Complete Maximum

Свобода ничего не стоит, если она не включает в себя свободу ошибаться.

Махатма Ганди

Тэхён с трудом продирает глаза. Джин легонько трясёт его за плечо. — Тэ, вставай, смена через полтора часа. Оставляет нежный поцелуй на плече. Мучительно замычав, Тэхён садится в кровати, голова нестерпимо болит, неизвестно по каким причинам. Спина почти неприятно ноет, напоминая о бурно проведённом утре. Тэхён потягивается с недовольным лицом и мысленно отмечает, что понял, почему Джин всё-таки не идеальный парень. Иногда хочется просто расслабиться и побыть снизу, чтобы кто-нибудь взял тебя так же агрессивно и ненасытно, как он каждый раз ублажает Джина. Но Джин для этого слишком мягкий. Может только отсосать. Довольно хорошо, конечно, но всё равно — это не то. И сверху побыть, конечно, может, но со всеми этими присущими ему нежностью и осторожностью, а это тоже не то. — Можно сдохнуть, пока с одного графика на другой перестроишься, — хрипло бормочет Тэ и удаляется в ванную. Через двадцать минут он появляется на пороге кухни. Сонливость спала, но голова продолжает противно ныть. На столе дымится яичница с помидорами, беконом и ещё, черт разберёшь, с чем. При взгляде на неё желудок отчего-то издаёт протестующий звук. Тэхён отодвигает от себя тарелку и отпивает кофе из чашки. — Тэ, ешь, тебе всю ночь работать ещё. — Как и тебе. Джин-и, спасибо большое, но мне что-то хреновасто, я, наверное, не буду пока. На работе похаваю, — замолчал ненадолго, — прости, пожалуйста. Джин сверлит его взглядом. Он тоже не так давно перешёл на ночной график, и подъёмы даются ему тяжело. Его мучают побочные эффекты от вещей, о которых Тэхён и не подозревает. И голова — от конфликтов, которые приходится улаживать на работе, и от косяков, которые приходится там же вечно разгребать, тоже неистово болит. А он специально встал, чтобы успеть приготовить Тэхёну завтрак. — Блять, я специально раньше вставал... — раздражённо бормочет Джин, отворачиваясь к окну. — Я тебя об этом не просил, сам знаешь — я редко завтракаю. — И редко ночуешь, и много чего редко делаешь, понятно, — натягивает улыбку Джин. — Тогда допивай, и поедем вместе? Тэхён чувствует нарастающее напряжение. Меньше всего сейчас хочется что-то с ним выяснять. Он прекрасно знал, на что шёл. — Я на такси поеду, как обычно, — не поднимая глаз. — А, ну да, не дай бог, кто увидит, что ты со мной приехал, — теперь уже почти злобно усмехнувшись, продолжает Джин и поворачивается к нему лицом. — Серьёзно, о какой свободе ты постоянно говоришь, если не можешь спокойно отнестись к тому, что кто-то там подумает, что у тебя появились отношения? — У меня не появлялись отношения, Джин, мы сто раз уже это обсуждали. Мне казалось, ты понял. — бросает красноречивый взгляд Тэ. — А ты хоть раз подумал, что мне это рано или поздно может надоесть? Да, Джин такой классный, можно приехать потрахаться, если нет варианта получше, и кинуть его опять на сто лет. А потом вернуться. Тэхён, у меня тоже есть своя жизнь, и чувства тоже есть, я не робот. — Надоест — разбежимся, в чём проблема, я не понимаю? Я могу не возвращаться, зачем ты мне этим тыкаешь, ты сам сегодня меня позвал. Страдал бы от этого всего — давно бы нашёл себе уже нормального парня и жил бы припеваючи, нахера ты сейчас на меня это всё выливаешь? Не с той ноги встал? — Тэхён ощутимо повысил голос и уставился Джину прямо в глаза. — А если я не хочу другого парня? Тэхён, я херову тучу времени тебя жду. Ты прекрасно знаешь о том, что я чувствую. — А я виноват в том, что ты что-то чувствуешь? У нас был уговор: только секс. Я тебе «спасибо» лишний раз не сказал, чтобы тебя, кроме моего члена, во мне ничто не привлекало. Я виноват в чём-то? Ты кроме имени моего вообще что-нибудь обо мне знаешь? К чему у тебя там чувства? К моему похуизму? Джин смотрит на него с нескрываемыми обидой и злостью. Тэхён поднимается со стула и, не давая сожалению о сказанных словах успеть себя догнать, подхватывает рюкзак с вещами с пола и молча выходит из дома, хлопнув дверью.

♥️

— Тэхён, ты чего злой сегодня такой? — Чимин легонько толкает друга плечом. — Да Джин спросонья мозг вынес. И башка болит, вообще не понимаю, от чего, даже не бухал ведь, — вздыхает Тэхён, — Ладно, не бери в голову, ты как? Нормально проснулся? — Да я вообще бодряком, не знаю, быстро привык к этому графику. — З — зависть, — усмехается Тэхён и замолкает, замечая пролетевшего мимо по коридору Джина. Тот даже головы на него не повернул. — Залупился... ну и хер с ним, — тихо добавляет Тэ. Работа идёт своим чередом, дилеры нервируют периодически, но в этом нет ничего нового. — Озвучивай названия комбинаций полностью, как я должен понять, что ты платишь, а что забираешь? — отчитывает Тэхён взрослую китаянку, раздающую Холдем (Техасский покер). Она исподлобья зыркает на него глазами. Тэхён всегда строго требует следовать процедурам, но сегодня он чересчур грубоват. — Ты можешь не отчитывать меня прям за столом перед гостями, — понизив голос до минимума, с акцентом говорит китаянка, наклонив голову в бок и принимая ставки на бонусы в маленьком сенсорном экране, сбоку от стола. — Так работай так, чтобы мне не приходилось этого делать. — Серьёзно, это невыносимо... — Хорошо, подойди потом к пит-боссу или лучше сразу к менеджеру и вырази недовольство по поводу того, что тебя заставляют работать по процедурам. Я не против. А сейчас, сделай милость, продолжай игру. Джин следит за тихой перепалкой издалека. Судя по выражениям их лиц, можно сделать вывод, в чём именно проблема. На Тэхёна никто никогда не жаловался, потому что понимали — работает он без нареканий, всегда вежлив и приветлив с гостями, отлично ладит с коллективом. Но в зале нужно было подчиняться старшему по должности, и хотя Тэхён и не просил ничего сверхъестественного, от дилеров старой закалки часто можно было услышать недоброжелательные шепотки в сторону красавчика-корейца. Потому что люди не любят делать то, что нужно, или то, что у них просят. Они любят снимать с себя ответственность, спорить и пререкаться. Странно, что до них до сих пор не дошла простая истина. Следовать правилам равно снять с себя ответственность. Наверное, потому что люди не любят думать, они любят жалеть себя и защищаться от мнимого негатива в свою сторону. Чтобы, опять же, потом себя пожалеть. Тэхён в течение смены ловит себя на мысли, что не испытывает желания помириться или хотя бы просто поговорить с Джином. Не появляется оно и на следующую смену, и через смену тоже. На работе Тэхён периодически, попадая в премиум зал или инспектируя в ВИПах, ищет взглядом среди гостей ту самую, спорную, противоречивую и вызывающую множество вопросов фигуру. Тэхён прочитал каждую из статей в гугле о загадочном Чон Чонгуке. Из того, что удалось узнать: Чонгук очень богатый, но в этом никто и не сомневался, у него очень странный бизнес (ставки на спорт, серьёзно?), он не даёт интервью, ему всего 25, как и Тэхёну, он не раз занимал позиции в корейском Forbes, далеко не в последней десятке. Было ещё что-то о печальной кончине его матери три года назад от рака, но это к делу не относилось. Тэхён сам не знал, что он искал. Просто хотелось понять, откуда такой молодой красивый взялся в этом казино, с кем, возможно, встречается, просто из праздного интереса, ссылки на социальные сети, в конце концов, но особо так ничего и не удалось раздобыть. Да и в казино Чонгук пока больше не заявлялся. А Тэхёну отчего-то хотелось его снова увидеть, даже, возможно, сыграть с ним. Мысль эту от себя он, конечно же, гнал и убеждал себя в том, что тот ну просто до безумия сексуален, и поэтому, наверное, его так переклинило.

♣️

Тэхён плевал в потолок, стоя в премиум зале инспектором на покерном столе. Народу практически не было. Стол не играл. Выходные пролетели, будто их и не было. Из четырёх выходных два он потратил на пробеги по барам, один — на лютое похмелье и один — чтобы выцепить очаровательного чёрного парня на Тиндере и провести с ним шикарную ночь. Парнишка неплохо постарался, совершенно вымотав Тэхёна, и тот, едва волоча за собой ноги, под протестующие заявления уселся в такси посреди ночи и направился домой. Ночевать дома у парней из Тиндера? Нет, это вообще не в его правилах. Язык болел ужасно, Тэхён в пьяном угаре что-то умудрился с ним таки сделать. Он пошевелил им во рту, провёл твёрдым выступающим фрагментом по зубам и болезненно сморщился. — Выглядишь так, будто сосал кому-то всю ночь и теперь горло болит, — насмешливый голос сбоку и знакомая корейская речь. — Чего морщишься? — Здравствуйте, как Ваши дела? — словно не расслышав всё, что было сказано до этого, с улыбкой поворачивается Тэхён. Чонгук одет в светлую рубашку и чёрные облегающие джинсы. Волосы слегка уложены назад. — Были бы лучше, если бы мы встретились где-нибудь в более уютном местечке, — тянет Чонгук, раздевая его глазами. Тэхёну от его взгляда становится мерзко, он ненавидит, когда незнакомые люди смотрят на него, как на кусок мяса. Язык саднит. — Эй, — Чонгук поднимает руку в воздух, привлекая внимание корпящего над бумагами Джина, — я хочу поиграть в ВИП-зале, — многозначительно качнув головой в сторону Тэхёна, — дальше сам разберёшься? Джин утвердительно кивает головой: — Разумеется, через пару минут его сменят и мы откроем вам стол, пойдёмте, я вас провожу. Чонгук удаляется вслед за Джином, а Тэхён выпадает в осадок. Что? Никаких звонков менеджеру? Ничего? Спокойно можно брать и ставить Тэхёна за стол, и насрать, какую должность он вообще занимает? Тэхён уже основательно запутался в эмоциях и ощущениях. Но одно понимает точно: ему мерзко. От похабных взглядов, от банального отсутствия уважения, от того, что очередной человек, почувствовав мнимую власть, которую ему даёт количество нулей на банковских счетах, ведёт себя с ним, как с подножным кормом. И как он мог подумать, что хотел бы с ним поиграть? Он выдыхает, собирается с мыслями и плетётся в ВИП-зал, на ходу разминая пальцы. Язык всё так же саднит, говорить анонсы, которых он так яростно требует от всех, будет достаточно сложно.

♦️

Тэхён основательно запыхался. Количество выпитого алкоголя в выходные даёт о себе знать. Сегодня Чонгуку везёт. То ли он стал больше думать и делать ставки не наугад, то ли это, действительно, простое везение. Чонгук облизывает нижнюю губу, смотрит на табло со статистикой. — Что будет? — Не знаю, сэр. — Конееечно, блять, так ты и сказал. В ответ тишина. — Ты вообще говоришь что-то, помимо заученного скрипта? Или мозгов не хватает? Тэхён едва заметно сжимает пальцы. Чонгук сидит напротив него, развалившись в кресле. Неподалёку мятноволосый втыкает в телефон. — Делайте ваши ставки, — тянется к барабану. — Я вроде бы не говорил тебе крутить. — Прошу прощения, сэр, я поторопился. Чонгук играется с фишками на столе, ловко перебирая их пальцами. Тэхён чувствует растущее напряжение в ногах. Обычно они находятся на позиции максимум час, потом идут на пятнадцатиминутный брейк, в премиум зале из-за капризности гостей их сменяют и того чаще. Сейчас, если посчитать всё вместе, он стоит на ногах уже час и сорок минут. Тэ бросает красноречивый взгляд на Джина, переминаясь с ноги на ногу, тот отвечает безразличным молчанием и снова утыкается в свои бумаги. Он его навечно на позиции оставить решил? «Сука, с каких пор личные разногласия на работу влияют?» — Ты чего мнёшься, задница болит? — усмехается Чонгук. Тэхён продолжает молчать, не найдя, что ответить, чтобы это вписалось в рамки рабочего этикета. — Давай, скажи хоть что-нибудь не по вашему блядскому уставу, и я отстану, даже уйду побухать в бар, чтобы тебя на перерыв отпустили, — ехидно предлагает на корейском. Тэхён пару минут сверлит его взглядом, зацепляется глазами за белую прядь. — Странная у вас причёска, в Корее сейчас так модно? С лица Чонгука моментально слетает маска пофигизма и расслабленности. Взгляд темнеет. Что это? Злость? — Ответ неверный, крути. «Так ты и вопросов не задавал». Тэхён закручивает довольно слабый спин, Чонгук не спешит делать ставки, и Тэ злорадно отмечает про себя, что закроет стол, не дав ему ничего поставить, если тот не опомнится в ближайшие пять секунд. Пять, четыре, три... — Комплит Зеро и соседи 3 и 15, — на рейстрек падают две пятитысячные и две тысячные фишки. Тэхён оценивает, что там больше, чем нужно, и торопливо закрывает стол. Быстро разменивает одну пятитысячную и выставляет комплит, руки немного дрожат — эту ставку на его практике никто ещё не ставил. (Complete Maximum — полная максимальная заставка номера на той рулетке, где они сейчас играют, чтобы поставить такую ставку нужно 8500 долларов, в случае попадания шарика в зеро выигрыш составит 126000). — У вас будет превышение с соседей, — оповещает Тэхён. — Оставишь себе на мороженое, пупсик. Шарик, сделав последний слабый оборот, прыгает по барабану и останавливается в цифре 2. Чонгук победно хлопает в ладони. (Цифра 2 на сукно касается зеро в нескольких местах — это значит, что максимальная заставка всё-таки играет и выигрыш тоже будет внушительным). — Юнги-я, я комплит по касательной поймал. Тэхён выставляет долли, Чонгук смотрит на него почти восхищённо, Тэ зовёт пит-босса, чтобы дождаться подтверждения с камер. — В качестве выигрыша я бы забрал эту аппетитную попку, — извещает Джина Чонгук, кивнув на Тэ. «Постеснялся бы». Джин отвечает снисходительной, спокойной улыбкой. Звонок с камер, подтверждение. Получив от Джина бесцветное «плати», Тэхён разменивает сдачу, скидывает её, как и было велено изначально, в тип-бокс, уже не поражаясь немаленькой сумме, оставленной в этот раз на чай. — Пожалуйста, ваш выигрыш — 72000, поздравляю вас, — дежурная улыбка, руки по-прежнему немного дрожат. Джин утвердительно кивает головой, подтверждая правильность выплаты. — Вааау, первый раз поставил комплит и попал, охренеть. — Пойду закажу выпить, — шокированно бросает Юнги и удаляется. Чонгук приметил волнение Тэ — пальцы слишком длинные, чтобы не заметить небольшой тремор, да и стоит он тут давно, устал, наверное. Чонгук решает, что сейчас чуть-чуть поднажать, и он в чём-то, да проколется. — А сколько ставка всего на комплит? — 8500, сэр. — А где же тогда ещё моя сдача, сколько там, 1500 же? Чонгук озорно смотрит на мгновенно тушующегося Тэхёна. — Но вы же сами сказали... — Да, на чай, но это было про превышение с соседей, а не про сдачу с комплита, — нагло улыбается, обнажив зубы. — Простите, я сейчас позову... — Не стоит, сладкий, я бы и так оставил тебе всё на чай, держи ещё, — кидает тысячную фишку. — Спасибо большое, — тихо добавляет Тэхён. Что это было? Он сейчас облажался? Он, как и все, совершал ошибки в начале пути, учился на них. Периодически и сейчас случались недочёты, все ведь живые люди, а не машины. Но нельзя было ошибаться сейчас. Не здесь. Не с этим игроком. — Ставки, пожалуйста, — Тэхён делает попытку вернуть голосу твёрдость и тянется к барабану, но задевает рукой стоящие у барабана стэки цветных фишек, и один рассыпается по столу. «Бинго». — Не крути, я устал, спасибо за игру, — Чонгук, ликуя и победно улыбаясь, поднимается из-за стола. Растерянный вид красавчика напротив — просто мёд на душу. У него получилось. Пацан посыпался. Наконец-то. Можно было бы ещё его помучать, но Чонгук хотел просто снести с его лица эту рабочую маску и увидеть хоть одну эмоцию, как в первый раз, когда начал донимать его на тему ориентации. Он прекрасно понимал, что парень стоит тут уже почти два часа, и его незначительный прокол обусловлен и усталостью тоже. Да и придумал его Чонгук за пару секунд сам, ведь изначально он действительно имел в виду оставить всю сдачу себе. — Отправьте его на перерыв, я понимаю, у вас клиентоориентированность на уровне, но я просто хотел с ним поиграть, а не заставить его стоять тут два часа, должны же быть какие-то рамки, — бросает Чонгук Джину и, подняв с кресла свой кошелёк, удаляется из зала. Обескураженность сменяется злобой. До Тэхёна доходит: они всё это время разговаривали на корейском, про сдачу он говорил тоже на корейском. Откуда он узнал, что Джин ни слова не понимает на этом языке, несмотря на то, что относится к корейской диаспоре, проживающей на территории США? Он просто хотел вывести его из себя, просто поиздевался, заставив думать, что тот позорно ошибся. Хотя изначально сам его запутал. А потом начал строить из себя ангела, прося отправить его отдыхать. Тэхён сжимает руки в кулаки и часто дышит. Давно его никто так не выводил. Этого темноволосого хотелось догнать и размозжить его голову о стену. Неужели ему мало превосходства, которое у него уже есть? Зачем ещё сильнее в грязь втаптывать? Вот оно — единственное, за что Тэхён недолюбливал свою работу. Люди здесь не могут просто оставаться людьми. Обязательно нужно унизить кого-то и самоутвердиться за чей-то счёт. И всё из-за какого-то мнимого превосходства. Порой он почти ненавидел эту вселенную. «В этом мире одна религия — деньги». Джин, не обращая внимания на состояние подчинённого, выходит из зала и пропадает ещё на полчаса, оставив Тэ наедине со своим мыслями. «Отлично, Джин, забудь меня на позиции, конечно».

♠️

Нет смысла описывать, в какой осадок все выпали, узнав, какой комплит сыграл у Тэхёна в ВИПе. И сколько чаевых ему снова оставили. Ребята не переставали восхищаться, делая из Тэхёна настоящую звезду всея казино, и благословляли его на долгую и прекрасную жизнь за то, что в этом месяце чаевых они получат ощутимо больше, чем в предыдущих. Тэхён только больше раздражался, когда ему напоминали об этом событии. Всё прекрасно: не растерялся и ставку принял, выплату быстро посчитал, чаевых сгрёб кучу, но неприятный осадок от очередной встречи с Чоном всё равно оставался. Он ведь так и простоял там ещё битых полчаса, прежде чем Джин соизволил прийти и закрыть стол. Два с половиной часа на позиции, наедине со своими мыслями и раздражением. Тэхён злился. Он месяцами до этого выгонял из своей головы мысли о несправедливости этого мира, о бесполезности его затей, о бренности идеи быть свободным и надежд на лучшую жизнь, которая сто процентов когда-нибудь наступит. Разумеется, Тэхён не хотел проработать в казино всю жизнь. Если в ближайшие лет пять у него не получится дослужиться до пит-босса, он будет искать себя в чём-нибудь другом. В конце концов, зарабатывал он тут прилично. Хватало на оплату небольшой студии, в которой он жил, на перемещения на такси, еженедельные пьянки-гулянки и ещё и отложить внушительную сумму. Большую роль во всём этом, разумеется, играли чаевые. Здесь, в Калифорнии, на самом берегу Тихого океана, можно было встретить совершенно кого угодно. И на чай многие не скупились. Тэхён поначалу охал и ахал, когда видел выходящую из ВИП-зала звезду сериала, который он смотрел на днях, а потом свыкся со всем этим, и вскоре уже сам раздавал карты или крутил рулетку подобным людям. Обсуждать каких гостей к ним занесло, ему было запрещено. Да и не с кем. Близко он общался только с ребятами с работы. А они всё и так видели. Понятное дело, когда раздаёшь покерок парню с пятидесяти-миллионной аудиторией в Инстаграм и фильмографией размером с плей-лист Тэхёна в спотифай, а он безумно большой, невольно начинаешь задумываться о бесполезности своего существования, о том, что ни черта, по факту, в жизни не добился, что время ты своё упускаешь, и всё, что у тебя есть — на самом деле лишь мнимая иллюзия успеха. В такие минуты Тэхён утешал себя мыслью о том, что вечером пойдёт на самую отвязную пляжную вечеринку в Малибу и потратит там уйму денег, а мог бы сидеть допоздна в офисе, вылизывая задницу начальству, делая сверхурочную работу, и полночи заполнял бы какие-нибудь анкеты да бланки, чтобы потом поспать шесть часов и снова ехать на автобусе в офис, и делать всё то же самое. В этот раз даже мысли о жизни, от которой он сбежал, его не утешали. Он чувствовал себя растоптанным и оскорблённым. Казалось бы, ну что такого ужасного произошло? Он ведь на самом-то деле и не облажался-то совсем. Но мерзенький, изучающий взгляд, небрежные реплики: «сосал всю ночь», «задница болит», «хочу эту попку в качестве выигрыша», наглая улыбка — всё это продолжало выгрызать Тэхёну мозг каждый день на работе. А потом ещё и на выходных. Летели недели, а его всё так же начинало бесить всё, стоило только кому-нибудь упомянуть о ситуации с комплитом или о чаевых. О последнем вообще стоило молчать. Тэхён, конечно, был рад, что столько заработал, но чувствовал себя последней проституткой. И почему этот Чонгук стал катализатором для любой отрицательной эмоции в его голове? Стоило только подумать о нём, и Тэхён уже перебирал весь набор матерных слов на всех трёх известных ему языках. Джин подливал масла в огонь. Весь блок рабочих смен после ситуации с комплитом Тэхён то и дело попадал в неприятные ситуации по его, Джина, вине. Так как на этой неделе Джин писал шифт (список с информацией, кому, во сколько и на какие позиции выходить), Тэхён то и дело зависал на позициях на час двадцать или даже сорок, никогда не получал первый и последний брейк, а соответственно, и больше времени отдохнуть, стоял инспектором на проблемном столе, где игроки орали и возмущались с просьбой поменять дилера и инспектора, его меняли, и он после пятнадцатиминутного брейка возвращался на ту же самую позицию под истеричные вопли игроков с вопросом «какого хуя он опять сюда припёрся?». Тэхён почти стоически выдерживал все эти насмешки судьбы, лишь иногда посылая Джину злобные взгляды: «Ты что, издеваешься?». Пролетела ещё неделя без Чонгука в казино, Тэхён понемногу начал отпускать ситуацию, но Джин накалял неимоверно. И отработав крайнюю в блоке смену и проспав до вечера, Тэхён направился в клуб. Сегодня он напьётся и если не склеит никого там, то будет шерстить Тиндер. После тройки Виски-Сауэр Тэхён понимает, что мир понемногу снова обретает яркие краски, пол в клубе покачивается, а люди вокруг совсем даже не раздражают. Он долго болтает о жизни с барменом, отшивает пару не самых симпатичных парней — это гей-клуб, опрокидывает в себя ещё один коктейль и почти жалеет о том, что не курит: хочется расслабиться ещё больше. Тэхён покачивает бёдрами на танцполе, баюкая в руках бокал. И неожиданно выхватывает из толпы знакомое лицо. Кажется, с этим парнем он спал. Кажется, это именно он потом атаковал его звонками и сообщениями. Кажется, он сейчас пялится на Тэхёна и начинает прорываться сквозь толпу. «Нет, нет, нет». Тэхён, мягко выпутавшись из объятий, в которые его едва не утянул какой-то незнакомец, не оборачиваясь, начинает пробираться к выходу. Под ноги попадает что-то похожее на чужую ногу, Тэ запинается и, уже успев попрощаться со всеми, с кем ему когда-то было хорошо или плохо, внезапно оказывается пойман и прижат к барной стойке. Чонгук. В паре сантиметров от его лица. — Не так быстро, красотка, — запыхавшись, ухмыляется он своей фирменной хищной улыбочкой. Тэхён лишь на секунду теряется, но осознаёт — он не на работе, и нервно глянув за плечо Чонгука и не обнаружив там предыдущего преследователя, возвращает взгляд Чону. — Ооо, бля, какие люди, руки свои поганые от меня убери, — тянет Тэ пьяным, полным отвращения голосом. Чонгук опешил. Но быстро сообразил — здесь Тэхён молчать и глаза прятать не будет. Он не на работе, и субординацию соблюдать смысла нет. Вот он — Тэхён без маски, получите и распишитесь. — Полегче, я ведь ничего плохого тебе не сделал, ну, — Чонгук снова растягивает губы в улыбке. — Я тебе мало чаевых оставил? Поехали, оставлю ещё, — Чон скользит по нему взглядом. Светловолосый потрясающе выглядит: джинсы в облипку, расстёгнутая на добрую половину пуговиц светлая рубашка, совершенно сексуально подведённые глаза и блестящие от бальзама губы. Господь, если бы они сейчас были тут одни, Тэхён бы уже был разложен на барной стойке. Тэхён хмыкает, ну, конечно, этот конченый сейчас будет вести себя именно так. Тэ начинает закипать, он и так был напряжён последние пару недель, так ещё и алкоголь, вкупе с Чон Чонгуком, делают своё дело. — У меня нет ни желания, ни каких-либо причин разговаривать сейчас с тобой, — почти выплёвывает слова Тэхён, — но я на всякий случай поясню, во-первых, чаевые, которые ты так великодушно оставляешь в казино, делятся на весь персонал, если бы система была другой, я бы давно был миллионером, благодаря таким, как ты, дрочерам, во-вторых, баблом своим будешь шлюх на трассе подкупать, не надо передо мной этим рисоваться. На чём ты там поднялся? На ставках? Пиздуй ставь дальше. Чонгук тоже далеко не трезв. Он осознаёт, что в казино специально выводил парня, но не думал, что его слова и действия могли настолько его задеть. И откуда он знает о ставках? Гуглил? — Эй, серьёзно, я без негатива, — засовывает в карман джинсов Тэхёна бумажку с номером телефона, — я в казино специально тебя на эмоции выводил, если будет желание... — Да отъебись ты от меня! — в глазах промелькнуло что-то странное. Тэхён звучно ставит стакан с недопитым виски на бар за спиной и вырывается из хватки Чонгука, успев уловить едва ощутимый приятный запах, исходящий от него. Чонгук пьяно и максимально растерянно проводит рукой по волосам. Оттягивает рукой ширинку — в штанах тесновато. Что это сейчас было? Трясёт головой и возвращается в свою ВИП-кабинку слегка растерянным и озадаченным. В казино он пока не попадает, слишком много дел. Рассчитывать на то, что парнишка позвонит, тоже не стоит. Ладно, об этом всём можно подумать на трезвую голову, в конце концов, нужно переварить и оценить этот момент. С одной стороны, наверное, стоит извиниться. Его явно не так поняли, или не поняли совсем. С другой стороны, его на матах только что оттаскали, и не понятно, имеют ли вообще извинения место быть. Чонгук залпом выпивает шот текилы под неодобрительный взгляд Юнги. Мятноволосый не был геем, но соглашался ходить с Чонгуком в подобные места, потому что они — очень хорошие друзья. Но тут приходилось отсиживаться в кабинке, пока Чон отрывался. А потом снова тащить его на себе. Тэхён вылетает на улицу. Вспоминает, что ему сунули что-то в карман. Достаёт оттуда смятую визитку и, хмыкнув, пялится на ряд чисел. Тэхён не знает, что его сейчас бесит больше: омерзительная наглость Чонгука или стояк в его собственных штанах, вызванный тем же Чонгуком, который стоял слишком близко к нему в баре. Тэхён сминает бумажку и выбрасывает на обочину. Однако, сидя в такси, по памяти сохраняет номер у себя в телефоне, пообещав себе, как протрезвеет, подумать, для чего он это сделал.