроватных тумбочках Пака, нашёл там смазку. Смочив два пальца в смазке, Мятный ввёл сначала один, а затем два пальца. Стоны Чимина заполнили всю комнату. На член Юнги давила ткань его джинс, сдерживаться было сложно. Аккуратно введя третий палец, Мин удивился, что младшему не больно, а наоборот ещё приятнее. — Ты растягивал себя? — Я каждый день растягивал себя, думая о тебе, я такой идиот, да? Пак снова тихо посмеялся, а Юнги стало как-то грустно от этого. Но стояк дал о себе напомнить, и Мятный наконец снял с себя джинсы и боксёры, аккуратно вошёл в младшего. Рыжий ещё громче простонал. По-тихоньку Мин начал ускорять темп, шлепки и стоны раздавались по комнате, дышать было трудно. Скоро старший начал чуть ли не впечатывать младшего в кровать, задевая того прямо по простате. Через несколько минут Чимин прогнулся в спине, откинув голову, сладко простонал и кончил себе на живот, Юнги же с рыком кончил прямо в Пака, после чего потянулся к губам Чимина. Тот лишь сладко улыбнулся и втянул Мятного в поцелуй, обхватив его за шею. После этого Мин начал куда-то собираться. Пак был не удивлён, что старший уходит, подумав, что Юнги всё это принял как за ошибку и что сейчас попросит никому об этом не говорить. — Я люблю тебя, Юнги~я Чимин посмотрел на Юнги и озарил того своей солнечной улыбкой. Он не надеялся на взаимность, он просто любил. — Я тоже люблю тебя, Чимин~а Мин улыбнулся так по-сладкому, Рыжий ещё никогда не видел его улыбки, не просто злой усмешки, а по-настоящему доброй, тёплой улыбки. Это было так странно, неожиданно, табун мурашек пронёсся по телу, заставляя вздрогнуть и засмеяться. Засмеяться от счастья. — Жди меня вечером, солнце — сказал Юнги на прощание, поцеловал младшего в лоб и ушёл, оставив после себя мятный привкус во рту и запах мяты в квартире...