Не оглядывайся назад

ПОВЕСТВОВАНИЕ: Диана       По ушам громко долбит клубная музыка, а я поспешно потягиваю коктейль из трубочки, чтобы чувствовать себя не так паршиво. Мне казалось, что я привыкла к этому состоянию, потому что оно преследовало меня уже несколько месяцев. Я была уверена в этом до сегодняшнего вечера. Вечера, когда увидела, какие они на самом деле счастливые. Изо всех сил стараюсь не поднимать на них взгляд, но кажется, мои глаза играют за другую команду и, как назло, каждые десять секунд бегло смотрят на эту сладкую парочку. Он незаметно кладет руку ей на колено под столом, а она заглядывает в его теплые зеленые глаза, поглаживая щетинистую щеку. Парень широко улыбается, отчего вокруг глаз и губ появляются веселые морщинки. Заставляю себя опустить взгляд на свой опустевший бокал, дабы совсем не уничтожить свою и так расшатанную психику. Когда песня в воздухе сменяется на какую-то грустную, настроение опускается совсем ниже плинтуса, и я изо всех сил стараюсь не разрыдаться на глазах у друзей. Не хочу никому портить праздник.       – Подруга, объект на три часа. Сидит у бара и пялится на тебя весь вечер. – слышу под боком голос подружки, который как спасательный круг вытаскивает меня из собственных упаднических мыслей.       Я обращаю свой тяжелый взгляд в сторону барной стойки, и вижу там молодого парня, который улыбается во все тридцать два зуба, когда видит, что я на него посмотрела. На вид молодой человек очень даже симпатичный и приятный, только вот он меня совсем не интересует, и вряд ли что-то поменяется после разговора с ним. Перевожу взгляд на длинноволосую подругу слева, которая держит в руках винный бокал, и весело смотрит на меня.       – Пусть пялится дальше. – отвечаю я, делая глоток из бокала, но когда понимаю, что коктейль закончился, расстроено опускаю плечи. В голове становится туманно, потому что это не первый алкогольный напиток за вечер, на что я и рассчитывала. Хотя должного облегчения алкоголь мне не принес. К большому сожалению.       – Ты что даже не поговоришь с ним? Ковалевская, хватит сохнуть по тому, с кем ты никогда не будешь! Начни уже жить в свое удовольствие, не убиваясь по своему Антоше. – шепчет девушка, и я буквально прожигаю ее взглядом своих карих глаз. Мало ли кто, может услышать. Мне не нужны проблемы.       – Я ни по кому не убиваюсь. Все прекрасно. – говорю достаточно уверенным голосом, хотя внутри все до боли сжимается, когда я снова перевожу взгляд на Антона и Ангелину. Девушка что-то шепчет ему на ухо, и парень смеется, потянувшись к ее губам и оставив на них невесомый поцелуй. В глазах появляется намек на слезы, и я спешу быстро сморгнуть их, чтобы никто не увидел мое состояние, и подруга тоже. Радуюсь, что мы находимся в клубе, а с освещением тут всегда дела обстоят не очень.       – Диан, может, ты скажешь что-нибудь имениннику? – вдруг слышу голос Димы, и смотрю в его сторону, стараясь не прожечь в нем дырку. Самое интересное, что мне совсем не сложно поздравить Антона и сказать ему самые приятные слова, которые я только могу себе позволить. Но видеть их рядом, прижимающихся друг к другу было слишком тяжело для меня. Я думала, что привыкла. Я думала, что смирилась с той мыслью, что он счастлив с ней. Но увидев их сегодня, я понимала, что ошиблась по всем фронтам. Поэтому теперь, когда я встаю из-за стола с бокалом подруги, которая быстро подсунула его мне, чтобы я не стояла со своим пустым, у меня бешено колотится сердце и подкашиваются колени. Щеки вмиг краснеют, потому что я не умею, и не люблю говорить на публику. Очень стараюсь держать себя в руках, а эмоции под контролем. И надеюсь, что у меня это получится.       – Антон, – делаю глубокий вдох, чтобы не прерываться, хотя от нервов все равно сделаю это несколько раз за свою речь. Смотрю в его искрящиеся теплом глаза, и поджимаю губы, когда вижу, как Геля кладет свою голову ему на плечо. Все внутри холодеет, но я пытаюсь держаться своего тоста. – Словами не передать, насколько я благодарна судьбе за то, что мы с тобой друзья. Ты – самый искренний, добрый и веселый человек из всех, кого я знаю. – чувствую, как подруга толкает меня плечом и улыбаюсь. – Ты всегда поддержишь, посоветуешь и поймешь, разбавишь обстановку и дашь пинка под одно место, когда оно нужно. – вижу, как он тихо смеется, отчего на душе становится светлее, но говорить становится все тяжелее. – Ты – прекрасный друг, Антон, и я желаю тебе и дальше таким оставаться. Я безумно рада, что ты нашел свою любовь, потому что это очень трудно. – сглатываю, понимая, что залезла туда, куда не следует, когда на глазах выступают слезинки. – Желаю вам не растерять свои чувства, и оставаться такими же счастливыми, какие вы есть сейчас. Вам очень повезло друг с другом. – поднимаю свой бокал вверх, и все дружно кричат «с днем рождения!», пока в воздухе раздается перезвон хрустальных бокалов.       Быстро смаргиваю свои слезы, уже сто раз пожалев, что вообще пришла на эту вечеринку. Ловлю себя на мысли, что хотела поздравить человека с днем рождения, а получилась какая-то свадебная речь. Когда чувствую на щеке еще пару слезинок, понимаю, что в этот раз быстро отделаться не получится. Делаю небольшой глоток вина и ставлю бокал на стол, сказав подружке, что я отойду за коктейлем. Девушка лишь согласно кивает, и я спешу ретироваться подальше от ребят. Когда захожу в уборную, замечаю, что здесь никого нет, и облегченно вздыхаю, подойдя к одному из зеркал. Опираюсь на белоснежную керамическую раковину и смотрю на свое отражение. Как и ожидалось, тушь немного потекла, и смазалась. Благодарю себя, что не стала рисовать стрелки, иначе сейчас бы возникла совсем неисправимая ситуация. Глубоко вздыхаю, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце, но перед глазами снова всплывают картинки, как они обнимаются и смотрят друг на друга.       Те, кто говорят, что если любишь человека, ты должен быть счастлив, когда он счастлив, даже если он не с тобой, – полные идиоты, и никогда не были в этой ситуации. А я была. Есть.       Всю свою осознанную жизнь, Антон всегда был рядом со мной. Когда я училась в школе, когда поступала в университет и осваивалась в Москве, искала работу и квартиру. Шастун – мой самый близкий друг и самый дорогой человек. Но он никогда не будет кем-то большим, и давно пора это понять. Мы с ним исключительно друзья, и с этим просто надо свыкнуться, принять. Но вся моя душа уже несколько лет подряд категорически отказывается в это верить, чем делает мне ужасно больно. Я никогда в жизни не осмелюсь сказать ему о своих чувствах, и уж тем более не буду разрушать его счастье, поэтому мы можем быть вместе только в моих самых тайных мечтах, от которых уже давно пора избавляться. Подруга права, мне нужно перестать страдать и начать жить. Если бы это было так просто, я бы давно это сделала.       Делаю еще пару вдохов, и сердце кажется успокаивается, а руки перестают трястись от волнения. Отрываю кусочек бумажного полотенца и мочу его в воде, аккуратно стирая со щек потекшую тушь. Мне давно пора забыть Антона. И я понимаю это головой, но совершенно не представляю, как это сделать.       Вдруг чувствую на своих плечах чьи-то мужские руки и испуганно смотрю в зеркало, однако вижу там только высокую фигуру Антона. В нос тут же ударяет запах его парфюма, который за секунду пропитывает всю мою одежду и волосы. Парень легонько сжимает мои плечи и разворачивает меня к себе лицом.       – Ди, что случилось? – вижу в его глазах такое беспокойство, что мне становится ужасно неловко за то, что заставила его переживать за себя в собственный день рождения. Я тихо сглатываю и леплю на лицо фальшивую улыбку, хотя его выражение лица остается таким же напряженным. Черт возьми, что я наделала?       – Все в порядке. Я скоро вернусь. – голос внезапно срывается, и я чувствую, что все испортила. Боже, какая я идиотка.       – Что в порядке? Я же вижу. Ты говорила тост, а потом заплакала и ушла. – чувствую на своих щеках большие пальцы друга, которые мягко смахивают мои слезинки, и я вздрагиваю от этого нежного прикосновения.       – Кто-то еще это видел?       Я стою, как вкопанная, и вместо того чтобы испугаться его вопросов, я наслаждаюсь тем, как его пальцы вырисовывают узоры на моем лице, но потом он опускает руки и берет меня за запястья, чуть крепче сжимая их.       Мне приходится смотреть на него снизу вверх, потому что парень намного выше меня. В детстве он всегда называл меня коротышкой, и я очень на него обижалась, но кличка так и закрепилась за мной, и мне не оставалось ничего, кроме как смириться.       – Нет, только я. Ты объяснишь мне, в чем дело? – снова задает вопрос русоволосый, и я опускаю голову вниз, не в силах противостоять его проницательному взгляду.        Все хорошо, Антон. Ничего не случилось. – на этот раз голос оказывается куда более уверенный, и я радуюсь своей маленькой победе над эмоциями.       – Ладно, не хочешь говорить, я понял. – парень вдруг подхватывает пальцами мой подбородок, и поднимает мою голову на себя. – Успокаивайся, и через пять минут, чтобы вышла к нам конфеткой. – Шастун улыбается мне, отчего на моих губах расплывается самая, что ни на есть искренняя, улыбка.       – Будет сделано. – прикусываю нижнюю губу, когда он отпускает меня, и закрывает за собой дверь в уборную.       Господи, за что мне это все?       Проходит несколько минут, когда я уже успеваю успокоиться, и подтереть все остатки размазанной туши. Смотрю на себя в зеркало, совершенно недовольная своим внешним видом. Светло-русые волосы, на которые я старательно утюжком накручивала кудряшки, почти совсем распрямились. Щеки горели от перенапряжения, а светлая помада совсем стерлась. Подкрашиваю губы, задержав внимание на россыпи веснушек на щеках, которые видны из-за неплотного тонального крема, и расстроено опускаю плечи, жалея, что не взяла тональник с собой. Когда более менее чувствую себя человеком и поправляю черное платье на талии, спешу выйти из дамской комнаты, удивившись, что за десять минут, туда никто не зашел. Когда снова оказываюсь в шумном зале, тут же чувствую, как за мое запястье хватается чья-то рука, и обеспокоенно перевожу взгляд в ту сторону, но вижу только лишь Шастуна, который уверенно ведет меня в сторону, совершенно противоположную нашему столику.       – Ты что задумал, Антон? – спрашиваю я его, не успевая перебирать ногами за его быстрой походкой, но парень ничего не отвечает, оставив мой вопрос висеть в тишине. Когда подходим к выходу из клуба, первая мысль, которая приходит в голову – он разозлился на меня и хочет выгнать со своего дня рождения. Что ж, я бы его поняла. Однако вместо того, чтобы выставить меня за дверь, парень берет с диванчика у входа клетчатый плед и, накинув его мне на плечи, снова тянет меня за руку, на улицу.       Вдохнув холодный апрельский воздух, в голове проясняется, но только на сотую часть. Вокруг ночной город живет своей жизнью, на дорогах вечные московские пробки, которые не исчезают даже сейчас, в одиннадцать вечера, но на тротуаре людей не так много. На асфальте большие лужи от дневного дождя, и в них отражаются огоньки с вывески клуба. Прикрываю глаза, стараясь окончательно прийти в себя и не наговорить ничего Антону, пока я под властью эмоций. Наблюдаю за тем, как друг достает из кармана пачку сигарет и зажигалку, прикуривает одну и глубоко вдыхает очередную дозу никотина, тут же выпуская ее из легких. Из клуба слышно громкую музыку, и я задумываюсь, как это терпят люди, которые живут сверху. Распознаю в мелодии песню Коржа, которую слушаю, когда мне отвратительно плохо, и понимаю, что судьба знает, что такое чувство иронии. Поднимаю взгляд на Шастуна, который оперевшись на стену клуба, выпускает облачко дыма и смотрит куда-то вдаль. Хмурюсь, потому что не могу даже предположить, о чем он думает. Он совершенно не выглядит счастливым, каким казался мне за праздничным столом, и это вводит меня в ступор. Я надеюсь, что это не я – тот человек, который испортил ему настроение.       – Антон? – подхожу чуть ближе, вдыхая запах дыма, который ассоциируется у меня с ним, глубже кутаясь в плед. Я не понимаю, зачем он вытащил меня на улицу, а теперь молчит.       – Диан, что у тебя происходит? – парень задает вопрос, который ставит меня в тупик, и я вздрагиваю. Антон упирается в меня своим взглядом, и я понимаю, что мне совершенно некуда скрыться от него. – Ты последнее время совсем не своя. Я закрывал глаза, думал что-то личное, но сегодня понял, что без меня ты не справишься. – Парень слегка улыбается, а я машинально задерживаю дыхание. Сглотнув комок в горле, который, конечно же, никуда не делся, я заставляю себя экстренно придумать что-то правдоподобное. Я не должна говорить ему правду. Мне нельзя этого делать. Это разрушит нашу дружбу. Я знаю, что он никогда не ответит мне взаимностью, и это поставит между нами стену. Это неизбежно – когда один из друзей узнает, что второй бесповоротно влюблен в него, возникает гнетущее чувство вины и неловкости. Я проходила это еще на втором курсе, и признаюсь сама себе, что ситуация с Антоном – единственная, где мне пригодились мои знания психологии. Мое признание уничтожит все, что есть между нами. Я потеряю его. Поэтому я придумаю что-нибудь. Выкручусь, как всегда, навешаю лапши на уши, за что мне потом будет жутко стыдно. Но зато он останется моим лучшим другом. Не могу смотреть ему в глаза, потому что он сразу поймет, что я лгу, поэтому опускаю взгляд на лужу и провожу по ней носом своих туфель.       – У меня проблемы на работе, мой проект не одобрили, и я очень подставила руководство, потому что это был очень важный заказ. – придумываю на ходу, подсознательно представляя его лицо сейчас. Очень надеюсь, что Антон мне поверит, потому что я ненавижу врать ему, и второй раз не смогу придумать ничего дельного. Сердце стучит быстро, намереваясь вырваться из груди. Понимаю, что я нахожусь на тоненькой дощечке между двумя берегами реки, которая вот-вот сломается, и я упаду в воду, не сумев спастись. Доска раскачивается, и у меня просто не хватит сил удержать равновесие, я утону, точно утону.       – Зачем ты меня обманываешь? Я знаю, что дело не в работе. Твой проект просто не могли не одобрить. Шеф тебя обожает. – вдруг хриплым голосом произносит Шастун, и я поднимаю на него свой взгляд, который, я уверена, полон страха и неуверенности. Меня раскусили как слабенький орешек, и теперь я откровенно не знаю, что делать. Внутренний голос отчаянно бьет тревогу, а я как будто отключилась от собственных мыслей, перестав сопротивляться. Я в ловушке, в которую залезла осознанно.       Парень тушит сигарету об мусорный бак и кидает ее туда же, подойдя ко мне. Чувствую, как он берет меня за ладони и чуть сжимает их, потянув на себя. Я утыкаюсь носом в его шею, и друг тут же обнимает меня, прижимая к себе. Зажмуриваюсь, когда понимаю, что это объятие никогда не будет значить что-то большее. Оно всегда будет знаком поддержки или понимания, но не любви. Не любви, Ковалевская.       – Расскажи мне. Что тебя беспокоит? Мы же всем друг с другом делимся, Диан. Ты что, забыла? – чувствую, как он улыбается, и я взрываюсь в истерическом смехе, сквозь слезы. Я понятия не имею, что придумать, и чувствую, что сейчас все и закончится. В свой двадцать девятый день рождения, Антон поймет, что я никакой ему не друг, а просто влюбленная дурочка. Он оттолкнет меня, а я не смогу его удержать, понимая, что виновата только я сама. – Тебе Кирилл снова написал?       Услышав знакомое имя, меня как будто ударяет током, и я встаю на месте как вкопанная. Я делаю глубокий вдох, потому что понимаю, что уже почти утонула, но Шастун сам кинул мне спасательный круг. Он спас меня, сам того не подозревая.       Я поднимаю на него свои влажные глаза, и молча киваю, снова прижимаясь щекой к его шее.       – Вот уебок. Ему было мало в прошлый раз? Что он тебе писал, он тебя обидел? Давай я с ним поговорю. – Антон тараторит как будто у нас очень мало времени на разговор, и я ухмыляюсь. Он всегда тараторит, когда его что-то тревожит. Чувствую себя маленькой девочкой, которую защищает большой и сильный парень, и радуюсь этому, как ребенок. Он ничего не узнает, по крайней мере, не сегодня. Мы еще друзья. И я счастлива хотя бы потому что он по-прежнему рядом, хоть и не так, как мне бы хотелось.       – Не надо. Я ему уже все сказала, и думаю, он понял. Просто он напомнил мне обо всем, что было, своим сообщением. – чувствую, как в сумке на плече вибрирует телефон, и прерываюсь, смахивая звонок от подруги. Чувствую на себе серьезный взгляд Антона, который подумал, что мне звонит Кирилл. Губами показываю ему, что звонок от Луши, и он понимающе кивает. – Алло?       – Диан, привет. Я подойду минут через пять, у тебя с собой проект? – слышу запыхавшийся голос подруги, и отвечаю ей коротким согласием, после чего девушка скидывает трубку.       – Ты уже сделала ей проект? – удивленно спрашивает Антон, чуть выпуская меня из своих объятий, и я выпускаю из легких воздух, понимая, что опасность раскрытия моей тайны миновала, и можно расслабиться.       – Да, сегодня ночью доделала.       – Ну ты и трудоголик, коротышка. – смеется русоволосый, на что получает легкий удар в плечо и мой шутливо-обиженный взгляд.       – Кто бы говорил.       Улыбаемся друг другу, и я чувствую, что между нами все по-прежнему. С души спадает камень, и мне становится даже легче дышать.       – Шаст, вы куда пропали? – слышим мужской голос позади и одновременно поворачиваемся в сторону входа в клуб. К нам по ступенькам спускается Арсений, попутно шарясь в телефоне. Ухмыляюсь Попову и нисколько не удивлюсь, если он сейчас попросит его сфотографировать. Тем более его сегодняшний лук и атмосфера располагает к спонтанной фотосессии. Парень во все черном: водолазка, костюм и драповое пальто. Как дизайнер, могу сказать, что несмотря на то, что весь его образ в одном цвете, все выглядит безумно гармонично. Арсений вообще самый модный и стильный парень из всех, кого я знаю. Антон совсем другой, его очень редко увидишь в костюме или даже рубашке. У него в шкафу целая куча разных толстовок и джинсов, что мне кажется, даже при желании, костюм бы туда просто не поместился.       – Просто болтаем. Сейчас вернемся. – отвечает Антон, и оглядываюсь, в поисках подруги, которая вот-вот должна была подойти. Несмотря на то, что сейчас достаточно прохладно, в пледе мне очень комфортно, и я бы простояла тут с Антоном еще дольше, если бы можно было.       – Ну, раз вы тут, Диан? – Арсений протягивает мне телефон, на котором включена камера, и я прыскаю от смеха, на что Арсений широко улыбается. – Видишь, ты уже с полуслова понимаешь.       – Арс, о твоем пристрастии к фоткам уже знает вся Москва.       Мы все смеемся, пока Арсений встает на фоне кирпичной стены и резко делает безумно серьезное лицо, на что я смеюсь и опускаю камеру.       – Диана, держите себя в руках, прошу.       Я поджимаю губы, чтобы не рассмеяться снова и не испортить брюнету фотосессию. Попов снова как по щелчку пальцев входит в образ, и я тут же делаю несколько снимков, с нескольких ракурсов. Когда Арсений встает в очень смешную позу и смотрит хищным взглядом прямо в камеру, я снова взрываюсь в приступе хохота.       – Боже, я не могу. – Арсений с улыбкой забирает у меня из рук телефон, но тут же переводит взгляд куда-то за мою спину, и я вижу в его глазах жуткий интерес.       – Всем привет.       Оборачиваюсь и вижу перед собой подругу с растрепанными темными волосами, которая вопросительно смотрит на меня, держа в одной руке спортивную сумку, а второй приветственно машет Антону.       – Привет. Ты только с работы что ли? – спрашивает Антон, а я попутно залезаю в свою сумочку и достаю оттуда два плотных файла с проектом квартиры, по которому Луша будет делать ремонт. Девушка решила обновить интерьер, и я с радостью вызвалась ей помочь, хотя она долго отказывалась.       – Да, сегодня припозднились немного. – Луша обнимает Антона, еще раз поздравляя его с днем рождения, а когда отрывается от друга, Арсений делает шаг навстречу подруге и протягивает ей руку. Когда девушка отвечает ему на рукопожатие, актер подносит ее руку к свои губам и оставляет на ней легкий поцелуй.       – Арсений, очень приятно.       Я ухмыляюсь тому, как подруга реагирует на манеры Арсения, потому что она совсем не привыкла к вниманию, тем более к такому. Девушка непонятливо смотрит в сторону Попова и тут же прячет свою руку в волосах, поправляя прическу.       – Я - Лукерья, взаимно. – она забирает у меня из рук проект и бегло просматривает мои наброски. – Диана, это очень круто. Спасибо большое. – шатенка притягивает меня в объятия и чмокает в щеку.       – Да не за что. Если нужна будет помощь, обязательно зови.       – Обязательно! Еще раз спасибо. – слышу уже вдогонку, потому что Луша спешит покинуть нашу компанию. Всегда удивлялась, как она может жить в таком безумно быстром ритме жизни, что очень редко ее заметишь долго стоящей на одном месте.       – До завтра! – кричу ей вслед, и когда перевожу взгляд на парней, понимаю, что Арсений провожает ее взглядом даже дольше меня.