Не оглядывайся назад

ПОВЕСТВОВАНИЕ: Лукерья Понедельник, вечер. За день до событий, описанных в предыдущей главе.       – Ты очень мило смеешься. – произносит вдруг актер, и я вся заливаюсь краской от его комплиментов. На самом деле я так отвыкла от внимания, что теперь чувствую себя маленькой школьницей, к которой впервые подошел парень. Не могу стереть улыбку с лица, и замечаю, что после наших встреч у меня очень болят скулы от постоянного хохота. Арсений держит мою ладонь в своей, не отпуская от себя. В другой руке мужчина тащит две спортивные сумки, свою и мою. Мы только что вышли из фитнес центра, и Попов, как и обещал, пришел на йогу. Сказать, что сначала мне было жутко неловко, это ничего не сказать. Мужчина то и дело посылал мне недвусмысленные взгляды и по несколько раз просил подойти и помочь ему, а от его прикосновений я покрывалась мурашками. Сегодня было не так много людей на тренировке, однако, я подозреваю, что все они уже догадываются, что между нами с Арсением что-то происходит. Пока не знаю, что это, но оно определенно очень забытое и приятное.       Моя простуда почти сошла на «нет», благодаря маминым старым методикам лечения. Я два дня безвылазно лежала под одеялом, пила горячий чай с малиной и лимоном, и мне настолько надоело сидеть без дела, что организм очень быстро пришел в себя, лишь бы заняться чем-нибудь полезным.       Погода на улице абсолютно нереальная. Начало мая, все цветет и пахнет, на деревьях распускаются цветы, и в воздухе витает приятный аромат сирени и весенней влюбленности. И хотя обычно в начале мая Москва не радует нас теплой погодой, сегодня вечер достаточно теплый. Но несмотря на это, я все равно иду закутанная в теплое пальто и шарф, лишь бы снова не слечь с температурой.       Пока Арсений провожает меня до дома, травит анекдоты и рассказывает нереально смешные истории с работы, я буквально заливаюсь смехом, а актер с улыбкой наблюдает над тем, как я хохочу.       – Перестань. – отворачиваюсь от импровизатора, спрятав свою ухмылку и порозовевшие щеки в плотном шарфе, и какое-то время иду, разглядывая неоновые вывески на зданиях вокруг.       – Что перестать? – с любопытством спрашивает Попов, и я бросаю на него короткий взгляд, увидев смешливые искорки в его глазах. – Веселить тебя?       – Нет. Перестань смотреть на меня, когда я смеюсь. – поправляю его, и мужчина сам тихо похохатывает, чуть крепче сжимая мою руку и слегка дергая за нее, заставляя меня развернуться.       – Я не могу на тебя не смотреть, Луша. – его лицо по-прежнему отражает шутливое настроение, однако глаза настолько серьезны, что меня немного пугает такой контраст. Я прикусываю нижнюю губу, отводя взгляд в сторону, однако в то же мгновение теплые ладони импровизатора ложатся на обе мои щеки. Я понимаю, к чему все идет, но даже не пытаюсь остановить его. Мне с ним комфортно. Признаюсь сама себе, что уже целые сутки думаю о нашем вчерашнем поцелуе, которым хотела просто коротко отблагодарить актера за помощь, однако эта ситуация вышла из под контроля ровно в тот момент, когда я прикоснулась к его губам. У меня вмиг снесло крышу, и я перестала соображать, совершенно забыв, что мы знакомы с ним совсем недавно. Хотя, кого это волнует? Теперь, точно не меня.       До этого пряча свои глаза от его проницательного взгляда, теперь поднимаю их на импровизатора, и осознаю, что мне не стоило этого делать. Лишь однажды заглянув в эти голубые искрящиеся огоньки, ты рискуешь утонуть в океанской бездне раз и навсегда. Кажется, я стою у края пропасти.       Мужчина оглядывает все мое лицо, проводя большими пальцами по моим щекам, и задерживается на моих губах, которые я бесконтрольно кусаю от приятного ожидания.       Секунда.       И Арсений тянется ко мне, мягко задевая мои распухшие губы своими слегка холодными от ветра. Он как будто спрашивает, давая мне время подумать, однако когда я льну к нему, вцепляясь пальцами в его шарф и притягивая к себе, парень начинает действовать гораздо настойчивее. Его губы уже крепко прижимаются к моим, а руки перемещаются с моего лица, на плечи, а затем на талию, обвитую поясом пальто. Внутри как будто вспыхивает давно тлеющий, почти потухший огонек, и с его появлением, в мир снова вторгаются разные краски. Мне безумно нравится Арсений, целиком и полностью. Мне нравятся его сумасбродные поступки, его бескорыстие и помощь, его глупые шуточки, его страсть к классике, начитанность, его забота и нежность со мной. Он нереально понимающий и лояльный, не докучающий, но абсолютно точно – настойчивый и целеустремленный. Я знаю, что обещала себе не сближаться с мужчинами, напоминала себе, что им нельзя верить, однако за время нашего с Арсением знакомства, я успела убедиться, что могу ему доверять. Возможно, кто-то скажет, что я глупая дурочка, которую ни чему не учит жизнь, но я отвечу, что вы просто никогда не влюблялись.       А теперь я точно могла сказать, что я влюбляюсь в Арсения Попова.       Чувствую на своем лице его горячее дыхание и трение теплой кожи о мои замерзшие щеки, когда мы отрываемся друг от друга, почувствовав острую потребность в кислороде.       – Луша, ты самая удивительная девушка из всех, кого я знаю.       Улыбаюсь, мило поджав губы, и заглядывая в его глаза, обрамленные мелкими морщинками. Чувствую, что иду по правильному пути, доверяясь сердцу, несмотря на то, что мозг и логика кричат мне о том, что я слишком тороплюсь и что я его почти не знаю. Однако, моей девчачьей душе оказывается достаточно того, что мне известно о нем. Когда мы снова поворачиваемся в сторону дома, Попов продолжает испытывать на прочность мое чувство юмора, которое, очевидно, он давно раскусил. Иначе, почему бы я так много смеялась рядом с ним?       Я чувствую себя с ним молоденькой девочкой, а вовсе не мамой пятилетнего ребенка с приличном багажом прошлого. И мне безумно нравится это состояние.       Уже на подходе к дому, запрыгиваю на бордюрчик, и стараюсь удержать равновесие, продолжая шагать в сторону подъезда. Попов придерживает меня за руку, чтобы я не упала, однако с большим опытом преподавания йоги это оказывается совсем не трудно. Арсений вдруг глубоко вздыхает, и я внимательно смотрю на его красивый профиль, после чего начинает говорить:       – Есть в близости людей заветная черта, – с первых строк узнаю это стихотворение, и ухмыляюсь, потому что понимаю, о чем оно. – Ее не перейти влюбленности и страсти, пусть в жуткой тишине сливаются уста…       – И сердце рвется от любви на части. – продолжаю я за актера, и он довольно улыбается, когда бордюр заканчивается, я спрыгиваю на асфальт.       – Ты все больше растешь в моих глазах. Это очень малоизвестное стихотворение. – парень подхватывает мою вторую ладонь и поворачивает меня в свою сторону.       – Не забывай, я же филолог. – спешу напомнить ему и широко улыбаюсь, когда мужчина притягивает меня к себе для объятий. Я утыкаюсь носом в его плечо и устраиваю свои руки у него на груди, пока Попов упирается подбородком мне в макушку и обнимает за талию.       – Да ты вообще невероятная. Филолог, йог, бальница, мама. Чего я еще о тебе не знаю? Может быть, ты агент ФСБ? – его низкий голос отдается приятными вибрациями по всему моему телу, и я прикрываю глаза, как вдруг слух цепляется за одно единственное слово, которое точно ни разу не упоминала. Отрываю свою голову от мужского плеча и с любопытством и непониманием смотрю ему в глаза.       – Откуда ты знаешь?       Он понимает все с первого раза, мне даже не приходится уточнять, о чем именно я спрашиваю. Арсений снова тянет меня к себе, и я послушно утыкаюсь обратно, дожидаясь ответа.       – У меня свои источники.       Я ухмыляюсь, совершенно уверенная в том, кто же именно его источник. Нисколько не сержусь на подругу, ведь если бы не она, у нас, может, ничего бы не вышло.       – Получит этот тайный агент у меня. – смеюсь, чувствуя, что Арсений тоже хохочет. Вдруг на ум приходит одна мысль, о которой я благополучно забыла несколько дней назад. – Арс?       – Да, милая? – улыбаюсь тому, как он меня назвал и поднимаю на него довольный взгляд. Когда я успела настолько привязаться к человеку, что таю от одного его приятного слова в свою сторону?       – Ты не забыл, что у меня в заложниках твой шарф? – медленно поднимая ресницы, говорю я. Вижу наигранно испуганный взгляд Попова, и прыскаю от смеха.       – Боже мой! Мне нужны доказательства того, что объект еще не уничтожен. – серьезно говорит импровизатор, видимо моментально войдя в роль. Решаю ему подыграть и тоже делаю непроницаемое лицо, угрожающе нахмурившись.       – Условия здесь ставлю я, мистер. – по-прежнему держу мужчину за руки, и всеми силами стараюсь сдержать улыбку.       – Чего вы хотите? Каковы ваши условия? – спрашивает мужчина, округлив глаза, отчего на лбу появляются мелкие морщинки.       – Вы должны согласиться выпить со мной чашечку чая. Только тогда вы получите свой объект. – Арсений снова делает шокированное лицо, на что я все-таки не сдерживаюсь и прыскаю от смеха, и Арсений вскоре повторяет за мной.       – Да, так серьезно меня еще никто не приглашал к себе домой.       Я заливисто смеюсь, потянув Попова за руку, в сторону подъезда, и он, недолго думая, следует за мной.       Когда за нами хлопает входная дверь, слышу топот маленьких ножек, а еще чувствую запах яблочного пирога. Мама наверняка снова печет свою любимую шарлотку, которую я слезно молю ее не готовить, потому что не могу ее не есть, а потом жалуюсь на лишние килограммы.       – Мамочка, привет! – из-за угла выскакивает Ксюша и быстро бежит в мою сторону, сильно впечатываясь в мою грудь, когда я наклоняюсь, чтобы обнять ребенка.       – Привет, зайчик. – целую дочку в макушку и наблюдаю за тем, как девочка внимательно смотрит на Попова, но потом неожиданно для меня протягивает ему руку.       – Привет, Арсений. – вижу, как мужчина улыбается, и Ксюша тоже, и я несколько удивлена такой реакции ребенка. Обычно она очень смущается и стесняется даже поздороваться с малознакомым человеком, однако тут даже протягивает руку импровизатору.       – Ксюша, взрослым нужно говорить «здравствуйте», а не «привет». - поправляю дочь, снимая пальто и вешая его на крючок.       – Луш, мы договорились с ней, что мы друзья, и можем говорить «привет». – объясняет мне Арсений, и у меня глаза лезут на лоб. Они договорились? Когда они успели? Меня не было с ними ровно две минуты, а они уже друзья? Интересное кино. – Привет, Ксюша. У тебя очень красивые косички. – Арсений отвечает на рукопожатие ребенка, и та, заливисто захохотав, убегает в свою комнату.       Встречаюсь взглядом с Поповым, вскинув брови в немом удивлении, и он снова понимает все по моему взгляду.       – Это наши секретики, не обращай внимания. – улыбается мужчина, вешая свое пальто и шарф рядом с моим.       Захожу на кухню первой, чтобы предупредить маму, что я не одна. Она как раз сидит за столом и пьет чай, закусывая все это дело яблочным пирогом. Я так и знала. Мама коротко кивает, загадочно заглядывая мне в глаза, но я пропускаю этот жест мимо своего внимания. Я знаю, о чем она думает, и не хочу это обсуждать.       – Добрый вечер, Людмила Петровна. – Арсений появляется на кухне, приветствуя мою маму, на что та лишь скромно улыбается, поглядывая то на Попова, то на меня.       – Здравствуйте, Арсений. Очень рада Вас видеть. – мама встает со стула, чтобы убрать со стола пустую посуду, однако Арсений легко перехватывает ее ладонь и целует тыльную сторону. Мама, в свойственной ей манере, засмущавшись, отмахивается от галантного жеста Арсения, и продолжает убирать тарелки. – Ой, перестаньте. Сразу чувствую себя в восемнадцатом веке.       Арсений сдерживается от смеха, поглядывая в мою сторону.       – Что же вы стоите? Садитесь, я вам все сама поставлю. – хочу предложить маме помощь, однако та смотрит на меня так, словно я забрала у нее последние деньги. – Луша, я сказала, садитесь.       Мне ничего не остается, кроме как послушно прижать пятую точку к стулу и деланно-испуганным взглядом смотреть на Попова, который показывает, что еще одно слово, и мне «кранты». Мужчина проводит большим пальцем под подбородком, пока мама стоит спиной к нам и накладывает по тарелкам пирог, я же стараюсь сдержать рвущийся наружу хохот. Чувствуя себя еще моложе, чем раньше. Такое впечатление, что пришла знакомить своего школьного парня с мамой, и она нас кормит.       – Арсений, расскажите хоть, чем вы занимаетесь? – вполне ожидаемый вопрос от мамы, которая не смотрит телевизор и в отличие от большинства жителей нашей страны, не знает, кто такой Арсений Попов.       – Я – актер, мадам. Раньше гастролировал с театром пластической драмы, теперь работаю на телевидении. Вы не слышали о шоу «Импровизация»?       Мама разворачивается в нашу сторону, поставив перед нами по тарелке с огромными кусками шарлотки. Недовольно смотрю на нее, потому что она снова приготовила мой любимый пирог, после которого мне обязательно нужно в экстренном режиме скидывать наеденные килограммы.       – Да вы что? На телевидении? – возможно, импровизатор не расслышал нотки недоверия и неприязни в ее голосе, но я сразу их распознала. Мама не просто так не смотрит телевизор, она считает всех актеров и ведущих проданными и нахальными, зарабатывающими деньги ни за что. Поэтому после ее вопроса я сижу тише воды ниже травы, чувствуя нарастающее напряжение.       – Да, но вы не подумайте ничего такого. У нас юмористическая передача, посмотрите как-нибудь на досуге. – женщина ставит на стол еще две чашки ароматного чая, и я скорее хватаю кружку в руки, чтобы попить и проглотить комок в горле. Уже жалею, что позвала Арсения к себе домой, когда мама в гостях. Поджимаю губы и смотрю на свою тарелку.       – Обязательно посмотрю. А откуда вы? Москвич? – уточняет мама, и я понимаю, что начинает попахивать допросом. Хмурюсь, все же поднимая на нее свой взгляд, однако не вижу в нем ничего кроме искреннего добродушия. Неужели из-за нервов мне действительно показалось, что она на него давит?       – Нет, я из Омска, но очень долго жил в Питере, поэтому я скорее петербуржец, чем сибиряк.       – Очень интересно.       Мама все продолжает расспрашивать Арсения о подробностях его жизни, видимо, подумав, что Попов – мой молодой человек. Хотя этого не могла знать даже я. Ловлю себя на мысли, что мне бы этого очень хотелось. Мне нравится чувствовать себя защищенной, впервые, за несколько лет ощущать мужскую поддержку и крепкое плечо. Мне так всего этого не хватало, и я уже забыла каково это, снова быть девочкой, о которой заботится мужчина. В последние годы мне приходилось терпеть постоянное отсутствие мужа дома, которое он объяснял сильной загруженностью на работе, и фактически воспитывать дочку самой. Когда я узнала о его изменах, немногое в нашей жизни поменялось. Разве что, начался тяжелый бракоразводный процесс, который вымотал меня так, что я больше месяца не могла прийти в себя. Глеб оказался не таким алчным, как я думала, однако нашу квартиру он все-таки забрал себе целиком. Машина тоже досталась супругу, хотя у меня даже не было прав, чтобы претендовать на нее. Мы долго боролись за дочь, хотя я была уверена, что ему она бы стала обузой. Он целыми днями пропадал на работе, а по вечерам развлекался с женщинами, которые, очевидно, были лучше меня и смогли дать ему то, что не могла я. Я изо всех сил старалась убедить суд, что со мной Ксюше будет намного лучше, хоть у меня и не было высокооплачиваемой работы и престижного образования, как у Воронцова. Однако, спустя несколько месяцев, дочку все же оставили со мной, посчитав, что с матерью ребенку все же будет лучше.       Это был самый тяжелый период в моей жизни, и он выжал из меня столько сил и жизненной энергии, что я поклялась себе, что никогда больше не позволю мужчине ворваться в мою жизнь и растоптать мою душу, никогда не позволю себе снова влюбиться, снова оказаться зависимой от человека. Однако, тогда я и понятия не имела, что в моей жизни может появиться Арсений Попов, заботливый, надежный и веселый мужчина, который с каждым днем будет по маленькому кусочку похищать мое сердце. Если вы думаете, что мне не страшно, вы ошибаетесь. Мне очень страшно. Я боюсь снова довериться мужчине и пострадать, окончательно потеряв всякую веру в порядочных людей. Однако, какой-то до жути влиятельной и неведомой силой меня все больше и больше тянет к Арсению, и я совершенно не могу ей сопротивляться. Каждый день смутный червячок сомнения напоминает мне, что Глеб тоже был приятным и казался мне хорошим человеком в начале знакомства, однако я помню, чем все это закончилось, оставив огромный шрам на моем сердце. Конечно, я любила его. Он подарил мне замечательную дочку, в которой я нашла смысл жизни после развода, однако это – единственное, за что я была ему благодарна. Своим отвратительным и бессовестным поступком он разрушил все светлое, что было между нами и превратился в мерзкого человека, с которым я совершенно не хочу иметь ничего общего.       Сказать, что я запуталась в своем отношении к Арсению, это не сказать ровным счетом ничего, однако я прихожу к мысли, что пока не хочу ничего менять. Мне спокойно с импровизатором, и чувствую его поддержку. Хотя бы из-за этого, я не могу сейчас предпринимать какие-то шаги в другую сторону.       Мама сидит с нами недолго, хотя все это время заваливает Арсения вопросами, на которые он совершенно раскованно отвечает. Мама спросила его о прошлых отношениях и браке, и я вспоминаю, что сама хотела задать ему этот вопрос. Но, к моему удивлению, Попов отвечает, что никогда не был женат.       К нам несколько раз прибегает Ксюшка, и они с Арсением о чем-то мило беседуют, после чего дочка с радостным лицом убегает в комнату. Думаю расспросить ее об этом позже.       Арсений уходит домой в одиннадцатом часу, через час после мамы, которая предусмотрительно уложила спать Ксюшку. Мы приятно беседуем на разные темы, от поэзии девятнадцатого века и до дурацких видео в инстаграме. Узнаю о том, что Арсений занимается продажей собственных футболок, и мужчина обещает, что обязательно подарит мне какую-нибудь оригинальную, созданную специально для меня. Меня обольщают его слова и комплименты, которые он дарит мне весь вечер напролет, и я не замечаю, как проходит время, и мы съедаем большую часть маминой шарлотки.       Когда мужчина ступает за порог, я смущенно улыбаюсь, потупив взгляд вниз, потому что чувствую, как он пристально смотрит на меня. Мужчина вдруг делает широкий шаг вперед, моментально накрыв мои губы своими. Я привстаю на цыпочки, тут же отвечая ему, и чувствуя, как от переполняющей меня нежности подкашиваются коленки. Точно, как маленькая девочка. Арсений нехотя отрывается от меня, держа за руку.       – Спасибо за чай. Твое условие для возврата заложника оказалось не таким уж и трудным. Если это вообще было условием. – вижу загадку в его глазах, и тихо посмеиваюсь, не желая отпускать его. Он уйдет, и я снова окунусь в свои будни, возможно, займусь уборкой или просто завалюсь в кровать, не сумев уснуть ближайшие несколько часов из-за переизбытка эмоций.       – Конечно, было. – с улыбкой отвечаю ему, чувствуя, как снова побаливают скулы и щеки от постоянного смеха, как и каждый раз после встречи с ним. – Все по правилам.       Попов смеется над нашей дурацкой аллегорией, и я подхватываю его, все-таки выпуская мужскую руку из свой ладони.       – До встречи, лучок.       Я поднимаю брови наверх, прыснув от неожиданного прозвища. Попов поправляет свою немного сбившуюся моими пальцами прическу.       – Это что еще такое?       Попов оставляет мой вопрос без ответа и еще раз коротко чмокнув меня в губы, скрывается за дверьми лифта, поправляя свой спасенный шарф. Я закрываю за ним дверь, и расплываюсь в улыбке, которую нельзя перепутать ни с какой другой.       Я влюбляюсь в Арсения Попова. ПОВЕСТВОВАНИЕ: Диана Пятница, вечер       На лицо падают яркие лучи солнца, и я часто моргаю, жмурясь. Обычно я обожаю солнечную погоду, но сегодня у меня, честно говоря, отвратительное настроение и почти нет никаких сил.       Я держу в руках пластиковый стаканчик с карамельным айслатте, следя за носками своих белых кед, которые не спеша прогуливаются по набережной парка Горького. Последние недели в Москве очень тепло, поэтому вокруг все зеленеет и благоухает, а несколько дней назад даже включили фонтаны. Сегодня в городе особенно жарко, поэтому я в укороченных голубых джинсах и обычной серой майке, а волосы собраны в высокий хвост. Я даже не удосужилась взять с собой сумку, засунув телефон и ключи в карман, что уж говорить о косметике. В парке играет какая-то веселая песня, кажется, Клавы Коки, хотя я даже не разбираю слов.       Мне стыдно, что совсем не слушаю Даниила, шагающего по левую сторону от меня, и рассказывающего какую-то, я уверена, безумно интересную историю с работы, на которой я так люблю появляться. К огромному сожалению, я никак не могу избавиться от мыслей об Антоне, и они занимают все мое сознание, не давая никаких шансов Дане.       Я вспоминаю наш поцелуй, который давно пора забыть, то, как он нежно прикасался ко мне и опалял дыханием мое лицо, как он смотрел на меня и говорил какие-то слова прощения. Я вспоминаю о том, что Луша рассказала мне во вторник, в баре. Он был влюблен в меня почти год и никак этого не показывал. Мирюсь с мыслью о том, что это могла быть правда, однако сейчас уже все по-другому. Он ясно дал мне понять, что то, что произошло в Воронеже, не должно было случиться, и попросил прощения. Он попросил прощения за то, что сделал меня самой счастливой девушкой на свете. И после того вечера я окончательно убедилась в его позиции. Мы с ним друзья, которые теперь будут неумолимо отдаляться друг от друга из-за этого дурацкого поцелуя. И именно этот факт заставляет меня мучиться с ужасным настроением. Потому что у меня по-прежнему были чувства к Антону. В отличие от него.       Мы поворачиваем по дорожке направо и оказываемся в тени от палящего солнца, и я неспешно потягиваю свой холодный кофе из трубочки. Решаю хотя бы из уважения к другу послушать его историю, и резко включаюсь в его речь, заставив себя отключиться от мыслей об импровизаторе       Даниил – очень хороший парень, который не раз меня выручал, и всегда хорошо ко мне относился. Он очень забавный и непредсказуемый, вспомнить только историю нашего знакомства с футболкой. С ним мне легко и спокойно, и хотя бы поэтому решаю дать шанс парню. Мне не стоит ни на что рассчитывать с Шастуном, и я решаю двигаться дальше, как мне советовала Луша, и попробовать сделать это вместе с Даниилом, который уже долгое время проявляет ко мне симпатию. Я еще несколько дней назад поняла, что теперь мы с Антоном находимся совершенно на другом уровне отношений. Теперь мы с ним уже не те близкие друзья, какими были раньше, и никогда больше ими не будем. В душе сжимается комок из горечи и обиды, когда вспоминаю, что парень ни разу не звонил мне после того случая в баре. Я проснулась на следующее утро в своей постели, одетая в ту же одежду, что и вечером, в закрытой квартире.       Сегодня я так ужасно себя чувствовала, что даже не могла заставить себя подняться с кровати, однако, когда мне на телефон пришло смс от Дани, он смог убедить меня недолго прогуляться по центру.       Босс рассказывает мне что-то о случае с очень капризным заказчиком, который пытался отсудить у нас деньги за некачественный дизайн-проект, однако нам удалось выиграть дело, не заплатив мужчине ни капли. Понимаю, что пропустила момент, где Даниил отпускал шутку, и не поняла ее, из чего парень делает вывод, что я его совсем не слушаю.       – У тебя что-то случилось, Ди? Ты какая-то расстроенная. – вдруг выпаливает он, аккуратно взяв меня за свободную руку. Не выпускаю свою ладонь из его, чувствуя что мне это нужно. Мне нужна чья-то поддержка, даже просто физическая, иначе я сломаюсь.       – Не обращай внимания. Всякие девчачьи загоны, ничего особенного. – леплю на лицо улыбку, отводя взгляд на огромный фонтан, к которому мы приближаемся. Продолжаем идти по дорожке, уже держась за руки, и мое настроение все же немного улучшается, несмотря на то, что я прокручиваю в голове брошенную мной же фразу.       Ничего особенного.       Просто я теряю лучшего друга, к которому у меня чувства.       В скором времени, Дане все-таки удается отвлечь меня от упаднических мыслей, и я даже посмеиваюсь над его шутками. Мы снова возвращаемся на набережную, и попадаем прямо на закатное время, когда солнце садится за горизонт и окрашивает небо в светло-розовый цвет с ярко-желтыми полосами. Это зрелище настолько красиво, что мы даже прерываем свою беседу, чтобы просто молча посозерцать это природное явление. Я обожаю закаты, и этот момент действительно значительно поднял мне настроение. Сколько себя помню, всегда чувствовала особую магию в предзакатных минутах. Не замечаю, как Даниил притягивает меня к себе со спины и обнимает за талию, устроив свою голову у меня на плече. Не ощущаю той же дрожи коленках, как с Антоном, но я чувствую спокойствие и тепло, поэтому не отрываюсь от парня, позволив ему обнять меня покрепче.       Даниил предлагает меня сфотографировать, и я не могу отказать ему, потому что зрелище по-настоящему прекрасное. Позирую с пластиковым стаканчиком в руке, натягивая на лицо хоть какое-то подобие улыбки, которое в скором времени превращается в самую что ни на есть искреннюю.       После серии моих одиночных фотографий, Даниил подходит ко мне и, приобнимая за талию, фотографирует нас на фоне алого заката. Я улыбаюсь, и на этот раз улыбка выходит абсолютно спонтанной и натуральной.       Мы гуляем еще чуть больше часа. Я наконец, допиваю свой кофе и выбрасываю стаканчик в урну, а Даниил предлагает купить по мороженному. В итоге, когда доходим до моего дома, который находится в часе ходьбы от парка Горького, у меня случается настоящий передоз сладкого. Настроение заметно повышается, и я нисколько не жалею, что согласилась погулять с Даней. На удивление, ему удалось отвлечь меня от докучавших мыслей об Антоне. Одариваю начальника коротким поцелуем в щечку, но он не просит большего, и я благодарна за то, что он дает мне время. Прощаемся с парнем на прекрасной ноте, и когда я захожу в свою пустую квартиру, уже не чувствую той тяжести, которая присутствовала на душе с утра, хотя нельзя сказать, что я обо всем забыла. Мне по-прежнему больно, однако теперь я чувствую поддержку в лице Даниила, который сегодня изо всех сил старался развлечь меня.       Когда приземляюсь на кухонный стул, налив себе стакан холодной воды, чтобы освежиться после жаркого уличного воздуха, на телефон приходят десятки фотографий, сделанных Даниилом сегодня в парке. Просматриваю каждую из них, улыбаясь нашим совместным фоткам. Вдруг на экране загорается оповещение о новом сообщении. 22:18 Даня: Спасибо за прекрасный вечер. Не грусти больше, или сразу звони мне :)       Ухмыляюсь, печатая парню ответ с взаимными благодарностями. По привычке захожу в инстаграм, бездумно листая ленту с чужими фотографиями, и вдруг загораюсь идеей выложить фотографию с сегодняшней прогулки. Недолго пошарившись в галерее, выбираю ту, на которой Даня меня обнимает, просто потому что она мне нравится больше всего, и на ней я выгляжу немного счастливее, чем где я одна, занятая ненужными мыслями. Выкладываю фотографию, отметив Даниила, и мне тут же приходит оповещение о комментарии. Увидев там сердечко от парня, улыбаюсь, однако сразу же замечаю еще один лайк от пользователя @anton.shastoon.       Прикрываю глаза, чувствуя, как покалывает где-то в области сердца. Понимаю, что вся эта долгая история близится к не самому счастливому концу. Я теряю Шастуна, и совсем скоро мы станем друг другу совсем чужими людьми.