До этого момента
16 августа 2020 г., 15:10
Пип! Пип-пип-пип! Пип! Пип-пип-
Одним быстрым движением Эдди хлопнул по будильнику и выскочил из-под одеяла, улыбаясь, глядя на часы — всего пять утра. Сегодня он поймает своего Тайного Поклонника, даже если придется расшибиться в лепешку. Три предыдущих письма надежно прятались в ящике, а розы — сушились между тяжелыми листами книг, и четвертое послание Эдди намеревался получить непосредственно из рук этого парня.
На сколько это было вообще возможно, он быстро надел на себя с вечера тщательно продуманную и приготовленную одежду, почистил зубы, накинул пальто и нацепил шапку, и крадучись тихо спустился по лестнице, переступая скрипучие третью и пятую ступеньки, боясь разбудить маму.
Нацарапав записку, сообщающую, что он ушел рано в школу поработать над заданием, чтобы встав, мать в панике не разъезжала по всему городу, Эдди выскользнул из дома.
На улице было свежо, повсюду царила тишина, и в свете уличных фонарей поблескивал снег. Эдди улыбнулся сам себе. «Сегодняшний день обещает быть счастливым», — подумалось ему, пока он застегивал ремешок шлема.
Добравшись до школы и бросившись к дверям, Эдди чуть не падает от осознания, что школа еще даже не открылась. В округе тоже никого не видно, а значит он ни за что не прозевает своего тайного поклонника.
Не желая, чтобы кто-то его увидел, Эдди быстро прячет свой велосипед, а сам скрывается за углом, занимая выгодную позицию, при которой от него никто не укроется.
И ждет.
Нетерпеливо поглядывая на часы каждую минуту, Эдди уже начал сомневаться в своей затее. Он вздрагивал каждый раз, когда мимо проезжала машина или кто-нибудь проходил. Наконец, на парковке видится какое-то движение, и он резко оборачивается в сторону приближающейся фигуры. Но это просто вахтерша, которая идет отпирать дверь. Эдди разочарованно вздыхает.
«Ладно, — думает он, — хотя бы буду ждать внутри».
Со всей этой слежкой он даже забыл о холоде, но теперь, отвлекшись, понял, что дрожит, так что быстренько побежал в школу вслед за женщиной.
Ощущая себя персонажем «Розовой пантеры» (и надеясь, что он все же не выглядит нелепо), Эдди крадучись пробирался к своему шкафчику по коридору, оглядываясь все время через плечо. Остановившись на углу, он на секунду делает глубокий вдох, прислонившись к стене, и укромно выглядывает. К счастью, в коридоре никого нет, и, облегченно вздохнув, Эдди чуть ли не бегом бросается к двери кабинета, напротив его шкафчика.
Она, разумеется, закрыта — Эдди разочаровано фыркает, но он не собирается ждать как в открытом поле, поэтому прячется за последним шкафчиком, радуясь своей миниатюрности. Отсюда не только слышно, если кто-нибудь придет, но и можно незаметно выглянуть. Так что Эдди бросает рюкзак на пол и садиться на него, скрестив руки.
Вчера, когда они ехали на велосипедах домой, Ричи предложил тоже приехать и подождать вместе, но Эдди настойчиво отказался, заявив, что Ричи ни за что на свете не встанет так рано. А еще не сможет спокойно сидеть в пустом коридоре и только спугнет Эддиного поклонника.
«Не говоря уже о том, что это бы забило последний гвоздь в крышку гроба», — уныло протянул предательский голос в голове. Умом-то Эдди понимал, что его тайным поклонником ну никак не может быть Ричи, но маленький комочек надежды продолжал теплиться в душе.
В ожидании он начал прокручивать вчерашнюю поездку домой. Ричи был непривычно молчалив и задумчив, и Эдди стало неудобно, что всю неделю неудачники обсуждали только его тайного обожателя. Он знал, что для Ричи наступило тяжелое время года, пусть он никогда и не говорил об этом. Но как только Эдди попытался спросить своего друга, тот в миг оживился и сам перевел весь разговор на письма.
У Ричи было много разных предположений о загадочной личности поклонника и каждое бредовее другого, так что в конце концов Эдди до дома не доехал, а дошел, ведя велосипед рядом, потому что от хохота не мог удержаться на сиденье.
Остановившись у подъездной дорожки, Ричи чуть наклонился вперед, словно чтобы обняться, но в последний момент замер, и Эдди не смог понять почему. Разумеется, не каждое их прощание заканчивалось объятиями, но сказать, что это было совсем уж редким явлением тоже нельзя. И Эдди ничего не смог с собой поделать, когда в его голову закралась мысль, что вдруг Ричи неприятно? Да, он заверил, что его ни капельки не беспокоит, что Эдди гей, но вдруг это было только в теории? А теперь, когда, все стало обретать вполне конкретную реальность, Ричи почувствовал отвращение?
Неожиданный грохот выдернул Эдди из раздумий, и он был даже благодарен, потому что мысли эти его только расстраивали. С сияющими глазами и улыбкой он высунул голову из-за шкафчика уже готовый встретиться со своим тайным поклонником, но там был лишь уронивший свой портфель учитель математики. Его бумаги разлетелись по всему полу.
Тяжело вздохнув, Эдди вышел из укрытия, чтобы помочь.
Когда он протянул учителю несколько далеко разлетевшихся листочков, тот, стоявший все это время на коленях, подпрыгнул и взволнованно посмотрел на него.
— Оу! Мистер Каспбрак… спасибо. Чем это Вы тут так рано занимаетесь? — спрашивает он, пока Эдди ползает на коленях, помогая собирать остальные вещи.
— Ой, ну, эм, ничего такого, — промямлил в ответ мальчик, бегло улыбнувшись. — Просто эм… жду кое-кого.
Учитель, подозрительно взглянув, тем не менее похоже поверил на слово и, застегнув свой портфель встал. Эдди последовал его примеру.
— Ну что ж, еще раз спасибо Вам, мистер Каспбрак. Увидимся сегодня на математике.
— Да не за что, до свидания, — неловко пробормотал Эдди, возвращаясь к своему шкафчику и с удивлением обнаруживая, что стрелка на часах уже подобралась к семи. Всего через полчаса здесь будут уже все неудачники, а ведь Эдди приехал в школу еще раньше, чем вчера. Может быть, он недостаточно хорошо спрятал велосипед и тем самым упустил свой шанс?
Эдди сокрушенно вздохнул. Но даже следующие пятнадцать минут прошли совершенно безрезультатно, и Эдди, вырвав из тетради листок, запихнул его в щель между дверцей и стенкой так, чтобы он был над замком. Таким образом он узнает, открывал ли кто шкафчик. Коридоры стали наполнятся учениками, и оставлять свой велосипед, не пристегнув его замком, становилось тревожно.
Скоро начали подтягиваться и остальные неудачники. Эдди, как и вчера, встречал их у стойки для велосипедов.
Первыми приехали Билл и Бен, одаривая своего разочарованного друга сочувственной улыбкой, потом подъехал Майк, а вскоре и Стэн.
— Ничего? — тихонько спрашивает Билл, и Эдди качает головой.
— Походу, я все испортил, — бормочет он. — Я приехал, когда еще школа не открылась, а он так и не появился.
— Может быть, он заметил тебя и сбежал? — Майк притянул к себе Эдди рукой за плечи, улыбаясь ему сверху вниз.
— Может быть, — хмыкнул в ответ мальчик. — Либо это все просто прикол.
— Это не так… эм, я не думаю, что это прикол, Эдди, — вдруг заявляет Бен, и его голос звучит до странного уверенно. Под вопросительным взглядом Эдди, он продолжает, — мы все читали письма, и все они очень конкретные и искренние. Я думаю, что, кто бы это ни был, он говорит от всего сердца, — Эдди в ответ улыбается.
— Спасибо, Хэйстак, — бубнит он. — Наверное, пойду еще подожду внутри. Может, он просто еще не приехал.
Ребята одаривают Эдди последней встревоженно-озабоченной улыбкой, и он, развернувшись через плечо, возвращается в здание. Коридоры все заполняются учениками, что неудивительно, ведь буквально через несколько минут должен прозвенеть первый предупреждающий звонок, напоминающий, что пора заходить в школу. Когда Эдди, вот уже второй раз за день, подходит к шкафчику, всё вокруг кажется вполне обычным.
Остановившись перед серой металлической дверцей, мальчик вздыхает, потому что «проверочная» бумажка все так же на своем месте.
Вдруг коридор наполняется звоном, и все как по команде расходятся к своим шкафчикам; Эдди тянется к замку. Быстро прокрутив комбинацию, он с тихим щелк! открывает дверцу и чуть не падает, задохнувшись воздухом.
Перед ним на своем привычном месте возлежит конверт, а на нем изящно — ярко-алая роза. И Эдди сразу же вспоминает вчерашний разговор за обедом. Красные розы означают любовь — романтическую привязанность. И страсть.
Сердце заходиться в бешенном стуке, когда он поднимает розу и подносит к лицу, чтобы понюхать. Получается, его тайный поклонник — кто-то из неудачников? Они же единственные, с кем он обсуждал все эти значения цветов, в особенности желтых. Эдди начинает перебирать в уме своих друзей по одному, силясь понять, кто же виновник этого беспорядка, но тут его из раздумий выдергивает голос Бев.
Он разворачивается к девушке, и при виде цветка ее лицо загорается огромной улыбкой, и она чуть ли не бежит к нему, радостная.
— Так и знала, что он появится! — взволнованно шепчет Беверли.
— Тут такое дело, Бев, — бормочет Эдди, все еще пытаясь переварить информацию в голове. — Он не пришел; я прождал все утро и даже подложил бумажку, чтобы точно знать, если кто-то откроет мой замок. И она была на месте. Он…
Вдруг Эдди осенило.
— Наверное, он приходит днем! — взволнованно чуть ли не выкрикивает Эдди, потрясенный, что эта мысль не посетила его раньше. Бев обнадеживающе улыбается.
— Ты уже прочитал письмо? — спрашивает она, и Эдди отрицательно качает головой, лихорадочно выхватывая из шкафчика конверт, когда звенит последний предупреждающий звонок. — Я покажу на обеде! — кричит он, хватая кучей учебники, и бежит в класс, вспыхнув от провожающего его смеха подруги.
Усевшись на место, он тут же раскладывает письмо на коленях, осторожно вскрыв конверт. Руки слегка подрагивают, а сердце заходится в стуке, пока Эдди успешно игнорирует озадаченные взгляды Билла справа.
«Эдди,
Я не хочу, чтобы ты, хотя бы на самую каплю, сомневался в моих чувствах. Каждый день с нетерпением я встаю, только чтобы увидеть твою улыбку. Да, долгое время я думал, что испытываю только дружеские чувства к тебе, но потом понял, что эти чувства очень сильно отличаются от тех, что я испытывал и испытываю к друзьям. Каждое утро я предвкушаю встречу с тобой, а по ночам — почти всегда — мечтаю о тебе.
Я представляю, каково бы это было — целовать тебя или держать за руку, но для этого мне надо сначала совершить каминг-аут (а еще знать, что ты хотя бы рассматриваешь меня в том же смысле что и я — тебя), и ещё я представляю, как мы пойдем в кино и, может быть, даже немножко потискаемся в темноте, но ты бы стопудово надавал бы мне по рукам, если бы я попытался, кого я обманываю лол ;)
Ладно, в любом случае, когда ты прочитаешь это письмо, до Новогодних каникул останется всего один день, так что послезавтра я уже не смогу писать тебе, но знай — не будет ни одной секунды, когда я не буду думать о тебе. Так что и ты обо мне не забывай! Может быть, когда-нибудь я наберусь смелости, чтобы рассказать тебе, кто я на самом деле, но пока у нас есть хотя бы это.
Люблю,
Твой Тайный Санта Поклонник»
***
В столовую Ричи вошел в довольно-таки хорошем настроении. Конечно, грустно, что утром он добирался до школы без Эдди, но в памяти были свежи воспоминания, как накануне они добирались до дома и Эдди хохотал, схватившись за живот, перегнувшись через руль велика, смеялся аж до слез, и всю ночь Ричи только об этом и думал. Это даже было первой его мыслю с утра — так что день не мог быть испорчен ничем! Он даже улыбнулся буфетчице, которая протянула ему размокший бутерброд (опять арахисовое масло и желе) с молоком, и весело направился к столику неудачников, уже предвкушая рассказ Эдди, что вот, он своего тайного поклонника не поймал, но все равно получил конверт и розу. Однако, чего Ричи точно не ожидал, подходя сзади, так это того, что его низкорослый друг будет настойчиво допрашивать Беверли о письмах. Ладно. Возможно, допрос — слишком сильное слово для данной ситуации, но Эдди действительно выглядел крайне серьезным, в то время как Бев — окончательно растерянной. — Да ладно тебе, Бев, ничего страшного, если это была ты. Я знаю, что ты хотела, чтобы я почувствовал себя лучше, но сейчас я хочу услышать правду! — Эдди, клянусь, это не я! — Беверли вскинула руки в сдающемся жесте. — И к тому же, я видела твое сегодняшнее письмо, и если бы это была я — но это не я! — я бы точно не стала писать про все эти обжимания с тобой в кино! Эдди обернулся на не сумевшего сдержать смешок Ричи, который тут же принял такую же позу, что и Беверли. — Итак, — по волчьи оскалившись он уселся на свое законное место около Эдди, — я смотрю, твой загадочный паренёк добавил перчинки в переписку? — Ричи похабно подмигнул другу, который цыкнул и, закатив глаза, передал письмо. Ричи несколько секунд поделал вид, что очень внимательно читает, и вернул владельцу. — Это я еще тебе не рассказал, что роза была сегодня красной, а не желтой! — начал объяснять Эдди, забирая письмо. — А единственные люди, с которыми я обсуждал это, были вы, — так что это либо кто-то из вас, либо кто-то из ваших знакомых! У Ричи буквально отпала челюсть, и он начал лихорадочно соображать, как бы все это вывернуть и оправдать — Эдди был опасно близко к истине. — Это же… ну, это же просто абсурд какой-то, Эдс! — он издал похожий на блеянье смешок. — Ты ж читал письмо — тут черным по белому сказано, что его чувства изменились… может, смена цветка это типа эм… типа символизм, понимаешь? — Ну не знаю, Рич, — с другого конца стола хмыкнул Стэн. — Очень уж все совпало, не находишь? — он гадко ухмыльнулся, и уже второй раз за неделю Ричи захотелось со всей силы съездить по дурацкой самодовольной роже лучшего друга. Стэн не обязан ему конечно помогать, но мог бы и перестать так активно пробивать прорехи в его линии защиты! Эдди не меняет своего невозмутимого лица, но вот Бев и Майк начинают подозрительно коситься в сторону Ричи — точно, как Стэн в понедельник и вторник — и ему это совсем не нравится, особенно, как они начинают щуриться, когда Эдди встает. Парень обходит стол и с недоверчивым взглядом допрашивает каждого из неудачников, где, как и с кем они провели последние дни, и, если бы Ричи не испытывал такого облегчения, он бы даже обиделся, что у Эдди к нему претензий нет. День продолжает становится все хуже и хуже, когда по пути на первый после обеда урок (единственный совместный!) Эдди сообщает, что сегодня Ричи поедет домой один. Его сердце обрывается, когда Эдди добавляет, что догадался, что розу ему оставляют после уроков, так что он планирует подловить тайного поклонника именно в это время. Ричи давит из себя смешок и пытается упроситься подождать вместе, чтобы узнать, когда все же Эдди уедет и оставить ему цветок с письмом на завтра, но, вполне ожидаемо, Эдди отказывается. Теперь, когда Ричи узнал, что Эдди будет после занятий сидеть караулить у шкафчиков, его день окончательно развалился, но он не терял надежды как-нибудь да вывернуться из этой ситуации. Он так увлекся, что Эдди даже подкинул ему записку, спрашивая, почему он такой странный, когда Ричи на уроке ОБЖ был необычно молчалив. Он царапает на бумажке ответ и, скомкав, бросает к Эдди на стол — «А что, разве смотреть на эти фотографии испорченных курением легких не максимально увлекательно?» Это маленькая победа — когда Эдди лишь закатывает глаза и прячет мятый листок в карман. И Ричи собирается урвать все победы, какие только сможет. Под конец дня, стоя у шкафчиков, он предпринимает последнюю отчаянную попытку воплотить свои планы в жизнь, но Эдди твердо стоит на своем. — Ну же, Эдс, можно я хотя бы просто подожду с тобой?! — канючил Ричи. — Ты же не хочешь, чтобы я снова ехал домой совершенно один-одинешенек? Как я пережить еще один день без моей любимой Спагеттной головушки? — Эдди в ответ на эти горькие причитания засмеялся. — Хватит тебе уже, Балабол, — ласково отвечает он. — Надеюсь, сегодня все решится наконец, и завтра утром я буду ждать тебя, чтобы решить, как мне загладить свою вину. Ричи собирался попытаться еще раз, но решил не испытывать судьбу лишний раз, а потому, тяжко вздохнув, он вскинул руки в преувеличенном сокрушенном жесте и пошел по коридору. — Ловлю тебя на слове, Эдс! — крикнул он через плечо. — Увидимся утром и ты расскажешь мне все об этом твоем загадочном парне! — как только слова слетели с губ, Ричи почувствовал острую вину — Эдди не удастся не то чтобы записку получить, но даже шанса хоть мельком увидеть Поклонника. Но откуда ж ему знать, что Ричи все известно. Он крутит педали домой в полнейшем холодном одиночестве, и когда уже знакомый цветочник машет ему, Ричи ничего не остается кроме как взмахнуть рукой в ответ и досадливо покачать головой, проезжая мимо. Дома он без лишних церемоний бросает велик в гараже, прежде чем войти. Огни везде потушены, но из гостиной отчетливо слышится мамин сопливый сериал, так что крадучись Ричи прихватывает коробку хлопьев и поднимается к себе. Он небрежно чуть ли не бросает на проигрыватель пластинку The Smiths, а потом падает на кровать с рукой в хлопьях, стараясь игнорировать мысль, насколько же все это убого. Пластинка крутится и крутится, но даже когда музыку сменяет треск, Ричи даже не шевелится, чтобы перевернуть ее. В голове только один вопрос — как Эдди смог представить, что письма ему писала Бев, но при этом даже не стал допускать, что это был Ричи. Разумеется, вся суть анонимных посланий заключалась в том, чтобы Эдди не узнал, кто это, но какая-то предательская часть его души тайно надеялась, что Эдди обо всем догадается, тоже признается в вечной любви, они украдут легковушку Ричиного бати и поедут в кино, будут целоваться в машине и держаться за руки на сеансе. Неизвестно сколько он пролежал в таком положении, но за окном начало смеркаться и продолжать утопать в болоте печали больше нельзя. Медленно стянув себя с кровати, Ричи плетётся к телефону на кухне. Если бы его родителям было не все равно, он бы даже переживал, что придется говорить о таком открыто, но отец уже несколько дней не появлялся дома, а мать отключилась на диване. Он поднимает трубку. Бросив взгляд на часы на плите, он замечает, что уже 21:30 и звонить так поздно — почти стыдно, но что ему еще делать? Сам Ричи не имеет ни малейшего понятия, а потому сует палец в отверстие циферблата, прокручивая колесико до тихого щелк! на каждой цифре. За первым гудком следует другой, и он в ожидании нервно наматывает шнур вокруг пальца, пока на другом конце не раздается знакомый голос. — Дом Урисов, чем могу помочь? Ричи чувствует, что раздражение в голосе отца Стэна — его вина, и отвечает настолько извиняющимся тоном, насколько может. — Гхм, здрасте, мистер Урис, это Ричи. Можно Стэна? — Ричи, ты знаешь сколько уже времени? — на другом конце трубки послышался вздох, но Ричи не собирался сдаваться просто так. — Да, конечно, извините, пожалуйста, мистер Урис, — он старался, чтобы в голосе звучала хотя бы искренность. Все же из всех родителей его друзей, именно о мнении Урисов Ричи переживал больше всего, ведь со Стэнли он дружил еще с тех пор, как они вместе под стол пешком ходили. — Мне просто нужно кое-что спросить Стэна о нашем задании. Всего на несколько минут! — заверил он. Дональд еще раз вздохнул, но Ричи услышал, как он зовет сына, и улыбнулся. — Большое спасибо, мистер Урис, я Вам очень признателен! — Конечно, сынок. Смотри не засиживайся допоздна — хорошо спать так же важно, как и учиться, — ответил мужчина, и Ричи, желая спокойной ночи, в очередной раз подумал, каково это — иметь отца, которому на тебя не насрать. — Что надо, Ричи? — без лишних прелюдий начал Стэн. — Боже, Стэнни, — фыркнул Ричи, — неужели я не могу просто позвонить другу и сказать «привет»? — Не в половину десятого и не когда я знаю, что ты учудил на этой неделе, — отрезал Стэн, но Ричи точно слышал нотки нежности в его раздраженном тоне. — Ладно-ладно, только не замарай свои белоснежные трусишки от напыщенности, — однако со следующими словами кривая ухмылка быстро сползла с губ Ричи. — Короче, я просто… я не знаю, что делать, Стэн. Эдди сегодня остался ждать меня, только вот он, очевидно, не знает, что ждет именно меня, и все из-за, очевидно, Хейстака — который, как мы все прекрасно знаем, был влюблен в Бев еще до того, как вообще с ней поговорил; ах да, та самая Бев, которую Эдди может представить оставляющей эти гребанные цветы и письма, а меня нет. Из-за затянувшегося молчания Ричи начинает думать, что, наверное, Стэна доконало нытье друга и он ушел, оставив трубку, но потом на другом конце слышится тихий вздох. — Ричи, — аккуратно начинает Стэн. — Ты всегда можешь просто все рассказать Эдди. Мне кажется, его ответ будет гораздо лучше, чем ты думаешь. — Ага, конечно, — хмыкает Ричи. — А потом миссис Кей пригласит меня завтра на завтрак и скажет, что я ее любимчик среди всех Эддиных друзей. Стэн слегка смеется, но продолжает. — Я говорю, что посмотри, как далеко ты зашел. Очевидно, что ты хочешь, чтобы он понял, что это ты, и не важно признаешься ты себе в этом или нет. Думаю, тебе следует все рассказать Эдди, и, если все пойдет плохо — но я действительно думаю, что не пойдет — у тебя будут все Новогодние каникулы, чтобы не встречаться с ним. Можешь прийти к нам и зажечь с нами свечи, а потом все каникулы будем читать комиксы и есть латкесы. Ричи вздохнул. Глубоко внутри он знал, что, как бы это не было неприятно признавать, Стэн — прав. — Ладно. Окей, ладно, спасибо, Стэн. Я эм… я подумаю над этим, — мямлит он, и Стэн, пожелав удачи, кладет трубку. И прежде чем он успевает отговорить себя, Ричи выскакивает из дома, хватает свой велосипед и мчит по знакомой дороге к дому Каспбраков, где прячет в кустах велик и забирается на дерево, ветками задевающее окно Эдди.
Примечания:
латкесы - классическое ханукальное блюдо из картофеля, очень похоже на драники.
