Я рядом

      Лань Ванцзи шагает по террасе. Уже светает, поэтому он покидает библиотеку и спешит вернуться в цзинши Вэй Усяня, чтобы недавняя история не повторилась.       В первую ночь, когда они прибыли в Пристань Лотоса, Лань Ванцзи также решил провести время за книгами. Обычно ордена довольно ревностно защищают информацию, которой обладают, поэтому получить доступ к библиотеке Юньмэн Цзян было очень неожиданно, но, как сказал тогда Вэй Усянь, Лань Ванцзи теперь тоже в каком-то смысле причастен к его ордену. От этих слов Темный Нефрит испытал смешанные чувства. С одной стороны, его радовала мысль о том, что он может провести время так, как больше всего любит, но с другой — память невольно подкидывает события прошлого, когда его боялись и порицали за выбранный путь. И поэтому ему было сложно осознать, что к нему относятся без презрения и страха, а, наоборот, заботятся. Принимают в семью.       Он благодарит главу Цзян за оказанное доверие и, как только Вэй Усянь засыпает, отправляется в библиотеку. Как же хорошо сесть на мягкую подушку, взять в руки трактат и спокойно вчитываться в столбцы аккуратных иероглифов. Тогда Лань Ванцзи понимает, как ему этого не хватало, и как сильно он скучал по тем дням, когда проводил время в библиотеке Облачных Глубин.       За своим занятием он не замечает, как быстро пролетает время. Лань Ванцзи продолжил бы читать дальше, если бы не услышал стремительно приближающиеся шаги. Дверь в библиотеку с грохотом отворяется, а через мгновение мужчина оказывается на полу. Сказать, что он удивлен — ничего не сказать. Кто в здравом уме додумается повалить Темного Нефрита, да еще и улечься сверху? Он уже собирается покарать нарушителя собственного спокойствия, но, к счастью, не успевает, потому что в следующий миг перед ним появляется взволнованное лицо Вэй Усяня.       — Лань Чжань! Почему ты не сказал, что собираешься в библиотеку? Ты хоть знаешь, как я испугался, когда проснулся, а тебя нет рядом? Я всю Пристань Лотоса оббежал, пока тебя искал! — тараторит юноша. И, действительно, заметно, что верхние одежды наскоро накинуты — настолько небрежно они сидят на чужом теле, а непослушные волосы распущены. Грудь тяжело вздымается, голос слегка подрагивает. Темный взгляд мечется по лицу Лань Ванцзи.       Сам же Темный Нефрит не моргая смотрит на Вэй Усяня. В нем борются два желания: извиниться за то, что заставил волноваться или закатить глаза, так как он вчера вечером ясно дал понять, что будет находиться в библиотеке. Но этот мальчишка все равно решил весь орден перерыть в его поисках, и в самое очевидное место заглянул в последнюю очередь. Глупый милый ребенок.       — Слезай, — Лань Ванцзи вспоминает, в каком щекотливом положении они находятся. И это малость напрягает.       Вэй Усянь уже успокоился, поэтому шкодливая натура вновь дает о себе знать. Он слегка щурится, а на лице играет лукавая улыбка.       — Нет, Лань Чжань. Ты заставил меня поволноваться и побегать. Ах, как я устал, как устал, — в притворной печали качает головой. — Поэтому ты должен взять на себя ответственность и дать этому несчастному юноше отдохнуть, — их лица находятся в опасной близости, а тела тесно прижимаются друг к другу. Ситуация, в целом, странная. Но, казалось, это волнует только одного Темного Нефрита.       Лань Ванцзи тихо вздыхает и на мгновение прикрывает глаза. Что ж, если этот мальчишка хочет «поиграть», то пусть потом не жалуется. Руки мужчины плавно опускаются на тонкую талию. Он чувствует, как тело под его ладонями немного напрягается, а озорная улыбка дрожит. Нефрит внимательно следит за каждой эмоцией и действием Вэй Усяня.       — Ты уверен, что хочешь именно этого? — низким, бархатным голосом спрашивает Лань Ванцзи. Кончики длинных, музыкальных пальцев невесомо поглаживают тесьму на чужой одежде.       — Эм… — Вэй Усянь вдруг понял, что задыхается от охватившего жара. И в следующий миг рывком слетает с Лань Ванцзи. Сам же Темный Нефрит не спеша садится и спокойно поправляет ханьфу. — Лань Чжань, нельзя же так… Так! Мое бедное сердце этого не выдержит!       Лань Ванцзи поднимает на него стеклянный взгляд. На его губах появляется призрак улыбки, которая в тот же миг исчезает.       — Ты сам это начал, — Говорит он ровным голосом.       — Вот именно, что начал я, а закончил — ты! Это нечестно! Это я должен тебя дразнить, а не наоборот, — бормочет себе под нос Усянь, забавно дуя губы. Если бы он только знал, какой ураган эмоций сейчас испытывает душа Темного Нефрита, то мог бы смело праздновать свой триумф. Но лучше не знать. Для самого же Вэй Усяня.

***

      Лань Ванцзи проходит мимо главного зала, когда слышит женский голос:       — Ты один? А где этот мальчишка? — Обернувшись, мужчина видит мадам Юй, идущую со стороны ворот в резиденцию ордена. Женщина всегда выглядит хмурой, но сейчас ее вид говорит о том, что что-то произошло.       Лань Ванцзи кланяется:       — Госпожа Цзян. Вэй Ин еще спит. Время раннее, — «Для него» повисает в воздухе. Мужчина до сих пор не может понять, зачем спать так долго. Даже став Темным Нефритом, он придерживается старого распорядка дня — вставать в пять утра, а ложиться — в девять вечера.       Мадам Юй хмыкает. Направляясь в зал ордена, она бросает:       — Через десять минут вы оба должны быть здесь. И лучше не опаздывать. — И в доказательство правдивости ее намерений — Цзыдянь опасно сверкает.       Это зрелище не впечатляет Лань Ванцзи, но все-таки он решает исполнить указ мадам Юй, потому что что-то насторожило его в поведении женщины. Что она делает в это время здесь и зачем они ей понадобились? Впрочем, ответы на свои вопросы Лань Ванцзи получит уже скоро. Осталось разбудить Вэй Усяня. А это сложно — Темный Нефрит абсолютно уверен.

***

      Вэй Усянь очень старается не зевать. Неслыханно, его разбудили в шесть утра! Так еще и спина болит после того, как он проспал всю ночь в максимально некомфортной для себя позе, без возможности пошевелить хотя бы пальцем. В общем, его настроение, мягко говоря, — не очень.       Мадам Юй смотрит на эту странную парочку перед собой, размышляя о чем-то, и вздыхает:       — Я позвала вас двоих сюда не просто так. Не уверена, что стоило это делать, но вариантов других нет. В общем, вы двое отправляетесь в городок Биан. За месяц там исчезло около семи человек. Узнайте причину и разберитесь с ней.       Вэй Усянь тут же сияет, и все негодование улетучивается. Их отправляют на задание! Как же он об этом мечтал все время его невольного «заточения». А еще ему крайне интересно поработать вместе с Лань Чжанем. И, стоило этой мысли появиться, как юноша хмурится. Он бросает взгляд на Темного Нефрита, а затем на мадам Юй.       — Я бы хотел попросить разрешение выйти в город перед тем, как мы отправимся.       — В город?       — Купить одежду для Лань Чжаня, — он смотрит на Лань Ванцзи. — Думаю, если он пойдет в этом, то все тут же его узнают. А лишние проблемы ни к чему.       Мадам Юй тоже оглядывает мужчину в черных одеждах, а затем машет рукой.       — Быстро.       Вэй Усянь тут же вскакивает и выбегает, по дороге крикнув, что скоро вернется, и Лань Ванцзи не стоит волноваться — он подберет ему подходящие одежды.       Откланявшись, Лань Ванцзи направляется в комнату Вэй Усяня. Значит, их отправили на задание. Довольно рискованная затея, учитывая, что сейчас только глухой не слышал, а немой не говорил о возвращении в мир Темного Нефрита. Остается лишь надеяться, что дело не окажется таким сложным и ему не придется применять темную энергию.       Спустя час возвращается Вэй Усянь. Лань Ванцзи медитирует, когда ему в руки прилетает сверток. Подняв взгляд на юношу, он видит, что тот… смущен?       — Я выйду, поэтому можешь спокойно переодеваться, — Вэй Усянь бросает взгляд на сверток и, закусив нижнюю губу, чтобы сдержать улыбку, выходит из цзинши.       Лань Ванцзи озадачен. И теперь его слегка настораживает содержимое свертка. Что же купил этот мальчишка?       Но ничего не поделаешь, им нужно торопиться, поэтому, тяжело вздохнув, он разворачивает ткань и аккуратно расправляет одежды. Да так и замирает, рассматривая ханьфу из легкой, но не утратившей прочность, ткани темно-синего цвета с вышитыми серебряными нитями.       Еще немного любуясь одеждами, Лань Ванцзи решает переодеться. Он вновь приятно удивлен — ханьфу оказалось как раз его размера, да еще и ткань весьма приятная телу. Оно четко село по широким, мускулистым плечам и груди, а тонкую талию украшает серебряный пояс. В этих одеждах Лань Ванцзи выглядит настолько хорошо, что даже неловко, а ведь он никогда своей красоты не замечал, только слышал комплименты от других.       Но оказалось, что ханьфу не единственное из купленного Вэй Усянем. Из свертка мужчина достает серебряное украшение для волос с обвивающим его узором дракона. Заметно, что его делал настоящий мастер, и Лань Ванцзи невольно задумывается, сколько Вэй Усянь потратил денег на его новый образ. От такой заботы горят румянцем уши.       Рассматривая свое отражение, мужчина свободной рукой распускает пучок на макушке. Пробежавшись пальцами по волосам, Лань Ванцзи собирает их в аккуратный высокий хвост и закрепляет его новым украшением.       Он вновь изучает себя в зеркале, и его взгляд останавливается на лобной ленте черного цвета. Хоть Лань Ванцзи и покинул клан незадолго до смерти, то продолжает являться его частью — родным братом Главы ордена Лань и Вторым молодым господином. Эту ленту он оставил как напоминание о прошлом и, возможно, из-за привычки. Но сейчас носить ее опасно, потому что все знают, что ленту Гусу Лань черного цвета носит только один человек — Темный Нефрит. А привлекать к себе внимание было бы глупо в такой ситуации.       Сейчас Лань Ванцзи не уверен, что сможет использовать темную энергию, как раньше, поэтому вряд ли станет сражаться, если на них нападут заклинатели. А ведь сейчас он не один, рядом с ним Вэй Усянь, и подвергать его хотя бы малейшей опасности Лань Ванцзи не намерен. Поэтому, сняв лобную ленту, он наматывает ее на запястье под рукавом ханьфу, и закрепляет аккуратным узлом.       Лань Ванцзи выходит из цзинши, подразумевая, что Вэй Усянь ждет его за дверью. И не прогадал — юноша действительно стоит там, но, к удивлению мужчины, он тоже преобразился. На нем такое же ханьфу, как на Лань Ванцзи, но черного цвета с красными узорами и поясом, за которым закреплен Суйбянь. Если новые одежды подчеркивают статную фигуру Темного Нефрита, то Вэй Усянь же теперь кажется еще меньше и изящнее. По-юношески очарователен. И именно по этой причине Лань Ванцзи не находит в себе сил отвести от этой картины взгляда. Но не он один, кстати, — Вэй Усянь тоже застывает, когда мужчина выходит и предстает перед ним в новом образе.       — Кхм, — Усянь прочищает горло. — Лань Чжань, знаешь, я начинаю переживать.       — М?       — Боюсь, что стоит нам только выйти за ворота резиденции, как тебя тут же окружат поклонницы и, возможно, даже поклонники, — он улыбается. — Поэтому, гэгэ, лучше не отходи от меня ни на шаг. Я ведь знаю, что ты не любишь, когда тебя касаются чужие люди, — он подмигивает мужчине.       И не согласиться с этим Лань Ванцзи не мог, хоть и звучит это как попытка подразнить. Он действительно не любит, когда кто-то нарушает его личное пространство. Исключением является его семья, ну и, с недавних пор, Вэй Усянь. По какой-то причине дискомфорта от его прикосновений Темный Нефрит не чувствует.       Перед тем, как уйти, они заходят в оружейную. Нужно подобрать оружие для Лань Ванцзи, ведь будет странно, если люди не увидят у него меча. Выбор мужчины падает на простой серебряный меч в резных ножнах. По весу в руке он напоминает Бичэнь, по которому Нефрит скучает. Поэтому, не раздумывая, закрепляет его на поясе.       Вэй Усянь в это время ищет в соседней цзинши гуцинь. Это сложно, потому что на складе очень много вещей. Но ему повезло, поэтому через пару минут он подходит к Лань Ванцзи с большим свертком в руках. Инструмент в хорошем состоянии. Конечно, это не Ванцзи, этот гуцинь достаточно простой, но уж лучше так, чем ничего, поэтому его помещают в мешочек Цянькунь.

***

      В Биан они добрались после обеда. Это небольшой торговый городок на берегу озера. В основном здесь продают лотосовые семена и рыбу, но также Биан славится музыкальными инструментами. Сюда съезжаются со всех концов Поднебесной, потому что знают, что смогут найти тут то, что им нужно, да еще и высокого качества и по хорошей цене. Благодаря деньгам ценителей искусства и музыкантов городок расцвел и жители стали жить заметно лучше, а ремесленников, изготавливающих музыкальные инструменты, стало больше, чем рыбаков.       За процветание городка стоит благодарить местного господина — Цай Линг. Он из достопочтенной семьи музыкантов, но, несмотря на высокий статус, не высокомерный или излишне гордый. Цай Лингу было двадцать, когда он впервые приехал в Биан и, можно сказать, это была любовь с первого взгляда. Это место, эти люди так стали дороги молодому господину, что он решил обосноваться здесь и обучил местных ремесленников изготовлению инструментов, а беспризорники вместо краж стали проситься в подмастерье или же учиться музыкальному искусству.       Вэй Усянь осматривается с любопытством и восторгом. Здесь все выглядят веселыми и жизнерадостными, от чего появляются сомнения, что в этом месте пропадают люди.       Лань Ванцзи же, казалось, стал еще мрачнее и тенью следует за Вэй Усянем. Он, в отличие от юноши, хочется оказаться в тихой библиотеке, а не на оживленной улице. Да и сложно игнорировать восхищенные взгляды, которые на них бросают.       — Итак, нам нужно узнать побольше о происшествии: как происходило похищение и кого, собственно, похитили. — Усянь задумчиво трет подбородок.       — Это могло быть не похищение. — Максимально абстрагируясь от окружающей суеты, предполагает Лань Ванцзи.       — Да, ты прав. И еще нам неизвестно — живы те люди или нет. И как часто пропадали. — недовольно вздыхает Вэй Усянь. По сути, им ничего неизвестно о том, что происходит в этом городке.       — Мгм. Нам нужно встретиться с господином Цай.       — Нужно, — кивает Вэй Усянь, — Но позже. Сейчас нам нужно собрать информацию, а лучше подобных мест для этого не существует. — Поймав недоумевающий взгляд собеседника, он кивает на здание, у которого они остановились. Это таверна.       Глаза Лань Ванцзи на секунду округляются, но затем мужчина вновь возвращает себе равнодушие.       — Понимаешь, Лань Чжань, — начинает Вэй Усянь, незаметно утаскивая его в таверну за рукав, — В подобных местах очень часто можно узнать больше правдивых историй, чем от общения с господами.       — Слухи, — сухо обороняет Ванцзи, позволяя усадить себя за стол.       — Смотря, что ты имеешь в виду под «слухами», — Усянь подмигивает подошедшей официантке и заказывет вина для себя, не обращая внимания на неодобрительный взгляд своего спутника. — Здесь люди позволяют отпустить себя, а вино и приятная компания в этом помогают. Расслабившись, они спешат поделиться тем, что слышали от других или чему свидетелями стали самостоятельно. Господа же привыкли отвечать только на удобные им вопросы и требовать, чтобы мы разобрались с проблемой без всех необходимых сведений, которыми они, зачастую, обладают. А причина проста — им не хочется, чтобы вылезли нелицеприятные вещи, которые могли бы бросить тень на их репутацию. Ведь неспроста темная тварь или другая сущность появилась именно в их владениях. А какой прок скрывать простому человеку? Правильно — никакого. Ему нужна лишь спокойная и безопасная жизнь, и нет дел до чьей-либо репутации. Поэтому такие люди с радостью поделятся тем, что знают, лишь бы проблема была решена. Поэтому, если мы хотим узнать, что происходит в этом городке, лучшего места не найти. Нам нужно лишь внимательно прислушаться, — он отпивает вина из принесенного сосуда.       Лань Ванцзи тихо вздыхает, прикасаясь губами к краю чарки с чаем. Спорить с Вэй Усянем бесполезно — это он уже понял. Но ему все равно не нравится эта идея. Тем более ему ли не знать, какими разрушительными и лживыми бывают слухи.       К их столику подходит немолодой мужчина. Его полноватая фигура облачена в ханьфу болотного цвета с узором птицы на спине. На губах играет дежурная улыбка, а узкие, темные глаза рассматривают заклинателей оценивающим взглядом.       — Бессмертные заклинатели, не сочтите за грубость и неуважение, но я стал невольным свидетелем вашего разговора. Мое имя — Шу Сию. Я хозяин таверны. — Произносит мужчина, поклонившись.       Вэй Усянь про себя усмехается. «Невольный свидетель», да? Ну да, то-то он кружил неподалеку, стоило им порог переступить. И, судя по взгляду Темного Нефрита, думает он о том же. А мужчина тем временем продолжает:       — Господа ведь прибыли в Биан, чтобы разобраться с похищениями, я прав?       — Именно так. Можете нам что-то рассказать по этому поводу? — Усянь приветливо улыбается, пока Лань Ванцзи продолжает пить чай и не вмешивается в разговор.       — Конечно, конечно! Именно поэтому поводу я посмел себе прервать вашу беседу.       — Тогда с благодарностью выслушаем Вас, — Вэй Усянь позволяет хозяину таверны сесть с ними за стол. — Для начала хотелось бы узнать, что вообще происходит в вашем городке и когда это началось.       — Ох, молодой господин, люди пропадают у нас. Уже семеро пропало и все в этом месяце! Из дома выходить страшно, никто поодиночке не ходит. — Качая головой, жалуется господин Шу.       — А кем были пропавшие?       — А это самое интересное, молодой господин. Все пропавшие были молодыми юношами, причем весьма симпатичными. Но они были бездомными, поэтому сначала никто особо не хватился — мало ли куда подевался. Но, когда один за другим исчезло трое, тут люди забеспокоились. Сначала думали, что, может, зверь, какой подрал. Все-таки места тут довольно дикие, лес рядом. Но охотник сказал, что не водится поблизости никто, способный убить человека и не оставить и следа. Тогда уже подумали о том, что это происки темных сил, поэтому отправили человека в орден Цзян, чтобы попросил заклинателей помочь нам.       — И пока вы пытались разобраться с проблемой самостоятельно, исчезли еще четыре человека. — Вздыхает Вэй Усянь.       — Не могу никак оспорить Ваши слова. Но могу постараться помочь, чтобы Бессмертные заклинатели поскорее избавили нас от темных сил. — Мужчина улыбается, блеснув темными глазами.       — И чем же Вы поможете нам?       — А тем, что все эти юноши были приглашены в имение господина Цай, где тот давал им частные уроки музыки. А через пару дней от этих самых юношей даже духа не осталось.       Вэй Усянь переводит взгляд на своего спутника и встречается с золотыми глазами. Они друг друга поняли — им необходимо навестить этого господина Цай.