Мое любимое наваждение

      Мисс Грант тяжело дышала, ее лицо раскраснелось не то от эмоций, не то от мороза. Шапка сбилась, волосы были в полном беспорядке. Вэйлон, который оказался ближе к двери, дал ей войти. Они с Майлзом успели только переглянуться, а она уже заговорила снова, несмотря на полностью сбитое дыхание. Видимо, Диана очень быстро бежала.       — Он… Он хочет тебя… забрать! — выдохнула Ди и уставилась на Майлза полными ужаса глазами. — Совсем… Скоро!       — Стой, стой, стой, что случилось? — Парк, едва отошедший от прежнего шока, снова разволновался, заряжаясь ее нетерпеливым настроением. — Выдохни и расскажи все внятно!       Апшер же думал совсем о другом. Расширившимися глазами он смотрел, как мисс Ди стаскивает куртку и шапку, как пытается дышать глубоко и ровно. Нет, не может этого быть! Просто не может! А они ничего не знали… Даже не догадывались.       Внезапно, нечто овладело им. В одно мгновение Майлз потерял всякий контроль над собой. Что-то затуманилось в его мозгу. Осознание и ярость накрыли тысячетонным весом и спустя всего пару секунд он уже крепко удерживал Грант за плечи, очень близко к горлу. Девушка даже пискнуть не успела, как оказалась жестко приставлена к стене, не имея возможности даже пошевелиться. Хватка Апшера была стальной, будто нечеловеческой. Бывший журналист смотрел на нее с ненавистью и злобой, а черные глаза, кажется, стали еще темнее. В них плескалось безумие.       Диана поняла, что сейчас она смотрит в глаза самой смерти, но не смогла отвести взгляд. Чудовище гипнотизировало черной бездной, притягивала и убивала изнутри, будто черная дыра.       — Откуда. Ты. Знаешь. Пикока? — выделяя каждое слово, Апшер (или уже Волрайдер?) слегка стискивал пальцы, заставляя ее чувствовать боль. — Отвечай!       Майлз уже не понимал, о чем говорит. Он просто чувствовал, что его накрывает. В глазах стремительно темнело.       — Я-я-я… — заныла Диана. — Я-я-я… Все расскажу, пожалуйста!       Но Майлз теперь видел только тьму. Эмоции смешались. И если бы не Вэйлон, бросившийся к Грант на помощь, то, наверное, он задушил бы ее. Парк с силой оттолкнул Апшера, а затем с ужасом наблюдал, как медленно выцветают на лице бывшего журналиста черные пятна, пропадая под бледной кожей. Тот отступил на шаг, понимая, что только что чуть не натворил. Диана плакала. Парк приподнял ее лицо за подбородок и вгляделся в глаза, будто пытаясь что-то прочесть.       — Рассказывай. — потребовал он.       Дина всхлипнула и кивнула головой, все еще косясь на Апшера. Майлз рассеянно смотрел в пространство и вряд ли что-то замечал. Его глаза были полностью черными, даже белков было не видно. Парк готов был прямо сейчас броситься к нему, делать хоть что-то, но Грант в данный момент была важнее.       — Немедленно! Мы теряем время…       — Тогда я начну с начала… — пробормотала она вполголоса, будто боясь вызвать новую вспышку гнева Апшера. — Чтобы было понятнее… Кто я и что я. А потом причины, зачем я все это выдаю.       Вэйлон кивнул. В голову пришла идея и он воспринял ее, как стоящую. Он взял свой телефон, который все-таки удосужился поднять наверху. Включил видеозапись, наставив объектив на Диану. По спине пробежали мурашки.       Мисс Грант заговорила. ***       — Когда мне исполнилось двадцать четыре, я бросила свою работу лаборантом в институте и принялась подыскивать место получше. По специальности, я — специалист в области органической химии и экспериментальной биологии, но та работа не давала мне «раскрыться». Это была рутина, которая угнетала и скрывала мой потенциал. — тут она вздохнула и вытерла рукавом глаза. Она не возражала против съемки, Вэйлон ее не перебивал и не спрашивал. Просто слушал, решительно глядя ей в глаза, которые та постоянно прятала.       — Я стала искать новую работу. Написала сотни резюме, спрашивала по знакомым и дальней родне, по друзьям. Но, все в пустую. Мне не везло довольно долго и я отчаялась. Я даже переехала в другой штат, в поисках лучшей жизни. — она вздохнула и опустила голову еще ниже, потирая шею.       — И вдруг, мне на почту пришло письмо от некоего Алонсо Карстена, специалиста по кадрам одной большой фирмы, как он тогда представился.       На этом моменте, Вэйлон непроизвольно вздрогнул и воспоминания вереницей пронеслись у него в голове. Именно Карстен пригласил его на работу в «Меркофф», наобещав золотые горы.       — Этот Алонсо был очень чутким, втерся ко мне в доверие, начал расспрашивать про семейный статус и все такое… Тогда я подумала, что он просто добрый и открытый человек, и сдуру вывалила ему все: и про то, что я круглая сирота, и что друзей у меня немного, и что живут они в другом штате… Короче, я была в отчаянии. И через какое-то время, мне пришло уже официальное письмо с его же «мейла» о том, что я приглашена в качестве помощника старшего исследователя в «Меркофф Корпорэйтед». Как же я была глупа! — ее щеки залила краска, а из глаз снова заструились слезы. — Я поверила ему!       Вэйлон подумал, что очень ее понимает. Только если несчастную девушку взяли, подкупив «нужностью» и дружелюбием, его, Парка, купили за простую пачку денег, словно дешевую шлюху, как выразился один его несчастно знакомый мертвец.       — Я гуглила их сайт, мне он показался абсолютно нормальным. И вскоре поехала по указанному адресу, чтобы пройти собеседование и подписать контракт. И уже тогда меня должно было насторожить, что встречалась я с ним на стороне, а не в офисе, в очень неформальной обстановке. Да само собеседование было чистой формальностью, ведь было видно, что он уже давно все для себя решил. Алонсо наобещал мне всего и много, и я поплыла. Контракт почти не читала. Хотя, меня удивили пункты про «правило неразглашения» и все такое… Ну мало-ли, какие у них корпоративные тайны.       — А потом за тобой приехали?       — Именно. Отвезли прямиком в «Маунт Мэссив», а после перевели «за карьерные достижения» в совершенно другое место. К слову, в «Маунт Мэссив» мне сначала даже нравилось… Естественно, я не знала ни о каком «Волрайдере», а занималась тем, что у меня получается лучше всего: ставила опыты и помогла в исследованиях различных био-компонентов и веществ. К пациентам или «вариантам», как называли их некоторые, меня на пушечный выстрел не подпускали, впрочем, как и всех, кто работал со мной. Но еще там я начала замечать странности в их, то есть, моих коллег, поведении… — Ди снова всхлипнула и прикрыла рот ладонью.       Вэйлон кивнул. Он вспомнил себя. Как же похоже все начиналось! По спине побежал холодный пот.       — Там был парень… Очень молодой, на вид не больше двадцати. Я думала, он проходит тут практику, или типа того, потому что мне так сказали… Иногда я замечала, как он будто «подвисает», будто замирает на месте на несколько секунд, а потом снова занимается своими делами… И это было еще ничего, ведь вскоре он стал очень нервным, постоянно оглядывался, я ловила его на разговорах с самим собой… А потом он просто пропал. Пропал, не сказав ни слова… И так многие. Одна девушка постоянно жаловалась на боли в животе, пила тоннами лекарства, но ей ничего не помогло. И однажды она заявила, что беременна, хотя это было невозможно, в силу того, что тогда у нее никого не было… И она тоже пропала. — Диана вздрогнула, и тряхнула головой, понимая, что забывается и заговаривается.       — Но я тоже была наивной дурой и верила им. Позже, меня отвезли в другое место, там-то я и познакомилась с Саймоном.       — У «Меркофф» есть филиалы? — Вэйлон понял, что внутри у него что-то замерзает, покрываясь ледяной коркой. Липкий страх пополз по венам.       — Да… Один, как минимум. Так вот, по прибытии туда, меня тут же приставили к этому Пикоку, который часто отсутствовал. Работа была не такой увлекательной, да и жить мне приходилось там же. И эти люди, мои коллеги… — она рассказала о «невыразимцах», с которыми пришлось столкнуться, и о плане Саймона, и о Блэйке… Все, что знала.       — … И после того, как к нам привезли этого Блэйка, Саймон отправил меня сюда, чтобы я за вами шпионила. А я, честно, не хотела. Пикок обещал убить меня, если что-то пойдет не так и я посмею что-то кому-то рассказать. «Волрайдер» уже почти готов и вскоре Саймон заберёт вас…       — А ты…       — А я вдруг поняла, что это бесчеловечно. Было очень страшно, но что-то изменилось… Я давно уже подумывала о свободе, но что именно заставило меня так поступать? — она с тревогой бросила взгляд на Майлза. — Наверное, это он стал причиной. Просто я воспринимала его как ходячий жуткий эксперимент, монстра, опасность… Но выяснилось, что он умеет любить и дружить… Я ведь никогда никому ничего плохого не сделала! Я не привыкла убивать людей! — тут она уже почти кричала. — Сначала это был мой долг, помогать Саймону, я относилась к этому, как к работе, а теперь… Понимаю, что больше ничего от него не хочу. — тут она довольно решительно посмотрела в камеру. — Меня действительно зовут Диана Сьюзен Грант, и я готова заявить перед законом, что Пикок — преступник.       Воцарилось молчание. Вэйлон медленно опустил телефон. Видео получилось длинным.       — И что… Что же нам теперь делать? — Парк посмотрел на свои руки. Они дрожали, словно в лихорадке. — Ведь теперь и тебе грозит большая опасность, а Майлз умирает, с каждой минутой… — он бросил полный боли взгляд в сторону соседа, который сидел все в том же положении, невидящими глазами глядя в стену.       Какая же резкая перемена! Это был явно не тот Майлз, который целовал его там, наверху.       Грант пожала плечами. Она слегка покачивалась из стороны в сторону, выражение страха и горести на ее лице сменились отчаянием и почти безразличием.       — Я должна вызвать Пикока сюда, ведь время пришло…       — А Мэгро? — вдруг опомнился программист. — Ты как-то связана с ним?       — Нет… Хотя, я его знаю. Он один из «невыразимцев», работал с пациентами, но лично я с ним никогда не сталкивалась. Пикок не распространялся на его счет. И, честно, я не знаю, почему Саймон его к вам послал. Либо для дополнительного контроля, либо по глупости. В любом случае, у него есть план. И Мэгро был всего-лишь для отвода глаз, в этом я уверена.       Снова пауза. Молчание было гнетущим.       Вэйлон осторожно подошел к Майлзу. Теперь, когда все их подозрения оправдались и подтвердились словами Дианы, программист понял, что уже ничего не будет как прежде. Они снова вернулись в кошмар, выхода из которого нет.       — Майлз? — позвал он шепотом.       Тот не шевельнулся. ***       Он схватил Диану за плечи, но не осознал этого. Ярость. Только она сейчас существовала. Она вела его, словно кто-то за него решал, что нужно делать.        Уничтожить, разорвать, убить.       Его Я больше не существовало. Была только эта всепоглощающая тьма, не позволяющая дышать и мыслить.       Свежая кровь… Враг… Он здесь, прямо перед тобой, покончи же с ним!       Да, сейчас все будет кончено… Сейчас…       Где-то далеко зазвучал знакомый голос. Что он говорил? О чем? Майлз прислушался, и что-то произошло. Эмоции притупились, наступила апатия. А с ней пришла просто адская боль, заполнившая его до краев. Каждая клетка тела горела, словно в раскаленной печи. Господи, пусть это кончится!       Он уже мог различать отдельные цвета и запахи, мог видеть и слышать. Но реальность была искажена, болезнено искажена. Перед глазами плясали невиданные картины, отголоски того самого морфогенетического кондиционирования. Где Апшер был сейчас? Что видел и слышал? Сложно было бы ответить. Состояние его было похоже на лунатизм, вот только он не спал. Проще говоря, он был в коме, а рой нанитов делал свое дело, убивая и завладевая его физическим телом. Разум же покинул его, оставив только одну зацепку, одно слово, которое словно кровью было выписано на этих разрушенных и испачканных стенах. Будто кто-то, сдирая кожу с рук, из последних сил выписывал его, не заботясь о бесконечных опасностей психиатрической лечебницы.       Вэйлон.       Ему нужна помощь.       Проснись.