Ночные огни большого Нью-Йорка

Семья - это не обязательно родственники, а и друзья, и все, кто тебе дорог.

•°***°•

      Конец апреля выдался очень тёплым. Многие даже забили на куртки, надевая только пальто и шарф. Природа начала просыпаться окончательно, обретая новые и яркие краски. Воздух становился свежее, отчего дышать было легче. На работу или учёбу шли уже более радостно, поскольку не нужно было тащить на себе вес пуховика в сумме с сумками и, если не повезёт, слоем снега. Плюсом, в такое время удобнее проводить концерты. Люди приходили с более приятным настроем, а уходили с громадным позитивом. Но сейчас можно было немного расслабиться.       SеквилBэк взяли отпуск, конечно же уведомив об этом своих фанатов. Решили уехать в чуть более тёплое место. В Сан-Диего. Решение было принято ещё месяц назад. Это было в один из дней, когда Анна и Рудольф проводили время с Тони. Девушка красила парням ногти, пока на ноутбуке играл какой-то фильм, а на тумбе стояла заказанная китайская и японская еда. Пока ногти Томпсона сохли, девушка красила уже вторую руку брату, звук из фильма прерывает громким и неожиданным звонком по Discord'у, из-за которого кисть с лаком чуть не соскочила с ногтевой пластины, почти пачкая кожу.       - Блять! - Всё трое не сдерживают громкого мата, но более менее всё успокоившись, отвечают на звонок. На экране появляются два человека. Женщина с блондинистым каре, и мужчина с каштановыми волосами. Видимо, это были родители. Из всех их сразу видно, в кого пошёл сам парень. Лицо было отца, но всё же большинство генов достались от матери.       ”- Привет, сынок. Мы не мешаем?” - Женщина слегка улыбнулась и почти не скрывая начала осматривать тех, кто сидел с его сыном в одной комнате.       - Нет, конечно, не мешаете. - Парень слегка улыбнулся, смотря на экран. - Я просто с друзьями сидел.       ”- Рады, что ты нашёл себе компанию.”       ”- А это те самые Секвилбэк, про которых ты рассказывал?” - В разговор уже включается отец. И, судя по всему, заставляя этими словами слегка покраснеть собственного сына.       - Да, это они. - Парень слегка отсаживается, дабы было видно остальных. - Это Рудольф и Анна. - Вампиры аккуратно, будто боясь, машут рукой.       - Рады знакомству.       ”- Взаимно.” - Смертные тоже слегка улыбаются. Красные глаза улавливают то, что Тони что-то рассматривал в экране своего ноутбука. Но что именно?       - У вас опять интернет плохо ловит? - Томпсон слегка улыбается, взглядом указывая на "фон" позади родителей.       "- Ох, да. Опять что-то с роутером." - Мужчина почти виновато улыбается, почёсывая затылок. - "Не переживай. Завтра уже всё будет нормально."       - Надеюсь.       Рудольф ловит себя на улыбке. Томпсон так мило и по-домашнему общается со своей семьёй, будто и вовсе забыл о том, что сзади него тоже кто-то есть. Но это не страшно. Было только мило. С ними будто бы парень вновь чувствовал себя тем самым маленьким ребёнком, который ни о чём не волновался.       "- Когда планируешь приехать?" - Из собственных мыслей вырывает довольно таки привычный вопрос для всех родителей, чьи дети живут где-то в другом месте. Фрида какое-то время тоже постоянно писала детям письма с вопросами, когда они планируют вернуться хотя бы на день в родную Трансильванию. Кстати, надо бы действительно наведаться к родителям...       - Ох, не знаю, может в апреле или мае. Но не сейчас. Правда. Ты сама видела, сейчас потихоньку все концерты возвращаются в привычный режим. И всякие интервью и фотосъёмки. - Певец чешет затылок, виновато улыбаясь. И ведь это действительно правда. С приближением тепла многие начинают увеличивать количество концертов.       "- О, может, тогда и друзей своих возьмёшь? Вы же не против?" - Внимание смертных переключилось на сзади сидящих вампиров. Какое-то время они оба молчали, обдумывая всё. После, юноша кивает.       - Думаю, мы были бы не против. В конце концов, съездить куда-то в новое место тоже не помешает.       "- Чудненько! Тогда мы будем вас ждать в апреле, мае." - Женщина улыбнулась и кивнула мужу, пока тот так же кивает в ответ.       "- Съездим за город, на природу."       - О! Там как раз отличный вид на озеро! - Тони почти по-детски улыбается, вспоминая это место. Тот домик они купили ещё тогда, когда парню было лет так семь-восемь. Боб и Дотти озадачились тем, что сын мало дышит свежим воздухом, и что в принципе от работы кроме как дома отдыхать им негде. Так что, спустя кучу бумаг, накопленных денег и времени, в Повэе у семьи Томпсонов появился загородный деревянный домик, куда они ездили всей семьёй летом. Там же мальчик научился плавать, загорал и получил свои веснушки.       "- Сынок, ты напиши мне, когда вы соберётесь к нам, хорошо?"       - Да, конечно, мам. Обязательно напишу.       "- Ну, тогда до скорой встречи. Будем вас ждать."       - Пока, мам, пап.       И вот сейчас, двадцать седьмого апреля, уже все трое вампиров четы Секвилбэк едут в аэропорт, где их ждал Тони. Тот стоял у самого входа в большое здание. Опять те же драные джинсы и кеды. Но на теле - красная мешковатая толстовка с большими карманами и капюшоном. Подарок Рудольфа. Рядом с ногами смертного - обычный рюкзак. Скорее всего, с запасным вещами домой. Секвилбэк так же попросили взять с собой одежду и средства личной гигиены. Видимо, они там на несколько дней. Что было даже неплохо. Узнать родителей друга никогда не мешает. Тем более, Томпсон уже считался близким человеком этой семье. Его признавал даже сам Грегори, что уже было большим достижением. Старший брат был очень придирчив к чужим людям, но парень смог заработать доверие даже у него. Например, когда Анна вместе с Рудольфом, или он сам, куда-то уходили, то, скорее всего, они шли со смертным. Значит, будут в безопасности.       Заплатив за проезд, вампиры выходят из такси, забрав одну общую сумку, и идут к зданию. Смертный скидывает с головы капюшон и широко улыбается.       - Вы вовремя! - Тони подхватывает рюкзак с асфальта и, убрав телефон в карман джинс, подходит ближе. - Я уже думал вам писать.       - Прости, на дорогах были пробки. - Секвилбэк слегка улыбается и, подойдя, сам обнимает Томпсона, на что получает ответные объятия. Уже знакомый и родной одеколон мягко щекочет ноздри. За место еловых веток и слишком сильного цитруса теперь уже почти пол года от смертного пахло мандаринами. И это был однозначно его запах. В этом есть что-то одновременно детское, но такое подходящее для парня. Объятия прерывать не хочется. И это чувствуется с каждой стороны. Но надо. Иначе это будет слишком странно. Поэтому оба певца отстраняются друг от друга, давая возможность смертному обняться с другими участниками группы.       - Ну что, идём?       - Конечно.       В аэропорту, как всегда, куча народу. До Сан-Диего они доберутся за шесть часов по воздуху, но из-за этого ожидание не делается короче. Постоянные металлодетектеры, потоки людей и ожидания сводят с ума. Слишком много всех и вся. На концертах никогда не бывает такого чувства. Но в жизни всё куда сложнее. Когда плеча что-то касается, Рудольф сам для себя неожиданно дёргается и поворачивается. Рядом стоит Тони.       - Всё хорошо? - Спрашивают обеспокоенно, и видно, что с волнением.       -... Да. Просто немного не в себе. - Чуть виноватая улыбка появляется на бледных губах, а красные глаза опускают взор куда-то в пол. Было стыдно. Причём даже не понятно за что. За то, что Секвилбэк настолько сильно волнуется перед знакомством с родителями близкого друга? Какой бред...       Холодной руки аккуратно касаются сначала тёплые пальцы, а после и вся ладонь накрывает чужую, медленно поглаживая большим пальцем и успокаивая.       - Не переживай. Всё хорошо. Если что, я рядом. - И эти слова действительно успокаивают. Вампир глубоко вдыхает воздух, и выдыхает. Вроде бы лучше.       "- У стойки номер два происходит регистрация билетов на рейс номер сто восемьдесят девять до Сан-Диего." - Женский голос оповещает о том, что пора выдвигаться. Через несколько минут их посадят на самолёт, а ещё через пару десятков - они и вовсе взлетят в небо. Пробив на стойке билеты и предъявив документы, пассажиры направляются дальше. Первым классом было лететь дороже, да и не хотелось. Поэтому вампиры и смертный рассаживаются по своим местам. И вновь так получается, что Рудольф и Тони сидят бок о бок. И пока первый решил отдаться сну, второй достаёт книгу. Дорога дальняя, поэтому каждый решает заняться чем-нибудь своим.       Когда же самолёт приземляется, все четверо выходят по трапу вниз и, забрав сумки, выходят из аэропорта на улицу. В новом месте будто бы легче дышать. Воздух намного чище, и небо яснее. Не единого облака. Солнце светит во всю, прогревая землю своими лучами. Где-то в стороне сигналит светло-голубой Infiniti года так пятнадцатого. Из машины выходят знакомые люди, слегка улыбаясь.       - Мам! Пап! - Томпсон подбегает к родителям с широкой улыбкой и обнимает их. И, как оказывается, ростом он с собственную мать. Отец же всё же выше жены и сына на пол головы. - Как я по вам скучал!       - И мы соскучились. - Мужчина улыбается, прижимая парня к себе. После, смертные всё же отпускают Тони и переводят внимание на вампиров. - Боб и Дотти Томпсоны. Рады познакомится с вами лично.       - Грегори, Рудольф и Анна Секвилбэк. Взаимно. - Старший вампир пожимает руку отцу семейства, пока младшие кивают женщине.       - Ну, садитесь тогда в машину, поедем куда нужно.       Дорога оказывает не слишком длинной. Пробок, как в Нью-Йорке, было не так много, лишь на центральном шоссе. Поэтому уже буквально через час машина останавливается около земельного участка, принадлежащий родителям Тони. Все выходят из салона, забирая с багажника вещи, и направляются на территорию. Воздух даже более свежий, чем в аэропорту. На каких-то деревьях весело чирикали птицы, а зелёные трава и деревья радовали глаз.       - Ого! У вас тут очень красиво! - Анна не сдерживает эмоций, осматриваясь вокруг.       - Это вы ещё сад не видели. - Дотти улыбается с едва заметной гордостью, прикрывая калитку. - Если хотите, могу вам показать.       - Ну, вы тогда осматривайтесь, а я поеду за мясом. - Боб поворачивается к старшему вампиру. - Грегори, вы же едите барбекю?       - Разумеется. Если хотите, могу помочь выбрать нужное мясо и специй, дабы мясо дало вкусный сок.       Было решено, что "взрослые" поедут за продуктами, пока оставшиеся смертные покажут гостям дом. Постройка была небольшой. Двухэтажный домик из дерева с несколькими комнатами наверху, а так же кухней и ванной внизу.       - У нас тут всего три комнаты. В одной спим мы с Бобом. Вы не будете против, если поделите вчетвером оставшиеся две?       - Ох, конечно нет. - Девушка слегка улыбается, встав рядом. - Я могу приютиться в одной комнате с Грегори. А Тони и Рудольф тогда будут спать в последней.       - Отличная идея! - Томпсон улыбается, быстро скидывая со спины рюкзак и перекладывая его в свою руку. - Тогда, я пока что разложу свои вещи.       - А я пойду, посмотрю сад. - Секвилбэк улыбается и начинает уходить вниз. За ней спускается и Дотти, чтобы, по крайней мере, приготовить гостям чаю. Такая небольшая, но при этом настолько домашняя суматоха даже вызывает некую ностальгию по родному дому.       - Пойдём, Руди! - Смертный берёт друга за руку и ведёт в самую дальнюю комнату.       Помещение обклеено плакатами, среди которых даже затесалось большое изображение группы SеквилBэк; некоторые полки забиты книгами. А на столе - Чёрт знает что. Какие-то бумажки, карандаши, ластик. Чего там только не было. На некоторых листах даже было что-то нарисовано. И среди этих зарисовок Рудольф узнаёт то самое солнце Инь-Янь, которое сейчас набито на плече у Тони.       - Сам делал эскиз своего тату? - Секвилбэк берёт листочек в руку и замечает, что таких изображений было несколько. И все разные.       - А? - Томпсон отрывается от раскладывая вещей в шкаф и подходит ближе, заглядывая через плечо. - А, да. Я хотел что-то набить себе на совершеннолетие. И сидел, придумывал. Ибо те эскизы, которые предлагали мастера, были не теми.       - А почему именно солнце?       - Мама в детстве называла меня "солнышко". От этого и отталкивался.       - Ясно. - Юноша кладёт рисунок обратно, к другим таким же, и слегка улыбается. - В любом случае, тебе идёт то, что ты выбрал. - Вампир поворачивается к смертному, наблюдая, как в голубых глазах постепенно меняются эмоции. Сначала это было небольшое удивление. Затем смущение, а после и некая радость.       - Спасибо... Приятно это слышать.       - Мальчики! Спускайтесь! Боб и Грегори приехали! - Откуда-то со стороны лестницы слышится голос Дотти. Парни быстро выходят и спускаются вниз, где Анна помогает донести пакеты на кухню.       Стоит признать, смертный готовил отменно. Даже если не считать того, что с соком брат и вправду помог, сделав его более вкусным. Мясо было полностью прожарено, а небольшой микс из овощей, заправленный маслом, было как нельзя отличным сочетанием. На заднем дворе и правду был вид на озеро. Такое же голубое, как и небо. Птицы пели какую-то весёлую песенку, где-то даже летали бабочки. Прямо таки идиллия. Пока Грегори и Боб дожаривают вторую порцию барбекю, поливая соусом, а Дотти и Анна разговаривают о моде и каких-то женских вещах, Рудольф решает сходить пройтись по территории. Ибо даже этот хвалёный сад он и в глаза не видел.       Эта часть территории завораживала больше всех. Тут росли всякие плодовые деревья, даже были какие-то ягодные кусты. Пройдя сквозь это всё, Секвилбэк натыкается на качели. Обычные белые качели, у которых за место обычной доски на верёвке или цепочках - почти что скамейка. Со спинкой, подлокотниками, всё как надо. А на них сидел Тони, читая ту же книгу, что и в самолёте. Тень от деревьев помогала расслабиться, оставляя лёгкую прохладу. То, что видели сейчас красные глаза, можно было бы зарисовать в виде какой-нибудь картины.       - Красиво у вас тут. - Вампир садится рядом с парнем, слегка откидывая голову. - Давно не был в таких местах.       - Рад, что тебе нравится. - Певец слегка улыбается и закрывает книгу, откладывая её на подлокотник. - Я и сам уже забыл, как тут хорошо.       - У вас тут светло так. Ярко. У нас в Трансильвании всё тёмное, зловещее. - Руди слегка улыбается и смотрит на Томпсона. - У тебя отличная семья, Тони. Я очень рад, что смог познакомится с вами.       - Спасибо. Вы тоже им понравились. - Парень слегка улыбается, что кажется настолько детски и невинно, что в желудке вновь копошатся бабочки, щекоча ни в чём неповинный орган.       - Я рад. - Юноша улыбается и, прикрыв глаза, поднимает голову к небу. Сейчас даже простое молчание считалось лучшим, чем разговоры. С Тони можно было болтать, не боясь и не волнуясь о чём-либо. Возможно, как раз таки из-за этого сейчас это чёртово сердце делает очередные кульбиты, пока солнце пытается пробраться лучами под слои одежды и защитные крема, а смертный сидел рядом, так же молча, но всё прекрасно понимая.

•°***°•

      Когда самолёт приземляется в аэропорту Сuбuy¹ в Будапеште, на табло высвечивается время в четыре часа дня. Пока на специальном автобусе они доедут до Трансильвании, уже как раз стемнеет. Забрав сумку с вещами, Секвилбэк направляются на выход, ища необходимый автобус. И находят довольно таки быстро, по тем же самым вампирам.       - Простите. Это автобус в Трансильванию? - Родной румынский звучит так непривычно для ушей, привыкшие жить среди английской и американской речи. Но Грегори прекрасно понимают, и незнакомец так же отвечает, что да, так и есть. - Отлично. Спасибо большое. - Старший быстро достаёт билеты, пока младшие разбираются с багажом. Усевшись и дождавшись, когда транспорт двинется с места, все трое решили придаться царству снов. Ведь ни эту, ни следующую ночь будет не до этого. Родное место хотелось изучить заново. Спина уже почти чувствовала старую твёрдость дна гробов, а нос - запах сырой земли и холода.       Из сна вытаскивает Анна, которая пыталась разбудить брата, расталкивая его.       - Проснись. Мы приехали.       За окном уже и вправду почти непроглядная темень. Чёрную мантию небес украшали яркие точки в виде звёзд и белого шара - луны. Они ещё даже не дошли до родного дома, а на остановке в воздухе уже была ночная свежесть вперемешку с сырой землёй. Они дома.       До замка путь занял около получаса пешком. И вот, они уже вышли на знакомый мост, где уже можно было увидеть всё величие когда-то нового, но уже такого старого и родного дома. Юноша вздыхает полной грудью, прикрыв глаза и счастливо улыбаясь.       Стук в деревянную дверь эхом разлетается в ночной тишине. В некоторых окнах загорается свет, слышны торопливые шаги по лестнице.       - Как думаете, те старички ещё живы? - Анна слегка улыбается, скрещивая руки на груди. Небольшая подколка была сказана не с целью поиздеваться над смертными, совсем нет. Девушка даже скучала по ним, ведь над Эммой и Отто было забавно подшучивать даже в подростковом возрасте. Но они никогда не злились. Да, ворчали себе под нос. Но жалоб на вампиров не было.       - Анна, прекрати. Конечно, с ними всё хорошо. - Ставни скрипят, отворяя дверь, и на пороге действительно стоят два маленького роста человека, держа в руках мелкий старый подсвечник.       - Ого! Кого мы видеть! - Старушка распахивает глаза, чуть не роняя из рук стакан с восковой свечой.       - Мы тоже рады вас снова видеть. - Рудольф улыбается и тянет руку, которую старичок аккуратно пожимает. - Позволите пройти?       - Конечно! Это же и ваш дом. - Отто отступает к стенке, и тройка вампиров проходит внутрь. Дизайн, к счастью, не менялся. Такие же отчасти зловещие коридоры, витиеватые лестницы. На стенах висели старинные гобелены, и лишь одно большое зеркало.       - А родители дома?       - Мистер Фредерик уйти на охота. А Миссис Фрида ждать вас в усыпальнице. - Эмма проводит их до нужной лестницы и уже собирается уходить, как оборачивается и спрашивает. - Вам чего-нибудь подать?       - Ох, нет, спасибо. Мы постараемся вас не разбудить.       - Благодарим. Если что, в погреб остаться немного Кровавой Мэри по просьбе вашего отца. Приятной ночи. - Старики уходят, а Секвилбэк спускаются по лестнице. Запах сырости усиливается, что вновь вызывает чувство ностальгии.       Первое, что бросается в глаза - большое количество гробов. Помнится, маленький Рудольф всегда любил спать вместе с матерью в её гробу, прижавшись к родному холодному телу. И долго не мог привыкнуть к какому-то другому. Вот только уже спустя первые сто пятьдесят лет мальчишка только там и сидел, когда обижался на всех из-за очередной нелепой причины. То ему не дали порцию крови больше, чем старшему брату. То не отпустили погулять дальше, чем было положено. Тогда это были проблемы чуть ли не вселенский масштабов. А сейчас, вспоминая это, с бледных губ слетает небольшой смешок.       - Ох, я и не ожидала, что вы уже приехали. - Где-то с дальней стороны вдоль стен слышится знакомый и родной женский голос. Из теней появляется сама Фрида, улыбаясь детям и расставляя руки для объятий.       - Матушка! - Все троя чуть ли не налетают на родную мать, обнимая её и прижимаясь ближе. - Мы так соскучились!       - Я тоже, мои хорошие. - Вампирша поглаживает детей по волосам, нежно улыбаясь. - Как же вы выросли все. Такими большими стали. - Каждый получает по поцелую в макушку, а внутри давят ком слёз радости и тоски по родному дому.       - Ох, вы уже тут. - В дверях появляется мужчина, вытирая руки о полотенце и откладывая его после в сторону, подходя ближе.       - Отец! - Анна первая налетает на родителя, чуть не сбивая его с ног. После, осмелев, вампира обнимают и сыновья, прижимаясь.       - А что это у вас с полётом? Не тренировали ничего, небось, в своём Нью-Йорке, да? Ох, негодники. - Мягкие волосы всех троих в наказание, но нежно треплют, пока от стен усыпальницы отскакивает смех. - Что ж, ладно. Раз вы тут, это нужно отпраздновать. Как на счёт Кровавой Мэри² с кровавой колбасой?       - Мы за!       Пока Фрида готовит главное блюдо на сегодня, а Фредерик разливал напиток из бочек в бутылки, дети решили поставить стол на улице, протирая фужеры на кухне полотенцами от пыли.       Уже через полчаса на столе стояли тарелки с кровяной колбасой и бокалы с Кровавой Мэри. Такой стол накрывали по значимым событиям и датам. Где-то внутри даже щекотало от того, как родители относились к простому приезду на пару дней своих детей. Но при этом было неловко, что ради всего лишь двух дней решили устроить такой своеобразный пир.       Пока чета Секвилбэк трапезничала, дети рассказывали о своих взлёта и редких падениях в огромном бизнесе. Иногда в разговор вступал отец, причитая, что раньше, всё-таки, было лучше. Но его пыл, как и всегда, успокаивала мать, поглаживая мужа по плечу.       - Ну, а компания? Нашли себе друзей? - Фрида слегка улыбнулась, отпивая из своего бокала.       - Ну, сначала шли как-то сами. Особо не искали никого. Да вот летом того года случайно столкнулись с ним. Так и сдружились. - Анна, даже не задумываясь о собственных словах, продолжает, есть, прерываясь на то, чтобы пережевать и проглотить.       - И из какого он клана? - Видно, что в голосе Фредерика промелькнула некая надежда. Обычно, если бессмертные знакомятся кланами, значит, возможен крепкий дружественный союз. А может и нечто большее. И все сейчас тут сидящие это прекрасно поняли. Девушка нервно сглотнула, понимая, что если сейчас вскроется, что Тони - обычный смертный, будет неимоверный скандал или, в лучшем случае, тирада о том, как было несколько сотен лет тому назад, и что люди вампирам не друзья. Сколько бы не прошло веков, мужчина никогда не сможет признать или понять то, что всё вокруг поменялось.       - Он из... Клана... Томпсонов. - Рудольф спасает положение, торопливо отвечая на вопрос отца. - Они не войны. Но отличные охотники и повара.       - Хм... Не совсем то, чего я ожидал. Но тоже неплохо. - Фредерик кивает, отпивая из бокала, и дети спокойно и незаметно выдыхают. - Я очень надеюсь, Анна, что ты меня не разочаруешь.       Девушка с братом оба поднимают глаза, уставившись на отца. Этого они и боялись. Причём, каждый по-своему. Если вампирша боялась этого по простой причине, что Томпсон ей не больше, чем друг, и она это знает, тот вот юноша напрягся по иной. Где-то в грудине сердце пропустило удар. От одной только мысли, что смертного захотели сосватать с его родной сестрой, отдаёт какой-то странной пустотой и слегка подрагивающими руками.       - Что вы на меня так смотрите? Вам с Грегори я уже давно говорил, что пора остепенятся.       - Отец, у нас в городе своя карьера. Пока что, ни у кого из нас нет в планах искать себе новую семью. - Тут уже в спор вступает старший брат, нахмурившись и будто готовясь зашипеть или выпустить клыки.       - Мы с твоей матерью познакомились, когда мне было двести пятьдесят. - Мужчина не уступает, так же хмурясь.       - Да, вот только уже совершенно другое время.       - Мальчики, не ссорьтесь. - Фрида вновь прерывает ещё не начавшийся конфликт, поглаживая обоих вампиров по плечам. Как хорошо, что она всё предусмотрела и села между ними. - Фредерик, дети приехали на пару дней. Не за чем устраивать очередные стычки. - Буквально минуту соперники ещё глядят друг на друга, а после тихо выдыхают и соглашаются с женщиной, продолжая спокойно есть.       Когда трапеза была окончена, и семья решает убрать всё обратно в замок, Рудольф поднимается и идёт куда-то к обрыву. Отсюда был прекрасный вид на лесное озеро. И ведь именно там, на опушке, Секвилбэк провёл всё свое детство, учась всему: плаванию, охоте, гипнозу. Даже как-то жаль, что он забил на него. От нахлынувшей ностальгии юноша слегка улыбнулся. Здесь был его настоящий дом. Здесь была его семья. По возможности, нужно будет приехать сюда уже вместе с Тони.       Тони... Где-то в душе отозвалось не особо приятное наставление отца. От одной только мысли, что Анну просто сводят с Томпсоном, внутри становится противно. Будто некий червь прогрыз себе путь к желудку, пытаясь сожрать тех бабочек. Но почему?...       - О чём грустишь, сынок? - Незаметно и так тихо рядом появляется Фрида, что если бы могло, сердце Рудольфа упало бы в пятки, вызывая инстинкт зашипеть, который всё таки подавили. - Прости, что напугала.       - Всё хорошо. - Красные глаза вновь устремляют взор к озеру. - Я просто задумался о своём. Не обращай внимания. Всё хорошо. - Лёгкая, но лживая улыбка появляется на бледных губах в попытках успокоить матушку. Но та только вздыхает.       - Ты никогда не умел врать, Рудольф. - Женщина приобнимает сына, поглаживая по неуложенным волосам. Юноша только прикрывает глаза и обнимает её в ответ. - Вижу же, что тебя что-то гложет. Расскажи, в чём дело? Это из-за отца?       - Почти... Понимаешь, мам, те самые Томпсоны... Они... - В горле вновь встаёт неприятный ком; некое смешение страха и даже какого-то отчаяния. Рассказывать боязно, ведь кто знает, как к этому отнесутся. Может, после этого Секвилбэка навсегда выгонят из клана. Но... - Они смертные. - Красные глаза аккуратно поднимаются на лицо женщины, со страхом ожидая реакции. Пальцы на ладонях холодеет даже сильнее, чем есть и так.       - Так, и? - Голос спокойный, как и всегда. От этого даже неловко и неожиданно. - Ты так расстроился, что Анну хотят сосватать со смертным?       - Почти... Я сам не знаю, что со мной происходит... - Юноша опускает глаза, прижимаясь к Фриде ближе, пока его волосы аккуратно поглаживают. Рассказ немного затягивается, поскольку Рудольф старается передать всё, что было внутри, поскольку матушка всегда знала, как из эмоций вывести всю суть проблемы. Когда же вроде бы рассказ заканчивается, вампирша ещё какое-то время всё обдумывает, прежде чем говорит:       - Влюбился ты, Руди. - Фрида целует сына в лоб, успокаивая. - Не переживай, мы примем тебя любого. Да, неожиданно. Но если ты любишь, мы не против.       - В том то и проблема, что я не знаю, что чувствует сам Тони. Что если мои чувства ему и не нужны?       - Поговори с ним об этом при случае. Если он так же любит тебя, ты поймёшь это. - Женщина слегка улыбается, положив руки на плечи своего сына. - Только обязательно познакомь нас со своим избранником.       Юноша слегка улыбается и вновь обнимает женщину. С души будто упал камень. Неожиданно стало намного легче, чем было до этого, а блаженная улыбка сама появляется на бледных губах.       - Спасибо большое, мам.